Мой Советский Союз Магических Республик 3

Глава 22

Семен сидел на стуле, рядом с Кириллом. Оба выглядели скучающими. В приемной появлялись люди, заходили в кабинет, затем выходили, порой задумчиво поглядывая на студентов.

— Как думаешь, долго еще? — не выдержал наконец Семен.

— Черт его знает, — буркнул Кирилл. — Ощущение, что мы вообще непонятно зачем пришли.

— Есть охота, — тяжело вздохнул Кот. — Ленка котлеты обещала постряпать.

— А ты фарш взял?

— Не, я говядины постной взял.

— Думаешь, она фарш накрутит? — хмыкнул Осетренко.

— Истукан обещал, — пожал плечами тот. — Говядина нормальная, без жил. Чистое филе.

— Ну, за котлеты с гречкой он может и накрутит, — кивнул друг. — Как он, кстати, на заводе?

— Вроде бы ничего. Говорит там начальство вменяемо. И наши почти все в приводном цехе.

— А за опытный ничего не слышал?

— Не-а. Так, говорят там встал вопрос о закрытии. Они план провалили в ноль.

— Еще бы они не провалили. Почти все во фролы перебрались, — хмыкнул Кирилл. — Жаль… Идея-то хорошая была.

— Жаль, — отозвался Семен. — Ты, кстати, летом что думаешь делать?

— Не знаю пока, — пожал плечами Осетренко. — Катя никуда не едет. Работать будет. Я думаю тоже.

— Фролы? — глянул на него друг.

— Нет, я… Хочу на ЖД попробовать.

— Там артефактной должности нет.

— Угу… я так… может грузчиком или еще кем.

— Поняа-а-а-атно, — протянул с усмешкой Кот.

— А ты?

Семен вздохнул, почесал подбородок и произнес:

— Все зависит от того, что Ленка скажет.

— В смысле?

— В прямом. Сегодня на вечерний сеанс пригласил ее. Хочу с собой в деревню забрать. Мне все равно повидать бабушку надо. А ей тут чего одной сидеть?

— Тоже верно… — кивнул с улыбкой Кирилл.

В этот момент дверь открылась и на пороге показался невысокий мужичок с лохматой шевелюрой.

— Ваше? — кивнул он на дверь из которой вышел.

Парни переглянулись и хором ответили:

— Наше!

Мужичок покивал, прошел по приемной, глянул на старушку секретаршу, что сидела за столом, достал пачку сигарет, направился к выхду, но у самой двери спрятал пачку и вернулся к парням.

— Вот прям сами все сделали? — спросил он, усевшись рядом.

— Ну, не то, чтобы прям сами… — вильнул Кирилл.

— Нам старшекурсники с артефактного помогали. А еще артефакторы из САТО. Мы прибор на магокалькутроне сначала прогоняли. Первую схему вообще забраковали, — пояснил Семен. — Я линейную схему комплексов хотел сначала сделать. Вроде как проще.

— Почему отказались? — глянул на него мужичок.

— «Нормально делай — нормально будет!» — с усмешкой вставил Кирилл.

— В смысле?

— Дело в том, что там опытные артефакторы, — начал пояснять Семен. — Сразу сказали — фон ловить будет. Любое излучение рядом и наводка будет жуткой. Посчитали на магокалькутроне. Так и экономнее выходит, да и в принципе схема стабильнее. Только циклическую схему делать сложнее.

— Муторнее, — вставил Кирилл.

— Угу-угу, — покивал мужчина. — А идея чья?

— Как всегда, — удивленно глянул на него Семен. — Коллективный разум!

Мужчина тяжело вздохнул и произнес:

— То есть — ничья?

— Ну, как… — смутился Семен и глянул на Кирилла.

— Если вы о правах на воспроизведение, то нам как бы ничего и не надо, — пожал плечами Осетренко. — Вы с завода какого-то?

Мужчина молча кивнул, а затем протянул руку Кириллу.

— Кашин Василий Петрович. Начальник отдела разработки «Телта».

Парни переглянулись.

— А вы же… — начал было Семен.

— Мы не военка. Теперь. Вывели нас из подчинения МинОборонПрома.

Парни нахмурились еще сильнее.

— Вроде же рации делали, — произнес Кот. — Как их? Восток?

— Северок, — хмыкнул мужчина. — Загвоздка у нас с рациями.

— Не работают? — спросил Кирилл.

— Работают. Так работают, что они не ломаются, — мужчина кашлянул и глянул на ребят. — Мы за двадцать лет работы все склады забили. Причем не свои, а министерства обороны. Вот и…

Кот глянул на друга, почесал макушку и спросил:

— И что? Теперь вы вроде как и ненужны?

