Мой Советский Союз Магических Республик 3

Глава 6

Семен с Кириллом и Леной стояли у ворот.

Перед ними стояла пара грузовиков и один автокран, что загружал ржавый остов какого-то станка.

— Ну, не сказать, что прям большой, — неуверенно произнес Кирилл, поглядывая на здание. — И что это было раньше?

— Черт его знает, — пожал плечами Семен. — Надо идти внутрь, смотреть.

Парни двинули к зданию, задумчиво осматриваясь по сторонам.

Стальные шкафы, несколько катушек от кабелей, следы то-ли пожара, то ли огромного костра. Там и тут валяются непонятные железяки.

— Ворота большие, — прокомментировал Кот, когда они подошли к зданию. — Грузовик войдет спокойно.

— Утеплять их на зиму надо будет, — сморщился Осетренко. — Да и судя по виду их не открывали лет десять. Как бы не отвалились.

— Есть такое, — кивнул Семен. — Делать нечего. Пошли внутрь глянем.

Парни зашли внутрь и, спустя минут пять кое-как нашли рубильник, что осветил большое и просторное помещение будущего цеха. К слову из десятка прожекторов на стенах, горело всего два.

— Бли-и-и-ин, — вздохнул Кирилл. — Им еще и отсюда вывозить.

В цеху стоял ржавый и уставший ЗИЛок без колес и пустым местом под капотом. рядом с ним несколько куч металлолома и гора старых деревянных ящиков, судя по виду пустых.

— Что-то мне подсказывает, что ящики и металлолом они забирать не будут, — проворчала Лена, подойдя к одной из куч. Девушка слегка пнула железку и тяжело вздохнула.

— Сан Саныч сказал, что территорию освободить должны, — неуверенно произнес Кирилл.

Семен же молча обошел зил, осмотрел его и заглянул в кузов.

— А колеса-то тут, — хмыкнул он.

— А зачем он нам, Сем? — подошел к кабине Кирилл и заглянул в салон.

— А привода на чем возить? — хмыкнул друг. — Да и металлолом этот…

Тут Семен спрыгнул на землю и по хозяйски оглядел доставшееся наследство.

— Смотри, — буркнул он и указал на машину. — Чиним, ставим на ход, загружаем металлолом и везем в приемку. Получаем деньги — закупаем мелочь, чтобы все обустроить.

— Что тут чинить? — хмыкнул Кирилл. — Ладно, колеса, тут двигателя нет!

— Простой вращатель, — удивленно глянул на него Семен. — Нам только вал нужен на коробку передач. Так, на камнях пока поездит. Вывезем металл — переделаем.

— Как бы у вас заправка дороже металла не встала, — усмехнулась Лена.

— Тогда ПолиТех дернем. Двигатель же нам сделать смогут? — не унимался Семен.

— А зачем нам его делать если можно починить? — спросил Осетренко подойдя к ближайшей куче хлама. Толкнув ногой какую-то железку, он хмыкнул. — Я не профессионал, но это похоже на двигатель.

— Вот! — глянул на Лену Кот. — Двигатель есть. Починить, установить и…

Тут калитка в воротах открылась и внутрь вошел мужчина в чистеньком костюме. Оглядев беспорядок в цеху, он хмыкнул и махнул рукой ребятам.

— Из «Искры»? — крикнул он.

Парни переглянулись и быстрым шагом направились к незнакомцу.

— Семен Кот, — представился парень и указал на спутников. — Кирилл Осетренко и Елена Патрушева. Мы из руководящего…

— С территории мы основное вывезли, — произнес он, не став дослушивать парня. — Тут сами разберетесь. Станки, вроде как послезавтра привезут.

— А вот эти вот кучи мусора, — указала Лена.

— У меня задача — очистить территорию. Я очистил, — буркнул мужчина. — Технику уже два часа как вернуть должны были.

Мужчина развернулся и покинул цех, оставив ребят в растерянности.

— И как нам тут место освобождать? — буркнул Кирилл. — Скоро станки привезут, а у нас тут…

— Киря — дуй в Горный и Строительный. Надо дергать народ на уборку, — буркнул Семен. — Наших артефакторов тоже надо дергать. Из этого хлама надо собрать несколько тележек.

— А ты?

