Мыльная мануфактура. Эльф в придачу

Глава 42. Кажется, я попала

— А что ты так рассердился? Ворвался, напугал! — я наконец-то пришла в себя и сама начала нападать. — Я же для дела стараюсь!

— Для дела? О чем ты говоришь? — эльф иронично скривил бровь.

Этьен начал отступать к дверям. Боком-боком, медленно, но верно, он шаг за шагом двигался к выходу, приговаривая на ходу.

— Ох, друзья, мне нужно срочно идти, и если я больше не нужен…

— Стоять! — крикнула я.

— Пусть уходит, — рявкнул Алистер.

Этьен поправил свой шейный платок, быстро глянул на меня и промямлил:

— Давай поговорим об этом позже, я не…

— Уходи уже, — грозно прикрикнул Алистер, и Этьен быстро исчез за дверью.

Что ты делаешь! — я уперлась руками на пояс. — Ты все испортил! Зачем прогнал его?

— Если хотели уединиться, могли бы выбрать другое место! И вообще, какие могут быть свидания, когда тебе нужно работать над мылом? — возмущался мой работник, будто правда имел право указывать мне.

— Я как раз этим и занята! — мой голос перешел на крик.

— Это как это? Целуя посторонних мужчин? Всяких хитрецов и лентяев?

Я топнула ногой.

— Не смей обзывать его! Он уже почти согласился!

— Ах он еще и не согласен был? — Алистер подошел ближе, гневно сузив глаза. — Так ты сама ему предложила? Требовала?

— Ты ничего не понял! — выдохнула я и показала на ящик с кустиками синекрыльника, возле которого стояла. — Видишь? Они не могут расцвести, если рядом с собой не почувствуют проявления любви! Мне Ромиро сказал, что это магическое растение и ему нужны особые условия для цветения. А ты сам в повозке подтвердил, что поцелуй — это проявление любви!

Эльф изумленно посмотрел на меня. Затем взглянул на растения и вновь на меня. И пока я продолжала возмущаться, просто шагнул ко мне, сжал в объятьях и накрыл мои губы своими. Я сначала дернулась, не ожидая такого, захлопала ресницами. Оторвавшись от моих губ, Алистер быстро проговорил:

— Ну что же ты дергаешься? Хотела любовь? Вот она! — с этими словами он вновь прижался к моим губам, и до меня, наконец-то, дошло, о чем он.

Ради дела меня целует, несмотря на разногласия и свои секреты. Расслабившись, я отдалась во власть его мягких губ и необыкновенно властных чувственных движений. А целовался он со знанием дела. Обхватывая мою нижнюю губу, он оттягивал ее, затем накрывал, вызывая головокружение. Одна его ладонь запуталась в моих волосах, сминая прическу, а другая крепко держала меня за талию. Чувствовалось, что он пытался быть нежным, но у него это не выходило. Наоборот, объятье становилось все крепче, поцелуй горячее. Через несколько долгих тягуче — сладких мгновений я окончательно потеряла ощущение равновесия, ноги начали подгибаться, я жалобно простонала в его губы. Хмыкнув, Алистер отстранился, тяжело дыша, и внимательно посмотрел на меня:

— Раз уж мы вместе в это увязли, могла бы сразу меня попросить? Не обращайся с подобными просьбами к другим мужчинам. Хорошо?

Кивнула, не до конца осознавая смысл его слов. Сейчас я видела лишь сияющие синие глаза и потрясающие губы, которые могли творить такое. От горячего дыхания эльфа я теряла мысли. Продолжая удерживать меня в объятьях, Алистер повернулся к ящикам.

— Смотри, там бутоны появились.

— Где? — я моментально очнулась, и эльф меня выпустил. Старательно приглядываясь к кустикам, я и правда увидела там крохотные бутоны. Они прямо на глазах наливались, становясь крупнее. Похоже, совет Ромиро и правда помог нам.

— Ах, не может быть! — восхищенно проговорила я, полностью уверенная, что несколько минут назад на синекрыльнике не было даже намека на цветение. Ведь я же внимательно рассматривала каждый кустик ранее! Не веря своим глазам, я даже дотронулась до одного из бутонов, чтобы убедиться, что он реален, а не мерещится мне.

— Кажется, тебе для рецепта нужны не бутоны, а именно цветы? — спросил Алистер, пряча улыбку.

— Да, — кивнула я и снова была захвачена в плен его горячих губ. Я не успела ничего сделать и больше не сопротивлялась. Когда минут через пять или десять, я потеряла счет времени, он прервался, я и забыла про цветок напрочь.

Но Алистер сам повернулся к ящикам и торжествующе сказал:

— Смотри, Лера. Они цветут!

Моргая, я повернула голову и стала рассматривать синекрыльник, пытаясь сфокусировать взгляд. В серединках кустиков появились роскошные крупные цветы, излучающие яркий синий цвет и буквально светящиеся. Нежные полупрозрачные лепестки отражали сияние сердцевинки, а тонкий аромат распространялся на всю оранжерею. Он был неописуем, я никогда не вдыхала ничего подобного.

— Действительно, цветут, — прошептала я, думая о том, что, кажется, мы с Алистером перешли все допустимые границы. А я все же по-настоящему влюбилась в этого высокомерного эльфа.

А он? А он в это время довольный собой, рассматривал необычные цветы и торжествующе улыбался.