Лжец

Глава 56

— На самом деле, по нескольким причинам.

Любимый хмурится. Упирается локтями в подлокотники и переплетает пальцы. Смотрит на меня невесело. Ооой как невесело.

А я складываю ладони на груди и жду ответа. Так и стоим прямо на пороге. В ожидании.

— Например?

— Ну например, сначала нужно сделать. Иначе рассказывать может быть и не о чем.

Логично? Вроде бы и да. Но все же!

— А ещё? — стреляю дальше вопросом.

— А ещё не хотел тебя лишний раз расстраивать. Я ж понимаю, что ты будешь нервничать.

— Так если повода нет, то зачем?

— Кай…

— Дальше! — роняю кисло. Душа все равно обливается слезами! Мог бы и сказать!

— А дальше я все же не в кино с ней ходил. А попросил приехать в офис. Чтобы обсудить вопросы управления фирмой.

— Так ты сам ее попросил приехать?!

— Сам. А ты, я так понимаю, «вовремя» подъехала. Да?

— Да. И видела, что она вырядилась, как на свидание! Да какой там! Как на собственную свадьбу! И как она улыбалась тебе и трогала тебя! А ты даже руки ее не скинул с себя!

— Я ей сделал замечание словами, руку она убрала. Почти сразу, — замечательно! Он решил масла в огонь подлить?! — Неужели ты считаешь, что в общем коридоре уместны какие-то разборки?

— Остальные сотрудники, коллеги и партнеры тебя так не трогают!

— Но ты ведь сейчас утрируешь. Ты не можешь этого не понимать…

— Я видела, как ты на неё смотрел! Не отрываясь!

— Я, когда с людьми общаюсь, привык смотреть им в глаза. Хороший психологический приём. И тебе советую, — назидательно произносит, а у меня буря в душе! Это не какая-то там непонятная коллега! Это его бывшая невеста! С которой он спал и на руках носил! — Я знаю, о чем ты думаешь. Ты мне не доверяешь?

— Итан, ты мог бы мне сказать, что у вас встреча! Я к тебе уже приехала! А ты мне коротко сообщил, что задержишься и что у тебя рабочие переговоры! А тут Полина примчалась!

— Но ты не предупредила, что уже подъехала. Я бы встретил. И объяснил. А еще ты не ответила на мой вопрос. Ты мне не доверяешь?

Я молчу, потому что именно сейчас мне сказать нечего. Ещё утром я бы безоговорочно заверила однозначным «Доверяю»! С абсолютной уверенностью!

— Я думала, что мы с тобой более откровенны друг с другом и о твоих проблемах на работе и вынужденных встречах с бывшей невестой я буду знать заранее!

— Все решилось быстро. И расстраивать тебя по телефону, объясняя, что впереди встреча с Полиной, я посчитал неуместным.

— А я считаю, это было бы уместно!

Хотя в душе понимаю, что меня все равно колотило бы. И я б с телефона не слезла, расспрашивая обо всех «зачем» и «почему»!

— Во-первых, ты реагируешь на это слишком остро. Во-вторых, когда ты повезла подругу домой, где был твой бывший муж, я тебе ничего подобного не говорил.

— Да ладно?! — помню-помню я его горячую речь. Тогда мне и правда было не по себе.

— Именно. Я говорил о том, что ты не видишь во мне защитника и мужчину и не пришла ко мне за поддержкой. А не о том, что ты вынужденно с бывшим мужем встретилась. Это разные вещи. И всякое бывает. Я тебя виноватым не делал. Хотя ты тоже заранее не предупредила, что поехала к нему домой.

И правда. По поводу Дани ни слова я тогда не услышала.

Тут мне нечего ему сказать. Да, я, возможно, и реагирую слишком резко. Но черт возьми! Это Полина! И она его трогала!

— Приревновала немного?

— Нет! Мне просто неприятно, что вы можете общаться! Созваниваться! Что она может сорваться и приехать к тебе! И что она тебя гладит — тоже!

Я в следующий раз руки ей отгрызу! Вот точно!!! Они уже разошлись! У неё была возможность дорожить им и не загубить их чувства! Все! Теперь она к нему не имеет никакого отношения! Почему она его трогает?!

