Лысый герой

Часть 35 Затянувшееся противостояние

Реннер анализировала ситуацию на пределе своих возможностей. На вопрос отца о назначении наместника Сайтама не дал утвердительного ответа. Даже вопрос о принятии её в качестве наложницы не был решен положительно. Полубогиня озвучила его общие планы и форму, в которой он готов принять взаимодействие с текущими правителями — полное подчинение. Он планировал править всем миром. При всем желании Сайтама не сможет находиться везде одновременно. Ему потребуются толковые помощники.

Правитель могучей Теократии Слейн не рассматривал короля и его детей, как достойных слуг. Реннер должна была доказать обратное. К сожалению, на приеме у неё было мало времени это сделать. Она слишком поздно поняла, что её попытки привлечь его женскими чарами были глупейшим ходом. Его демонстрация силы дала четкое понимание, что при желании, он может взять власть силой, но не хочет этого. Иносказательно он дал понять, что король должен передать ему власть сам и добровольно. Рампосса Третий никогда не пойдет на это, как и его сыновья. Это могла сделать она, но для этого власть нужно было сначала захватить.

Король впал в уныние и закрылся в своих покоях. Старший брат Барбро устроил собрание со своими сторонниками из дворянской фракции. Младший брат, Занак и Маркиз Рейвен обсуждали что-то в его личных покоях. Гостей все еще не выпускали, они разбрелись по парку, прячась от полуденного солнца в тени деревьев. Приказ короля: «Всех впускать, никого не выпускать» еще не был отменен.

Отец дал принцессе свободу действий и оставил без присмотра, посчитав, что в свете текущих событий она уже не опасна. «Спасибо, старикашка. Пришло время действовать. Сама судьба подарила мне этот шанс!» — подумала Реннер, отправляясь в тайную канцелярию. Пока все её противники были в ступоре, думали, как сохранить свое богатство и положение, она нанесет им сокрушающий удар первой. Самым главным козырем девушки было её присутствие на закрытой встрече с гостем. Именно присутствие.

Король не сделал официального заявления, не озвучил планы Сайтамы, оставив всех в неведении, и теперь она могла говорить от его лица всё, что ей вздумается. Старый дурак еще пожалеет об этом, а пока девушка забрала из секретной ниши в канцелярии два уже подготовленных приказа с королевскими печатями, быстро заполнила их, изменив почерк, и направилась к капитану королевской гвардии. Верные ей люди все еще имелись во дворце. Если не воспользоваться ими сейчас, другого шанса не представится. По пути принцесса встретила одного из преданных ей рыцарей и приказала следовать за ней.

Беспрепятственно добравшись в штаб гвардии, девушка отметила, что вход в кабинет капитана охраняют два незнакомых гвардейца. Легко не будет. Сам капитан был на месте. Когда закончилась закрытая встреча, он вместе с Газефом, проводили короля в его покои и вернулся в казармы. Оставив своего сопровождающего за дверью, девушка прошла в кабинет и закрыла за собой дверь. Завидев принцессу, капитан встал со стула, и поклонился. Обладая максимальной властью над силовыми структурами дворца, этот человек подчинялся лично королю. Она так и не нашла его слабых мест. Он был одинок и не имел детей, не нуждался в деньгах, не имел вредных привычек и даже властных амбиций. Было загадкой, как такой человек вообще оказался на столь значимом месте. Повторялась история, как с Газефом, которого король вознес из простолюдинов в личные телохранители за собачью верность. Крайне неудобный оппонент. Оставалось сыграть на преданности королю.

— Чем могу быть полезен, Ваше Высочество.

Принцесса положила перед мужчиной два свитка и, стараясь держаться максимально убедительно, произнесла:

— Мой отец приказал мне передать вам эти секретные приказы. После разговора с правителем Теократии, он был очень омрачён. Знаете, что этот безумный архимаг Сайтама, потребовал от нас?

Глаза мужчины сверкнули. Он хотел знать, о чем шла речь на закрытом собрании. Раз он проявил заинтересованность, принцесса решила, что он клюнет наживку.

— Он дал нам один день, чтобы собрать миллион золотых. Это втрое больше того, что есть сейчас в королевской казне. Если мы не соберем необходимую сумму за три дня, глава Теократии объявит нам войну и силой захватит Королевство. И начнется война не на дальних рубежах, а прямо здесь, во дворце. Вы уже видели, с какой легкостью он может доставить свою армию в любую точку мира. Он уже подчинил себе Империю Бахарут и Святое Королевство. Те, кто не приняли его условия, были истреблены. Он продемонстрировал моему отцу головы императора Зиркнифа и Святой королевы, поэтому я прошу вас, капитан, для сохранения жизни моего отца и всего королевства, немедленно выполните его приказы. Только так мы сможем собрать нужную сумму и остановить бессмысленное кровопролитие.

Получив такое видение закрытой встречи, капитан развернул свитки. В первом король приказывал взять под стражу и заключить в своих покоях его сыновей. Во втором, требовалось заключить под стражу всех гостей, но особым способом. Право размещения узников по камерам король предоставлял своему доверенному лицу, а именно, его дочери Реннер.

Мужчина не верил своим глазам. Зачем королю брать гостей, а тем более сыновей под стражу? Он подозрительно уставился на выглядевшую самой невинностью девушку. Рывком встав с места, он направился к двери и объявил:

— Я встречусь с королем.

Девушку не устраивало такое развитие событий. Она выхватила из рукава кинжал и полоснула им, проходящего рядом мужчину по тыльной стороне ладони. Капитан отдернул руку, удивленно уставился на порез и перевел недобрый взгляд на девушку. Её лицо изменилось до неузнаваемости. Вместо невинной улыбки рот искривился в звериный оскал. Злобные глаза излучали ненависть и презрение. Демон в овечьей шкуре. Глянув на зеленоватое лезвие кинжала, мужчина понял, что тот покрыт ядом. Раз она нанесла всего один порез, значит, яд должен был быть очень быстродействующим. Сделав шаг навстречу принцессе, мужчина ощутил, как его тело сковал паралич. Он не мог больше пошевелиться, вдохнуть или крикнуть. Идеальный яд убийц. Если противник слишком силен, он давал возможность почти мгновенно обездвижить его. Оставалось надеяться, что его действие не продлится долго.

Капитан начал заваливаться вперед. Хрупкая девушка тут же подалась к нему, не позволяя упасть на пол, привлекая стражу и, приложила немалые усилия, чтобы плавно уложить его на спину. Реннер нанесла ему еще одну рану — глубокий порез на шее. Из вскрытой артерии хлынула кровь, быстро разливаясь лужей по полу. Принцесса подошла к окну, настежь открыла его и выглянула наружу. Во внутреннем дворе казармы было безлюдно. Все гвардейцы были сейчас на службе — охраняли дворец и гостей. Спрятав кинжал, девушка обмакнула платок в красную лужицу. Приложив его к своей шее, она прилегла на пол и, прочистив горло, издала испуганный визг.

