Сами здания меня не интересовали. Погрызенные временем и холодом, несмотря на защиту они довольно сильно пострадали. Похоже, щит работал только против мародеров и зверей, а не пронизывающих ветров. Недоработочка.
Интересное обнаружилось в самой середине крепости. Чудом уцелевший парадный зал когда-то внушал трепет и уважение. Массивные колонны держали арочный свод, на выцветших полустертых фресках еще угадывались батальные сцены и портреты. Кто на них был изображен — не понять, разве что силуэты и развевающиеся белоснежные волосы намекали, что основные герои — маги воды.
В центре зала, под многолучевой звездой, выложенной золотистыми переливающимися камнями, располагался самый настоящий лифт! Шахта уходила глубоко, туда мои щупы не доставали. Разумеется, я не могла устоять. Каплю крови и волосы Стига я позаимствовала по дороге. У мальчишек ссадины не редкость, всегда есть откуда сцедить образец. Блоки на тайнике стояли более надежные, чем на крепости. Одной иллюзией не отделаться.
Окутав себя маскировкой, я встала в круг внутри звезды и выпустила силу. Полупрозрачные камешки засветились, жадно впитывая энергию. Под ногами щелкнуло и неохотно зажужжало. За годы бездействия механизм застоялся и с трудом запустился.
Ко мне будто присосалась гигантская пиявка. Магию тянуло и тянуло, резерв стремительно пустел. Понятно, почему сюда не допускались одаренные послабее. Их бы просто выжало досуха и выплюнуло, как отработанный материал. Мне и то пришлось нелегко: я успела потратиться на вскрытие внешней защиты и располагала лишь половиной запаса.
Чуть выпуклая площадка дрогнула и резко ухнула вниз — я даже среагировать не успела. Чувство свободного падения длилось недолго. Лифт притормозил и плавно остановился посреди точной копии зала выше, только в первозданной красе. Вместо солнечного света из имитации окон сочился призрачный, серебристый, сотканный из магии и льда.
Я помедлила, не решаясь сойти с платформы. А ну как она усвистит с той же скоростью наверх, оставив меня здесь в заточении? Выберусь, конечно, но это не один час пройдет. Хозяин льда забеспокоится, да и неприятно получится. Энергии у меня осталось в обрез, на экстренную защиту, не более. Эх, жаль гончим за пределы оазиса нельзя. Вообще бы бед не знала.
— Господин Уинтергар… — разнесся по залу призрачный голос.
Я прокашлялась:
— Не совсем.
— В смысле? — передо мной материализовался дух наподобие того, что обитал в подвале особняка Эйсгем.
Только здесь себя в жертву в свое время принес довольно пожилой мужчина с окладистой бородой. Старомодное одеяние выдавало в нем скорее ученого, чем воина, что довольно странно для приграничного поста. Я ожидала увидеть кого-то более мускулистого и вооруженного, а на призраке даже кольчуги не было. Что-то длиннополое, развевающееся, еще и меховая накидка поверх.
Ему бы посох — и точно герой из сказок.
— Во-первых, как вы сами можете видеть, я скорее госпожа, — мило улыбнулась, осторожно прощупывая артефакт под ногами. Сумею активировать прямо сейчас, чтобы меня унесло обратно? Нет, снова силу вливать. Не справлюсь. Вот влипла! — Во-вторых, у рода Уинтергар возникли некие сложности, и они послали меня, как представителя.
— Какие еще сложности? — нахмурился дух. — Где они вообще все шляются, меня чуть не развеяло! Не заходят, артефакты не питают, накопители все на последнем издыхании.
— Вот видите, как я вовремя!
— Как ты вообще сюда попала? — призрак не спешил доверять неожиданной гостье. Он подплыл ближе и принялся меня внимательно рассматривать. — На тебе личина одного из Уинтергаров! Предательница!
— Так, стоп! — рявкнула я, поднимая обе руки в защитном жесте. — Ты вообще в курсе, что наверху творится? Вылезал, проверял?
— Нет.
Дух опешил от моего натиска и опустил вскинутые было ладони. Сиявшее на них заклинание погасло, я украдкой выдохнула. Резерв наполнялся быстро благодаря обилию вокруг сырой силы. Но все равно недостаточно быстро.
— А зря! — назидательно воздела я палец к потолку. — От рода Уинтергар уцелело лишь трое, насколько мне известно. И их силы не хватит, чтобы пройти внутрь крепости, не говоря уже об этом спуске. Потому пришла я.