— По поводу последнего я уже сказал, я сделал ей замечание. Поверь, мне тоже это было малоприятно. Общаться приходится, потому что ее отец совладелец бизнеса. И так получилось, что сейчас адекватнее общаться с ней, чем с самим Лебедевым.

— А я не хочу, чтобы вы общались!!! — тут же вскидываюсь. И мне плевать, что мое поведение может смахивать на не совсем взрослое!

— Малыш, я тоже не хочу с ней общаться. И обсуждать ее тоже. Я устал и соскучился. Ты, может, меня обнимешь для начала?

Протягивает руку, а я дотрагиваюсь пальчиками до его ладони и тут же одёргиваю.

— Нет! — вновь скрещиваю руки на груди. — Я хочу, чтоб ты знал! Если ещё раз она сложит на тебя свои конечности, я в стороне стоять не буду! И если я тебе дорога, будь добр, позаботься заранее о том, чтобы тебя никто не лапал и все они держали дистанцию! А ещё я хочу знать, почему вы разошлись. И что было после аварии. Не верю, что она отвернулась в такой сложный момент. Иначе сейчас не прыгала бы вокруг тебя с таким счастливым лицом!

Итан выбирает момент и неожиданно подаёт коляску вперёд. Подхватывает меня под коленки и силой усаживает к себе. Улыбается, как всегда, тепло. А я надутая и расстроенная. Да, признаю! И мне нужен ответ!

— Пока я был в коме, она жила в гостинице неподалёку. Когда я очнулся, она сразу же приехала. Рядом была, с врачами разговаривала, приносила мне что-то.

Как же неприятно это слышать. Это я должна была быть рядом, а не она, я! Но меня не было… и это был мой собственный выбор…

Усмирить расползающийся вихрь эмоций и сожалений мне не под силу. А она хотела его вернуть… и сейчас наверняка хочет. А иначе как можно ещё объяснить ее вид? Один разрез чего стоит!

— Получается, вы тогда не разошлись? — расстроенно смотрю на него. Мне не хватало этого разговора. Разговора об их прошлом, в котором мне нет места. Но я все равно хочу знать, на чем именно они закончили!

— Разошлись. Но она переживала очень. Была рядом. Но я попросил ее уехать. И больше не приезжать.

— Она послушалась?

— Да. Мы разошлись приемлемо. Не друзья, не враги, первое время она мне звонила, но говорить, кроме как о моем состоянии, нам было не о чем, — нежно обводит овал моего лица. — Да и желания не было. Сейчас мы связаны с ней вынужденно. С ней и с ее отцом. При необходимости можем с ней связаться. Но я хочу, чтобы ты понимала. Это другое. Это не отношения. Это не чувства. Это ничто.

— Почему вы разошлись тогда?

Этот ответ для меня важен, как ничто на свете. Почему?!

— Отношения сломались. Переросли в привычку. Решать проблемы никто не хотел. Проще было закрывать глаза. Вот и скопилось, как снежный ком. И в итоге рухнуло все. Она меня никогда не любила. Я в какой-то момент выдохся, стараясь прыгнуть выше головы. А реагировать было сложнее, чем молчать и тонуть. Просто осознание этого пришло уже слишком поздно. Да и сразу порвать все в один миг было… удивительно, что ли. Странным казалось сначала, как дальше будет. Привычный уклад полетел к черту.

Его ладони настойчиво гладят меня по спине. Тепло, спокойно с ним. Хорошо, сладко…

— Не любила? Но… вы же…

— Она другого любила. А потом… обстоятельства так повернулись… что ей было со мной выгодно. А ее отец принял меня безропотно. Потому что ему это тоже было выгодно.

Меня озаряет, почему с ним было так выгодно. С нелюбимым быть можно лишь при нескольких раскладах.

— Она забеременела? И тот парень ее бросил, — предположение звучит настолько болезненно и неприятно, что принимать это удаётся с трудом.

Итан молчит, обдумывая. Он не хочет грузить меня ещё и этим. Знает, что это вновь меня заденет. Потому что вновь будет больно. Но он никак не подтверждает мои слова. Как будто ждёт, что я позволю разговору перейти в новое русло. Как будто ещё раз предлагает не обсуждать.