В кабинет тут же ворвалось два охранника. Они застали странную картину. Два раненных человека и открытое окно. Капитан лежал неподвижно, а с трудом приподнявшаяся на локте девушка, держалась одной рукой за окровавленную шею, а другой указывала в сторону окна.

Устранив подозрительного и неудобного оппонента, девушка тут же назначила временного капитана гвардии из числа своих сторонников. Пригодились и новички, которые считали себя виновными в ранении принцессы и гибели капитана, а также в том, что упустили преступника. Они старались выслужиться, что принцесса всячески поощряла. Капитан умер раньше, чем к нему подоспели целители. Получив «лечение», Реннер безбоязненно убрала от шеи окровавленный платок, скрывавший неповрежденную ранее кожу.

С подконтрольным капитаном гвардии принцесса легко привела в исполнение свои «королевские» приказы. Но первым делом, чтобы не получить мощный отпор, она удалила с территории дворца тех, кто был ей неподвластен: нелояльных и подозрительных гвардейцев, пригнанных для массовки городских стражей и учеников магической академии. Она также отослала подальше «Синюю розу». Девушки были не глупы и знали Сайтаму гораздо лучше, чем она. Они могли догадаться, что Реннер совершает переворот и воспротивиться её планам.

Избавившись от неудобных противников, дальнейший план Рейнер пошел как по маслу. Гвардейцы взяли под стражу её братьев и заблокировали крыло двоца, где располагался король. После этого в соответствии с составленным Реннер списком, гостей проводили в тюрьму. Их личных телохранителей отделили от господ, но не пленили. Им назначалась другая миссия. Реннер действовала по принципу «разделяй и властвуй».

Сторонников короля она посадила в одно крыло темницы, противников в другое, но часть тех и других в отдельную камеру, заставив остальных думать, что они предатели. Реннер полностью скрыла свое участие в происходящих арестах. Все делалось от имени короля или его сыновей. Сторонников Барбро оповестили, что их арестовал Занак, сторонников Занака, что их пленили по приказу Барбро. Тех кто служил королю, пленили от лица главы дворянской фракции, маркиза Рейвена.

Когда известия о том, что происходит дошли до короля, Реннер послала гвардейцев арестовать его личную стражу, обвинив их в предательстве короля, а самого отца поставила в известность, что произошел переворот. Его организатором для короля выступил все тот же несчастный Маркиз, которого принцесса уже заточила в отдельной камере.

Несколько часов — и власть полностью была в её руках. Пора было переходить ко второй части. Великие дворяне из оппозиционной фракции обладали не меньшими богатствами и властью, чем королевская семья. Они имели не только богатство, но и личные армии. Было очень удачно, что именно король созвал их всех во дворец. Он был слишком честным для правителя. Его приглашение не вызвало больших подозрений. Их личные армии, за исключения небольшого числа телохранителей, остались в родовых поместьях. Таким образом, в руках Реннер оказались все ценные заложники — сами главы семей и их жены с детьми.

Осталось отослать телохранителей назад с требованием привезти во дворец выкуп. Многих телохранителей Реннер купила сразу. Она пообещала им суммы, которые сделали бы их богатыми. Чуть меньшие суммы были обещаны командующим личными армиями на местах. Также в их владение передавалась охраняемая ранее собственность. Разумеется, к прянику прилагался вариант с кнутом. Альтернативой подчинению королевскому приказу, являлось предупреждение, что армия мятежного вассала будет уничтожена всеми имеющимися в распоряжении короля силами.

Реннер не брезговала откровенной ложью, сообщая, что они будут атакованы не только силами короля, но и других дворянских семей. Умело манипулируя информацией, девушка ожидала прибытие во дворец содержимого сокровищниц пленных дворян. Принцесса знала, что никто из них не покинет стен дворца живым. Так или иначе их ждала смерть. Получив временную власть, она ждала возвращения Сайтамы, чтобы передать власть ему. Девушка надеялась убедить его в своей лояльности и полезности. Добытые средства и контроль над всеми лидерами возможного сопротивления должны были стать её главными аргументами.

Сайтама мельком глянул на сидящую за столом эльфийку, обратив особое внимание на её руки. В её внешности было что-то странное. Вся она была странной. Другие эльфийки имели более естественные черты лица, шрамы, загар или другие маленькие незначительные дефекты. Ту же грязь под ногтями. В Королевстве они встречались исключительно худощавые, нередко с рваными ушами. Их пальцы от многолетнего использования лука всегда имели специфические уплотнения и мозоли. Она же выглядела, словно, только что купленная в магазине кукла. Идеально лежащие и не выцветшие до кончиков волосы, кожа без загара и сама внешность с плаката клиники пластической хирургии. От нее просто несло чужеродностью этому миру и фальшью. Беспокойство незнакомки, её бегающие глаза подтверждали, что перед ним фальшивка, ширма, оборотень. Присутствие этого подозрительного существа рядом с Соней и Энри его не устраивало.

Составив свое первое впечатление о незнакомке, Сайтама делал вид, что слушает рассказ Эммотов об их прекрасной жизни и том, как замечательно, что их охраняют такие высокоранговые авантюристы. Глава Эммотов нахваливал команду «Клинки ночи», особенно их лидера Пётра и Нинью. Вскоре нанятые им команды подошли к столу, поприветствовать заказчика и вернулись на свои посты. На появление этого существа в деревне пролила свет Соня.

— Господин Сайтама, знакомьтесь — это Аин. Она сбежала из плена злого некроманта-заклинателя, — положив руку на плечо соседке, сообщила девушка, — ой, смотрите какое она мне колечко подарила.

Соня тут же передала парню кольцо, с изображением замысловатого герба. Псевдоэльфийка все это время старалась смотреть куда угодно, но только не в глаза лысому парню. Для несчастной пленницы она выглядела просто шикарно. Ни мешков под глазами, ни единой царапинки. Сущность испуганно вздрогнула, когда Соня коснулась её рукой, и Сайтама понял, что это насквозь фальшивое создание боится именно его.

— Она хочет попасть в И-Рантель, — продолжила Соня, — мы поедем туда все вместе послезавтра. Господин, вы бы не могли помочь ей там немного? Ведь в городе её могут схватить охотники на беглых рабов. — Конечно, я помогу ей, — сказал парень и позвал к себе Тупака Шампура, уже изрядно налакавшегося браги из припрятанного в траве кувшинчика. — Чем могу быть полезен? — всячески стараясь не покачиваться и поддерживать идеально вертикальное положение тела, спросил старый алкаш. — Я могу попросить тебя отвезти эту… эльфийку в И-Рантель. — Прямо сейчас? — удивленно подняв брови, спросил мужчина. — Да. Возьми кого-то из товарищей, если тебе нужна помощь, а заодно купи в городе продуктов и припасов.