— Вроде как. Мы тут телефоны выпускать пробовали, но… — тут он кивнул на дверь. — Написал нам тут главврач ваш. Я тут посмотрел и…

Заметив как лица ребят стали кислыми, он произнес:

— Мы на всю продукцию не претендуем. У университета опытное производство, я в курсе. Нам хотя бы чехлы, корпуса и…

— Лучше туда не суйтесь, — буркнул Семен. — Производство будут закрывать.

— Почему? Не справляются или…

— Сделали все, что не справлялись, — грустно усмехнулся Кирилл.

— Будете браться — делайте все с нуля, — продолжил Кот. — Будет продукт ваш. Вы только нас как-нибудь в проекте обозначьте. Ну, кто участвовал.

— И грамоту было бы неплохо, — ставил Кирилл. — Ну, за участие в разработке.

Мужчина немного растерянно почесал шевелюру и произнес:

— Тут целую технологию выстраивать. У нас компетенций нет, да и…

— А мы поможем, да Киря? — глянул на друга Семен. — С нас не убудет. Только в сентябре. Я к бабушке на лето собираюсь.

— Да, я тоже… занят буду, — кивнул Кирилл.

— Так… это… — Василий Петрович поднялся, достал пачку и вытащил сигарету. — Вы в ПолиМаге учитесь, так?

— Угу. На целительском, — кивнул Кот.

— Я вас тогда в сентябре выдерну. Если получится — приходите на завод. Спросите Кашина. Я вас ждать буду. А пока — надо переговорить, подготовить обоснование, рассчитать новое оборудование, если своим не справимся. Договорились?

— Договорились, — кивнул Семен и глянул на Юрия Анатольевича, что вышел из кабинета с довольной миной.

— Ну, что студенты… — произнес он. — Добро! Надо на каждую бригаду такую аппаратуру сделать… Хотя бы на реанимационную.

Семен и Лена неспешно шли по Комсомольскому проспекту, где летний вечер в Перми разливался мягким теплом. Солнце уже скрылось за крышами старых домов, оставив небо в нежных оттенках розового и оранжевого, а воздух был пропитан ароматом цветущих лип и свежескошенной травы с газонов у тротуаров.

Смеркалось медленно, лениво, словно город не хотел расставаться с днём. Фонари зажглись резко, вместе и улица резко преобразилась. Свет падал так, что золотистые блики падали на асфальт, ещё хранивший дневное тепло под ногами, отражался от витрин магазинов.

Люди же жили своей вечерней жизнью: по широкому тротуару, вымощенному плиткой с потрёпанными краями от времени, гуляли парочки и семьи — кто-то с мороженым в руках, таявшим от жары, кто-то с сумками из ближайших магазинов, где в витринах давно включили свет. И на все это в антураже старых особняков с лепниной на фасадах, помнящих ещё советские времена.

— Не люблю грустные фильмы, — задумчиво произнесла Лена, рассматривая букет цветов в руке. Простые желтенькие цветы, название которых девушка не знала.

— Он не грустный, — произнес Семен, шедший рядом. — Скорее… правдивый.

— Наверное… — кивнула девушка. — Но все равно, хотелось бы, чтобы они были вместе. А не так…

— Жизнь сложная штука, — вздохнул Кот.

Парень посмотрел на девушку, что все так же шла разглядывая цветы, а затем молча обнял ее за талию.

— Мог бы и пораньше додуматься, — буркнула девушка, отвернув лицо, чтобы спрятать довольную улыбку.

— Могла бы и сказать, — усмехнулся Кот, заметив ее усмешку.

Девушка недовольно фыркнула, а затем произнесла:

— Расскажи что-нибудь.

Семен, мысли которого уже летали в облаках от ощущения Лены рядом и ее улыбки, нахмурился. Минут пять он молча шел, а затем спохватился:

— Точно! Чуть не забыл!

— Что?

— Нас доктор со скорой сегодня таскал к главврачу.

— Вы натворили что-то? Кто-то умер?

— Нет, — усмехнулся Кот. — Это из-за прибора нашего.

— Диагностического?

— Угу…

— Как, кстати испытания? Есть накладки?

— И да, и нет, — пожал плечами Семен. — По руносхематике все прошло ровно. Даже слишком.

— А в чем тогда проблемы?

— Маска. Мы водолазную маску брали. А там, две минуты и стекло начинает потеть. Летом может будет и нормально, но надо пересмотреть маску. Мы с Кирей крутили и так, и сяк. Надо самостоятельно ее изготавливать. Сразу с вентиляцией и ремешками… Или резинками.

— Резина за волосы цепляться будет, — вставила Лена. — Если волосы длинные — вырывать будет точно.

