Лжец

Глава 46

Не понимая, как это могло произойти, шумно вдыхаю и выдыхаю воздух. Руки трясутся так, что я даже не могу нащупать руль под сдувшимся мешком.

Я словно в оцепенении, мозг реагирует на все заторможенно.

Разблокирую замки… нужно выбраться…

Внезапно дверь рядом со мной распахивается, и в потрясённое сознание врывается грубый оскорбительный голос:

— Ты че творишь, безголовая?!!!

Медленно-медленно. Ошарашенно. Поворачиваю голову. Глаза фокусируются на отталкивающем лице с крючковатым носом. По щекам мужчины бурными потоками стекает вода, отросшие волосы в пору выжимать. А я пропускаю половину ругательств, что он возмущённо обрушивает на меня.

Раскаты грома и молния вновь сокрушают подсвечиваемую столбами темноту. А мои глаза неконтролируемо увлажняются. Так выходит напряжение. Страх и шок. Пока меня крутило в неуправляемом металлическом полуторатоннике, подумать о чем-то просто не хватило времени…

— Ты куда смотришь, слепая что ли?!

Посторонний продолжает неудержимо сокрушаться, а я лишь успеваю тихо огрызнуться дрожащими губами.

Я пытаюсь понять, что теперь делать, как-то сориентироваться, но мозг отказывается работать.

— Да я тебя раскатаю, как… — часть его словесного потока я не улавливаю, некоторые слова слышу впервые. Да и не до них мне сейчас. — Забудешь, как за руль садиться, обезьяна!!!

Агрессивный мужик, который всеми силами пытается добиться от меня какого-то ответа и запугать, не внушает уверенности в собственных силах.

Я не представляю, как общаться с этим приматом.

Звоню Гордею. Он мне объяснит, что и как дальше!

Но зять не отвечает! И снова не отвечает.

— Кому ты там все звонишь, лахудра слепошарая?! Ща гайцы приедут, ты у меня…

Я: «Я попала в аварию. Не знаю, что делать. Мне мужик угрожает. Перезвони ПОЖАЛУЙСТА!!!»

Отправляю Гордею и скрещиваю пальцы.

Быстро дописываю примерный адрес: пересечение улиц. Кидаю вдогонку. Из машины выходить боюсь, громко требую, чтобы мужик отошёл и позволил мне закрыть дверь.

Ну да. Как же. Отошёл он… стоит уже сам кому-то в трубку орет…

Мой телефон оживает, а я в полной уверенности, что зять прочитал мое СМС, отвечаю не глядя.

— Гордей, я Ауди разбила! А водитель пострадавшей машины орет на меня, как потерпевший, — слёзы крупными каплями стекают к шее, противно покусывают прохладой, и я слишком поздно улавливаю смысл своей фразы. — А он и есть потерпевший… — заканчиваю дрожащим голосом, — и я не знаю, что делать… Просто гаишников вызывать, да?

Понимаю, что веду себя глупо, но шок сковал мысли и не позволяет адекватно воспринимать ситуацию.

— Ты в аварию попала?! В СМЫСЛЕ ОРЕТ?!!! — угрожающе взрывается трубка голосом Итана. Я шумно всхлипываю, осекаясь. Черт. — Ты не пострадала?!

— Нет. Я… я…

Я из машины не могу выйти. Он больной какой-то!

— Иди, передай ему трубку.

— Итан, может, не надо?

— Иди. И передай!

Мужчина со злобным оскалом впивается в корпус моего телефона, продолжает наезд. Затем его речь становится отрывистой, потом он начинает слушать. Отходит подальше. И говорит уже тише, не так возмущённо, скорее ошарашенно.

Трубка оказывается в моих руках ещё минуты через три.

С разряженной батареей… Да что ты будешь делать, а?!!!

— Садись в тачку, — звучит грубый приказ, — ждать будем.

Скрепя сердце я уточняю, вызвал ли он гаишников, на что мужчина отвечает неприятным ёмким «да».

Через двадцать минут к нам подъезжает незнакомый серебристый микроавтобус. Подножка опускается, и из салона выезжает… Итан.

Я мгновенно выскакиваю из разбитой машины и пулей лечу к нему, бросаясь на шею.

— Я так испугалась, до сих пор отойти не могу!

— Не волнуйся. Иди в машине посиди.

— Слышь, мужик, ты че, на жалость приехал давить?! — разворачивается в нашу сторону хамло с крючковатым носом. — Баба виновата, ясно?!

— Слушай меня внимательно. Это не баба. А моя женщина. И я за неё отвечаю, — прилетает уверенный ответ. А настойчивая ладонь ощутимо толкает к разбитой машине. — Пошли отойдем. Разберемся, кто виноват. А то разнылся тут.

Ещё немного, и я сгрызу все ногти. Лица Итана мне не видно. Прилипнув к стеклу, пытаясь наконец согреться, наблюдаю за мужчинами.

И тут взгляд выхватывает из сумерек знакомые очертания. Это машина Гордея! Зять энергично выбирается из салона и проворным размашистым шагом направляется…

Господи…

Вылетаю из авто. Даже не закрываю дверь.