— Она аборт сделала?

— Она потеряла ребенка, — короткая фраза подтверждает мои догадки.

— Ты признался ее отцу, что ребёнок твой. И так как ты сын партнера, то тебя приняли с распростертыми объятиями. Ещё и во главе компаний поставили.

— Можно сказать и так. Но хорошего из этого, сама видишь, ничего не получилось.

— Ты правда готов был принять ее с чужим ребёнком? Настолько сильно любил ее?

— И любил, и готов. Но это уже осталось в прошлом. Чувства в одну сторону неминуемо потускнеют. Пожар без дров потух. Когда появилась ты, там уже все было сломано, а мне проще было этого не замечать. Ты помогла увидеть. Кай, мне невыносимо думать, что ты во мне сомневаешься. Да, я, возможно, дал повод. Тогда. Год назад. Но я жалею об этом. Если бы мог, я бы исправил.

В сердце прокручивается нож. Невыносимо думать, что он вот так сильно любил бывшую девушку, что готов был на такой невероятный шаг. Некоторые в своих-то детях сомневаются. А он…

Лишь два вопроса терзают душу. А меня он любит так же сильно? А те чувства, они точно уже умерли или теплятся где-то ещё в сторонке и греются, ожидая своего часа?

Но ответ на это вопрос нельзя выразить словами. Потому что это во много раз больше.

— Она такая дура, Итан. Такая дура… но я даже рада, — крепко обнимаю его за шею, прижимаюсь как могу осторожно. — И мне совсем не жаль. Потому что теперь ты мой. Только мне страшно, Итан, — сердце говорит в этот момент, не я. А я лишь глотаю слёзы, боясь себе представить, что будет со мной, если Полина вернется в его жизнь. Если она ему нужна. — Страшно, что она все еще что-то значит для тебя. Что где-то очень глубоко ты все ещё не отпустил ее, потому что ваша с ней история очень болезненная. И точка не стоит…

Впиваюсь губами в его рот, пламенный поцелуй становится все глубже. А мне все страшнее. Потому что всего этого могло и не быть. Могло никогда не случиться…

Тепло ласковых ладоней согревает, но внутри все бешено вибрирует и трясётся. Хочется быть для него первой. В плане эмоций, глубины и искренности чувств. Но это уже не так, в этот омут он позвал другую… понимаю, что уже ничего не изменить и у меня тоже есть своё прошлое. Но… хочется, чтобы настоящее хрупкое и нежное у него было только со мной. И мне действительно страшно, что у него ко мне не так. И нет той силы, что держала рядом с Полиной, даже несмотря на то, что держаться там, по его словам, было нечему…

Итана я люблю безмерно. Просто потому, что он вот такой. Его настоящим и будущим хочется быть.

Но не сравнивать не получается. Я, наверное, слабая, да, но не могу… Он не дал мне этой уверенности. Поэтому от упоминания имени Полины меня каждый раз потряхивает.

Эмоции горят и жгутся. И я чувствую только, что Итан терзает мой рот, сменяя напор нежностью, легко проводит языком по нижней губе. Мое дыхание уже смешалось с его. А я признаюсь сама себе: для меня стало ударом видеть их вместе. Да ещё и вот так. Их улыбки. Якобы небрежное касание. Короткая отписка: «задержусь»… меня добило именно это.

— Я не хочу, чтобы прошлое как-то повлияло на наше будущее, — жарко шепчет, прерывая поцелуй. — Невыносимо думать, что ты теперь сомневаешься. Только с тобой я живу. И, поверь, — заставляет слегка отстраниться и взглянуть в любимые глаза, — это не просто слова. Я знаю, что значит быть между двух миров, на границе жизни и смерти. Я знаю, каково это, когда разум существует отдельно от тела. И можешь быть уверена. Я научился ценить то, о чем раньше даже не задумывался. Я научился отделять главное от второстепенного. Только твоя улыбка дарит мне свет. Я каждый день боялся, что больше тебя не увижу. Что не смогу занять место рядом с тобой. Что так и останусь бледной тенью из прошлого, напоминающей тебе про боль и страдания. Поэтому я ничего и не рассказал о встрече заранее. Я решил, что так тебе будет спокойнее.