— Да кто ты вообще такая? — уже не так яростно, скорее жалобно, вопросил дух.
— Зовите меня Кристель, — я склонила голову в коротком приветствии. — Я временно замещаю старшего в роду, Стига Уинтергара. На мне его аура, если что. Можете проверить.
— Чую родственную кровь. Но откуда мне знать, что ты его не пленила и не замышляешь дурного? — проворчал недоверчивый дед.
Он успел покружить надо мной вплотную, чуть ли не обнюхать, убеждаясь в том, что да, действительно на мне есть слабый след его потомка.
— Ниоткуда, — пожала я плечами. — Могу только передать привет от рода Эйсгемов. Мы недавно общались с хранителем их схрона. И повторить то же самое, что уже сказала ему.
Магии в резерве скопилось достаточно, чтобы активировать «каплю воспоминаний». Шарик из воды размером с пуговицу взлетел к лицу призрачного предка и завис, передавая увиденное мной не так давно. Без звука, только изображение.
— Ильвен? — прошептал дух, подлетая вплотную и приближая то один глаз, то другой к крошечной линзе. — Надо же, уцелел. Там, в столице, опаснее, чем на границе. Интриги, скандалы. Получается, Эйсгемы еще живы?
— С трудом. Всего двое прямых наследников, — вздохнула я. — Ситуация с магами воды в принципе плачевная.
И усевшись прямо на платформе, я принялась рассказывать, что сама знаю. Дух метался по залу, заламывая руки в особо трагичных местах. О былом недоверии ко мне вроде позабыл, но я не расслаблялась. Силы постепенно восстанавливались, если потребуется — отобьюсь. Но, надеюсь, до прямого противостояния не дойдет. Хотелось бы пройти чуть дальше, чем приемный зал. В особняке секретаря пока что не сложилось, может, хоть здесь проберусь.
— Выходит, Стиг не сможет попасть в крепость, — осознал наконец призрак.
Личных перипетий я не касалась, ограничившись глобальными. То есть вечной зимой, возведенными куполами и их постепенным угасанием. Вкупе с угнетением водных магов как класса. На то, чтобы транслировать картинки в каплю, много энергии не нужно, так что еще и продемонстрировала недоверчивому духу наглядно, что творится снаружи.
— Не только Стиг, любой водный маг кроме меня, —поправила после недолгого раздумья. — Ведь как, я понимаю, в создании системы оазисов участвовали сильнейшие. Они же сейчас подпитывают структуру, отдавая половину резерва на ее поддержание. Получается, их дар уменьшен вдвое по умолчанию.
Жаль, что точного списка нет. Господин Эйсгем обещал пошуршать на этот счет, но удастся ли ему раздобыть данные двухсотлетней давности — вопрос.
Это было еще одной причиной, по которой мне не хотелось отпускать подростков на вольные хлеба. От их благополучия зависит существование всего мира, как бы пафосно это ни звучало. Купола и так существуют на грани, а если поддерживающих их магов станет меньше, катастрофа неминуема.
Кроме того для снятия заклинания и разворачивания его вспять необходимо участие всех замешанных. Одного-двух я заменить смогу, но не всех. Потому чем больше потомков уцелеет, тем лучше.
— Благодарю за сведения, — вытянулся дух по-военному.
Все же что-то было в его выправке. Не всегда достопочтенный дед занимался исключительно научным трудом. Были времена и физически активные.
— Не за что. Точнее, в качестве благодарности прошу меня пропустить дальше, — невинно захлопала я глазами. —Мне же нужно знать, на что могут рассчитывать твои потомки. Боюсь, они и не представляют, что здесь под землей есть схрон. Позабыли.
— Как позабыли? — растерялся дух. Этот вариант развития событий ему в голову не приходил. — То есть они не приходят не потому что не могут, а потому что не знают, что должны?
— И то, и другое, — хмыкнула я. — Ну так что, пропустишь?
Драться со стражем сокровищ я не собиралась. В конце концов, у нас договоренность с предком Эйсгемов, да и мой собственный личный тайник — бывший Рекинсов — до сих пор ждет вскрытия.
Однако дух уступил на удивление легко.
— Проходи. Только не бери ничего, — предупредил он меня, подплывая к стене и просачиваясь сквозь нее. — Если что-то понадобится моим потомкам, пусть сами приходят. Покажу тебе сейчас, как понизить уровень доступа.
