Мистер Август

Глава 14

Пэрри

Я никогда не могла предположить, что все может обернуться таким образом.

Он сломленный мужчина, теперь я это вижу.

Иногда в нем чувствовалась какая-то нерешительность, но я списывала это на нетрадиционный характер наших отношений, хотя на самом деле за этим стояло нечто гораздо большее.

Он прятал демонов, которых я даже не могу понять.

— Зайди внутрь, здесь холодно.

Он колеблется, вероятно, из-за Тревора и его угроз, но все равно позволяет мне завести себя в дом.

Я закрываю дверь, оставляя за ней холодный воздух.

Он дрожит, как будто не осознавая, насколько ему холодно.

Я веду его в гостиную, и мне достаточно только взглянуть на Мэдди и Тревора, чтобы понять, что они услышали все, что он мне сказал.

В каком-то смысле я рада, это избавит меня от необходимости пересказывать им.

Я и без того чувствую себя виноватой из-за того, что они узнали обо мне и Лиаме, чтобы делиться новыми секретами.

Они поднимаются на ноги, и Мэдди вытирает слезу с глаза.

Лиам смущённо смотрит на них, и я уже собираюсь попытаться прояснить ситуацию, когда Тревор начинает говорить:

— Мы не хотели подслушивать, но стены тонкие… Мне очень жаль, что с тобой это случилось, друг, это тяжёлый удар.

Лиам кивает в знак признательности.

— Спасибо, я э-э… ценю это.

— Мистер К, мне очень хочется обнять вас, но я думаю, что сегодня вечером мы все перешагнули достаточно черт, — говорит Мэдди, стоя рядом с Тревором и раскачиваясь взад и вперёд на пятках.

— Я думаю, что это, наверное, правда. — Лиам посмеивается, но даже сквозь его улыбку его усталость для меня очевидна.

— Я просто хотела, чтобы ты знал, что твой секрет в безопасности с нами, мы не из тех людей, которые будут стучать на друзей.

— Спасибо, — отвечаю я. Я знаю, что они разговаривают с Лиамом, а не со мной, ведь я и так знала, что они никогда никому не расскажут, но ещё я понимаю, что он устал. Я вижу, как сильно он измотан.

Я поворачиваюсь к нему.

— Могу я пойти с тобой домой, остаться на ночь? Я не думаю, что кто-то из нас должен оставаться сегодня один.

Он протягивает руку и обхватывает мой подбородок.

— Это лучшая мысль, которую я слышал за весь день.

Мы прижимаемся друг к другу, покрывала натянуты до наших подбородков.

Мы не делали ничего, кроме поцелуев, но этого достаточно.

Мне просто нужно знать, что он здесь, и я думаю, это все, что ему тоже нужно от меня. Утешение.

Он был совсем один во многих отношениях, и я не уверена, давно ли о нём кто-то заботился.

Я знаю, что мистер Рэдклифф — Линк — был очень добр к нему, и сестра Лиама тоже его очень поддерживала, но она сейчас на другом конце света, а у Линкольна дома жена и ребёнок, которые занимают его время.

Лиам рассказал мне, что они все познакомились в университете. Линк встречался с Ники, а Лиам встречался с Эйприл. Эйприл и Ники стали подругами после того, как двое парней познакомили их, так что Линку и его жене тоже пришлось нелегко.

Лиам и Эйприл были женаты два года, когда произошла авария, Ники и Линкольн были единственными, кто присутствовал при их свадьбе.

Они всё были в жизни друг друга долгое время.

Должно быть, Лиаму тяжело видеть, как его лучший друг счастлив со своей женой, когда его собственная жена уже не та женщина, которую он когда-то знал.

— Какой она была? — шепчу я в тихой комнате.

Здесь нет никого, кто мог бы нас подслушать, нам незачем таиться, но я не хочу нарушать спокойствие этого момента.

Его рука находит мою, и он переплетает наши пальцы. Лиам тяжело вздыхает, прежде чем ответить мне:

— Она была яркой, жизнерадостной и целеустремлённой. На самом деле, это не изменилось. Она по-прежнему такая же, как прежде. — Он издает смешок.

— Я думаю, это уже кое-что, по крайней мере, она не потеряла себя полностью.

— Она ненавидела пиццу и снег. Любила кошек и шоколадные молочные коктейли.

Я слегка смеюсь.

Я чувствую, как он поворачивается и смотрит на меня в темноте.

— Она была хорошей женщиной.

— Ты действительно любил её, — говорю я, и во мне нет ни грамма ревности. Во всяком случае только печаль. Мне больно, что он потерял того, кем явно дорожил.

Я не могу себе представить, каково это — потерять человека, которого ты так сильно любил.

Если бы я потеряла Лиама вот так, это убило бы меня, а ведь мы даже не женаты, у нас за плечами определённо нет почти десяти лет совместной жизни.

