Привал закончился. Мы снова шли в полумраке, разбавляемом лишь светом драгоценного светлячка. Я уже валилась с ног, Веймар — наверняка тоже, хоть и не подавал вида, как и положено мужчине. Нам нужно было укрыться где-то от возможных опасностей чужого мира. И поспать.
Желательно — пару суток подряд.
— Смотрите, — услышала я тихий голос лорда-инспектора.
Он указывал на темный провал в скале, едва различимый в полумраке. Пещера. Надеюсь, просто превосходное убежище от холода и ветра. Но что, если это — очередной капкан?
Какую авторскую придумку ни возьми, в пещерах с главными героями историй редко случалось что-то хорошее. Если быть точней — никогда.
— Вы уверены? — с тревогой спросила я.
— У нас нет выбора, — хмуро отозвался Веймар.
Не дожидаясь моего ответа, шагнул в темноту. Я вздохнула и последовала за ним, стараясь не думать о плохом. Как там учат оптимисты — фокусироваться надо на хорошем, чтобы не подавать во вселенную ненужные сигналы?
Оптимистам легко говорить.
Внезапно стены пещеры вспыхнули странным, призрачным светом. На них проступили прежде невидимые символы. Они мерцали, пульсировали, словно живые, и освещали нам путь. Но вместо облегчения это вызвало во мне лишь тревогу.
Я почувствовала, как воздух сгущается, наполняясь странной энергией. В голове зазвенело, словно кто-то ударил в хрустальный колокол.
— Проклятье, — выругался Веймар.
— Что-то не так? — насторожилась я, не сбавляя шаг.
— Все не так. Начать хотя бы с тебя.
Я нахмурилась. Слишком резкий ответ для обычно сдержанного лорда-инспектора.
— За какие грехи ты свалилась на мою голову? Почему я, мастер магических искусств, должен изображать из себя няньку?
— Какая муха вас укусила? — холодно спросила я.
Мы будто поменялись местами. Я сейчас в нашей паре отвечала за лед, Веймар — за порывистое, неукротимое пламя.
Он решительно шел вперед и мне пришлось ускориться, чтобы поспевать за его широкими шагами. Хотелось увидеть его лицо, но он явно не желал смотреть на меня.
Путь привел нас в небольшой зал, в центре которого стояла колонна. Нечто вроде обелиска со знакомыми уже символами, светящимися в темноте. Не знаю, почему, но увиденное словно разозлило Веймара еще больше. Как кошку, которой наступили на хвост.
— Мы здесь по твоей вине, — процедил он. — Без воды, без еды, в чужом мире.
Не верю, что голод и жажда способны кого-то настолько вывести из себя. Еще и суток не прошло, как мы здесь…
— Вы устали, я понимаю… — стараясь держать себя в руках, проговорила я.
Веймар резко развернулся, разметав полы плаща.
— Правда? Ты хоть понимаешь, куда нас забросила? — Его глаза сверкали презрением, губы искривились в злой усмешке, а голос был полон яда. — Из-за тебя мы больше никогда не увидим родной мир!
Я отшатнулась, словно от удара. Но лорд-инспектор, как оказалось, не закончил.
— Ты — самая ужасная, самая беспомощная чародейка, которую я когда-либо встречал. Тебе нет места среди настоящих магов.
Слова били и жгли, словно плеть, касаясь самых болезненных струн в моей душе. Веймар давил на больную мозоль — на страх подвести всех, кто верил в меня, страх оказаться бесполезной и… мой ужас перед собственным взбесившимся даром.
Я закусила губу, отчаянно прогоняя обиду. Стараясь сохранить хоть какое-то подобие достоинства, вскинула подбородок и отчеканила:
— Может, я и наделала ошибок, но я училась быть чародейкой. И я делаю все возможное…
— Но этого недостаточно! — взревел Веймар. Его лицо, едва узнаваемое сейчас, исказилось от гнева. — Ты сама — ошибка! Ты — позор. Пятно на теле мира священной магии! И я, как лорд-инспектор, как страж порядка и баланса, должен очистить мир. Должен избавить его от тебя!
Шок заставил меня потерять драгоценные мгновения. С трудом совладав с собой, я порывисто отшатнулась, намереваясь вырваться из этого кошмара. Оказаться так далеко от Веймара, насколько это возможно.
