Мой хищный адмирал

Глава 30

Я не стала прерывать их разговор, замерши в нескольких шагах от столика. Сердце почему-то застучало где-то в горле. Корван говорил быстро, тихо, его лицо было серьезным, даже суровым. Мияра слушала, не перебивая, но ее веселое настроение куда-то испарилось — плечи напряглись, а в уголках губ затаилась тонкая складка озабоченности.

Он закончил, резко кивнул и, не оглядываясь, направился к выходу.

Я вышла, только когда он прошел мимо. Дошла до нашего столика и только и успела заметить взлетающие брови Мияры.

На плечо легла тяжелая, горячая ладонь. Меня мягко, но уверенно развернули.

Я уже знала, кто это. Мысль о сопротивлении даже не возникла — не потому что не могла, а потому что в тот миг тело, казалось, забыло, как это делается.

Корван прижал меня к себе — не обнял, а вобрал, стиснул так, что ребра затрещали, а дыхание перехватило. И прежде чем я успела понять, что происходит, его губы накрыли мои.

Это не было похоже на наши прошлые поцелуи. Этот… этот был другим. Долгий, жаркий, вдумчивый, словно хотел запомнить, словно это было в последний раз.

Чтобы не потерять равновесие, я обхватила его шею руками, пальцы запутались в его длинных густых волосах и скользнули дальше на затылок. Честное слово — я обняла его только чтобы не упасть.

Ведь так?

Это должно быть так.

Поцелуй прервался так же быстро и неожиданно, как и начался. Он чуть отстранился от меня, убедился, что я твердо стою на ногах. Потом осторожно освободился от моих рук. Поцеловал обе ладони и молча ушел.

— Ух ты! — восторженно пискнула подруга за моей спиной. А я не могла отвести взгляда от спины Корвана.

Кроме Мияры, свидетелями этой сцены стали входящие в зал офицеры и замерший с подносом официант. Лицо официанта было бесстрастной маской профессионала. А вот двое офицеров — оба штабные капитаны, судя по нашивкам, — застыли в неловком полупоклоне. Они явно собирались поприветствовать адмирала, но увиденное вогнало их в ступор.

Один, повыше и постарше, провожал взглядом удаляющегося Корвана с выражением крайнего недоумения на лице. Второй, помоложе, с острым, как у хищной птицы, лицом и светлыми, почти белесыми волосами, уже смотрел не на адмирала, а на меня. И улыбался.

Мне эта улыбка не понравилась. Вроде бы ничего особенного, но что-то промелькнуло в глубине его светлых глаз. Что-то липкое, оценивающее, что заставило меня инстинктивно отступить на шаг назад, к столику.

Я быстро опустилась на свое место, стараясь не встречаться с ним взглядом. Мияра заметила мою реакцию, ее глаза сузились, она метнула быстрый взгляд в сторону офицеров, но тут же демонстративно отвернулась, сделав вид, что полностью поглощена созерцанием озера за окном.

Приблизились уверенные шаги.

— Добрый день, прекрасные дамы, — прозвучал вежливый, слегка игривый голос. Тот самый, светловолосый. — Вы, если не ошибаюсь, новенькие на базе? Прибыли сегодня утром, я вас в списках видел. Не сочтите за наглость, но можем ли мы составить вам компанию? Обед в хорошей компании — вдвое вкуснее.

Мияра мило улыбнулась. Но ее голос прозвучал холодно и четко:

— Извините, господа офицеры, но мы с подругой как раз планировали обсудить кое-какие личные дела. Наедине.

— Как жаль. Может, в другой раз?

— Может быть, — вежливо ответила подруга.

Я тоже подняла голову, вежливо улыбнулась и снова напоролась на взгляд незнакомца.

— Что ж, извините за беспокойство, надеюсь еще увидимся. Идем, Калеб.

— Да, Джей, идем. Приятного аппетита, дамы.

Когда они ушли, Мияра тихонько прошептала:

— Этот Калеб — странный тип. Он от тебя глаз не отрывал.

— Да. Они видели, как Корван… Как адмирал… — сдавленно сказала я, отхлебывая воды. Горло внезапно пересохло.

— Понятно. Такую сцену от нашего ледяного адмирала мало кто ожидал увидеть, — Мияра фыркнула, но в ее фырканье не было веселья. — Думаю, слухи разлетятся быстрее скоростного флаера.

— Да почему же не видели? Ты же не думаешь, что у адмирала раньше не было женщин? — вдруг вырвалось у меня, больше чтобы заглушить неприятное ощущение, чем из-за реального любопытства. Я отхлебнула воды, но ком в горле не исчез.

— Нет, конечно. Но вот так, на людях… — она покачала головой, но не договорила, резко ткнув пальцем в планшет. — Ладно, хватит киснуть. Смотри, какой клуб я нашла! Прямо у пляжа. Может, сходим туда? Развеемся.

Я машинально взяла планшет, пролистала яркие картинки с танцполом, барной стойкой, уютными диванчиками. Место выглядело живым, веселым. То, что нужно, чтобы не думать.

— Я за, — согласилась я. — Но что там носят? У меня из одежды — либо форма, либо вот это. — Я показала на свой практичный серый комбез.

— И у меня тоже! — Мияра оживилась. — Значит, делаем марш-бросок по бутикам! Купальники тоже не забудем. Видела загар на местных? Идеальный, ровный. Хочу такой же!

Когда наконец принесли обед, мы умолкли и принялись за еду. Есть действительно очень хотелось.

Все было очень вкусным. Скушав всего по половине, я решила, что в этом конкурсе победителей не будет. Мне понравилось вообще все.

Единственное, что омрачало обед, — это ощущение пристального сверлящего взгляда между лопаток. А когда мы уходили, Калеб отсалютовал нам бокалом.

— До встречи, дамы.

Мияра кивнула им, и мы ускорились.

— Вот чего пристали… Видят же, что ты занята.

— Может, ты им понравилась?

— Насчет Джея не знаю, но вот Калеб с тебя взгляд не сводил.

Мияра фыркнула и резко остановилась перед огромной голографической картой комплекса. Ее пальцы замелькали, вычерчивая маршрут.

— Так, смотри. Прямо, вниз на лифте, налево, потом вверх на пять этажей. Вот наш район — «Стиль и красота». Ох, Эри, я тебя сейчас так наряжу! Устала смотреть на твою любимую серо-бежевую тоску.

Я оглядела свой комбез. Он был удобным, практичным, и… да, скучным. Цвета пыльной дороги. Вдруг мне тоже страшно захотелось яркого цвета. Какого-нибудь сочного, как у Мияры, изумрудного, или теплого, как закат над озером.

Но одно не давало покоя. Я придержала подругу за локоть.

— Хорошо. Преображение принимается. Но есть условие.

— Какое? — насторожилась Мияра.

— Ты расскажешь мне, о чем с тобой говорил адмирал. Прямо перед тем, как… — я махнула рукой в сторону выхода.

По лицу Мияры пробежала тень. Веселость слетела, осталась только серьезность, даже суровость.

— Расскажу, — тихо пообещала она. — Но не здесь. Домой придем — все расскажу. Договорились?

— Договорились, — кивнула я, и мы пошли к лифту.