Князь Целитель 6

Глава 7

Для начала мы решили попробовать немного увеличить дистанцию, просто неторопливо пятясь назад. Каждый выигранный метр мог сыграть решающую роль в исходе манёвра, главное — не запнуться о торчащий из земли корень или пучок травы. Падение могло сыграть злую шутку против нас и отнять последний и без того сомнительный шанс.

Расстояние от нас до выстроившегося впереди полчища волколаков медленно, но увеличивалось. У меня было ощущение, что они готовы в любую секунду сорваться с места и атаковать нас, но их что-то или кто-то сдерживает.

Несколько минут, прошедшие с тех пор, как мы увидели живую преграду на обратном пути, тянулись невероятно медленно.

Мы достигли изгиба тропы и должны были теперь сместиться в сторону, скрывшись от пристально наблюдавших за нами монстров, но этого они, скорее всего, уже не простят и ринутся нас догонять. Значит, бежать в сторону пещеры надо прямо сейчас.

— Приготовились, — тихо сказал я. — Я бегу впереди, забрасываю петлю на обломанный сук и ныряю в пещеру, вы сразу следом. Держитесь за верёвку, там склон очень крутой, сами полетите и меня сшибёте на радость этим тварям. После каменной осыпи идёт почти ровный пол, там и примем бой, пока они не завалят проход своими телами.

— Неплохой план, — пробубнил Стас, видимо, не до конца поверив в реалистичность его воплощения.

— Я буду спускаться последним, — сказал Матвей, когда все уже были готовы сорваться с места.

— Это ещё почему? — поинтересовался Стас. — Я думал тебя вперёд пропустить. Ты большой, на тебя приземляться мягче будет.

— У меня есть щит, дурень! — недовольно и как-то снисходительно произнёс Матвей. — Если они нападут до того, как мы спустимся, у меня есть шанс выжить, а у тебя нет. И твоя невидимость не поможет, Ваня правильно сказал, нюх у них, скорее всего, отменный.

— Пусть так будет, — подтвердил я. — А теперь… погнали!

Мы стартанули так, словно за нами гналась стая диких волков. Теперь даже не пришлось представлять себе это, потому что всё именно так и было, даже намного хуже. Ветки с мясистой листвой хлестали по доспеху и лицу, но это никого не волновало, летели прямой наводкой к зияющему в каменном возвышении провалу.

То, что за нами погнались, было слышно издалека. Многоголосый вой и другие леденящие кровь звуки, издаваемые сотнями глоток монстров, сливались в песнь смерти, заставив замереть всё мелкое зверьё в ужасе во всей округе. Топот сотен могучих лап сотрясал землю и взбивал прелую прошлогоднюю листву.

Как бывалый чукча, пожелавший поймать конкретного оленя, я забросил петлю на сук, резко дёрнул за верёвку, чтобы затянулась петля, и буквально нырнул в пещеру. По осыпающимся вниз камням, вибрации верёвки и приглушенным ругательствам я понял, что друзья спускаются в меру своих возможностей вслед за мной. Из-за быстрого спуска ладони жгло от трения верёвки.

Когда пол стал ровным, я сделал несколько размашистых шагов и вжался в стену, чтобы меня не сбили с ног. Стас и Матвей буквально скатились вслед за мной. Я приготовился швырять молнии, друзья, стоя на одном колене, вскинули огнестрельное оружие и мы все дружно уставились на ослепительно сияющий на фоне окружающей темноты вход в пещеру.

На нас сверху уставились несколько звериных морд со светящимися жёлтыми глазами. Снаружи продолжался многоголосый вой, выражающий ярость и разочарование, но нырять за нами в пещеру они почему-то не спешили.

Мы замерли в ожидании атаки, слушая вой снаружи и дыхание друг друга, которое постепенно успокаивалось.

— Чего это они там застыли? — первым поинтересовался Матвей. — Здесь нас преследовать кишка тонка?

— Мог бы и просто порадоваться, что они не побежали за нами всем стадом, — сказал Стас, не опуская снайперской винтовки.

— Ну я-то радуюсь, — ухмыльнулся Матвей. — Просто, как по мне, так лучше сейчас загромоздить выход их телами и спокойно идти дальше, чем непонятно сколько ждать, когда они на это решатся.

— А куда это ты собрался идти? — спросил Стас. — Ты думаешь, что это подземный переход и твой дом на той стороне дороги? Вообще неизвестно, куда этот ход нас может привести, возможно, никуда.

