Старчество

Люди, ожидая старца, стояли у забора. За этим забором они видели небольшой домик отца Николая и дворик, густо засаженный разросшимися каштанами, кипарисами и другими деревьями. На ветках деревьев и на крыше плотно, как куры на насесте, сидели голуби. Голуби расхаживали и на земле, а рядом – воробьи, галки, скворцы, куры. Тут же прогуливались собачонка и кот по имени Липа. Как-то Липа поймал одну из птичек, облюбовавших себе двор старца. Поймал и съел. Отец Николай к происшедшему отнесся серьезно, разъяснил провинившемуся коту, в чем его неправота, и наказал больше так не делать. Липа раскаялся: с тех пор он не только сам не ловил птичек, но и не давал их в обиду собратьям. Когда однажды некая птаха свила себе гнездо так низко, что вызвала соблазн у соседских котов, Липа встал на ее защиту и оберегал, пока птенцы не подросли.

Этот пушистый кот вообще был помощником старца и нес на острове определенное послушание: отец Николай выговаривал ему за чужие грехи. Некоторые паломники рассказывали, как старец, держа кота на коленях, вовсю распекал его – и ленивый-де он, и чревоугодник, и то делает не так, и это… Слушая речь, обращенную к коту, они вдруг понимали, что все сказанное напрямую относится к ним самим.

Слушались отца Николая и птицы. Монахиня Успенского Пюхтецкого монастыря рассказывала о таком удивительном случае. Отец Николай приехал в обитель на какой-то праздник в Пюхтицкий монастырь и тихонько встал в уголке. Неожиданно в раскрытое окно влетели семь или восемь голубей и, шумно хлопая крыльями, закружили по храму. Монахини попытались их выгнать, но только перепугали птиц. Кто-то из сестер попросил отца Николая помолиться. Он молча склонил голову, и вскоре голуби улетели в окно один за другим…

Загрузка...