Измена

Глава 41

Дина

Егор и его новая девушка ушли, а я провожая их взглядом подумала, что они очень гармонично смотрятся: Егор умеет ухаживать, с ним чувствуется надежное плечо, я, как никто, знаю, что этот мужчина может быть опорой и поддержкой. Почему — то передо мной стоит взгляд Егора, то когда он заметил меня. Я знала, что не подойдет, но что ни разу обернется?! Я же как ненормальная не сводила с него взгляда, всматриваясь в очертания силуэтов, пока они не скрылись за поворотом.

Я давно не видела Егора таким, может только в самом начале нашего знакомства.

Так странно, но я не чувствую горечи и обиды, только пустоту, будто в душе огромная дыра несбывшихся надежд. Я должна быть за него рада, но не могу, мне больно, что он с другой! И меня в его жизни не будет, я упустила эту возможность в тот самый момент, когда зашла в номер к другому мужчине.

Спешно покидаю кофейню, клянусь себе, что это мой последний визит в «наши» места, я больше не хочу таких случайностей.

Несмотря на то, что капает дождик, я не беру такси, а просто иду пешком, мыслями все равно возвращаясь в то место, где я совсем недавно имела хоть толику надежды, занимаясь самобичеванием, придумывала повод для звонков. Я просто дура!

Ведь Егор имеет право перевернуть нашу страницу, стать свободным. А я не могу перечеркнуть годы наших отношений, наши планы.

Горько от того, что мне только предстоит выйти из своей внутренней клетки, нарушив зону комфорта, чтобы начать новый путь.

Прихожу домой, стягиваю пальто, иду в комнату. Без сына пусто, я как мумия опускаюсь на краешек дивана, смотрю в одну точку, не двигаюсь.

Не знаю что со мной, но руки неподъемные, я даже моргнуть себя заставить не могу, и только кошка, которая стала жалобно «мяукать» заставила меня обратить на нее внимание.

Поднимаюсь и иду на автомате кормить питомца.

Какая — то дикая усталость, когда плакать не хочется, но присутствует внутренняя злость на себя, хочется закрыть уши двумя руками и кричать, чтобы выбить из себя весь негатив.

Господи! Какая же я дура!

В который раз я уже себе это говорю?!

Накладываю еду, кошка трется вокруг меня поднимая свой рыжий пушистый хвост вверх, оставляя его стоять столбом, пока "пушистый" питомец трется о ноги. Сажусь на стул, закрываю глаза.

В голове какой-то шум, я снова «отматываю» назад события сегодняшнего дня, ищу причину в себе, потому что хочу найти проблему, чтобы не позволять больше себе таких «граблей».

Москва ведь это город с бешеным ритмом, в котором так просто потерять себя из-за того, что тут нет времени остановится и подумать. Я всегда хотела семью, детей, во мне столько нереализованной энергии, которую я готова тратить на мужчину, ждать его с работы, готовить, убирать, меня ведь к этому мама готовила. И что сейчас?! Я одна в квартире, мужчина, который всегда помогал мне и поддерживал во всем теперь с другой. Я просто его потеряла по глупости!

Дальше что?! Все сначала?! По-моему, поздновато.

Почему я разрушила все, что нас связывало с Егором, променяв на одну ночь, за которую мне стыдно до сих пор?! У меня даже нет на жто вразумительного ответа. Докатилась до того, что сама себя стала называть "шлюха", другого определения дать самой себе не могу.

Обхватываю себя руками, мне почему — то холодно, глаза увлажнились, я знаю, что снова скатываюсь в воспоминания, где неминуемо буду жалеть себя.

Когда мобильные системы связи оповещают меня о входящем вызове. Усилием воли заставляю себя оторвать пятую точку от стула. Иду в прихожую, уверена, сын звонит, даже нервничаю, мало ли, вдруг, что случилось.

И когда дрожащими пальцами достаю сотовый, смотрю на экран, вижу, что это Макс, немного выдыхаю.

Тыльной стороной ладони смахиваю слезы, даю себе секунду прийти в себя, гоню от себя мысли самобичевания, нажимаю кнопку приема вызова:

— Слушаю, — стараюсь говорить уверенно, но голос все равно меня подводит, делаю вид, что поперхнулась, выдаю несуществующий кашель за настоящий, желая вернуть былую твердость голоса, только не совсем получается.

— Привет, — в динамике слышу, что голос Макса мягкий и спокойный, оттого не сразу понятно, что он звонит по делу.

— Дина, пока не уехал, хочу напомнить, что с тебя прогулка по Москве, помнишь, обещала мне на конференции, — я помню, что обещала, и с удовольствием показала бы ему Москву, но только на данный момент собеседник я не самый лучший, настроение на нуле.

Первое что приходит в голову, чтобы заполнить мучительную паузу, это отказать.

