Измена. Не удобная жена

Глава 30

Костя

Как же не хочется возвращаться в пустой дом! Развод. Я же этого с самого начала хотел, разве нет? Даже пил за него, идиот, радовался чему-то. Теперь понял — всё это время в глубине души ждал, что Вита попытается удержать. Сделает шаг навстречу, даст возможность всё исправить. Но она и тут оказалась слишком «удобной», не стала делать нервы, приняла всё и… ушла. Теперь один, так? Тогда почему не чувствуется свободы?! Грудь обручами сдавило, даже дышать нормально не могу. Час уже сижу в машине перед домом, смотрю на тёмные окна. Девочки у мамы, здесь меня никто не ждёт.

Что дальше? Жить, конечно, что же ещё. Жить, даже если пока не понимаю, как. Если Вита решит снова выйти замуж, позовёт на свадьбу? Сомневаюсь, хотя воображение с лёгкостью рисует её снова в свадебном платье. Как вчера это было. Напиться бы, забыться, да не поможет. Получу только похмелье с утра, а одиночество никуда не денется. Не могу представить кого-то рядом, кроме Виты. Весь мир схлопнулся до неё одной. Это потому что она больше не моя никогда моей не будет?.. Ладно, хватит себя жалеть. Сопли на кулак намотал, и вперёд, с песней.

Неделя, вторая, третья — время летит, работа отвлекает, когда девчонки дома, максимально стараюсь провести с ними время, про Виту не спрашиваю, а они не рассказывают. Знаю только, что с Владом она их пока не знакомила, но, наверное, это и правильно. Меня это, честно, радует — значит, там пока не про семью, а для здоровья. Даже то, что она с другим спит, постепенно перестало напрягать. А как я хотел?

Самому не до секса. Хотеть хочу, но искать для этого кого-то пока не планирую, сам справляюсь. Кто мог подумать, что к сорока перейду на Дуню Кулакову? Ради секса развалил семью, в итоге остался ни с чем. Когда девочки с Витой, упахиваюсь на работе до тёмных кругов под глазами, чтобы прийти и просто рухнуть спать. Не думать, не вариться в прошлом, не представлять «а если бы»… Чем дальше развод и Вита, тем сложнее принять, хотя говорят: время лечит. Нихуя подобного. Оно больно кусает, только хуже становится.

— Жаль семью, конечно, — мама масла в огонь подливает. — Конечно, Вита могла быть мудрее и простить, но и ты тоже хорош — почему не удержал?!

От неё нотации слушать хуже всего, потому что не пошлёшь, приходится терпеть. Я к ней девочек завёз и думал сразу уехать, но уговорила на чай остаться. Теперь и сладкий чай горчить начал, завела шарманку. Как будто сам не знаю, что кругом во всём виноват!

— Ты же знаешь Виту. Как её удержишь, если решила расстаться? Гордая она у меня.

— Не у тебя уже, — отрезает мама. И снова серпом по яйцам.

— Не начинай, мам, самому тошно.

— Тошно ему. Взял себя в руки и пошёл жену возвращать!

— Да как тут возвращать?! — взрываюсь, но тут же понижаю голос. — Как тут возвращать? Это только на словах просто звучит. Мы развелись, всё, понимаешь?! У неё другой мужчина, другая жизнь!

— Быстро утешилась, — поджимает губы мама.

— Имеет право, — пресекаю желание перемыть Вите кости на корню. Надо же, она же часто на её сторону становилась, а сейчас… Должно быть приятно, что заняла мою, но это несправедливо. Мама даже про Лику ни разу не спросила, словно изменил и изменил, с кем не бывает. Чего я про их с отцом жизнь не знал, он тоже гулял? Даже спрашивать не хочу.

— Ладно, — поднимаюсь. — Поеду я, ещё в офис заехать надо.

Нет никакого желания ругаться, а чувствую, если так дольше продолжится, без ссоры не обойдётся. Мама тоже это понимает, не удерживает.

Успеваю отъехать от дома, когда звонит телефон. Принимаю на громкую, смотрю — Вита.

— Привет. Не отвлекаю?

— Я за рулём, а так нет, не отвлекаешь, — отвечаю с улыбкой. Глупая улыбка, но ничего не могу с ней поделать.

— Мне нужна твоя помощь, больше не к кому обратиться.

— Что случилось? — тут же подбираюсь.

— Я в аварию попала. Ничего серьёзного, но мужик какой-то неадекватный, прыгает вокруг машины, страшно выйти.

— Где ты стоишь?

До места добираюсь быстро, паркуюсь, заметив Витину машину. Рядом внедорожник, мужик по телефону что-то яростно заказывает. Подхожу ближе, бампер у Виты всмятку, на внедорожнике даже царапин не видно.

— Комиссара вызвали? — спрашиваю, включая деловой тон.

— А ты кто? — бычится мужик.

— Я — муж. А твоя страховая попала.

