Кормление

15

На рассвете Эйлса взяла веревку Ромера и закрепила один ее конец на перилах, которые были частью лестничного пролета резервуара. Лейла питала постыдную надежду, что ветеран мог истечь кровью за ночь. Но он все еще оставался, кожа его была обесцвечена, он едва мог поднять голову, но все еще был в полном сознании.

— Жжет... как ублюдок, — сказал он, понизив голос до низкого бормотания, когда его пальцы задевали край повязки. — Эти сумасшедшие ублюдки... мажут свои болты бог знает чем. Вряд ли это цивилизованно... верно?

Он, Стэйв и Эйлса улыбнулись друг другу, а затем сцепили руки.

— Меняемся, — сказал Стэйв, протягивая Лейле револьвер Ромера и жестом показывая, чтобы она передала свой бластер. Она так и сделала, а затем начала рыться в рюкзаке в поисках оставшихся гранат, но остановилась под пристальным взглядом Эйлсы. Они не понадобятся.

— Держи верхнюю камору пустой... если не знаешь, что будут проблемы, — сказал Ромер Лейле, принимая от Стэйва револьвер, кобуру и боеприпасы. — В противном случае.....вы, скорее всего, прострелите себе ногу.

— Начинайте спускаться, — сказал Стэйв, кивнув головой в сторону ожидающей его веревки. — Я буду рядом.

Больше никто ничего не сказал, хотя Лейла изо всех сил пыталась подобрать какие-то напутственные слова для Ромера. В конце концов, перед тем как спуститься по канату, она лишь слабо улыбнулась. Он улыбнулся в ответ, в его глазах мелькнула искренняя благодарность. От этого ей стало только хуже.

Ее спуск был чуть менее неуклюжим, чем на стене. Казалось невероятным, что это было всего три дня назад. Спустившись вниз, она и остальные отвлеклись на осмотр тел. Лейла насчитала двадцать два, все в разной степени изувеченности. У некоторых отсутствовали конечности, другие были разорваны от шеи до паха. Единственным общим фактором была относительная сухость останков.

— Женщин нет, — заметил Люс. — Полагаю, они забрали ее... — Она проглотила кашель. — Живой.

— Известно, что бета-стаи хранят обиду, — сказала Эйлса. — Возможно, кто-то из них был там, под паяльной лампой.

Люс нахмурилась. — Значит, они... заботятся друг о друге?

— Как и собаки. Но это не делает их людьми.

— Но делает их лучше нас, — сказал Питт, бросив мрачный взгляд на верхнюю часть бака. — Может, Стейв позволит ему сделать это самому? Наедине, например.

— Мы должны быть уверены, — сказала Эйлса. — Ромер знает все маршруты и убежища. Если альфа найдет его... Мы не можем рисковать. Вы все знали, что это часть сделки. Так что хватит стонать.

Питту, однако, явно было нелегко отпустить разгрызенную кость. — Ничего бы не случилось, если бы мы продолжали идти. Проводить разведку было излишне. Ромер так сказал...

— Получи, маленький засранец, — прорычала Эйлса, надвигаясь на Речника. — Когда ты находишься здесь больше пяти минут... .

Ее расцветающая ярость угасла под ровный гул, донесшийся с крыши цистерны. Все стояли в тишине и смотрели, как Стэйв спускается по веревке. Он сделал это с неторопливой легкостью, а затем начал идти, выражение его лица было таким же жестко целеустремленным, как и всегда. — Пойдемте, — сказал он.

Через час после выхода с завода Эйлса велела им снять маски, и Лейла ощутила трепетное удовольствие от первого прикосновения к чистому воздуху. Большую часть утра они плутали по лесу, пока он не уступил место лугу. Она была короче, чем та, что окружала церковь, но густая. Несколько раз Лейла была близка к тому, чтобы упасть, когда ее ноги натыкались на скрытые препятствия, в основном ржавые куски металла, превратившиеся в извилистые абстракции. Вскоре они добрались до частично разрушенной конструкции — скелетной матрицы из порыжевшей стали, поднимающейся из ковра растительности. Лейла узнала в нем опору электропередач по осколкам кабеля. Через полмили они миновали еще одну, чуть более высокую, и Лейла поняла, что Стейв использует эти остатки Мира как путевые указатели.

Последний из них возвышался на холме, откуда открывался вид на узкий участок реки, возможно, ответвление той, которую они пересекли, чтобы добраться до завода. Она петляла по плоской земле под холмом, окружая обнесенное стеной поселение. Стена, судя по всему, была сделана в основном из рифленого железа, местами укрепленного бетонными плитами и наваленными обломками. Внутри нее возвышалось приземистое здание из темного камня, судя по архитектуре, построенное задолго до Кормления, и трио ветряных мельниц, лопасти которых быстро вращались на сильном ветру.