На том конце провода молчание, я собираюсь с мыслями, в голове «стучит», я же обещала, желаю дать себе возможность придумать оправдание, говорю:

— Я думала ты уехал, — стараюсь оправдать себя, собираю все свои внутренние силы, ведь в прошлый его звонок, когда он звал меня в Питер, а у нас с Егором все только — только наладилось, я уже один раз отказала ему, даже не вспомнив о своем обещании. Стало стыдно.

— Не могу уехать, не посетив культурные достопримечательности столицы, — почему-то думаю, что Макс улыбается говоря мне это, — только не Мавзолей, Дин, я все — таки я не большой поклонник, чтобы посещать «труп» в центре Москвы, пойми меня правильно

— А сколько у тебя свободного времени, чтобы я подумала над маршрутом? — настала моя очередь улыбнуться, Макс говорит так, как будто мы договорились, не давая не единого шанса к отступлению.

Сдаюсь.

— Не так много, предлагаю начать завтра с самого утра, — он не теряется, выбирает время, обосновывая утреннюю встречу, — у меня самолет вечером, я думаю успею погулять с тобой где-то в центре, затем в аэропорт, и домой, — потом выдерживает паузу, добавляет, — всегда мечтал посмотреть Москву глазами столичных жителей, как знать, может открою для себя чего-нибудь новенькое.

— Тогда в десять утра на Чистых прудах, — обозначаю нейтральное время, думая, что к этому часу, я смогу привести себя в чувства.

Макс быстро соглашается. Завершая вызов, отвлекаюсь от мрачных мыслей, планирую что показать. Почему-то пришло в голову, что если пройдемся по кварталам от Чистых прудов до Яузы, это будет не плохой маршрут. Это нечто вроде заповедника московского духа. Там на каждом шагу памятники архитектуры, но они так органично укорены в пейзаже, что смотрятся не как достопримечательности, а как домики. Уверена богатство рельефа откроют нам лучшие московские виды.

Завершив разговор с Максом жадно втянула воздух в квартире. Пошла и открыла на кухне окно. Вместе со свежим воздухом в квартиру проникла надежда, что ведь не обязательно быть замужем, как я всегда мечтала, ведь можно изменить себя, это никогда не поздно начать делать. А может сейчас даже самое время, когда сын вырос, начать наполнять свою жизнь смыслом, в конце концов, на всех мужей не хватает. И во всем, что со мной произошло, виновата я сама. Потому и осталась одна.

Не помню уже, когда я так тщательно готовилась к встрече, проводя много времени перед зеркалом, замазывала синяки под глазами, хотя все равно было понятно вид мой не очень, старалась выглядеть свежо, затереть серый цвет лица румянами. Выпрямляю и укладываю волосы, подчеркиваю глаза, придавая им большей выразительности.

По итогу получается неяркий макияж. Выбираю платье средней длины.

Макс пунктуален, потому что я, ждала не более десяти минут, не успев написать, что я на месте, так как он приехал почти за пол часа до встречи, не давая мне в одиночестве насладиться кварталами «белого города», которые являются своего рода заповедником московского духа, Планировала предупредить, что я на месте ориентировочно за десять минут до наступления оговоренного времени, не понадобилось.

— Дина приветствую, — Макс обнимает меня со спины, улыбается, добавляя, — неожиданный выбор маршрута, насколько я осведомлен, то рассчитывал, что начнем с главной дороги современной Москвы — с Тверской, по ней еще в прошлом столетии из Санкт-Петербурга приезжали на коронацию государи. Знаменательное место, я тебе скажу, — оцениваю его вид, в очередной раз убеждаюсь, что выглядит безупречно, будто с деловых переговоров вернулся, а может он на них пришел? Даже странно, что сразу не догадалась.

— Макс, привет, рада тебя видеть, — пожимаю руку, как всегда, мы при встрече всегда здороваемся рукопожатиями, будто коллеги, хотя ни дня не работали вместе, добавляю от себя:

— Ну это когда было!!! Если не ошибаюсь, с восемнадцатого века, а до этого главным направлением Москвы было северо-восточное, — беру его за руку, — сейчас покажу тебе откуда берет начало Маросейка, — указываю на улицу, — смотри вот от этой площади Ильинские ворота, потом площадь переименовали в Покровские ворота, после садового кольца будет Басманая.

Пока я объясняла местные достопримечательности, Макс внимательно слушал, изредка задавая вопросы, не перебивая меня.

Оказалось, он очень подкован в истории, дополняя мои рассказы тем, что добавлял подробности, которых я не знала, живя в этом городе, сообщая, к примеру, что читал как историк Покровский писал о Маросейке как об улице отличающейся скрученностью громадных построек, густотой населения.

Когда проходили «дом-комод», который остался в истории как барский особняк, Макс высказался, что слышал будто этот дом называли «Трубецкие-комод».