Успеваю поймать только обрывки разговора на повышенных тонах.

— Вот ты где! — Гордей первым меня увидел. Приблизился и привлёк за плечи, успокаивающе произнес, чуть понижая тембр голоса:

— Ты не волнуйся, сейчас порешаем все. Сама цела? Ударилась?

— Я нормально, подушки сработали.

— Иди пока в машину.

— Гордей, я здесь не одна. Здесь ещё… мой мужчина, — произношу с небольшой заминкой. — Он тоже приехал.

— Кто?! — ошарашенно переспрашивает.

— Я, — врезается в спину громогласное замечание.

Мы оба с Гордеем оборачиваемся.

Итан выглядит немного удивленным, но смотрит уверенно. А вот лицо Гордея вытягивается, он не произносит ни слова. Лишь поднимает ладонь и беззвучно указывает то на меня, то на Итана.

— А что значит «мой мужчина»? — обвиняюще роняет зять. Три пары глаз уставились на меня.

— Не очень выходит знакомство, да… но все же… это Итан. Мой мужчина, — сбивчиво представляю их друг другу. — А это…

— Гордей, — заканчивает за меня Итан. И вдогонку комментирует, — а его жена Кристина приходится тебе сестрой. Я ничего не упустил?

— Вы знакомы? — вырывается. Я даже о пробирающем ветре забыла. И дождь уже стих…

— Да, мы давно знаем друг друга, — немного агрессивно бросает зять.

— Гордей организовал мою транспортировку после крушения.

«У него друг разбился на самолёте. Он к родителям летел. Там что-то срочное было…»

Слова сестры всплывают в памяти, вышибая дух.

— Так ты… ты на самолёте разбился? — шепчу побелевшими губами. Ничего не вижу, кроме его лица.

— Да. Давай чуть позже это обсудим.

— Я вот только не понял, — тон Гордея мне, мягко говоря, не нравится, — а вы вообще как… вы где успели… — фраза остаётся неоконченной.

Подхожу к Итану и становлюсь возле его кресла, кладу ладонь ему на плечо. Простой жест поддержки сейчас важен нам обоим. Потому что я вижу: Гордей не в восторге от новости. И видится мне, противостояние будет болезненным.

— Давайте вы потом разберётесь, кто тут с кем. По тачке сначала решим, — предлагает присмиревший пострадавший.

— Лида, в машине подожди, — командует зять, кивает в сторону авто. Которое он мне, собственно, и подарил. И предупредил, что если будет такой крупный косяк, то я вернусь к пешим прогулкам.

Я набираю воздуха в грудь, чтобы возразить, но тихое замечание Итана пробирает:

— Правда. Лучше подожди в машине.

Взглядом просит прислушаться и уйти сейчас.

Спорить с ним я не решаюсь.

С тяжёлым сердцем занимаю место в своей машине. Пытаюсь вспомнить, что именно я слышала от Кристины о «том самом» друге.

Сижу как на иголках. Даже отвлечься не на что. Когда с происшествием покончено, мы с Итаном и Гордеем остаемся втроём.

— Как так? Ты же сама отписалась, что доехала уже, — прилетает закономерный вопрос.

— Там так долго рассказывать, подругу надо было домой отвезти… — киваю на разбитую металлическую морду, вздыхаю. — Отвезла.

Зять успевает бросить напряженное:

— Разобрались и отлично. Лида. Поехали. Я тебя домой подкину. А тачку отгонят мои люди.

— Да мы разберёмся сами, старик. Ты езжай домой.

— Лида… — настойчиво тянет Гордей.

— Я с Итаном уеду.

— На чем ты с ним уедешь?! — звенит возмущение в его голосе. Кажется, я начинаю понимать, откуда у Крис такая выдержка…

Тут же вклинивается Итан:

— Я на микроавтобусе. Место там есть. Не волнуйся. Я Лиду домой сам отвезу. Она тебе потом отзвонится, если переживаешь.

— Место есть, необходимости и удобств нет. Лид, погнали.

Зять хватает за руку, сдавливая запястье, тянет за собой.

«Галантно» предлагает усесться в его премиальную карету. Кивает вглубь салона. Нетерпеливо ждёт. А я начинаю отцеплять его пальцы от своей руки.

— Я с Итаном поеду, Гордей.

Но родственник резко зыркает на меня.

— Да, Гор. Если хочешь, обсудим позже. Спасибо, что Лиду не бросил, приехал, как позвали.

Ощущаю, как начинают алеть щеки. Итан технично намекнул, что Гордею я позвонила и попросила о помощи. А его — нет…

Неприятно, конечно. Но… если уж быть честной… что Гордей сорвётся и отложит ради меня любые, даже самые срочные дела… я была уверена. Итана же неправильно было ставить в неловкое положение. Ему это намного сложнее, естественно… Но он все равно здесь.

От этих мыслей и выводов сейчас очень стыдно. Представляю, как Итану неприятно.

— Ты уверена? — зять непробиваемо смотрит на меня, прищуривает глаза.

— Да, не переживай. Спасибо, что сорвался.

— Обращайтесь, если что.