— Тогда какой план? — поинтересовался Матвей. — Он у тебя есть?

— На то у нас есть командир, — ответил Стас, кивнув в мою сторону и снимая тем самым с себя ответственность. — Я о дальнейших действиях не имею ни малейшего представления.

— Ещё немного подождём, — сказал я, держа руку перед собой, по пальцам бегали беспокойные золотистые и зелёные искорки. — Если они не пойдут вслед за нами, а останутся ждать, значит, попробуем обследовать пещеру и поискать другой выход.

— А если другого выхода нет? — напряжённо произнёс Стас. — Если это вообще единственный вход и он же выход?

— Посмотрите внимательно на стены, — невозмутимо ответил я. — На них следы мощных водных потоков, которые воздействовали на камень довольно длительное время. Вода должна куда-то выходить, не поверю, что она просто вливается под землю.

— Есть ещё вероятность, что эти твари не просто так не хотят сюда лезть, а кого-то боятся, — сказал Матвей. — Возможно, здесь живёт кто-то гораздо опаснее, чем вся эта стая.

— И такое может быть, — кивнул я. — Но я не чувствую исходящую из глубины пещеры угрозу.

Это я, конечно, красиво сказал, особенно учитывая, что карта нейроинтерфейса мне вообще никаких угроз пока не показывала. Я по-прежнему находился в центре Екатеринбурга и нигде ни одного монстра, если не считать крыс в подвалах. Так как я не в силах сейчас исправить эту проблему, махнул на неё рукой и сосредоточился на собственных ощущениях.

Из звуков — только вой и поскуливание здоровенных мутировавших волков снаружи и перед самым входом в пещеру. Откуда-то из глубины пещеры веяло сыростью, плесенью и застоявшейся водой, слегка попахивало рыбой и пугающей неизвестностью. Есть ли там в глубине грозное чудовище? Да хрен же его знает! Зато точно известно, что снаружи нас ничего хорошего не ждёт, это сто процентов.

Как ни посмотри, но ситуация такая себе.

— Уходим дальше в пещеру и ищем другой выход, — сказал я и демонстративно развернулся, чтобы идти дальше.

Стас и Матвей молча опустили оружие и были готовы последовать за мной, несмотря на все опасения и предрассудки. Я достал фонарик из кармана рюкзака, мысленно помолился и уверенно пошёл к месту развилки главного прохода. Я помню, в какую сторону был направлен спуск в пещеру, получилось точно на восток. Если повернуть налево, то мы будем приближаться к центру Аномалии, а нам этого сейчас не нужно.

— Нам сюда, — сказал я, указывая на правое ответвление пещеры.

— Почему ты так уверен? — с сомнением в голосе поинтересовался Стас, шагнув однако именно туда, куда я показал.

— Да потому что именно в той стороне находится наш выход из Аномалии, — ответил за меня Матвей. — Чего тут непонятного?

— Повышение твоего интеллектуального уровня не может не радовать, Матвеюшка, — искажённым голосом довольной учительницы проворковал Стас.

— Опять ты за своё… — пробормотал Матвей и тяжело вздохнул.

— Гляньте, там за нами следом не идут? — спросил я, сделав в выбранном направлении несколько шагов.

— Не, тихо, — через некоторое время доложил Матвей. — Даже вой и скулёж тише стали.

— Значит, скорее всего, они сюда уже и не сунутся, — сказал я и довольно кивнул, хотя спокойствия на душе как не было, так и нет.

Мы осторожно продвигались по медленно уходящему вниз полу пещеры. Верёвка так и осталась валяться на полу у входа. Втайне я очень надеялся, что она там и останется и дождётся нас, если всё же придётся возвращаться обратно. Лёгкое движение воздуха в пещере говорило о том, что есть и другие выходы, осталось их только найти. Плохо будет, если в этот выход не пролезет ничего крупнее енота или моего Феди.

Всё-таки хорошо, что я не взял с собой в этот раз горностая. Пусть на меня обижается, пусть не мурлычет мне в ухо целую неделю, зато останется в живых. Во время замеса с Волколаками я бы такую гарантию не дал. Ну да, тут есть деревья, есть, где спрятаться, но есть на деревьях и эти «крокодильчики», которые, возможно, именно на такое и охотятся.

Вниз спускались довольно долго, температура воздуха уже приближалась к нулю. Сколько сейчас градусов — не готов сказать, но, по крайней мере, пар изо рта начал идти давно и стало довольно зябко. Если учесть, что мои брюки и ботинки так до конца и не высохли, как и одежда Матвея, лучше пока не останавливаться, быстрая ходьба неплохо согревала.