— Я двину в ПолиТех. Надо двигатель к зилу приладить, — почесал голову Семен. — Скорее всего придется задействовать наш станок.

— Наши штампуют панели под первые образцы мопеда, — возразила Лена. — И вообще, пока мы тут будем всех звать станки уже соберут.

Кирилл тяжело вздохнул и покосился на друга.

— Пока я до тех общаг доеду, пока к нашим вернусь, — неуверенно произнес Осетренко. — Я так до вечера только мотаться туда буду.

— Жалко мопед не доделан и… — произнес Семен и удивленно глянул на друга. — Мы же тумбу переделали?

— Да, но… — начал было Осетренко.

— И поворотники с фарой примостили…

— Он не готов. Да, рама есть, тумбу повернули и вытянули, но…

— А еще мы ходовых испытаний на выносливость не проводили, — глянул на друзей Кот.

— Я на этом франкенштейне не поеду, — буркнула Лена. — Мы же реально ведро для отражателя взяли.

— Я тоже считаю, что идея так себе, — буркнул Кирилл. — Нас же первый милицейский остановит. Это же… как-то оформлять надо.

— Я другого варианта не вижу, — развел руками Семен. — Тебе в общагу, Лене сегодня по колледжам ехать. А мне как-то с ПолиТехом договариваться.

— Я на автобусе, — отрезала Лена.

— Я тоже лучше автобусом. На завтра позову ребят из строительного и горного, — кивнул Кирилл.

Сан Саныч осмотрелся и задумчиво уставился на играющих на площадке детей.

Парочка мальчиков с криком дрались плаками, к слову довольно активно, но больше лупя по палке противника, чем действительно желая навредить сопернику.

Усмехнувшись, ГБшник поднял ворот легкого пальто и пошел по небольшой аллее, с молодыми деревьями.

Пройдя почти до конца небольшой оградки, он остановился и огляделся по сторонам.

На небольшой лавке, у подъезда, он заметил старичка, что задумчиво перелистывал газету. Молча достав сигарету из пачки, мужчина направился к старичку.

— Здравствуйте, Леонид Иванович, — произнес он, подойдя к нему и прикурив. — Как здоровье? Как внуки?

Старичок оторвал взгляд от газеты, оглядел с ног до головы ГБшника и вернул взгляд в очередную статью.

— Спасибо, хорошо… — произнес он и перевернул страницу. — Мне казалось, что между нами все вопросы закрыты, Александр Александрович.

— Так и есть, — кивнул мужчина и присел рядом. Задумчиво уставившись на детей, он спросил: — Не тяжело с внуками?

— Нет. Порой интересно и даже забавно, — пожал плечами старичок. — С детьми было сложнее.

Гбшник затянулся и выпустил дым.

Леонид Иванович сморщился, хмуро глянул на него, а затем проследил за его взглядом.

— У вас нет детей? — спросил он.

— Нет.

— А планируете?

— Да, а…

— Тогда советую завязывать с табаком, — встряхнув газету произнес старичок.

Сан Саныч глянул на сигарету в руках и спросил:

— Что? И там вредно?

— Во первых потенция выше, а во вторых — консистенция самой спермы совершенно другая. Благо, у нас каждые несколько месяцев она обновляется и перед зачатием рекомендуется несколько месяцев не курить и не пить, — тут он выразительно глянул на Мясоедова. — Если вы здоровых детей планируете, разумеется.

ГБшник еще раз глянул на сигарету, затем на старичка и затянулся. Выпустив дым, он тяжело вздохнул и произнес:

— Я к вам по делу, Леонид Иванович.

— Ну, какие дела могут быть у пенсионера, Александр Александрович, — улыбнулся старичок. — Кстати, мои поздравления. У вас замечательная супруга… Уверен, что слухи про нее — полная глупость.

— Слухи? — покосился на старичка ГБшник.

— Проклятая вдовица, — пожал плечами Леонид Иванович. — Глупость, конечно, но вы же знаете людей. Злые языки крайне любят подобные истории.

— Конечно знаю, — кивнул Сан Саныч. — А еще они любят истории про пенсионеров с невероятно красивыми дачами в Култаево. С баней, с садом и новой Волгой, что возит туда простого пенсионера.