Улыбнулась, я никогда не слышала такого определения, не стала спорить. И чем больше мы общались на тему исторических событий столицы, тем у меня все более создавалось впечатление, что мой «питерский гость» не плохо знает столицу

— Макс, у меня складывается впечатление что ты все знаешь о Москве, тебе и провожатый не нужен, — собеседник идя рядом лишь улыбается, не опровергая, но и не отрицая мою теорию.

Мы почти попрощались с Чистопрудным бульваром, остановились у памятника Грибоедову недалеко от Мясницкой, Макс как то грустно подытожил наш диалог, говоря:

— По-моему Грибоедов как раз хорошо описывал «мытарства» тех, кто собирался «посидеть на Чистых», да только сидеть тут негде, — Макс оглядывается, — даже сейчас, — мы останавливаемся, мужчина делает вид, что рассматривает памятник, аккуратно переводя тему:

— Офис хочу в Москве снять, — удивленно смотрю на него, задавая один единственный вопрос:

— Переезжаешь в Москву? Неужели? — не могу поверить

— Для нового направления земельного кадастра хочу открыть, посмотреть как пойдет, сам не перееду ни за что, Питер мое все, ни ногой оттуда, идеальный для меня город, — мы смотрит друг на друга, я молчу, Макс продолжает:

— Предлагаю вернуться к обсуждению сотрудничества уже в рамках Москвы, — Макс внимательно следит за моей реакцией, обозначая, — я нашел помещение, выполним проект, если не пойдет, закрою офис, — я слушаю его, он говорит спокойно, не давит, в атмосфере прогулки это выглядит, как обычный разговор, хотя я понимаю, что мы возвращаемся к работе.

Мы какое то время молчим, пока я обдумываю в своей голове такой вариант, ведь, мне наверняка придется жить теперь в своем «сломанном мире», так что я теряю?

Это хоть какая-то надежда на, что я смогу переключиться и, как знать, возможно моя жизнь перешагнет с черной полоски на белую?

— Все в порядке? — слышу тональность с нотками волнения, поднимая глаза на собеседника, неожиданного для себя самой уверенно говорю:

— Можно попробовать, — услышав мой ответ, я не замечаю особой радости, а может Макс просто не привык демонстрировать эмоции, потому что после моего ответа, он поворачивается вправо, и произносит задумчиво по памяти:

— Дин, как там в Пушкин написал в «Евгений Онегин»? — и не давая мне подумать, говорит:

Задумалась, наверняка в старину тут были и одноэтажные дома деревянной постройки, возможно, одноэтажные, уже ничего не сохранилось, может и лавочки какие были. Мои мысли все равно возвращаются к предложению о сотрудничестве. Я это понимаю, потому что начинаю выяснять подробности, проявляя заинтересованность:

— Макс, а когда ты планируешь запускать новое направление? — мы не спешно проходим один из наиболее длинных в кольце себе подобных бульваров — именуемый Покровским. Никуда не спешим, рассматривая достопримечательности, Макс ведет диалог:

— Максимум недели две, там нужно ремонт сделать, я сброшу проект посмотришь, начнем с него, так — то задумок у меня много, — все-таки предложение Макса как нельзя кстати, я хватаюсь за него как за соломинку, потому что сейчас мне эта работа, вдруг, стала жизненно необходима, как воздух

Я верю, что смогу переключиться от переживаний, работа всегда была спасением, когда было тяжело, всегда окуналась в работу, не позволяя себе раскисать.

И потом меня есть знания, и если Макс ждал несколько месяцев не развивая проект, и снова предлагает попробовать, то я не буду упускать этот шанс

— Макс мне очень нужна сейчас эта работа, — мужчина идет рядом, добавляя,

— Дина, я всегда знал, что если получаешь отказ, то нужно искать обходные пути и пробовать снова, у нас часто любят говорить, как важно порой оказаться в нужное время в нужном месте, — он подмигивает мне, давая понять, что все в порядке.

Оставшееся время прогулки мы обсуждаем полномочия, Макс ведет речь о команде людей, которые нужно будет принять, посмотреть мне, потому что сам лично он приезжать на такие собеседования не планирует, полностью доверяя в этом вопросе мне.

Будто крылья выросли. Обозначив бюджет сразу говорит, что это только на первые месяцы, чтобы посмотреть результат. Меня впечатляет, я незаметно для себя втягиваюсь, вникаю в детали, задаю вопросы, моя голова неожиданно для меня самой ищет пути собственного развития, я думаю где освежить знания, что почитать.

Словно глоток воздуха этот проект, не говоря о возможностях, где я обязательно найду внутренние силы двигаться дальше.

Сейчас, как никогда знаю, что буду честной с самой собой и никогда не отодвину себя на второй план.

Буду просто жить.

Как умею.

В конце концов жизнь часто проверяла меня на прочность ранее, так что изменилось сейчас? Ничего. Я снова, оказавшись в тупиковой ситуации, без работы, иду вперед, потому что знаю, что смогу.