Мужик стремительно стихает, бормочет что-то, отходит в сторону, а я стучу по окну с пассажирского сиденья Витиной машины. Она разблокирует замки, сажусь с чувством добытчика, принёсшего мамонта в пещеру.

— Спокойно сидим и ждём агента, — внутри что-то расцветает от её благодарной улыбки.

— Спасибо! Он как начал на меня орать, думала, окно разобьёт и за шкирку вытащит, — нервно хмыкает. — Сам въехал, а меня пытался виноватой выставить. Типа, я резко затормозила, поэтому врезался. А то, что дистанцию держать надо, и скоростной режим соблюдать, конечно же никто не вспомнил.

— Ты действительно резко затормозила?

— Ну, не то, чтобы резко — впереди остановились, пешеходов пропускали.

Так и подмывает спросить, почему позвонила мне, а не Владу… Нет, неважно, чувствую себя рыцарем на белом коне.

— Сейчас здесь порешаем и поедем в сервис. Задницу тебе нехило так помяли, бампер под замену.

— Надеюсь, страховая покроет, — вздыхает Вита. Такая красивая! Как сильно по ней соскучился! Тянет коснуться, хотя бы за руку подержать, приходится сжать кулаки, чтобы не дать себе волю.

— Я помогу, если не хватит.

— Это не обязательно. — Вита смотрит в глаза, и я чувствую, как мозг в желе превращается. Она так близко, невыносимо! С трудом отворачиваюсь, тихо выдыхаю.

— Скоро у Томы день рождения, — начинает Вита после паузы. — Я бы хотела не делить его на двоих, а провести вместе. Они и так задёрганные постоянными переездами, пусть хотя бы праздник пройдёт как обычно. Ты не против?

Против ли я? Да от одной мысли, что все вместе отпразднуем, до потолка прыгать хочется! Поворачиваюсь к ней, спокойно киваю.

— Конечно, не против. Девчонки тоже будут рады.

Это наш праздник, без лишних людей на нём: только дочки и мы с Витой. С подружками Тома потом отметит, к бабушке заедет за подарком, сейчас мама в санатории. Так хочется, чтобы этот вечер не кончался! Настя достаёт настольные игры, вечно угрюмая в последнее время Тома улыбается, и Вита такая… расслабленная. Как недостающий паззл, из-за которого всё казалось неправильным. Время близится к десяти, Настя начинает клевать носом.

— Пойдём, уложу, одеяло подоткну, — мягко говорит Вита. — А вы пока со стола уберите.

Это так естественно звучит! А когда мы с Томой синхронно киваем и переглядываемся, накатывает тоска. Вот и закончился праздник.

— Почему ты не хочешь даже попытаться? — внезапно спрашивает Тома. Я мою посуду, она подносит тарелки. — Пап, ты так на неё смотришь! Почему не пытаешься вернуть?

— Есть что-то, чего я не знаю? — спрашиваю тихо. Может, она рассталась с Владом?

— Нет, она до сих пор с ним, — рубит надежду на корню. — Вроде бы он сейчас в Казани, в командировке. Слышала, как мама по телефону разговаривала.

— Видишь, мне там делать уже нечего.

— Неправда! У неё глаза горели весь вечер! Я её такой счастливой уже давно не видела.

— Рядом с вами она всегда светится.

— Может быть. Но ты попробуй, вдруг…

— Что попробуй? — Вита возникает на кухне, как милое домашнее привидение.

— Ой, мам, смотри, снег пошёл! — Тома показывает в окно, там на самом деле валит. Как давно? Втроём выходим на крыльцо, по пути Вита силком запихивает дочку в куртку.

— Ого! — восклицает удивлённо. Мы так увлеклись, что не заметили, а намело уже нехило.

— Красиво, — тянет Тома. Снег кружится в свете уличных фонарей, сад замело, и фонарики слабо светятся под слоем снега. Вита зябко ведёт плечами, не думая, встаю за спиной, обнимаю. Она вздрагивает, удивлённо смотрит, но ничего не говорит.

— Пойдём в дом, — вздыхает, осторожно выпутывается из моих рук. Становится холодно, и вокруг уже совсем не сказка.

— Сегодня останешься с нами, — принимаю решение. — Дороги замело, к утру почистят и нормально поедешь.

— Как ты себе это представляешь?

— Мне не привыкать спать на диване, — игнорирую хитрый дочкин взгляд. Она благоразумно молчит и подозрительно быстро ложится спать.

А я уснуть не могу: впервые за долгое время она рядом, только руку протяни. Ворочаюсь, внутри всё крутит. Только посмотреть на неё, спящую. Одним глазком взглянуть. Почти не дыша, бесшумно поднимаюсь в спальню, останавливаюсь перед дверью. Совсем с ума сошёл, докатился. Спит человек и спит, что лезть? Осторожно опускаю ручку, вхожу в спальню, застываю. Она не спит. Смотрит в упор, освещённая голубым светом с улицы. Что сказать, как оправдаться? Придумаю на ходу, а пока тихо закрываю дверь за спиной.