Мясоедов затянулся, выпустил дым и не глядя на напрягшегося рядом старичка продолжил:

— Говорят, к такому пенсионеру регулярно приезжают разные кооператоры, а еще мастера с заводов. Слышал даже директора заводов заглядывают на шашлычок, — ГБшник еще раз затянулся и глянул на старичка. Заметив как заострились черты его лица, он усмехнулся. — Злые языки такого наговорить могут, Леонид Иванович.

— И не говорите, — кивнул собеседник. — Чушь полная.

— Но послушать-то интересно, да? — взглянул на площадку Сан Саныч. — Например про завод. Который Телта. Говорят у них прессы штамповочные и листогибы старые на складе стояли. И как-то вышло, что кооператорам они не нужны, да и восстанавливать их ресурс уже смысла нет. Слышали про такое?

— Слышал, Александр. Слышал, — кивнул старичок.

Несколько секунд он хмуро разглядывал статью про достижение овцеводов в Кунгуре, после чего продолжил:

— Слышал, что станки эти частично списаны на металлолом. Те, что еще хоть на что-то пригодны. Говорят завод их даже сам не вывозил. Кооператоры от доброты душевной решили их сами вывести, — произнес Леонид Иванович.

— Интересно, — хмыкнул ГБшник. — И много станков на металлолом вывезли эти кооператоры?

— Да, кто же знает? — встряхнул газетой старичок. — Это же злые языки говорят. Кто-то говорит — пару штук, что потяжелее. А кто-то говорит… — тут он глянул в глаза ГБшнику. — Половину.

Мясоедов тяжело вздохнул. Затянувшись сигаретой, он откинулся на спинку лавочки и задумчиво произнес:

— Зря болтают языки, — произнес он. — Если бы это был не слух, то за такое ГБ точно бы схватила всех за шкирку. Сели бы… На долго.

— Так, списанное, Александр Александрович, — глянул на него пенсионер.

— Да, но тут завод опытный открывают. При ПолиМаге, — стряхнув пепел произнес Мясоедов. — А там механический цех нужен для продукции. Вот эти станки туда и собрались отдать. А если половина станков… уже в металлоломе, то… Начнут искать концы.

ГБшник затянулся, усмехнулся и добавил:

— Злые языки потом болтать бы начали, что «гэбня» лютует и дышать кооператорам не дает.

— Металлолом все спишет. Кто его знает, в каком состоянии станки были… — неуверенно произнес Леонид Иванович.

— Если бы милиция занималась — да. Если бы ОБХСС — тоже да, но тут видите какая штука… — Сан Саныч расплылся в улыбке. — «Гэбня» иногда все же действительно лютует.

Старичок выдержал тяжелый взгляд ГБшника и поджав губы кивнул.

— Если злые языки спрашивать будут — ГБ не заметит таких слухов, если станки в рабочем состоянии окажутся в старом цехе, на Революции. Помните такой?

— Свалка там…

— Была, — кивнул Мясоедов.

ГБшник поднялся, сбил пальцем уголек с сигареты и растоптал.

— Приятно пообщаться с умным человеком, Леонид Иванович. До свидания.

— До свидания, — кивнул старичок, сложив газету и хмуро уставившись в спину удаляющегося мужчины.

— Ну, знаете, — вздохнул Дмитрий Николаевич. — Я считаю это преждевременным шагом. Да и вообще, эти ребята не управленцы. Эти ребята больше ученые. Исследователи. Да хоть артефакторы, но никак не управленцы.

Старичок покосился на ГБшника, что сидел рядом, на переднем сиденье и поглядывал в окно, пропуская автомобиль слева.

— Есть болт. У болта есть резьба, — буркнул Сан Саныч, поддав газу. — И я не тот человек, что вправе решать, куда этот болт закручивать.

— Проще говоря — приказ есть приказ? — глянул на него старичок.

— Да. Мне кажется, что это временное решение, — спокойно произнес Сан Саныч, поддавая газу. — Я тоже считаю, что управленцы из них — так себе. Слишком проблемные и могут наломать дров.

— Тогда к чему это все? — недовольно спросил Дмитрий Николаевич. — Вы вообще представляете, что они могут натворить, имея под рукой такой ресурс? Напомнить вам про снаряд из труселей?