Я даже не могу представить, какую боль он перенёс.

— Да. Я до сих пор люблю, хотя она уже не та.

— Ей повезло, что кто-то вроде тебя любит её, Щелчок.

Он тихо посмеивается над этим прозвищем.

— Думаешь?

— Знаю. Могу поспорить, она тоже тебя любила.

Он так долго молчит, что я начинаю думать, не заснул ли он.

— Иногда мне хочется, чтобы она просто погибла в той аварии. Я знаю, говорить так ужасно, но она никогда бы не захотела так жить.

Это звучит жестоко, но я понимаю, о чем он говорит. Она больше не в себе, и ему пришлось оплакивать жизнь того, кто не умер. Должно быть, это невыполнимая задача.

— Она хотя бы счастлива?

— Думаю, иногда. — Он вздыхает. — Она долгое время была в коме, перенесла множество инфекций, и теперь её лёгкие, помимо всего прочего, не справляются с тем, для чего они предназначены. У неё сейчас много проблем со здоровьем.

— Это разбивает сердце.

Я могу почувствовать, как слезы наворачиваются на глаза, и благодарна, что мы находимся в темноте. Меньше всего я хочу, чтобы он почувствовал, что ему нужно утешать меня.

— На это ужасно смотреть. Когда Эйприл хорошо, ей хочется играть в барби и красить свои ногти блестящим лаком, что просто неправильно... А когда ей плохо, она просто плачет и все время спит, и когда это происходит, детские игрушки и все розовое вдруг кажется не таким уж плохим.

Мне очень жаль Эйприл, правда, но больше всего, должно быть, страдают её родители. Наблюдать за тем, как тот, кого ты любишь, кто обладает таким огромным потенциалом, опускается до такого состояния — это настоящая пытка.

Он сжимает мою руку сильнее.

— Знаешь, что я не могу уложить у себя в голове? Что меня больше всего смущает во всем?

— Что? — шепчу я.

— Что с Эйприл все было по-другому. Я влюблялся в неё постепенно, мы общались в одном кругу друзей в течение года, прежде чем пошли на свидание. Я никогда не думал о ней так, но, думаю, я вырастил эту любовь… Но с тобой… Она сбила меня, как товарный поезд, Пэрри, один взгляд на тебя — и я пропал.

Я не могу подобрать слов, чтобы ответить ему.

— Ты должна была стать моей, у меня как будто не было выбора… С того момента в кофейне я был твоим, а ты моей, даже если этого не знала.

— Я это почувствовала, — шепчу я. — Со мной было то же самое… То, что я чувствовала, когда ты смотрел на меня через всю кофейню, я не могу этого объяснить… Может быть, карма подумала, что тебе нужен перерыв.

— Карма могла бы подождать до конца года, когда ты перестанешь быть моей студенткой, если бы она действительно хотела дать мне передышку. — Я слышу ухмылку в его голосе.

Я приглушаю смех подушкой.

— Теперь ты слишком многого требуешь.

Я чувствую, как его пальцы касаются моих волос.

— Мне плевать знаешь на что?

— На что?

— Что я ставлю под угрозу свою карьеру, что нарушаю правила… Мне все это безразлично. Ничто не должно стоить такого риска, но ты — это исключение, и если это означает, что нам придётся хранить тайны и скрываться ещё несколько месяцев, то так тому и быть. Я абсолютно согласен.

Я чертовски уверена в этом. Особенно теперь, когда Мэдди и Тревор знают. Для меня это легко. Мне едва ли придётся скрывать это от кого-либо, но Лиаму придётся, и я ненавижу это.

Ему придётся хранить секреты от своих коллег, друзей… Всех в своей жизни, кроме меня.

— Что насчёт Линка?

Я чувствую, как он пожимает плечами.

— Я подожду, пока ты закончишь учёбу, и тогда мы сможем сказать ему, что только начали встречаться.

— Думаешь, он поверит в это?

— Я не знаю… — Он вздыхает. — Я думаю, он уже подозревает, что что-то не так, но, как я уже сказал, я не уверен, что меня это действительно волнует. Я всегда могу найти другую работу.

— Тебя не могут уволить из-за меня.

— Я бы уволился из-за тебя в мгновение ока, Веснушка, если бы знал, что ты сможешь закончить образование.

Он действительно самый милый мужчина в мире. Но его не уволят. Не в мою смену.

Он зевает, и я чувствую, как он глубже устраивается на подушках, его тело погружается в сон, но мой разум все ещё работает.

Мне интересно узнать о его жене.

— Лиам? — шепчу я.

— Да? — сонно отвечает он.

— Эйприл… Я хочу с ней встретиться.

Не знаю, то ли он засыпает, то ли делает вид, что не слышит меня, но в любом случае ответа я не получаю.