— Дозорных нет, — сказал Стэйв, опуская бинокль после продолжительного осмотра поселения.

— Прорвались? — поинтересовалась Эйлса.

— Никаких признаков повреждения стен.

— Обойти или проверить?

— Здесь всегда были неплохие запасы. Жаль тратить их впустую. Возможно, у них даже есть медикаменты. Все, что мы здесь найдем, не придется выменивать в Харбор-Пойнте.

Они обменялись коротким взглядом, выражающим взаимное согласие, и начали спускаться с холма.

— Значит, у нас нет права голоса, — заметил Питт, негромко, чтобы ветераны не услышали.

Лейла подумала, не напомнить ли ему, что он волен сам выбирать свой путь, но не стала этого делать. Несмотря на то что Ромер смирился со своей участью, а Эйлса, судя по всему, не теряла веры в своего лидера, факт оставался фактом: Стейв привел их к ненужной опасности. Следя за ним, она не могла отделаться от ощущения, что он что-то искал на заводе, что-то большее, чем информацию о недавно образовавшейся группе сумасшедших. Кроме того, она была уверена, что его поиски не закончились.

По мере приближения Лейла обнаружила, что стена поселения была более прочной, чем можно было предположить по ее ветхому виду. Она была возведена вокруг уже существовавшего забора, каждая секция которого была построена между высокими бетонными столбами. На воротах висела табличка мирного времени с выцветшей надписью: — Электрическая региональная подстанция Запада — собственность Муниципального управления энергетики — посторонним вход воспрещен. — На табличке красовался выбеленный символ, напоминающий молнию.

— Город искр, так они его называют, — сказала Эйлса. — Иногда мы приезжаем сюда, чтобы обменять батарейки. Эти их ветряки вырабатывают много энергии, а вся техника на подстанции позволяет им легко ее накапливать. Парень, отвечающий за это место, постоянно говорит о том, чтобы опустить в реку водяное колесо. Или говорил. Думаю, теперь они этого никогда не сделают.

— Люс, Питт, оставайтесь здесь, — сказал Стейв, прижимая к плечу приклад винтовки. — Эйлса, Лейла, со мной.

— Э-э, — рискнула Люс. — А что, если вы, ну, знаете, не вернетесь?

Стэйв махнул рукой вправо от поселения. — Харбор-Пойнт в той стороне. Удачи.

Лейла последовала совету Ромера оставить верхнюю камору револьвера пустой и зарядила ее пятью из оставшихся пятнадцати патронов. Револьвер весил примерно столько же, сколько бластер, но показался ей тяжелее, когда она вынула его из кобуры и пристроилась позади Эйлсы и Стэйва, возможно, потому, что она знала, что он гораздо смертоноснее. Как и ветераны, она держала ствол направленным на землю, а палец — на спусковом крючке.

Слегка толкнув ворота, Стэйв отступил назад и поднял винтовку, когда они распахнулись. Благодаря слабому, но ощутимому запаху разложения, витавшему в воздухе, Лейла знала, что они найдут, еще до того, как увидела это. Тела были в таком же беспорядке, как и на заводе, но они были жесткими и потемневшими от разложения.

Эйлса и Стэйв двигались в медленном темпе, наводя оружие на внутреннюю территорию поселения. Попытавшись подражать им, Лейла увидела еще больше тел на парапете внутренней стены и еще более плотное скопление, толпившееся у двери в старое здание. Она не могла сказать, погибли ли эти люди, если бежали из здания или пытались укрыться в нем. Заметив среди этой массы маленькие трупы, она отвернулась.

— Беты, — сказала Эйлса, приседая, чтобы окинуть опытным взглядом одно из тел. — Слышала о том, что они и раньше уничтожали поселения, но только в очень больших количествах, что в наши дни редкость. Я бы также ожидала большего ущерба для стены и ворот. — Она кивнула на цепи, лежащие на земле возле входа. — Похоже, кто-то только что впустил их внутрь.

— Кто бы это мог сделать? — задалась вопросом Лейла.

— Такое случается. — Эйлса со стоном выпрямилась. — Кто-то теряет рассудок, не может больше терпеть, но хочет забрать всех с собой, когда уходит. Может, это был он. — Она ткнула пальцем в тело у своих ног.

— Нужно проверить внутри, — сказал Стейв и направился к зданию. Лейла увидела, как на лице Эйлсы мелькнул конфликт, прежде чем она последовала за ним. Не думаю, что это хорошая идея, решила Лейла. Как и завод. Тем не менее, она все еще следует за ним.