Ну да, к материальному-то у призрака отношение особое.
С платформы я сошла не без опасений. Но ничего никуда не улетело. Чуть выпуклая площадка осталась лежать неподвижно, ожидая моего возвращения.
Просторный зал казался монолитным: ни входа, ни выхода, только дыра в потолке. Но все оказалось куда интереснее. При моем приближении панель отъехала в сторону, открывая ярко освещенный коридор из льдисто-полупрозрачного материала. Сияние исходило со всех сторон сразу, создавая причудливую игру бликов и теней. Под ногами, лениво виляя хвостом, проплыла крупная зубастая рыбина.
— Здесь есть подземная река? — удивилась, проследив за хищницей.
Та все так же неторопливо добралась до угла и исчезла за поворотом.
— А как же? — эхом изумился дух. — Стихия должна быть поблизости. Убежища всегда строили в расчете на осаду и оборону.
Получается, где-то в глубине под особняком секретаря тоже есть источник? Занятно, но логично.
Коридор шел по спирали, завиваясь вниз улиточной раковиной. Понятно, откуда строители землянок брали образец — схема давно отработанная. То там, то здесь в стене появлялись матовые вставки с поблёскивающими надписями. От времени часть стерлась, и разобрать написанное было сложно, но судя по пространству за ними — там помещения, причем довольно просторные.
До конца мы не дошли. У одной из таких заслонок призрак остановился, подлетел ближе и коснулся ладонью надписи. Она вспыхнула, отправляя тонкие дорожки магии по всему периметру, и растворилась в воздухе. За ней обнаружилось то, что можно было назвать техническим залом. Множество артефактов вдоль стен подмигивали разноцветными огоньками, трубы и проводки соединяли их между собой и уходили куда-то в пол.
Пожалуй, технику такого уровня я видела лишь в схроне Рекинсов. Ни в особняке господина Эйсгема, ни в приюте, ни в допросной ничего подобного не наблюдалось. Были простенькие артефакты — два-три накопителя, заданная функция и кнопка активации. Вроде тех, что ставят в парниках. Но находившиеся здесь механизмы опережали нынешнее развитие магтехники лет на двести. Если точнее, за прошедшие годы искусство артефакторики изрядно деградировало. На те же лет двести.
Странно, почему пострадали все стихии, не только водные. Ведь огонь и воздух, основа обогревающих города куполов, не были угнетены все это время. Тем не менее теорию магии откинуло назад в развитии. Возможно, из-за глобальной катастрофы часть знаний была утеряна. Но не до такой же степени! Хотя откуда мне знать, меня там не было. Не от хорошей же жизни на планете воцарилась вечная зима!
Мне до сих пор было не до конца ясно, зачем вообще устроили оазисы. Было ли это частью глобального заговора с целью ограничить ресурсы или же последней попыткой спасти хотя бы часть земли от холода? В какой момент водники собрались на том острове и вложились в создание куполов?
В исторических книгах это описывалось как черное проклятие некоего неведомого мага. Но теперь-то я точно знаю, что магов там было больше десятка. Все гады, желающие уничтожить мир? Сомневаюсь. Скорее, они пытались его спасти, остановить разгорающуюся войну, но что-то пошло не так. Недаром нити с острова тянулись во все стороны, в несколько стран. Возможно, старые друзья или коллеги объединились для решающего рывка. Частично преуспели. Но не до конца. Раз информации о проведенном ритуале нет — скорее всего, бедолаги там и полегли, переложив бремя поддерживания щитов на потомков. Без их ведома и согласия.
Вон, господин Эйсгем понятия не имел, что от его резерва питаются оазисы. Если кто что и знал, то на самой верхушке власти. Недаром водника назначили секретарем его высочества. Презренного представителя низшей стихии — во дворец, к принцу? Подозреваю, что у короля собрано досье не на всех участников. Иначе дети господина Уинтергара не прозябали бы здесь, а давно были прибраны к рукам.
Дух тем временем завис над одним из артефактов и указал на плоский гладкий экран.
— Приложи сюда руку. Только не забудь притвориться членом рода!
— Как ты быстро перешел на сторону зла, — хмыкнула я, подходя ближе и разглядывая прибор.
Судя по отсутствию кнопок и рычагов, управлялся он напрямую магией, возможно, голосом.
Мне начинает здесь нравиться. Почти как дома!