Сказав эти слова, парень протянул мужчине несколько золотых монет.

— А где мне её оставить? В городе её быстро захомутают в ближайший бордель. Я, конечно, не против, — искоса глянув на идеальную кожу девушки, пробубнил мужчина, — но может, вы имеете на неё какие-то планы. — Оставь её в снятом мною доме. Там все удобства и крепкая дверь. Пока Фубуки на задании, он пустует. — А где этот дом? — Шестнадцатый по улице, что идет прямо от западных ворот, — подсказал парень.

Он сам ориентировался в И-Рантеле не очень, поэтому держал в уме подобные ориентиры.

— Найду, — кивнул Тупак и сделав псевдоэльфийке знак рукой, повел её к повозке.

Похоже, она была только рада покинуть деревню поэтому, так ни разу не взглянув на парня, отправилась в след за провожатым.

— Господин, может, кроме Аин у некроманта томятся и другие девушки, — предположила Энри. — Кто как не вы способен победить опасного повелителя нежити, — стал поддакивать её отец. — Никто не спасется, если он пришлет сюда своих ужасных слуг, — запричитала мамаша Эмот и прижала к себе младшую дочку. — Я проверю, что там, — пообещал Сайтама и позвал к себе Магнуса.

Отойдя в сторонку от стола, мужчина в маске вынул из кожаной сумки и разложил на лавке фрагменты карты континента.

— Судя по моей карте, там ничего нет, — ткнув пальцем в пустое место правее изображения леса Тоб, — заявил заклинатель. — Ладно, я сбегаю, гляну и быстро вернусь назад. — Господин, мне следовать за вами? — спросил заклинатель, складывая куски карты в сумку — Нет. Ты не будешь поспевать, и я не планирую задерживаться там надолго. Иди, присядь, поешь. — Как прикажете, — уважительно поклонившись, ответил мужчина и присел за крестьянский стол. — Вы друг господина Сайтамы, — спросил Генри Эммот. — Нет, я всего лишь его слуга, — отозвался мужчина. — Честь служить такому великому человеку. Если бы я мог быть хоть сколько полезен, с радостью служил бы ему, — заявил крестьянин, на что человек в маске согласно кивнул головой.

Сайтама ушел на поиск злодея-некроманта один. Вернее убежал, да так быстро, что поднял за собой столб пыли. Возьми он на сорок градусов правее, то наткнулся бы на остатки своего дома из города «Z», но судьба распорядилась иначе.

Он не нашел логово злодея, которое ожидал увидеть в виде какой-то постройки, но кое-что ему все-таки найти удалось. Прямо посреди поля начиналось явно искусственно созданное болото. О его рукотворности говорила правильная форма. Три идеально очерченных рва с водой окружали какое-то углубление. За ними виднелся холм из грязи, вперемешку с обломками непонятных конструкций. Вернувшись немного назад, парень собирался разбежаться и перепрыгнул несколько полос водных преград. Тут он и обратил внимание на предмет, который все это время неосознанно сжимал в кулаке. «Упс! Я так и не вернул Соне кольцо», — подумал парень. Не желая случайно потерять чужую вещь, парень попробовал одеть его на палец. Оно село удобно на безымянный палец. Соня вряд ли сможет его носить. Оно было великовато для девичьей ладошки.

Убедившись, что кольцо не слетит, парень разбежался и прыгнул вперед. Он явно перестраховался. Перемахнув водную преграду, он летел прямо в углубление, и тут оказалось, что это не просто ямка, а настоящая пропасть. Сайтама летел в темную дыру, на дне которой почему-то было светло. Врезавшись стопами в мраморный пол пещеры, он оставил под собой растрескавшиеся вмятины. По звуку удара ощущалось, что под полом есть еще пустое пространство. «Наверное, это и есть то самое логово некроманта. Только в нем явно не хватает крыши», — подумал парень осматриваясь.

Создавалось впечатление, что тут произошел нехилый взрыв, полностью разрушивший красивое внутреннее убранство. «Какой вопиющий вандализм», — фыркнул парень и тут же прикрыл рот рукой. На его счету было уже два исчезнувших с лица земли города, ему ли заикаться о подобном. Разрушенный зал освещался, словно имел электрическую подсветку, но самих ламп видно не было. На дальней стене, где находился помост из девяти ступенек, висел огромный черно-красный флаг. Символ на нем казался знакомым. Глянув на кольцо, Сайтама понял, где встречал его раньше.

Фальшивая эльфийка имела прямое отношение к этому месту. Если она отсюда, то явно наврала о муках в заточении. Как она вообще выбралась из бездонной ямы с отвесными склонами? Или взрыв произошел после того, как она оказалась снаружи? Все это можно было выяснить у неё, но парень не имел никакого желания встречаться с куклой вновь. Было непохоже, что после взрыва тут остались выжившие. Можно было поискать среди обломков наверху, но перед тем как покидать пещеру, парень пробил ногой пол.

Как он и думал, внизу было еще одно помещение. Оно тоже оказалось освещено. Увеличив входное отверстие еще одним ударом ноги, Сайтама спрыгнул вниз и поразился. Вокруг него сверкало золотое море. Помещение оказалось чьей-то сокровищницей. Вскоре появился и его хранитель. Странное существо с черными кругами вместо глаз и лица. Возможно, это была маска. Парень не смог толком разглядеть потому, что уже через секунду был вынужден ответить ударом на стремительную атаку. Ошметки так и не представившегося хранителя превратились в бесформенный отпечаток на стене. Следов крови не было. Существо было не человеком, хотя телом напоминало его. В соседней комнате парню пришлось сразиться с целой толпой оживших статуй. Скорее это был не бой, а серия обычных ударов. В третьей комнате на отдельных постаментах лежали всякие симпатичные вещи. Парень померил чёрно-белые перчатки с когтями, полюбовался картиной и другими вещами, но ничего брать не стал. По большому счету, его мало интересовал всякий антиквариат и поделки. Взяв с собой пригоршню монет, парень запихнул половину в свой набедренный мешочек. Остальные кинул назад на кучу. Сюда неплохо было бы вернуться, когда он разыщет Фубуки.

Покинув сокровищницу через отверстие в потолке, парень прикрыл сделанную ногой дыру обломком колонны и в несколько прыжков покинул подземелье. Снаружи он еще немного покопался в сваленном в одну кучу мусоре и побежал назад в деревню Карн. На поселение опустилась ночь, но Соня не ложилась спать, пока не дождалась своего героя и тщательно не вымыла его собственными руками. Парень не возражал, когда она прикорнула рядом с ним и сладко спала до утра.