— Такое захочешь — хрен забудешь, — буркнул ГБшник и свернул на узенькую улочку. — Однако, других таких у нас пока нет. Придется пока налаживать производство именно им.

Бывший ученый тяжело вздохнул, но спорить дальше не стал. Вместо этого он хмуро оглядел небольшую улочку, где Сан Саныч сбавил ход и припарковал служебный автомобиль.

— Свадьба что-ли? — спросил Дмитрий Николаевич, заметив с десяток машин, что компактно припарковались у небольшого дома.

— Нет. Кое-что поинтереснее, — произнес Мясоедов и вышел из машины. — Пойдемте. Это будет интересно.

Старичок вышел из машины и направился за ним. Парочка прошла до ворот и спокойно вошла внутрь через калитку.

— Да они с дуба рухнули! Ладно, госзаказ, ладно с планами приходят. Это-то уже ни в какие ворота не лезет! — раздался возмущенный голос. — Как они себе это представляют⁈ Хлоп в ладоши и готово⁈

— Спокойнее, — раздался другой голос. — Давайте не будем усугублять. Приказ — это факт. И с этим придется смириться. Давайте говорить конструктивно. Что у нас есть? Какими ресурсами мы располагаем?

Сан Саныч и дмитрий Николаевич прошли дальше во двор и остановились у довольно просторной беседки, под шиферной крышей которой располагался длинный стол, за которым и собрались почти два десятка мужчин и две женщины.

— Для начала — проект будущего завода, — произнес мужчина лет сорока и принялся раздавать скрепленные нитками проекты будущего завода. — Прошу ознакомится.

Люди начали разбирать документы, по ходу тихо ворча, но тут мужчина с документами наконец их заметил.

— Простите, а вы…?

— Мясоедов Александр Александрович, — спокойно произнес ГБшник и достал пачку сигарет. Кивнув на своего спутника, он представил его: — Дмитрий Николаевич Одинцов.

— Здравствуйте, — кивнул старичок.

— Вы из какого кооператива? Я, признаться…

— Мы из ГБ, — спокойно ответил Сан Саныч, заглянул в пачку и, нехотя, убрал ее в карман.

За столом повисла тишина. Кооператоры переглядывались, а два новоявленных члена заседания спокойно присели на небольшой лавочке чуть в стороне.

— Кхэм… — кашлянул мужчина на вид лет сорока. — Меня зовут Петр Петрович Никольский. Я, признаться… не ожидал здесь увидеть… Вас.

— Работа у нас такая, — спокойно ответил Сан Саныч. — Нас никто не ждет.

Представитель министерства глянул на кооператоров, затем на новых гостей и нехотя поинтересовался:

— Простите, я может чего-то не знаю, но… У вашей организации есть интерес в данном проекте?

— Дмитрий Николаевич, думаю тут лучше пояснить вам, — покосился на спутника Мясоедов.

Старичок поднялся и подошел к столу.

— Уважаемые кооператоры, — произнес он и кашлянул. — Если вы посмотрите на общий план будущего завода, то заметите, что цех по производству приводов на рунах самый большой в этом производстве. И этому есть причины.

Бывший ученый сложил руки за спиной и принялся расхаживать по беседке.

— Дело в том, товарищи, что производство мопедов будет по большому счету ширмой для производства приводов. Приводы требуются как нашей организации… Так и для других учреждений. Готов поспорить, что после начала работы та же Мотовилиха вам все уши прожужжит своими просьбами увеличить количество выпускаемых приводов. Вещь нужная, вещь, судя по испытаниям, надежная, вещь неприхотливая и… — тут он оглядел собравшихся. — Самое важное — дешевая в производстве.

— Мотовилиха и у себя производство наладить может, — буркнул мужчина лет тридцати с ожогом на лице.

— Может, но возможности Мотовилихи не безграничны, — развел руками Дмитрий Николаевич. — Я вам более скажу — достаточных резервов ни у одного предприятия нет. Ни финансовых, ни материальных, ни, как это не прискорбно, людских.

— То есть нам помимо самого завода еще и людей туда искать, — буркнул другой кооператор.

— Учить. Мастера на дороге не валяются, — проворчал третий.

— С механическим цехом — да, — кивнул Одинцов. — Тут придется вербовать студентов. А вот с артефакторами проще. Можно перетягивать выпускников из тех, кто работал в ОП «Искра».

