Между нами химия

Глава 17

Кирсанов

Женя меня разозлила не на шутку, но, конечно, я не собирался с ней враждовать. Просто хотелось ее немного проучить — пусть знает, как винить меня во всех грехах. Меня забавляло, что каждый день она присылала мне короткие СМСки типа «Была не права», «Прости», «Давай поговорим», «Как мне загладить свою вину?». Не отвечал специально, чтобы ее позлить…

Но когда она перестала присылать подобные СМС и даже не ответила на мое короткое «С новым годом», я опять распсиховался. Я тут, значит, перед ней распинаюсь, а она не может написать хотя бы «спасибо»?

Да еще и отец заладил о том, что я должен найти невесту и познакомить его с ней. Потому что он «очень болен» и должен обязательно одобрить мой выбор. Потому что он не сможет «уйти в мир иной», зная, что я несчастлив.

Собственно, мой отец болен, но не настолько серьезно, как он это представляет окружающим. И при каждом разговоре с ним я закатываю глаза… Ведь мне всего-то 19, но отца это не останавливает.

Пару дней назад не выдержал и на очередное отцовское «тебе пора остепениться» психанул и солгал, что у меня есть девушка и у нас с ней все серьезно… И как думаете, кто мне пришел в этот момент на ум? Моя теска, которая уже который день не дает мне спать. Нашел ее фотографию в социальной сети и показал отцу. Он некоторое время разглядывал, а потом подвел свой вердикт.

— Хороша! — одно простое слово, означающее, что отец в восторге от невыносимой Золотаревой. И это притом, что фотка, скорее всего, как минимум годовалой давности. Женя на ней в своем бесформенном наряде и тех дурацких очках. Но даже несмотря на это, она чем-то притягивает!

Я и сам в восторге, только вот заводить с ней отношения не в моих планах. Ведь она — бомба замедленного действия. В любой момент может взорваться, и тогда лучше не быть рядом с ней. Но почему-то я всегда оказываюсь в зоне непосредственного контакта и мне перепадает…

Конечно, моя симпатия к ней никуда не делась и, возможно, еще долго будет мешать мне нормально существовать, но теперь я решил скорректировать свою тактику поведения с Золотаревой. Не за чем нам с ней нормально общаться, а уж тем более дружить. Из глаз долой — из сердца вон…

Полный решимости, вернулся в Москву… Но первый же учебный день не заладился с самого утра. Потому что несмотря на то, что саму Золотареву не видел, пришлось о ней услышать… И то, что я слышал, мне не нравилось!!! Буря эмоций кипела внутри, зажигая невиданный доселе пожар.

Словом, на каникулах я расслабился и по утрам долго валялся в постели. И это привело к пренеприятнейшему событию — опозданию в первый учебный день. Проснулся в 7:45, за минуту умылся и даже натянул первые попавшиеся шмотки. А потом еще минуты 3 ушло на то, чтобы сварганить бутерброд, который схомячил уже по дороге в универ.

Живу я недалеко, поэтому даже пешком мне требуется всего минут 20. А учитывая, что сегодня бежал сломя голову, добрался в универ за рекордное время — всего за 14 минут… Забежал в деканат, чтобы взять журнал, но его там не оказалось.

Поэтому последовал в аудиторию, постучался и вошел. Но меня окатил недовольный взгляд профессора, который смотрел сквозь слегка приопущенные очки. В одной руке препод держал ручку, заполняя что-то в журнале.

— Кирсанов, я уже собирался Вам пропуск ставить. Какой пример Вы подаете своим однокурсникам? — недовольно фыркнул профессор, но глазами показал, что я могу войти.

Расслабился и проковылял к месту на дальних рядах, тяжело дыша от «утренней пробежки». Знал бы я, что сегодня именно моя тяга к последним рядам в аудитории сыграет со мной злую шутку.

— Кирсанов, попрошу спуститься за первую парту, как раз свободно, — скривил свою моську, но послушно спустился, не желая перечить преподавателю. Но даже мою немую сцену Вадим Петрович расценивал как громкий протест, поэтому продолжил давать мне свои наставления. — И кто Вас старостой выбрал, не пойму? Другое дело, староста параллельного курса — Евгения Золотарева. Умница, красавица, круглая отличница — всего раз опоздала на мою лекцию, но уверен по уважительной причине. И сессию она закрыла лучше всех среди первокурсников! Хорошая девчонка, Вам бы с нее пример взять, Кирсанов? — выслушивал молча, но при этом мои пальцы под столом непроизвольно дергались, наверное, от нервов.

Последней каплей стало именно то, что Золотарева, оказывается, сдала сессию лучше всех. А это означает, даже лучше меня, что ли? Я привык быть на первом месте всегда и во всем, а тут!!!

Да еще и преподаватель буквально опозорил меня перед всеми моими однокурсниками… Разозлился не на шутку и последующий час лекции совсем не слушал профессора, так как в моей голове уже созревал план «мести». Я сделаю все, чтобы отвлечь Женечку от учебы! И тогда только обо мне будут лестно отзываться учителя, а она отойдет на второй план, а еще лучше — на десятый…

Что ж Золотарева! Это война.

Любовь? Неа, о таком не слышали!!!