Утром пришлось расстаться. Сайтама не догадался заранее отправить Магнуса к гномам, поэтому от открытого им порталом пришлось идти еще два часа пиликать к торговому посту. Мужчина очень извинялся. Он обещал исправиться. Здесь они впервые провели эксперимент с переносом портала на пальце.

Повстречавшаяся у торгового поста Ивилай была готова целовать Сайтаме ноги. Она утверждала, что её друзья в смертельной опасности. В подземелье полно нежити, а ушедшая в столицу гномов леди Фубуки так и не появилась. Спасение авантюристов заняло целый день. Никто из трех оставшихся в живых карликов не хотел быть проводником. Ивилай чуть не натянула Энекинскайвокеру глаз на жопу, требуя спуститься вниз. У карапуза не было выбора, и он повел Сайтаму по бесконечным тоннелям в огромную пещеру.

Разобравшись с десятком скелетов в доспехах, лысый парень тщетно обшарил руины гномской столицы. Авантюристы словно сквозь землю провалились. Когда он решил слегка увеличить просвет в своде пещеры, они выбрались на шум и выглядели крайне подавленными. С учетом, что они с ног до головы были облеплены дерьмом кваготов, их можно было понять. Даже вонючий гном, скривился от исходящего от авантюристов смрада. Дорога назад заняла еще десять часов, поэтому заночевали прямо в покинутом королем гномов походном лагере. В разных его концах. Даже после тщательного купания, запах не исчезал. Сайтама с помощником и Ивилай спали с подветренной стороны, остальные — с наветренной.

На следующий день Сайтама продолжил поиски Фубуки, расширив зону и на другие тоннели. Ему опять встретились Рыцари смерти, но самой девушки или её тела обнаружено не было. Авантюристы «Синей розы» и Газеф Строноф занялись поисками короля гномов в лесу Тоб. Лакюс заявила, что она отказывается появляться в ближайшем городе и тем более в столице, пока невыносимый запах кваготского помета не выветрится.

Обнаружив на третий день наполовину обгрызенные тела двух карапузов, девушки прекратили поиски. Точно понять, кому принадлежат трупы, было уже сложно, но получив от Ивилай описания увечий короля и сравнив их с телом, пришли к выводу, что вроде, похоже. Газеф забрал тела и отправился с печальной новостью в столицу. Остальные авантюристы продолжили приводить себя в порядок.

Неделя поисков пропавшей в подземелье Фубуки не увенчалась успехом. Сайтама чувствовал себя виноватым. Девушки всячески подбадривали. Каждый день они устраивали долгие водные процедуры, которые, в конце концов, дали результат. Ивилай вернулась в общую палатку к команде. В конце еще одного дня поисков Тия толкнула идею, что эспер вполне могла вернуться в И-Рантель, получив ранение или по другим причинам.

Магнус открыл портал в И-Рантель, и поиски Фубуки продолжились уже в городе, но и они оказались тщетны. Она словно сквозь землю провалилась. Сайтама искал и в доме, куда заселил подозрительную эльфийку. Перекинувшись парой слов с куклой, он понял, что за неделю никто жилище не посещал. Кукла оказалась не восторге от И-Рантеля и попросила, если это возможно, переправить её в более подходящее для эльфов место. Ей так не нравился этот город, что она отказывалась выходить из дома. Сайтама не знал, что Тупак Шакур всю дорогу до города мял её ягодицы и предлагал отведать его мужского достоинства. Пару подобных инцидентов произошло и в городе, пока она пыталась купить себе еды на базаре. От нежеланного группового проникновения её спасло только удачное бегство.

Сайтаме пришлось пообещать, что он поможет с переселением, что он и сделал, вернувшись в И-Рантель через две недели. Получив от Магнуса портал в эльфийские леса, Сайтама первым делом отправился в И-Рантель. Застав эльфийку в доме, он предупредил, что ей лучше взять с собой оружие, на что она извлекла откуда-то светящуюся перчатку и необычный лук. Она первая шагнула в открытый портал. Шагнув за ней, парень оказался в полной темноте и столкнулся с ней телами. Такое было впервые. Абсолютно непроглядная темнота внутри червоточины, в которой он все еще мог дышать, чувствовал твердость поверхности и прикосновение травы.

После заключения заведомо выигрышного пари, Эландаар ненадолго остановился перед порталом, делая вид, что собирается с мыслями. Его Пять Лун уже прошли в червоточину, но лишь для того, чтобы тут же вернуться назад, активировав навык маскировки. Это было спланировано заранее. Эльф хотел устроить «союзнику» засаду. Даже если план не даст положительных результатов, то позволит сэкономить две недели, необходимые для возврата на этот континент.

— Ты так и не сказал, зачем пригласил меня сегодня? — решив, дать слугам еще несколько секунд, спросил эльф. — Мы обсудим эту тему через неделю, когда твоя разведчица проиграет, — холодно сказал скелет, кивнув головой в сторону портала, — и в следующий раз, я жду только тебя. Охрану можешь оставить на своей базе.

Эландаар неопределенно пожал плечами и шагнул в червоточину. Пятисекундной задержки было вполне достаточно, чтобы его слуги вернулись обратно в зал незамеченными. Шиноками сразу же закрыл портал за гостем, но испытывал вполне обоснованное чувство дискомфорта.

Его раздражало, что наглый и самодовольный «союзник» не следовал договоренностям и привел с собой шесть стоуровневых телохранителей, обладающих навыком идеальной маскировки. Этот навык был абсолютно читерским. Под действием навыка Шесть Лун двигались настолько бесшумно и незаметно, что становились, буквально, невидимыми. Но если заклинание «невидимость» можно было развеять, оно не скрывало звуков, а из невидимого состояния заклинателя выводил любой полученный им урон, то на навык идеальной маскировки эти ограничения не действовали.

Шиноками все время казалось, что за ним следят. На этой почве у него развилась мания преследования. Мучаясь от паранойи, он постоянно телепортировался с места на место и десятки раз переносил свою секретную базу. Последнюю, он просто взорвал сверхуровневым заклинанием, заподозрив на ней присутствие шпионов. Пребывание в теле никогда не спящей нежити было невыносимо. Не было привычного перерыва на сон, дающего сознанию передышку. Шестисотлетнее блуждание по миру, бесконечная игра в прятки с Эландааром, его слугами и другими Богами неимоверно утомили скелета. Шиноками начинало казаться, что он сходит с ума или уже сошел.