Заметив, что среди кооператоров нет воодушевления и мотивации не прослеживается, Дмитрий Николаевич хмыкнул и произнес:

— В докладе товарища Горохова, от позопрошлого года, звучала мысль о внутренней черте кооператоров, что не могут перебороть в себе желание жить как все. И, знаете, его доводы, пусть и с трудом, все же убедили меня в неизбежности кооперативной составляющей нашего общества. Я это принял и… поэтому я прошу вас открыть последнюю страницу.

Кооператоры зашуршали страницами.

— Там вы можете обнаружить расчеты. Расчетная себестоимость продукции. В частности мопедов. С приводами для организации по другому. Тут вы будете строго ограничены в наценке. А вот готовая продукция…

— Кхэм… — кашлянул молодой парень. — А кто нам позволит сделать такую наценку? Нас же потом за такое…

— Эти цифры составляли наши специалисты, — подал голос молчавший до этого Сан Саныч. — Предприятие под нашим крылом.

Предприниматели начали переглядываться.

— Значит и люди ваши будут, так? — спросил мужчина с ожогом на лице.

— Как всегда. Проверки — наши. В ключевых местах тоже наши люди, — кивнул Мясоедов. — Но прибыль — ваша.

ГБшник поднялся с лавки, оглядел кооператоров и произнес:

— Решения немедленно не требуем, но советую не затягивать.

— Квоты для продукции будут? — подал голос молодой парнишка. — Ну, если пойдет спрос — очередь выстроится.

— Квоты только для социальных служб. Почтальоны или еще куда, — пожал плечами Сан Саныч. — А про очередь… Предприятие будет ваше. Вам и решать, как расширять.

— Что же, — усмехнулся Дмитрий Николаевич, заметив как забегали глаза у кооператоров. — Не будем вас смущать нашим присутствием.

Парочка спокойно вышла со двора и направилась к автомобилю.

— Признаться, я думал собрание у них будет в приличном месте. И вообще… — Дмитрий Николаевич уселся на переднее сиденье. — Могли бы и сразу сказать, что к ним на встречу едем.

— Я думал тут будет два, от силы три человека, — признался Мясоедов, усаживаясь за водительское сиденье. — Не ожидал, что Никольский сгребет всех из Пермского района.

— Ладно… Но предупредить могли?

— Мог… Из головы вылетело, — признался Сан Саныч.

ГБшник завел мотор, вырулил на дорогу и поддал газу.

— Вы стали меньше курить, — спустя минуту неспешной езды произнес Дмитрий Николаевич. — Похвально.

— Пытаюсь бросить, — сморщился ГБшник.

Автомобиль подъехал к перекрестку и притормозил.

— Здоровье намекнуло или…

Мясоедов не ответил. Он молча повернул на широкую улицу и поддал газу.

— Не в курсе, правда говорят, что у курящих… дети реже рождаются? — спросил спустя минуту он.

— Статистика есть, но… Я бы сказал так — курение не главный показатель, но болезни и врожденные дефекты у детей чаще у курильщиков. Особенно, если курильщик мать.

Мясоедов нахмурился, достал пачку сигарет и притормозил на светофоре.

— Да, не забывайте о пассивном курении. Это когда мать живет рядом с курильщиком. Немного она все же дыма регулярно вдыхает, — добавил Одинцов.

Сан Саныч глянул на пачку, затем на пассажира и нехотя убрал пачку сигарет.

Динь-дилинь-динь-динь…

Звук был достаточно громкий и раздавался справа. Мясоедов повернул голову и с удивлением уставился на троицу, что сидела на стальном шкафе, обавренном трубами.

— Какого…? — произнес Сан Саныч, смотря на подопечных, что сидели верхом на прототипе мопеда.

Спереди сидел улыбающийся до ушей Семен в красном обшарпоном шлеме. Заметив Мясоедова, он отдал честь. Посередине сидела Лена с перепуганными глазами. Девушка одними губами произнесла: «Я ни при чем!».

Тут светофор сменил цвет и Кот рванул вперед, предоставив во всей красе Осетренко, что сидел на краю сзади, вцепившись руками в кусок трубы, приваренный к шкафу.

Глаза у него были крайне перепуганные.