А ведь тут могло быть что угодно — как-никак мы в Аномалии и если уж она меняет растения, то и в подземной части могли ждать необычные сюрпризы. Поэтому я старался быть настороже все это время.

Коридор постепенно расширялся и терял высоту. Первым это заметил Матвей, как следует приложившись головой о небольшой выступ. Шлем из комплекта амуниции спецназа был только у меня.

— Вот же чёрт! — воскликнул парень, потирая ушибленное место. — Хоть бы табличку повесили, что тут низкий потолок.

— Так ты пригибайся, тебе голову надо беречь, — усмехнулся Стас. — А то только я тебя похвалил за повышение уровня интеллекта, а ты сейчас откат устроишь.

— За собой следи, — огрызнулся Матвей. — А то язык прикусишь, своим же ядом отравишься.

— Не-е-е, яд я для тебя приберегу, — довольным голосом сказал Стас. — Это очень ценный и, к сожалению, ограниченный ресурс.

— Тихо! — сказал я и резко остановился.

— Ты чего это? — шёпотом спросил Матвей, вглядываясь в холодную пустую темноту.

— Здесь и правда кто-то есть, — так же шёпотом сказал я.

Нейроинтерфейс мне сейчас не подсказывал ровным счётом ничего, даже с перебоями и дикими тормозами работали стандартные автономные функции. Теперь реально сработало какое-то внутреннее чутьё и появилось смутное ощущение тревоги и чьего-то грозного присутствия.

Успокаивало только то, что пространство пещеры не позволит обитать здесь относительно крупному монстру, а уж какой-нибудь Химере типа змеепаука — тем более.

— И что там? — спросил Стас, медленно поднимая снайперскую винтовку.

— Понятия не имею, — честно признался я, пожимая плечами.

Правда, последнего моего жеста в темноте никто не увидел, разве что только луч света от фонарика качнулся.

— Я иду первым, а вы на несколько шагов отстаньте, — сказал я и уверенным шагом двинулся вперёд в неизвестность.

Круги маны были наполнены энергией до пульсирующего свечения, я начал щедро вливать её в навершие протазана и в левую кисть, готовясь к атаке. Концентрация негативной энергии Аномалии здесь увеличилась ещё больше, что, скорее всего, и вызвало сбои в работе нейроинтерфейса, не помогала даже разработанная в лаборатории рода Демидовых особая защита. Так что отчёт об этом точно ждет наших людей.

Выбранный мной слегка извилистый ход в этот раз круто повернул направо и начал резко расширяться, переходя в большую каверну. То, что отпугнуло наших преследователей, я увидел не сразу. Точнее, не сразу понял, что это такое.

Сначала подумал, что это обточенный потоками воды огромный продолговатый валун лежит впереди поперёк нашего пути. Потом этот «валун» начал медленно смещаться вправо… И тут до меня дошло, что в луче фонарика лишь фрагмент тела гигантской змеи, почти не отличающегося по цвету от окружающего нас известняка и других похожих пород.

— Это что за хрень? — с ужасом выдохнул позади меня Матвей.

Я быстро пробежался фонариком вдоль всего, что пришло в движение. Эта рептилия превышала по размерам даже титанобоа, древнего предка современных анаконд. Вскоре над медленно смещающимися кольцами появилась и голова огромного хищника. По размерам она была примерно как у старого знакомого змеепаука. Такая тебя проглотит легче, чем хамелеон сверчка.

— Какая-то гигантская земляная анаконда, — тихо произнёс Стас. В его голосе ощущались одновременно восторг и ужас. — Так вот чего испугались эти Волколаки, наверное, уже имели шанс познакомиться поближе. Может, идём обратно, пока не поздно? Она еле шевелится, походу, мы её только что разбудили.

— Там за ней в конце каверны есть проход дальше, — сказал я. — Нам надо как-то добраться до него. Хотя я не уверен, что эта тварь не сможет в него пролезть.

Я дал команду нейроинтерфейсу записывать изображение, правда, никакого отклика так и не поступило, не уверен, что из этой затеи что-то получится.

— Эту змеюку надо убить, — добавил я после небольшой паузы.

— Ты уже знаешь как? — с некоторой паникой в голосе спросил Матвей.

— Пока нет, — покачал я головой. — Хочу попробовать тот же вариант, что продемонстрировала Евгения на Химере в прошлый раз.