Основной причиной прогрессирующего невроза были непрекращающиеся издевки Эландаара. Нахваливая скрытность и смертоносность своих слуг, он внушил Шиноками постоянный страх быть убитым от их рук. В отличие от эльфа, у скелета не было шанса на возврат. Свою гильдию, он уже потерял, а значит и место, дающее воскрешение.

Оказавшись в таких условиях, Бог Смерти старался действовать предельно осторожно. Он не доверял никому, и особенно своему старому «союзнику». С Эландааром и его слугами он встречался только на особой, нейтральной территории. Нейтральной территорией являлись места, генерирующие в ограниченной области физический и магический иммунитет. Находясь в этой области, игроки и их НИПы могли атаковать друг друга, но при этом не получали никакого урона.

Таких мест на всех трех континентах было всего два. Шиноками знал об одном. То, что встреча между двумя игроками была назначена внутри Парящего замка Восьми Королей Жадности не было случайностью. Это было как раз одно из таких нейтральных мест.

Оказавшись на круглой поляне, окруженной лесом, Эландаар активировал навык маскировки, рывком добрался до ближайшего дерева и, укрывшись за ним, приложил палец к уху. Первым делом Эландаар проверил работоспособность «сообщения» со старухой. Связь по имени «Ригрит» не установилась. Это было ожидаемо и являлось ключевым пунктом его последнего плана. В Иггдрасиле все игроки и НИП обладали уникальными именами, а таких «Ригрит» в этом мире могли быть сотни и тысячи. Полученной информации было достаточно — чтобы прикинуть варианты дальнейшего развития событий.

К сожалению, с этим Эландаар испытывал определенные трудности. Он не отличался особыми аналитическими способностями, предпочитая всегда действовать прямолинейно. Иначе он давно бы разобрался с осточертевшим скелетом, державшим его в зависимости от свитков портала и телепортации.

«Скелет не сможет связаться с Ригрит, а значит, если захочет сохранить ей жизнь, будет вынужден еще раз открыть портал, чтобы вернуть её в Парящий город», — рассуждал в уме парень. В идеальном случае, он не станет призывать слуг и сам заглянет в него, чтобы приказать женщине вернуться. Тогда-то его эльфийки и вытолкнут скелета из портала, и смогут с ним разделаться. Если он не успеет сбежать, телепортацией. Ключевым было слово если. «Если захочет, если не успеет». Обычно скелет не допускал таких ошибок. Он заботился только о себе и никогда не высовывался из портала. И все же, маленький шанс, что это может произойти присутствовал. Оставалось ждать.

Опустив руку на подлокотник, скелет ненадолго задумался и в свойственной ему протяжной манере, спросил дракона:

— Ты уверен, что Ригрит, действительно её настоящее имя? — Да, повелитель. — Я не могу связаться с ней, хотя, возможно, это уже и не важно. Если слуга Лопоухого не убила её, это сделали эльфы. — Повелитель, вы бы не могли… — Мог бы, но я не стану спасать её, рискуя сам попасть в западню. — При всем уважении, Повелитель. Вам совсем необязательно делать это самому. Вы бы могли послать ей защитника. — Я обещал Лопоухому не помогать старухе, но ладно… Он сам вынудил меня вмешаться. Если она уже мертва, у меня где-то была палочка воскрешения.

Порывшись в инвентаре, Шиноками извлек небольшой нарядно украшенный жезл, почему-то названный разработчиками игры «Палочкой воскрешения», и положил её на подлокотник. Предмет являлся расходным, разрушался после трехкратного использования и был абсолютно бесполезен как для самого Шиноками, так и для призываемой им нежити. «Только место в инвентаре занимает, а выкинуть жалко», — подумал скелет, так ни разу и не воспользовавшись этим предметом за шестьсот лет.

Еще немного подумав, Шиноками призвал Рыцаря смерти. Он не стал призывать слабую нежить по ряду причин. Стоуровневая Исса легко разберется с парочкой скелетов, а вот бронированного рыцаря смерти с тремя тысячами ХП убить уже не так легко. Он, конечно, ничего не сможет ей сделать, но это и не требовалось. Достаточно доставить назад в портал старуху, живую или мертвую.

Отдав приказ, Шиноками, прошел в центр зала, открыл портал и отошел на несколько шагов назад, пропуская внутрь грохочущего броней слугу. Не стоило рассчитывать на быстрый результат. Завидев нежить, старуха, скорее всего, кинется наутек. А если Исса уже убила её, то поиск её тела в траве тоже может занять несколько минут.

В следующую секунду, Шиноками почувствовал, как его подхватили под руки. Рядом материализовались пять эльфиек с зачарованными кинжалами в руках. Скелет сразу раскрыл их план — вынести его через портал, за пределы безопасной территории, и собирался активировать телепортацию. Он четко представил в уме внутреннее убранство секретного бункера и произнес активирующее мгновенный перенос заклинание, но оно почему-то не сработало. Испытав приступ паники, скелет краем своего зрения увидел ухмылку на лице любимицы Эландаара, Жизель. Она держала в руке дорогой свиток. Вернее, свиток в её руке вспыхнул и исчез, потому что был только что активирован.

«Что? Что за свиток она активировала?» — успел подумать Шиноками, пока его проносили сквозь червоточину. Он не услышал слова активации. Прослушал? Это было маловероятно. Скорее всего, звучание было подавлено другим заклинанием. Если это был свиток запрещающий телепортацию, то его радиус ограничивался небольшой областью. Покинув её, можно активировать телепорт снова. Скелет повторил попытку телепортации и понял, что не слышит своего голоса. Все сразу встало на свои места. Жизель активировала «молчание». Это заклинание являлось бичом всех магов, но для активации требовало прямого контакта с заклинателем.

Шиноками знал, что следующие десять секунд он абсолютно беспомощен, как маг. Он не сможет атаковать заклинания или сбежать телепортом, но у него все еще оставались в распоряжение высокоуровневые навыки, не требующие голосовой активации.

Первым делом, скелет активировал навык бестелесной формы. Целых десять секунд он будет подобен Умертвии. Физические атаки, его самое слабое место — будут ему не страшны. На него подействуют только дополнительные эффекты от наложенных на оружие зачарований.

Оттащив скелета от портала, эльфийки принялись лихорадочно наносить ему удары кинжалами. Изрешетив плащ и черную мантию, они увидели, что повелитель нежити изменил форму. Вместо костей мантия скрывала под собой струящегося зеленой дымкой призрака. Никто из Шести Лун не являлся адептом божественной магии, чтобы атаковать бестелесную форму. Покушение провалилось. По истечении нескольких секунд, действие «молчания» прекратится. Шиноками сможет сбежать или атаковать. Жизель сделала сигнал рукой, и шестерка эльфиек растворилась в воздухе, лишая скелета шанса на контратаку.