Губы мои дрожат, слёзы льются по щекам. И не описать все, что я чувствую в этот момент. И сердце бьется. И ускоряет ход под натиском неудержимых эмоций.

— Ты не сказал. Ты промолчал. Даже если теперь она тебе безразлична, ваши встречи важны для меня, понимаешь? Если вы договариваетесь увидеться, мне важно об этом знать. Мне важно знать, что именно вы будете обсуждать. Мне важно знать, что она понимает: ты теперь не один. И нельзя тебя просто так потрогать, потому что мне это причиняет боль. А ты промолчал. Ты не мог не понимать, насколько это для меня важно. И ты не захотел обсудить. И спросить, нужно ли вообще меня оберегать от этого? Нет, не нужно. Потому что я хочу знать. Вот так мне будет спокойнее.

Он обнимает крепко и прижимает к груди. Неужели я слишком много прошу? Не общаться с женщиной, которая была для него целым миром. Ради которой он готов был на все. А если уж не получается не общаться и в этом есть вынужденная необходимость, то я хочу хотя бы быть в курсе этого. И дело не в недоверии к нему. А в недоверии к ней. Мне неприятно, когда они общаются, и я уверена, что Полина переправит разговор в личное русло или уж точно попытается.

— Я, кажется, совершил очередную ошибку. Прости, — давит на спину, настойчиво притягивая к себе. Утыкается носом в мое плечо, опустив голову. — Я думал, решу все и потом по факту уже все расскажу. Не представлял, что ты так отреагируешь.

— Для меня это важно. Я не хочу, чтобы твоя жизнь шла мимо меня. И на работе проблемы, и важные переговоры и контракты, и с родителями встречи, и все хорошее и плохое… Я не хочу в стороне стоять, Итан! Я же ведь всегда за тебя! Почему ты так…

— Я попросил ее подъехать, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию, — поскорее пытается объяснить. — Я вразумил, что устранить меня не удастся, я постоянно на связи с юристами и стараюсь документально подтвердить коммерческую выгоду своих решений. Обосновываю каждое действие, подкрепляясь цифрами. Чтобы не было у них зацепки и возможности меня отодвинуть. А ещё я перестраховался и часть активов перелил в другую фирму, которая им будет недоступна. Оказать давление им не удастся. Пока что там Вилан. Эти решения я тоже экономически обосновал, чтобы не было проблем. И через Полину мягко пригрозил, что и сам могу избавиться от них, забрать себе самые горячие направления, а их оставить с носом. Пока что я согласен потерпеть и понаблюдать за их действиями. Но если мне что-то не понравится, то Лебедев останется за бортом. Именно там, где собирался оставить нас с отцом.

Я удивленно моргаю, не в силах переварить. Он сам обставил чересчур предприимчивого учредителя и ушлого партнера.

— А почему ты это обсуждал с Полиной, а не с самим Лебедевым?

— Тактический ход. Если бы я сказал напрямую, ему бы пришлось как-то отреагировать. В конце концов, слив активов — это уже не детские игры, тем более когда пятьдесят процентов голосов за. Пришлось бы ему принять сразу необдуманное решение. И я уверен, он бы на эмоциях выбрал неверное. А так… прямого разговора не было. Информация до него сто процентов дойдёт. У него будет время подумать. Он либо успокоится. Либо… продолжит строить козни. И тогда неминуемо получит ответный удар. В принципе, я рассчитываю позже стать единоличным владельцем, полностью его отстранив. Пока ещё ищу варианты, раз он не хочет нормально работать и честно делиться.

Целую Итана порывисто, не веря в то, что услышала только что.

— Какой же ты предусмотрительный! Когда у тебя возникла эта идея?

Это же надо так все обставить и вывернуть в свою пользу! Я восхищаюсь им! И никогда не перестану это делать!

— Месяца два назад. Дальше я уже упорно рассматривал варианты.

— Скажи, мы насчёт Полины обсудили? — голос мой полон надежд. Итан ведь правда понимает, как для меня это важно? Возможно, спустя время я смогу относиться проще. Но не сейчас.

— Обсудили. Я обещаю, что ты будешь знать обо всех наших контактах. И что они будут сведены к минимуму. А ты обещаешь?

