Мой хищный адмирал

Глава 44

День выдался бесконечным.

Утром за нами заехал следователь айтори и по дороге в полицейское управление выдал обеим отчеты по происшествию.

— Это та версия, которой вы должны придерживаться. Вот ваш отчет, кадет Стеллос, и ваш отчет, кадет Радж. Подпишите и досконально изучите. Адмирала и других, — он интонацией выделил слово «других», — личностей на плато не было. Только вы и Грем.

Так и получилось: ни Корван, ни загадочная Лима в расследовании не фигурировали.

Этой версии мы и придерживались весь день.

Военная полиция работала четко, но бюрократия есть бюрократия. Сначала меня опрашивали в деталях — что, где, когда, как Грем меня схватил, что говорил, куда вез. Потом те же вопросы, но в другой формулировке. Потом еще раз, уже с психологом, который осторожно интересовался, не нанесло ли мне происшествие «глубоких душевных травм».

Я отвечала спокойно, по делу, без лишних эмоций. Рядом, в соседнем кабинете, точно так же мурыжили Мияру — как свидетельницу и как мою подругу, которая первой подняла тревогу и поспешила на помощь.

К вечеру я вышла из управления военной полиции совершенно вымотанная. Голова гудела, глаза слипались, и только одно не давало покоя — странное, тянущее чувство где-то под ложечкой.

Я списывала его на усталость и последствия вчерашнего, но внутри зудело. Подсознание явно от меня чего то хотело, но я никак не могла его понять. И дело тут не в допросах.

Мияра ждала меня на крыльце. Вид у нее был не лучше моего — растрепанные волосы, тени под глазами, напряженный взгляд.

— Ну как ты? — спросила она, окидывая меня быстрым взглядом.

— Нормально. Почти жива. А ты?

— Да тоже… — она махнула рукой, а потом вдруг взяла меня под локоть и отвела в сторону, подальше от прохожих. — Иди сюда. У меня есть новости.

Я насторожилась.

— Какие?

— Мне тут доложили — Адмирал закончил допрос пару часов назад, — Мияра говорила тихо, но взволнованно. — И сразу заперся в своем броневике. Даже не в кабинете. Просто залез в эту железную банку и сидит там. Комм отключил, на вызовы не отвечает, никого не пускает. Крис пытался подойти — охрана даже его не пропустила.

У меня внутри все похолодело.

— Почему? Что случилось?

— Не знаю, — Мияра покачала головой. — Но я подумала… Помнишь, у меня осталось последнее желание?

Я кивнула. Третье желание, которое она не использовала после нашей дурацкой игры в карты. Столько всего с тех пор произошло, что я уже и забыла.

— Так вот, — Мияра решительно посмотрела мне в глаза. — Я хочу, чтобы ты пошла к нему. Прямо сейчас. Что-то подсказывает, что разговор с Лимой не был простым.

Я хотела сказать, что это глупо, что он просто устал и, вероятно, спит, что ему нужно побыть одному… но слова застряли в горле.

Потому что я поняла, какое чувство преследовало меня. Ощущение на грани, тревога, смешанная с множеством подавленных эмоций и болью. Это были не мои эмоции. Это был Корвана.

Это означало, что все ошибались — я могу его чувствовать.

— Я пойду, — сказала я твердо.

Мияра кивнула и тут же выхватила комм.

— Крис! Срочно! Вызывай группу, нужно отвезти одну капризную жену адмирала к мужу! Да, прямо в его логово! Мы сейчас у военной полиции, присылайте броневик сюда. Ждем!

Я невольно улыбнулась. Фраза «капризная жена» в устах Мияры была полна теплой иронии.

Тайлер появился удивительно быстро — минут через двадцать. Из бронетранспортера вышли трое бойцов, сам Крис, сурово кивнув нам, распахнул дверь.

— Кадет Стеллос. Вас ожидает транспорт.

Мияра усмехнулась, подталкивая меня к броневику.

— Давай, Эри. Иди к мужу.

Я шагнула внутрь, и тяжелая бронированная дверь захлопнулась за моей спиной.

Меня доставили к знакомому месту — в ангар, где стоял массивный, как скала, личный броневик Корвана.

Машина остановилась и к нам подошел часовой, отдал честь капралу и вопросительно посмотрел на него.

— Супруга адмирала желает его видеть.

— Добрый день, мэм, — часовой посмотрел на меня и развел руками. — Адмирал заперся изнутри. Указаний на ваш счет не было. И как вы туда планируете попасть, я понятия не имею.

Я кивнула.

— Заблокирован броневик или нет, но я твердо намерена войти в него.

Я подошла к огромной боевой машине, на мгновение замерла, собираясь с духом.

Мой план был очень прост. И если я ошиблась, то буду выглядеть дурочкой перед парнями.

Я потеребила свой идентификационный браслет, полученный от Корвана. Потом посмотрела на кодовую панель с кучей сенсоров и датчиков.

Набрала воздух в легкие, как перед погружением в воду, и шагнула вперед, прижав свой идентификационный браслет к считывателю.

Тихий щелчок. Дверь бесшумно отъехала в сторону.

Я облегченно выдохнула — Корван дал мне доступ.

Внутри было сумрачно и тихо. Пахло металлом, оружейным маслом и… чем-то горьковатым, незнакомым.

Корван сидел в кресле за небольшим столом, откинув голову назад. Глаза его были закрыты.

На нем была та же одежда, что и вчера. Только рубашка уже не выглядела свежей с закатанными до локтей рукавами и слегка мятая. Ворот расстегнут на несколько пуговиц, открывая сильную шею и выступающие ключицы.

Перед ним стояла запечатанная бутылка темного стекла с незнакомой этикеткой и пузатый хрустальный бокал.

Я оглядела бутылку.

Неужели он заперся тут, чтобы напиться?

Да нет. Алкоголем не пахло, а пустых бутылок не было.

Я подошла ближе.

Между бутылкой и бокалом лежала старая фотография. С нее улыбались двое: Корван и его брат. На фото им около пятнадцати лет…

Больше на столе ничего не было.

Я подошла совсем близко и протянула руку, чтобы коснуться его волос — мягких, черных, чуть растрепанных, упавших на лоб.

Мои пальцы почти коснулись темной пряди, когда его рука молниеносно метнулась вверх и перехватила мое запястье.

Я тихо охнула, попыталась отпрянуть и не смогла. Его хватка была стальной, но не болезненной.

Глаза Корвана распахнулись — темные, бездонные; в них плескалась усталость и мгновенно вспыхнувшая тревога.

— Эри? — голос хриплый, неверящий. — Как ты сюда попала? Я приказал тебе сидеть дома. Это опасно.

Я не одернула руку. Наоборот, шагнула еще ближе, почти вплотную к его коленям.

— Я здесь не как кадет, выполняющий приказ, Корван… или не выполняющий… — мой голос прозвучал тихо, но твердо, хотя внутри все дрожало. — Я здесь как твоя жена.