— Но это не Химера, Ваня, — тут же возразил Стас. — У змеи бросок стремительный, они вкладывают в него всю силу, чтобы быстро схватить зазевавшуюся добычу. Ей даже душить тебя не придётся, так проглотит вместе с протазаном.

— Ну и пусть, — усмехнулся я. — Главное, чтобы не жуя это сделала, тогда я её изнутри выпотрошу.

— Реально смертник, — удручённо пробормотал Стас, а Матвей просто стоял с осунувшимся лицом и соблюдал молчание, боясь теперь сказать что-нибудь невпопад.

— Отчаянный, да, согласен, — ухмыльнулся я. — Но жить хочу, так что я не смертник. Погибать за идею в желудке гигантской змеи в качестве бессмертного подвига не рассматриваю.

Тем временем титанобоа-переросток продолжала неторопливо расплетаться, а её огромная голова медленно приближалась к нам из центра огромной каверны. У рептилий нет никакой мимики, но я всем телом ощущал исходящую от хищника угрозу и предвкушение скорой лёгкой победы.

— Отойдите ещё немного назад и держите её голову на прицеле, — сказал я, набрав максимум энергии в навершие протазана и в левую руку. — Когда откроет пасть, старайтесь стрелять вглубь её глотки или в нёбо, тогда хоть какой-то толк будет.

— Принял, — сказал Стас, который уже смотрел на змею сквозь прицел.

Матвей передёрнул затвор автомата и молча поднял его, уставившись в коллиматор.

Я медленно снял рюкзак, опустил на пол возле самой стены и немного сместился в сторону, чтобы не оказаться на линии огня, затем пошёл навстречу разворачивающейся змее. Хоть этот монстр и был невероятных размеров, поведение, в общем, мало чем отличалось от обычного ужа, который охотится на большую вкусную лягушку. Голова продолжала медленно приближаться, а тело двигалось немного быстрее, формируя изгиб «шеи» для совершения молниеносного броска.

Насколько помню из фильмов про животных, пасть открывается не в непосредственной близости от жертвы, а заранее, то есть у меня будет мизерный запас времени, чтобы отправить ей в глотку свои молнии и отпрыгнуть в сторону.

— Может, не надо? — со слабой надеждой в голосе спросил Матвей.

Я ничего не стал отвечать, продолжая медленно идти навстречу и готовясь к самому короткому поединку. Хотя, это не точно, он может и затянуться. От огромной змеиной головы с мутными кругляшами глаз меня отделяло уже метров десять. Она перестала приближаться, наращивая лишь изгиб тела и готовясь к броску.

На какое-то мгновение мир замер, всё вокруг куда-то исчезло, и огромная подземная каверна, и мои друзья, и проблемы с нейроинтерфейсом. Я слышал лишь стук своего сердца и напряжённое дыхание. Адреналин пульсировал жарким огнём, заставляя слегка подрагивать готовые в любую секунду совершить жизненно важный бросок мышцы.

Словно в замедленном кино, змеиная голова устремилась прямо ко мне, открывая на ходу огромную пасть. В голове за это мгновение успело пронестись: «Да куда ж ты так раззявливаешь, родная, я вовсе не такой большой!»

Выпущенные мной сдвоенные разряды прогрохотали одновременно с автоматной очередью Матвея, выстрела Стаса я на этом фоне не мог услышать, но абсолютно уверен, что он тоже был. Как только молнии и усиленные магией пули ударили в разверстую глотку, я резко прыгнул в сторону, совершил кувырок по осколкам камней, и тут же снова оказавшись на ногах.

Распахнутая змеиная пасть с диким грохотом врезалась в устилавшие дно каверны камни, на которых я только что стоял, с хрустом выворачивая нижнюю челюсть в обратную сторону и подминая её под тело змеи. За счёт мощности броска и инерции, голову несколько метров протащило по острым камням, раздирая мягкие ткани пасти, словно тёркой. Тело змеи продолжило вести в сторону, и на камнях стала видна кровь монстра и ошметки плоти. Всё это тянулось широкой полосой от места столкновения с землёй и до места полной остановки.

— В яблочко! — прокричал на всю пещеру Матвей так, что задрожали своды и на пол упало с десяток увесистых сталактитов.

— Не ори, дурень! — буркнул Стас, и я услышал лязг доспехов от того, как парень ткнул своего напарника локтем в бок. — Ещё не факт, что эта тварь мертва.