— Что?

Небесный взгляд любимого утягивает на дно. А затем… в груди взрывается петарда:

— Что если возникнет недопонимание, то мы сначала обсудим это. Что ты будешь помнить: я ради тебя живу. Если бы не ты, может, и не выкарабкался бы никогда. Я тебе обязан жизнью. Новой. Где все прекрасно. А каждый день доказывает: то, что раньше было — лишь суррогат счастья.

Глотая слезы, просто киваю. Потому что ответить на это нечего. Никогда в жизни никто мне не говорил чего-то более сильного. Более сокрушительного. Щеки жжет от соли. И кислорода мне мало.

— Я тебя люблю так, как никого раньше и никогда, это даже сравнить невозможно, — обхватывает лицо ладонями и поверхностно проводит по моим губам своими. — Ты самое ценное, что у меня есть. Обещай, что будешь помнить об этом?

Отстраняется. А я сижу пораженная.

Во взоре его мольба и страдание. Напряжённое ожидание и надежда. Я.. мне… мне именно это необходимо было услышать. Шумно шмыгаю носом.

— Обещаю… — сдавленное признание срывается с губ, как полушёпот, но в окружающей тишине звучит подобно раскату грома.

Это мгновение я не забуду, наверное, никогда. Как будто на двоих одна душа и дыхание. И мысли об одном, и чувства едины и захлёстывают равноценно. И сердце бьется в унисон. И тихое счастье уже давно пустило корни, а сейчас проклюнулись первые сочные побеги.

— Кай, — смущённо улыбается, а я кладу запястья ему на плечи, переплетаю пальцы на его затылке.

— М?

Он смотрит хитро. С задоринкой.

— Не могу не воспользоваться моментом. Должен признаться сразу. Иначе ты меня потом точно прибьёшь, — усмехается коротко.

— Не томи. Что случилось?

— У партнера отца из Швеции скоро день рождения. И он приглашает всю нашу семью на свой праздник. Мне отказываться невыгодно, все равно к отцу лететь, нам есть что обсудить. Да и повидался бы я со всеми с радостью. Давно в Швеции не был. Больше года.

— А ты не боишься лететь? — мигом напрягаюсь. Как-то теперь страшновато…

— Конечно нет. Снаряд в одно место два раза не попадает.

— Ну… и… долго тебя не будет? — пожимаю плечами.

Понимаю, что минимум неделю. А то и больше.

— Вообще-то, я без тебя не планировал ехать. Когда говорится вся семья, имеется в виду ВСЯ СЕМЬЯ, — назидательно выгибает бровь.

— А! То есть я тоже лечу? — в душе загорается радость! Я бы очень хотела!

— Конечно. Только есть одно маленькое но.

— Иии?..

— Этот партнёр — отец Хьюго. Соберутся все.

Понятно. Парень тоже будет присутствовать на празднике отца. Не выльется ли это в скандал?

— Если ты не захочешь, я все пойму. Но мне было бы приятно, если согласишься и будешь присутствовать.

— А Хьюго адекватно отнесётся? Мало ли что устроит.

— Нет. Только не при отце. Нох Ларсен — человек волевой, с непререкаемым авторитетом. Ему дети не перечат.

Аааа! Ну тогда все нормально.

— Конечно, я с радостью поеду. А документы?

— Время есть, разберёмся.

— Это же отличные новости! Мы летим в отпуск!!!

Ликование захлёстывает.

— Малыш, понимаешь… — Итан строит кислую моську. — Для меня это не совсем отпуск. Я там буду реально занят.

— И что, даже погулять не сможем? — мгновенно скисаю. Блииииин!

— Погуляем, конечно, но надо будет выкраивать время. Поэтому я хотел предложить Даше рвануть с нами. И тебе хорошо — компания будет. И ей тоже — смена обстановки, новые эмоции. Вместе сможете погулять, чтоб ты без меня не скучала. Ну как?

— Итан!!! — бросаюсь ему на шею. — Ты волшебник!!! Да! Да! Да!!! Конечно, едем!!! Это потрясающие новости!

— Тогда созвонись утром с Дашей, и займёмся завтра же документами.

— Ура!!! Мы летим в Швецию!!!