Шагает к Итану, не сводя строгого взора с друга, протягивает руку, тихо бросая на прощание:

— Я на днях заеду. Разговор есть.

****

— Нужно было сразу мне позвонить! Сразу! Мне! — в сердцах возмущается Итан, пока мы едем в сторону моего дома. Я ему выложила все как на духу, боясь заглядывать в любимые глаза цвета неба. Дырявлю взглядом обшивку сидений.

Микроавтобус переоборудован под нужды и физические особенности своего владельца. Никогда не задумывалась о том, как людям с ограниченными возможностями мобильно передвигаться по городу, а здесь подножка выдвигается, есть удобный электропривод. Надёжные фиксаторы. И для пассажиров тоже места предусмотрены.

— Зачем ты только туда поехала?! — продолжает сокрушаться Итан.

— Я не могла ее оставить в подъезде, и просто такси заказать мне показалось недостаточным… — жалобно возражаю.

— Сказала бы мне, я бы сам машину ей вызвал, договорился, чтобы ее проводили до дома!

Мужской голос стихает. В последнее слово вдруг пробрались скорбные нотки.

— Значит, Гордею ты сразу позвонила… — барабанит пальцами по подлокотнику кресла. — А меня попросить о помощи постеснялась. Да?!

— Я знаю, о чем ты думаешь. Не надо, пожалуйста.

— Чувствую себя старой рухлядью.

— Не такой уж ты и старый, — стараюсь улыбнуться, но Итан пытает осуждающим взглядом. Да, неудачная шутка.

— Ты думаешь, что я вот из-за этого, — с глухим хлопком бьет себя по колену, слегка повышая голос, пропитанный горечью, — что я теперь не мужик, что ли? Что я ни на что не способен, кроме как кнопками на пульте щёлкать?!

— У меня даже мысли такой не было! Перестань!

— Кая! Ты со всеми эти проблемами, — сверкает глазами, — ко мне должна приходить! А не у других помощи искать! Ты моя женщина! Ты согласилась быть под моей защитой! Под моей ответственностью! А получается что?! Ты мне не доверяешь, заранее считая, что я ничего сделать не сумею!

— Я до сих пор в ужасе, до сих пор чувствую, как машину вынесло и крутить стало! Я испугалась! И Гордею, да, позвонила! Потому что я привыкла, что он всегда мне помогает!

— Этого можно было избежать! Просто ты решила, что я никчёмный и ничего сделать для тебя не сумею!

Хочется изо всех сил выкрикнуть, что это неправда. Но… мысль о том, что надо скорее позвонить Гордею, и уж он-то точно знает, что делать, вытеснила все остальные. Я не думала, что Итан ни на что не способен. Но обратиться к нему за помощью и советом… мне эта мысль не пришла в голову.

— Я хочу, чтобы ты ко мне приходила с проблемами. Я хочу сам их решать. Я хочу, чтобы ты доверяла и не боялась положиться на меня. А иначе зачем такой мужик, если тебе все придётся решать самой?!

— Итан, я не боюсь на тебя положиться, просто я привыкла, что в случае непредвиденной ситуации за меня всегда вступается Гордей. И я умею это ценить. Потому что у нас с Кристиной был в жизни довольно долгий период, когда положиться можно было только на себя.

— Теперь у тебя есть я.

— Я знаю, — звучит слишком пронзительно. — И это я тоже очень ценю.

— Мир?

— Мир, — киваю тут же.

Молчание начинает усугублять ситуацию. Итан надтреснуто произносит:

— Ты хоть представляешь, как я за тебя испугался?

Глухой голос беспощадно бьет в самое слабое место.

— Итан… — не могу подобрать слов для возражений, их просто нет.

— Я думал, на руках поползу, если нужно будет. Где бы ты ни была. У меня кровь в жилах застыла, когда я представил, что с тобой что-то случилось.

Опускаю взгляд. Следы от ногтей уже пересекают ладони.

Ещё некоторое время мы с Итаном не смотрим друг на друга. После чего я решаюсь нарушить хрупкое равновесие.

— Самолет, значит?

— Да, — ответ выходит почти равнодушным. Почти. — Самолет.

— Кристина говорила, что друг Гордея в коме лежал. Долго?

— Полтора месяца.

— Не верится, — в груди снова начинает печь. Разве такое бывает? — Как я жалею, что ничего не знала. И что меня не было рядом.

— Может, это и к лучшему. В том состоянии, в котором я находился… да в общем, хорошо, что ты меня не видела, — смущённо улыбается, мягкий свет в небесных глазах греет душу. — У вас с Гордеем хорошие отношения, как я понимаю?

— Да. Они с Крис про меня не забывают.

— Они молодцы. Почему мы на их свадьбе не встретились? Тебя не было?

— Андрюшке стало плохо, и я забрала его домой. Но я тебя не помню. Ты с Полиной был?

— Да. Я возвращался из Швеции. Рейс немного задержали из-за погодных условий. И на торжество мы приехали с опозданием.

— Понятно. Вы с Гордеем близкие друзья?

— Да.

— Мне показалось, он не рад новости.

— Мне тоже.