— Стой! — холодно приказал он.
Я замерла, не смея пошевелиться. Страх парализовал меня.
Вестмар приблизился ко мне, и в его глазах я увидела одержимость. Передо мной стоял могущественный маг, окутанный аурой власти и силы.
— Я слишком долго ждал этого момента, Леор, — проронил он. Его голос стал тихим и зловещим. — Я должен был сделать это еще давно.
Он поднял руки, и их окутал алый шлейф энергии. Я никогда не видела ничего подобного. Это было что-то темное, опасное, смертельное.
Я обреченно закрыла глаза. Все кончено. Он убьет меня. В его глазах я — ошибка, которую нужно стереть.
— Господин Веймар, пожалуйста… — прошептала я, но голос дрогнул и сорвался.
Ноги отказывались меня слушать. Но в глубине моей души еще жила отчаянная искра. Не надежда — протест.
Когда Веймар занес надо мной руки и уже был готов нанести удар, я отчаянно выкрикнула заклинание. Я хотела остановить лорда-инспектора, заставить застыть на месте, словно муху в янтаре, чтобы успеть сбежать. Вопреки здравому смыслу, вопреки всему, что происходило, я не хотела причинить лорду-инспектору боль. Не знаю, что с ним случилось, но он был сам на себя не похож. Что-то его изменило… И мне нужно было понять, что.
Стены пещеры задрожали, словно от землетрясения. Символы на стенах вспыхнули с новой силой, испуская ослепительный свет и… погасли. В воздухе запахло озоном и горелой серой.
Веймар дернулся, словно от звонкой пощечины. Красный шлейф энергии, окутывающий его руки, улетучился, словно его никогда и не было.
В глазах лорда-инспектора не было никакой безумной одержимости. Напротив, он был растерян… Никогда не видела его таким.
— Айрис? Ты… в порядке? — озадаченно спросил он.
— А не должна? — ляпнула я.
Разительная перемена в нем сбивала меня с толку.
— Секунду назад ты стояла передо мной с мечом из тьмы в руках…
— Я… что?
— Ты будто с цепи сорвалась. Прости… Ты хотела обрушить на меня свои разрушительные чары.
— С чего бы? — изумилась я.
Веймар пожал плечами, цепким взглядом окидывая пространство.
— Говорила, что я сдерживаю твою силу, что ты ненавидишь меня. Ты источала тьму… Тьму, которая хотела стереть мой свет с лица этого мира. Так ты сказала. — Он сфокусировался на мне и виновато улыбнулся. — Теперь я понимаю, конечно, что это была не ты.
А иллюзия, которые мои чары каким-то образом рассеяли, обнажая правду.
Я шагнула к стенам пещеры, которые продолжали сотрясаться. Только сейчас я заметила, что символы на них покрываются трещинами. Я не могла прочитать или перевести их, но каким-то образом понимала их смысл.
— Это магическая ловушка. Наверняка древняя. Она создает иллюзии, искажает реальность… — Я взглянула на Веймара. — Она пыталась заставить нас уничтожить друг друга.
Раздался жуткий вой, раздавшийся из глубин пещеры. Он был настолько пронзительным, что казалось, барабанные перепонки просто лопнут. Символы начали искажаться с новой силой, трещины от их центра ползли во все стороны, к полу и потолку пещеры.
Полагаю, мои слова окончательно разрушили печать иллюзий, сковывающее это место. И кому-то в глубине это очень не понравилось.
— Бежим! — крикнул Веймар, хватая меня за руку.
Мы бросились к выходу. Символы на стенах осыпаясь, словно пепел, и гасли. Земля дрожала под ногами.
Пещера рушилась.
Обессиленная после бесконечного дня и очередного выплеска дара, я споткнулась. Ноги подкосились, и я упала на колени. Боль через них, казалось, пронзила все тело.
— Айрис!
Веймар подхватил меня на руки. Я с готовностью обвила его шею руками и уткнулась в плечо. Пока он стремительно нес меня прочь из пещеры, я смотрела, как она рушится. Через несколько мгновений после того, как лорд-инспектор оказался снаружи, вход в пещеру завалило огромными глыбами камня.
Больше никто не попадется в эту ловушку.