Шиноками почувствовал, что его распирает накопившийся за долгие столетия гнев. Нежить не испытывает сильных чувств, но даже это свойство не способно было сдержать гнев безумца. «Хватит!» — решил Бог Смерти, — «Я был слишком терпелив и осторожен. Я уничтожу лопоухих шлюх и разрушу их гильдию. Эландаар пожалеет, что напал на меня!»

Скелет почувствовал, как его плоть тяжелеет. Действие умения «бестелесная форма» заканчивалось. Он опять становился уязвим к физическим атакам. В любой другой день, окажись один против Шести Лун, Шиноками не задумываясь бы сбежал, но не сегодня. Жажда крови возобладала над рассудительностью. Первым делом Лич активировал на себя «костяную тюрьму». Обычно этим заклинанием, образующим вокруг противника клетку из костей, фиксировали ловкого противника, но Шиноками нашел ему другое применение. Используя костяную ловушку, как сферический щит, он одел прямо из инвентаря свое самое бронированное снаряжение и «Посох призывателя катастрофы».

Атака эльфиек не заставила себя ждать. Рассредоточившись и выйдя из маскировки в радиусе пятидесяти метров от цели, рейнджеры применили свое стрелковое оружие. Выстрелы были точными, они, буквально, нафаршировали голову скелета стрелами, но… не нанесли ему никакого вреда. Против высокоуровневой нежити незачарованные стрелы со стальными наконечниками были бесполезны. Действие уровневого иммунитета работало, как в игре.

Лич с раздражением осознал, что чудовищно переоценил своего противника. Лопоухий и его слуги действительно потратили все свои зачарованные стрелы. Присмотревшись, Шиноками увидел, что Шесть Лун стреляют из обычных деревянных эльфийских луков. Оружие, которым они красовались перед ним в Парящем городе, скорее всего, было всего лишь бутафорией. Рывком вытащив пучок стрел из глазниц, скелет оценил их качество. Это были обычные стрелы, которыми пользуются эльфы. Такое же оперение, только качество металла получше.

Бог Смерти словно прозрел. Он запечатлел в памяти образ того Эландаара, каким он был шестьсот лет назад — бесстрашный и смертоносный. Тогда он действительно вызывал ужас и уважение. Окажись в колчанах эльфиек стрелы божественного уровня, он бы погиб прямо сейчас, после первой же их атаки, но таких стрел в распоряжении Эландаара, похоже, давно не осталось. Не будь так, эльф прислал бы за ним убийц еще столетия назад. Скелет хлопнул костяной ладонью по белому черепу. «Позор, он сам сказал мне об этом сегодня, а я решил, что он прибедняется», — подумал он. Сконцентрировавшись на самозащите, Шиноками большую часть времени просидел в своих тайных убежищах, лишь изредка посещая драконов, чтобы стребовать новую порцию драконьей кожи.

Решив драться, Лич вспомнил, почему так ненавидел Шесть Лун. Если они опять применят маскировку, он просто не сможет их обнаружить. С этим частично могли помочь Рыцари смерти. Они обладали «чутьем живых» и могли выявлять скрытого врага, приблизившись к нему достаточно близко. Представив ответный ход врага, Шиноками догадался, что эльфийки просто сбегут, и это будет обидная ничья. Такой результат никак не мог его удовлетворить. Скелет решил поставить на этот бой все, что имел.

Он извлек из инвентаря черную пульсирующую жемчужину. Его единственный мировой предмет и сильнейший козырь. «Истинная тьма» — произнес он, активируя черную сферу. В радиусе пятидесяти метров наступила непроглядная тьма. Непроглядная для всех, кто в ней оказался, но не для владельца предмета, пока он держит его в руках. Шиноками активировал сверхуровневое заклинание школы тьмы. Активация заняла долгих десять секунд, но результат превзошел все ожидания.

В темноте эльфийки предприняли попытку приблизиться к Шиноками, чтобы повторить атаку вблизи. Они не знали, что видны, как на ладони. Внутри области, покрываемой завесой «истинной тьмы», сверхуровневое заклинание «могильный холод» нанесло тройной урон всем существам с положительным мировоззрением.

Спустя минуту облако абсолютной тьмы развеялось, и скелет принялся считать кучки со снаряжением, применив «поиск магии». Покрутившись на месте, он насчитал все шесть мифриловых кольчуг. Исса тоже принимала участие в атаке. Чуть поодаль, поближе к эльфийскому лесу, лежала кучка одежды, среди которой большим фиолетовым пятном горели легендарные перчатки и редкий рунный лук. Рядом с ней стоял растерянный лысый парень в желтой одежде и красных перчатках. За его спиной чернело пятно портала. Обнаружив разбросанные под ногами вещи и стоящего впереди скелета, незнакомец нахмурил брови. В следующую секунду Шиноками ощутил, как его череп наделся на красную перчатку, а весь мир вокруг померк.

Спустя еще мгновение он очутился глубоко под землей. В разрушенном и похороненном под слоем земли подземелье. Когда-то здесь была его база. Четвёрка из гильдии «Слейн» сравняла её с землей, но как оказалось, это не имело значение. Шиноками почувствовал, что стал слабее, но был все еще «жив». Особое чувство, которым он ощущал и контролировал созданную армию нежити, сообщило о потере контроля над одним из подразделений. Это было вполне логично, раз он потерял сотый уровень, то его способности к контролю уменьшились. Потерянное подразделение состояло из трех десятков Умертвий. По сути, потеряв сотый уровень, Шиноками потерял возможность и призывать эти создания. Из сильнейших слуг оставались Высшие личи, Древние вампиры и Древние костяные драконы. Этих сил было вполне достаточно, чтобы атаковать Эландаара, лишившегося телохранителей.

Представив внутренне пространство секретной базы, он телепортировался туда, но тут же вспомнил, что оставил не закрытым портал, ведущий в город Восьми королей жадности. Был некоторый шанс, что Исса проникнет через портал в Парящий город и выкрадет хранящиеся там деньги для воскрешения погибших Лун. Возвращаться в лес, к неизвестному врагу не хотелось. Убив один раз, он мог сделать это и второй. Нужно было закрыть портал с другой стороны. Платиновый Лорд Дракон не сможет атаковать Иссу на нейтральной территории. Он прекрасно знал это и сам. Можно сказать, что он сам прятался в этой зоне, боясь расправы Элендаара, за то, что присягнул на верность Шестому Богу.