— Ну-у-у-у… Возможно. Но тут еще надо что-то решить надо со стеклами.

— Косяки в рунах?

— Нет. Просто надо придумать, как их и где держать. Стекло хрупкое. Мы проекцию под мочеполовую систему за одну смену умудрились поцарапать. А кровеносные сосуды дали наводку от грязного отпечатка пальца. Да и вообще сумку надо нормальную придумать. Жесткую, чтобы ничего не сломать.

Лена покачала головой и спросила:

— Может к кооператорам?

— М-м-м-м… надо искать, кто кожей занимается. Да, и саму кожу надо где-то брать.

— В Кунгуре большой мясокомбинат. Надо спросить, кто у них кожу выкупает, тогда найдем и того, кто кожей занимается.

— Мысль! — закивал Семен. — Кстати, у нас… К нам тут человек подошел.

— Какой?

— С завода. Телта. Знаешь такой?

— На Монастырской?

— Вроде бы… — пожал плечами Кот. — Хочет выпускать наш аппарат.

— А… Они же вроде какую-то радиоэлектронику для военки делали.

— Рации. Северок. И да, действительно «делали». Их перевели на гражданку. телефоны сейчас делают. Хотят выпускать наш… Блин, мы даже названия не придумали.

— Что тут думать, бери имена тех, кто участвовал. Я, ты, Истукан, Кирилл и артефакторы из сато.

— Лиск? Силк? Ликс? Надо спросить в САТО. Можно ли их упоминать как-то, — задумчиво произнес Кот.

— ЛИКСА, — выдала девушка. — А — артефакторы. Если согласятся — пусть будет так. Или просто ЛИКС.

— Хорошо звучит, — кивнул Семен. — Предложу Кириллу. Истукану вообще пофиг на названия.

С минуту они шли молча. Подошли к перекрестку, где собирались свернуть к общежитию, встали у светофора и тут Семен спросил:

— Слушай, ты летом что-то планируешь?.. Ну, там работать или может хочешь съездить куда-то?

— Нет, не планировала, — ответила девушка. — Наверное работать буду.

— Не хочешь, со мной съездить? — предложил Кот.

— Куда?

— В деревню. Бабушку надо проведать. Помочь по хозяйству. Грядки там, или еще чего…

— Ну… — смутилась Лена.

— На мопеде рванем. Вещей много не надо. Так, купальник на речку, носки, трусы и тапочки. Отдохнем и… Ну, я тебя с ней познакомлю.

Семен смотрел в глаза девушки с легкой паникой в глазах. Та взгляд не отводила, но на лице отразилось глубокое раздумье.

— И что скажешь ей?

— В смысле?

— В прямом. Знакомься — это Лена?

— Ну, да. Знакомься — это Лена. Моя… — тут Семен взял себя в руки, шмыгнул носом и произнес: — Это моя девушка!

— Кот! Ты оборзел⁈

— Чего? — растерялся Семен.

— А кто меня замуж звал⁈

— Так, я это… — растерялся парень. — И не отказываюсь! Я вообще…

Лена хмуро глянула на парня. Тот растерянно замер.

— Мне долго ждать? — спросила она недовольно.

Семен секунды две тупил. затем глянул на зеленый знак светофора, что намекал, что им нужно идти, а затем выпалил:

— Лен, выходи за меня!

Девушка тяжело вздохнула, опустила руку с букетом и устало произнесла:

— Кот, ты меня целовать сегодня будешь или нет?

Мимо проехала машина.

На центральную улицу города медленно и неторопливо спускались сумерки. Свет из витрин, казалось, становился ярче, на красные оттенки на перистых облаках все ярче.

На аллее, между двух дорог, под липой стояла парочка студентов, что целовались, совершенно не обращая внимания на красоту уходящего летнего дня.

Капля неторопливо плелась за фурой, что ехала впереди. Чтобы не дышать копотью, Семен держал приличную дистанцию, совершенно не обращая внимания на то, что груженый Камаз развивал скорость восемьдесят только с горки. Вокруг расстилались типичные для урала пейзажи: пологие холмы, покрытые густыми смешанными лесами, где лиственные деревья чередовались с хвойными, создавая мозаику зеленых оттенков.

— Сема, — сжала покрепче руки Лена, что ехала сзади.

— Ась? — не оборачиваясь произнес Кот.

— Думаешь стоило отдавать Тэлте схемотехнику на ваш прибор?

Парень пожал плечами и просил:

— А куда? Что нам с ней делать?

— Нук, можно было бы… — неуверенно ответила девушка и поправила шлем.