Войдя в здание, пришлось неизбежно наступить на ковер из тел, заваливший дверной проем. Двое ветеранов пробились вперед без колебаний, и Лейла заставила себя сделать то же самое, борясь с инстинктивной потребностью вызвать рвоту. Оказавшись внутри, они включили фонарики, и лучи заиграли по пространству импровизированного жилища, приведенного в беспорядок. Пол, заляпанный засохшей кровью, был усыпан мусором, между которыми лежали еще несколько тел. Лейла подавила очередной порыв тошноты, увидев, что детей здесь больше, чем снаружи. Некоторые из них были зажаты в объятиях взрослых, пытавшихся их защитить, — родители и дети, застывшие в момент убийства.

Стэйв настоял, чтобы они оставались вместе, пока они медленно и тщательно осматривали здание. За пределами жилых помещений они обнаружили блоки конденсаторов и реле, которые когда-то были его целью. Все было инертно, отсутствовал даже слабый электрический гул, но Лейла все равно воздерживалась от прикосновений. В помещении, где раньше находилось оборудование, они обнаружили склады поселения — их предполагаемую цель. Дверь была надежно заперта, но замок и цепь валялись на полу. Содержимое оказалось удручающе скудным: всего несколько древних банок и бочка с водой. Не было ни оружия, ни батарей, о которых говорила Эйлса.

Проверив служебные помещения в задней части здания, Стэйв объявил, что все чисто. Он послал Лейлу за Питтом и Люс, а затем поручил им обшарить поселение в поисках чего-нибудь полезного. Когда дело дошло до расходных материалов, результаты оказались скудными. Немногочисленные банки с едой, обнаруженные Лейлой, были пробиты, а вылитое содержимое оставлено портиться. Кроме того, несмотря на то, что она заставила себя обыскать тела, а также кровати и шкафчики, она не нашла никаких лекарств, кроме древней упаковки ацетаминофена. Люс обнаружила запас чистой воды, а Питт — спрятанный у стены склад автомобильных аккумуляторов. Стейв велел ему снова накрыть их, сказав, что позже за ними могут прислать другую команду.

— Перерезали линии электропередач к ветрякам и разбили зарядное устройство, — доложила Эйлса. Они собрались в самом большом кабинете, который, судя по всему, служил командным пунктом и библиотекой поселения. На столе лежал труп головой вниз, плоть потемнела от гнили, а часть ее съели мыши. Несмотря на разложение, они смогли разглядеть большую дыру в боку его головы.

— Застрелился, — заключила Эйлса, хмурясь и осматривая стол и пол под ним. — Но пистолета нет.

Вдоль стен стояли полки, заставленные книгами, большинство из которых имели совершенно незнакомые названия. Лейла не поддалась искушению взять несколько для Стрэнга, не в силах оправдать дополнительный вес.

— Вообще-то оружия нет, — продолжала Эйлса. — Нигде во всем поселении. Когда я была здесь в последний раз, у них было полно оружия. Кто-то собрал их у всех.

— Альфа, верно? — сказала Лейла. — Они похожи на нас. Это объясняет, как они сюда попали.

— Иногда они похожи на нас, но думают не так, как мы. Под всем этим они просто сгусток жажды крови, как и все им подобные. И они сторонятся других типов. А это... — Эйлса указала жестом на разрушения за окнами кабинета, — это что-то новое. Мне это не нравится. Нам не стоит здесь задерживаться.

Она обратилась к Стэйву, но тот, похоже, отвлекся на книги. Лейла наблюдала, как он проводит пальцем по одному из разделов, вычленяя имена разных поэтов на корешках, пока его рука не остановилась на каком-то участке.

— Стэйв, — сказала Эйлса.

Рука Стэйва сжалась в кулак. — Да, — сказал он, двигаясь к двери. — Пора двигаться дальше.

Прежде чем последовать за остальными, Лейла задержалась, чтобы поближе рассмотреть предмет своего восхищения. Промежуток между книгами был достаточно велик, чтобы вместить пару томов или один большой. Тот, кто содержал эту библиотеку, разложил книги по жанрам и алфавиту. На книге слева от зазора было написано «Бетджеман, — а справа — «Коривая.

— Так, кто же пропал? — пробормотала она, прежде чем раздраженный щелчок Эйлсы заставил ее поспешить за ней.