Обратив внимание на свой внешний вид, скелет спохватился. Где его мантия и доспехи, а самое главное, где его сокровище! Как он мог забыть! Все это осталось на месте его смерти. Ради таких вещей стоило рискнуть и вернуться. Представив место своего недавнего боя, скелет телепортировался в лес. Его сознание померкло раньше, чем он смог понять, что произошло. Вроде как, картинка леса вспыхнула и исчезла, когда перед глазами мелькнуло что-то красное. На то, что он умер во второй раз, указывало место его появления. Становилось очевидным, что он погиб от повторной атаки лысого незнакомца. Именно его красная перчатка отправила его в небытие в первый раз. Шиноками впал в ступор. Разве можно высокоуровневого игрока убить одним ударом в голову. Это было невозможно в игре. Хотя, если перчатки лысого представляли собой какой-то легендарный или божественный предмет, атака таким оружием вполне вписывалась в известные скелету правила.

Шиноками не стал предпринимать третью попытку добыть свой мировой предмет в опасной близости к врагу. В надежде, что тот упал в траву и закатился подальше, он телепортировался в Парящий город.

Каково было его удивление, когда рядом с порталом он увидел уже знакомого лысого парня. Панику скелета сдержала способность нежити к подавлению эмоций. В следующую секунду он вспомнил, что находится в полной безопасности. Нейтральная территория полностью защищала его от любых атак других игроков и их НИП. Но прилетевший в голову кулак тут же расставил все точки над «i». Стало понятно, что рядом с лысым нигде не безопасно.

Территория Парящего замка сократилась на треть. Стена за скелетом исчезла, как и он сам. Платиновый Лорд Дракон трусливо вжался в пол и прикрыл глаза, прикинувшись ковриком. Глянув на переставшего дышать ящера, лысый парень прошел в овал портала и закрыл его с той стороны.

Словно личинка, покоясь в толще земли на месте разрушенного зала гильдии, Шиноками почувствовал, как из-под его контроля вышло еще одно важное подразделение. Были потеряны Высшие личи, командиры над остальной нежитью. Они способны подчинять и командовать даже Умертвиями. Подчинять и командовать их основная функция. Проблема была в том, что он не держал их отдельной группой. В каждом подразделении находился, как минимум, один такой помощник. Теперь Шиноками был восемьдесят пятого уровня и контроль и призыв Высших личей, доступный на девяностом уровне, был более не доступен. Подумать только, лишиться пятнадцати уровней в течение минуты. Такого он даже представить себе не мог. В голове прозвучал звук активации «сообщения», но тут же оборвался.

Скелет знал, кто собирался его потревожить. Лопоухий хотел посмеяться над ним, но, видимо, передумал. Началась цепная реакция. Личи принялись брать под контроль армии, в которых находились. Самое забавное, что скелет не мог им помешать. У Шиноками, призвавшего сегодня с утра Умертвие, Высшего лича и двух древних вампиров, открывшего несколько порталов и вступившего в бой с применением сверхуровневого заклинания, просто закончилась мана. А понижение уровня сократило неприкосновенный запас маны до нуля. Скелет не мог даже покинуть место своего воскрешения. Он лежал, как настоящая безвольная нежить, и ощущал, как болезненно быстро и необратимо сокращается подконтрольная ему армия. Худшего сценария и представить было нельзя. Все эти отряды не будут сидеть на месте. Они покинут тайные убежища и начнут сеять то, ради чего были созданы. К вечеру Шиноками потерял контроль над последним рыцарем смерти. Его трехтысячная армия, сокрытая в разных уголках континента уже писала новую страницу истории этого мира.

Эландаар терпеливо ждал в своем укрытии. При первой возможности его слуги должны были выйти на связь. Через пять минут стало понятно, что план провалился. Осталось узнать о потерях. Поочередно связавшись с каждой из Шести Лун, обычно неунывающий парень помрачнел. Связи со слугами не было. Все они были уничтожены. Полный провал. Теперь, когда он открыто атаковал «союзника», ничто не мешало скелету привести на западный континент свою армию. Сделать это он мог уже совсем скоро, через хорошо известную ему точку телепортации.

Эландаар продолжал ждать у поляны. Вторжение могло начаться в любую секунду. Это определило бы его дальнейшие действия. Прошел тягостный час ожидания, но ответной атаки со стороны Шиноками не последовало. В эльфе затаилась надежда, что атака его слуг не была напрасна и скелет пал вместе с ними. Активировав «сообщением» связь с Шиноками, он услышал, что связь установлена и сразу разорвал соединение. Надежды не оправдались. Его заклятый союзник был жив, и скорее всего, ужасно зол.

Эландаар лежал на шезлонге недалеко от края неглубокого, наполненного чистой водой бассейна. В бассейне плескались четыре очень непохожие друг на друга девушки. Все они являлись принцессами. Темнокожая девушка с серебристо-белыми волосами была дочерью короля темных эльфов, светлокожая с золотыми волосами — дочерью правителя их вечного врага, короля светлых эльфов. Как и все представители «бессмертного» народа, они выглядевшие довольно молодо. Максимум на пятнадцать. Они почти не изменились внешне, достигнув этого возраста, хотя провели в плену более десяти лет. Две другие девушки, выглядевшие на двадцать, являлись дочерьми правителей двух крупнейших человеческих стран Западного континента. Они попали в усадьбу Эландаара, когда им еще не исполнилось и десяти.

Все они были заложницами, а заодно и прислугой любвеобильного Бога. Эльфийки, а позже и подросшие человеческие принцессы, частенько становились гостями его спальни. Обычно он брал девушек парами, а иногда и всех вместе.

За шестьсот лет пребывания в Новом мире эльф так и не пресытился этой нехитрой забавой. Разве что он стал более разборчив, извращен и перестал использовать для секса своих НИП. Шесть Лун были в постели безотказны, но действовали слишком старательно и жертвенно. Все, что бы он ни приказал, было исполнено. Любое слово господина — закон. Такая вседозволенность способна пошатнуть даже здоровую психику, а тем более, не совсем здоровую. Эландаар вытворял со своими слугами немыслимые вещи, а достигнув дна, потерял к ним интерес. Человеческая душа почувствовала фальшь безотказной любви, прописанной в настройках. Их однообразное обожание было слишком утомительным.

Пусть девушки этого мира были не настолько исполнительны и искусны, зато они демонстрировали почти полный спектр чувств. Увидев могучий детородный орган эльфа, они испытывали страх и отчаяние. Почувствовав его внутри — боль и удивление. Девушки жаловались, шутили, стеснялись, хитрили, бывали в плохом настроении, а иногда пытались использовать на Боге женские чары. За попытку манипулировать собой он обычно нещадно карал провинившихся девушек болезненным неестественным сексом. После этого желание повторить манипуляции обычно больше не возникало. Одно чувство, которое точно не испытывали живые девушки по отношению к Богу — это любовь. Его боялись, терпели, презирали, но не любили — и это было правильно. Не за что любить такое чудовище, как он.