— Некуда, Лен… — вставил Кот. — Во фролах уже идет выпуск «Капли», но что там и так хватает накладок. Они нового оборудования не возьмут. Опытное производство по факту — все. У нас его отобрали, чтобы оно никому не мешало. А тут…

Парень прижался к обочине пропуская волгу, а когда та пошла на обгон фуры, снова встал на середину полосы. По обочинам дороги тянулись широкие луга, усеянные полевыми цветами и травами, отделенными лесопосадками. Разве что в одном месте поле разделяла совсем маленькая речушка.

— А тут вроде мощности есть минимальные. По крайней мере по механической части. Рунную часть, думаю, они смогут наладить… Если мы поможем.

— Наверное ты прав… — ответила девушка. — Думаешь остаться там подрабатывать?

— Не знаю… Как получится, — ответил парень. — Ты ведь меня знаешь, я на месте не сижу… Мало ли как сложится, но с сентября — точно буду там.

Девушка вздохнула.

Капля неторопливо, экономя ход взбиралась на холм. Фура сбавила скорость и ползла в крутую горку километров тридцать в час. Вдали виднелись реки и озера с берегами, поросшими ивами и ольхой, где вода отражает небо, а в воздухе витает свежий запах влажной земли.

Лена обернулась и глянула назад, туда где за дорогой были луга. На фоне лиственного леса паслись коровы. Чуть в стороне обосновались овцы.

— Слушай, а как… Как ты в деревне жил? — спросила девушка. — Ты говорил, что рос с бабушкой.

— Я к бабушке попал когда мне… По моему восемь было, — произнес Семен. — По началу было тяжело.

— Привыкал?

— Ну, да. Считай кое-как она готовила, а я… А у меня все время как-то не очень получалось, — улыбнулся Кот. — Так, яиц отварить или картошки. бабушка только оладья нормально жарила. В общем то, что резать не надо. У нас в доме даже ножа ни одного не было. Один единственный и тот в чулане всегда лежал.

— А как… Как вы хлеб резали?

— Ломали, — пожал плечами Семен. — Она ведь у меня слепая, но… Сложно, в общем. Вокруг деревни простирались поля, засеянные зерновыми культурами, типичными для средней полосы, где плодородные почвы дают обильные урожаи, а над ними часто парят птицы, добавляя жизни в тихий сельский ландшафт.

— Она у тебя ведьма, да? — осторожно спросила Лена.

— Да, — нехотя кивнул Кот. — Иногда к ней приходили. Бывало, что деньги предлагали, но она всегда себе на уме была.

— Ты видел, как она колдует? — спросила Лена.

— Нет. Сначала она говорила выйти, а потом я и сам не оставался, — ответил Семен, задумчиво рассматривая задние ворота на фуре. — Иногда ночью к ней приходили… Тени, странные люди и… нелюди. Из теней вырастали. Видел как в лунную ночь светлячки прилетали. Я тогда еще уснуть не мог… Много чего было.

Кот умолк. С минуту они ехали молча, но затем Лена не выдержала и спросила:

— А деревенские как?

— По разному, но друзей у меня считай и не было, — пожал плечами парень. — Боялись. Ведьмы внучок, выходит был. А остальные… Кто-то по доброму, кто-то игнорировал, но в основном… В основном молчаливая ненависть.

К дороге подступили березовые рощи, с их стройными стволами и дрожащими листьями.

— Почему? Вы ведь…

— Ба, у меня настоящая ведьма. По совести. деньги не брала, только когда деньгами плату брать надо. В основном делом брала или… Как она говорит «Судьбой рок написанный делала». А оно выходило так, что плата всегда была дороже дела. Вот и выходило, что условия она ставила так, что многие думали, что она издевается.

Следующие минут десять они ехали молча. Девушка размышляла о своем, поглядывала по сторонам. Лес как раз отступил и снова показались луга.

— Боишься ее? — подал голос Семен.

— Не то, чтобы ее… — ответила девушка. — А вдруг я ей не понравлюсь?

Кот усмехнулся, погладил одной рукой ее руки, что обнимали его за живот, и произнес:

— Понравишься! Точно тебе говорю!

— Почему ты так уверен?

— Я за ней давно заметил. Она гниль в людях чувствует. Если человек хороший, она никогда ему поперек слова не скажет. А если гниль внутри, то…

— А я хороший человек?

— Ты настоящая, — кивнул парень. — Без гнили.

Лена вздохнула и покрепче обхватила Семена. Небо над уралом часто бывает переменчивым. Сегодня оно было с пушистыми облаками, проплывающими над лесами и полями.

— Сема…

— Ась?

— Мы же ограничитель убрали?

Кот мельком глянул через плечо, усмехнулся и выглянул из-за фуры. Проверив, что встречных машин не видно, он крикнул:

— Держись!

Нога вдавила крошечную педальку слева, а правая рука выкрутила ручку газа на полную.