Они свернули с дороги, ведущей из Спарк-Тауна, в жилой квартал со смешанной архитектурой: старые террасные дома вперемешку с современными многоквартирными домами. Стейв и Эйлса проявляли здесь ту же настороженность, что и в жилых домах, держась в центре дороги и постоянно осматривая проплывающие мимо окна и дверные проемы. К позднему вечеру Лейла заметила, что улицы стали шире, а здания выше. На многих из них вдоль дверей висели вывески. На одних были изображены символы, смутно напоминающие фрукты или зверей. Другие провозглашали непонятные названия, за которыми следовали бессмысленные аббревиатуры: Media Inc. или Excelsius Hydrocarbons GLC. Впечатление грандиозности контрастировало с интенсивностью разрушений, которые здесь происходили. На каждой стене виднелись следы выстрелов, а многие возвышающиеся строения были разрушены до стальных костей.

В центре этого района на дорожном перекрестке стояло множество разрушенных военных машин. Танки и бронетранспортеры, проржавевшие и почерневшие, усеивали изрезанную дорогу. Все они заросли сорняками, пробившимися сквозь трещины на асфальте, что напомнило Лейле об убитых зверях, предающихся разложению. В нескольких местах дорогу прорезали глубокие воронки — наследие оружия, обладающего такой мощью, что Лейла удивлялась, как те, кто пытался оспорить Кормление, могли потерпеть такое абсолютное поражение.

— Добро пожаловать на место последнего сражения, детишки, — сказала Эйлса. — Во всяком случае, в этом городе. Битва за Корпоративный Перекресток. В свое время из этого места сделали бы национальный парк. — Она бросила лукавый взгляд на Стэйва. — Может быть, если ты будешь хорошо себя вести, наш славный лидер расскажет тебе об этом.

— Вы были здесь? — спросил Питт у Стейва. Лейла ожидала, что он проигнорирует вопрос и отдаст отрывистый приказ двигаться дальше, но он удивил ее.

— Эхо-3, - сказал он, подходя к ржавым остаткам заросшего сорняками танка неподалеку. Следуя за ним, Лейла различила выцветшую надпись на его башне: E-3. Под ней виднелась мультяшная фигурка, слишком облупившаяся и обветрившаяся, чтобы разобрать ее полностью, но она подумала, что это может быть какая-то утка. Мы называли его «Смертоносный Донни, — продолжал Стейв. — Выкопали из нафталина и передали в руки кучки детей, которых учили всего три недели. Тем не менее он спас меня, когда ВВС начали сбрасывать термобарические снаряды. Винить их за это было нельзя, поскольку кормщики к тому времени прорвали все баррикады. Бомбы, должно быть, поджаривали сразу несколько тысяч особей. Они взрывались в двадцати футах от земли, поджигая воздух. Некоторые экипажи задохнулись в своих машинах. Донни был одним из немногих, у кого была система химической защиты, поэтому мы не попали. Зато расплавились гусеницы. Когда мы выползли наружу, воевать было уже не за что, но кормщиков по-прежнему хватало. До нас дошли слухи о том, что на окраине города строится какой-то редут, вот мы туда и направились. Только двое из нас добрались.

Его лицо омрачилось, и он отвернулся от танка. — Хватит древней истории. День начинает угасать.

Следующее убежище представляло собой большую защищенную комнату на третьем этаже одного из разрушенных зданий. Этажи выше были разрушены взрывом, но этот остался на удивление целым. Эйлса назвала это убежище «серверной»: оно было заполнено пустыми стойками, где когда-то стояла техника, давно разграбленная.

— В таких местах управляли миром во время Мира, — сказала она, бросая каждому из послушников по банке бобов из хорошо укомплектованного тайника.

— Как? — поинтересовался Питт, заедая маринованным луком, глядя на путаницу проводов, свисающих с одного из стеллажей.

— Проводами, дружище, — ответила Эйлса, а затем пожала плечами. — Пока все не стало беспроводным. Это сложно. Поешь, потом поспи. Завтра мы будем торговать. Это не то, что ты хочешь делать с притупленным сознанием.

Лейла встретилась с темой своего страшного сна той ночью, не испытывая ни малейшего удивления. Пожалуйста, не надо! взмолился Ромер, сидя на баке, из его раны на ноге текла красивая, шелковистая красная кровь, когда он пытался отползти от нее. На этот раз она почувствовала его запах, который проникал в нее, вызывая хищный, болезненный голод. Подойдя к Ромеру, она задумалась о том, что ее воображение решило превратить столь мужественную душу в труса. Покрытые слезами и соплями черты лица превратились в картину брезгливого ужаса, когда он лепетал безнадежные мольбы. Я знаю кое-что... Я расскажу вам все. Только, пожалуйста, не надо...