На Западном континенте живому Богу поклонялись все народы. Эландаар был Богом эльфов, людей и загнанных в резервации полулюдей. Поддерживать такое положение вещей было нелегко. Большой зонт закрывал шезлонг парня от лучей палящего солнца. Приятный ветерок обдувал покрытую тысячами шрамов кожу. Все они были получены в битвах. Во множестве тяжелейших битв против появлявшихся каждые сто лет Новых Богов.

Выглядевший вечно молодым эльф начал свою битву шестьсот лет назад. Первыми он убил четырех своих конкурентов. Дальше шли почти сто лет противостояния Шиноками. Скелет был труслив и коварен, доставал Элендаара постоянными атаками исподтишка, но столкнувшись с Новыми игроками, ушел в подполье.

Восемь Королей Жадности были сильны настолько, что уже Эландаару пришлось спасаться бегством. Он взял своих любимых наложниц из числа эльфов и людей и уплыл на западный континент. Оказалось, тут тоже живут люди, а эльфов еще больше, чем на восточном континенте. Это очень воодушевило парня. Большая часть оставшихся на востоке эльфов являлась его прямыми потомками. Тяжело жить в такой многочисленной семье. Все желали его внимания и поддержки. Парень разорвал контакт с эльфами на восточном континенте. Без него эльфийский народ постигло несчастье. Именно эльфы оказали Королям максимальное сопротивление и были нещадно уничтожены почти под корень. Выжила горстка детей. Они и продолжили эльфийский род, когда Короли уничтожили друг друга.

Новые игроки появлялись с периодичностью в сто лет. Обладая огромной силой и ресурсами, они неизбежно начинали перекраивать карту мира. Были среди игроков и полулюди, и гетероморфы. Попав в новый мир, они менялись. Становились ближе к своему персонажу. Страшнее всего, для мира заканчивалось появление в нём нового некроманта или владыки нежити. Эти уничтожали все живое, превращая города и целые страны в пустыню.

Эландаар победил всех своих противников на континенте и установил свои законы. Во-первых, он ввел «Божественное право» первой ночи. Это создало целое поколение из полуэльфов и полулюдей. Пришлось срочно бороться за сохранение чистоты человеческой расы. За человеческими женщинами в Теократию плавало несколько десятков кораблей. Закон первой ночи был отменен, но привычка трахать все, что движется, у эльфа сохранилась. В человеческих странах было полно его отпрысков.

В конце концов, Эландаар обратил свой взор на неизведанные земли и снова заинтересовался восточным континентом. Обследуя мир, он обнаружил третий континент и целое море средних и мелких островов. Видимо, игроки сюда попадали редко и сплошь оказывались людьми без гильдий. Они умирали, прожив срок в обычную человеческую жизнь и оставив после себя скромные дворцы и небольшую кучку предметов. Что-то расходилось и терялось между их наследниками. Эльф присоединил эти земли без боя и пополнил свою сокровищницу новыми предметами.

На восточном континенте его уже поджидал Шиноками. Он, как бессмертный таракан, пережил всех новых гостей мира. Кого-то он победил в бою, кто-то сдался ему без боя, но тоже был убит. Была большая разница между теми, кто имел гильдию и теми, кто попадал в мир один. Те, кто был одиночкой, умирал один раз. Хозяева гильдий только теряли уровни. Эльф схлестнулся с Личем не на жизнь, а на смерть. Тогда-то он и потерял все свои деньги и стрелы и оружие божественного уровня. Шесть Лун умирали группами и поодиночке, сталкиваясь с легко восполняемыми и трудно убиваемыми Умертвиями.

Эта война стала подтачивать последние ресурсы эльфа. Шиноками выходил победителем, он тратил гораздо меньше невосполнимых ресурсов. Когда в сокровищнице Эландаара осталась сумма на одно-единственное воскрешение, он предложил нежити перемирие. Приближалось время Новых Богов, поэтому Шиноками согласился, но не на самых выгодных эльфу условиях. Восточный континент целиком и полностью считался территорией Шестого бога. Западный оставался за эльфом, но половину золота и трофеев от новых гостей шли ему. Третий континент считался нейтральной территорий, но Эландаар был обязан обследовать его, сообщая о появлении на нем новых игроков. Ему также разрешалось проводить разведку на восточном континенте с позволения его владельца. Все найденное эльфом, тоже делилось пополам.

Эландаар лежал на шезлонге и ждал появление Шиноками. Прошло уже два дня. Достаточное время, чтобы собрать и переправить на континент свою армию. Эльф был уверен, она уже близко. Раньше он был сильнее всех в этом мире, но оставался тот, кто мог нанести удар в любую минуту. Эльф рискнул и проиграл. Шесть лун пали, и теперь их нечем было воскресить и снарядить. Это был конец. Эландаар подозвал к себе самую любимую из заложниц. Девушка знала, что её ждет, поэтому по пути сбросила с себя остатки полупрозрачной одежды и склонилась к своему повелителю. Послышались характерные чмокающие звуки. Эльф наслаждался видом старательно ублажавшей его девушки. Она не скрывала, что ненавидит его, но делала все хорошо. Возможно, это были последние минуты его абсолютной власти.

В голове прозвучал звук «сообщения». Эландаар напрягся и оттянул девушку за волосы, показывая, что она может идти. Дождавшись окончания сигнала, он готовился услышать свой приговор.

— Слышишь меня? Это Шиноками. — Слушаю. — Если хочешь спасти лопоухих на восточном континенте, тебе лучше прибыть во всеоружии. К ним сейчас идет около сорока рыцарей смерти и десяток костяных драконов, нежить помельче я не считал. Движутся с востока. У тебя есть четыре часа. — Не казни моих детей, если тебе нужен я. Скажи, куда мне прийти, и я приду. — Не делай мне одолжений, я и так убью тебя. А если ты не придешь, посмотрю, как мои слуги разорвут твоих детишек. Оставил для тебя портал на условленном месте. Если хочешь их спасти, приходи.

Связь оборвалась. Это попахивало самоубийством, но Эландаар вскочил на ноги и стал собираться в путь. До поляны в лесу на максимально скорости добираться два часа. Если скелет не обманул, там будет портал к северным границам Эльфийского леса. Если его не убьют с той стороны, то еще два часа до эльфийской столицы. Отбиться от такой армии он не сможет, но сможет предупредить короля эльфов и помочь с отступлением.

Шиноками лукавил. Идущая к эльфийским лесам армия ему не подчинялась. Он просто хотел заставить Эландаара вступить с ней в бой. Хотел заставить показать свои козыри, скольких Лун он смог вернуть, и чем располагал на этот момент. Сам Шестой Бог за два дня смог поднять только четырех рыцарей смерти и двух древних вампиров. За действиями заклятого врага он собирался наблюдать из тайного убежища, через зеркало дальнего обзора.