Наследник темной звезды. Том VII

Глава — Х

Кабинет тонул в полумраке. Стены его были обиты черным бархатом, поглощающим звуки и свет. На фоне играла тихая ненавязчивая музыка, а за массивным столом из черного дерева, украшенным замысловатой резьбой, сидел человек в черной зеркальной маске. Снимать её не хотелось. Казалось, сделай это — и потеряешь часть «брони», защищавшей от невзгод этого мира.

Спина императора была напряжена, не касалась спинки мягкого кресла, а пальцы нервно отбивали ритм по деревянной столешнице. Энергия вокруг него пульсировала, а сам он едва сдерживался, чтобы не разнести комнату вдребезги!

Но почему? Почему так поздно? Пятьдесят лет он готовился к тому, чтобы принять этот пост, стать во главе могучего государства и доказать совету рода, что засидевшийся на троне маразматик плохо справлялся со своими обязанностями.

Триста лет его правления — тишь да благодать, а под конец — кризис, какого не видывала Империя. А тот даже сдохнуть не смог как следует. Провалил миссию, и теперь впервые за три тысячи лет абсолютная власть их рода под вопросом.

Сработал селектор.

— Слушаю, — сказал он, нажав на кнопку.

— Ты что натворил, Е-24? — послышалось из динамика.

Голос звучал зло и пренебрежительно. Более того, его, утвержденного советом императора, посмели назвать именем, данным при рождении, намекая на то, что всё вскоре может измениться.

Впрочем, куда уж больше? В системе только что отгремела нешуточная битва, в которую было втянуто две трети оборонительного флота. Пять линкоров и более полусотни кораблей других классов были уничтожены, прежде чем он отдал приказ к отступлению. Бунтовщики разошлись не на шутку.

— И что же я такого натворил, глава совета Норб? — голос правителя звучал ровно, вопреки его душевным метаниям.

— Как ты мог такое допустить?

— Допустить — что? Организованный Совереном переворот? Или последовавшее за этим восстание? Напомню вам, что решение по захвату Совета Сильных было принято нами коллегиально.

— Я говорю о побеге Моркштерна! — прорычал динамик. — Как можно было так облажаться? В твоих руках были все инструменты!

— Всё, кроме защиты резиденции от воздействия псайкера! — огрызнулся император.

— Неужели это было невозможно предусмотреть? — продолжал атаковать Норб.

— Точно так же, как и появление огнедышащего дракона! — прорычал не оставшись в долгу правитель. — Тысячи лет псайкеры были сказкой, о которых упоминалось лишь в хрониках! Мы понятия не имеем, как это работает!

Повисла тишина.

— Твоё решение вывести войска из боя совет посчитал обоснованным, — спустя какое-то время сказал глава совета рода.

В этот раз его голос был раздражённым, но умеренно спокойным. А значит, особых претензий к нему у совета не было.

— Что будем делать с Сильными?

— Отпускаем, — ответил Норб. — Мы и так настроили против себя всю Империю.

— Мы не можем отдать власть в их руки! — встрепенулся император.

— Мы и не будем… Официально оповестим, что Совет Сильных упразднен, а власть в кризисный для страны момент переходит в руки императора.

— Они с этим не согласятся.

— Так и будет. Империя в прежнем виде существовать больше не может. Как это ни прискорбно, но нам придется разделиться на два лагеря, — отвечал глава.

— Это ли не крах? — осведомился император.

— Хуже, чем мы рассчитывали, но в итоге даже это может пойти нам на пользу, когда ополоумевшие идиоты самоуничтожатся в войне с ксеносами.

— Хранитель может воспринять это как факт неподчинения и разорвать договор, — напомнил император.

— Мы уже установили контакт. В силу вступает первая ревизия договора. Хранитель обещает оставить за нами половину Империи, если мы сможем удержать от выступления в войну хотя бы половину регулярных войск и треть эскадры вольных аристократов.

— И как мы это реализуем? — поинтересовался человек в маске.

— А вот это требует уже тщательного планирования. Заканчивай с текущими делами и отправляйся на Атриус. Туда же пусть передислоцируются все верные нам войска.

— Мы уходим с Империума? — удивился император.

— Не официально. Оставь здесь мощные оборонительные силы, чтобы никому и в голову не пришло поиграть в правителя, — произнес Норб. — В крайнем случае сравняем весь дворец с землей.

Отдав распоряжение, он отключился, оставив императора сидеть в прострации. И почему он чувствует себя топ-менеджером компании, которого отчитал совет директоров? Почему-то под словами «править Империей» он представлял нечто иное…

Кают-компания звездолета «Эдельвейс», принадлежавшего роду Соверен, походила на обсерваторию. Огромный зал с куполообразной стеклянной крышей… Стены тоже наполовину состояли из огромных иллюминаторов. Хорошо, что хоть пол застелен темным бордовым ковролином. Иначе могло создаться ощущение, будто висишь за столом посреди открытого космоса.

Три прыжка было сделано, оставалось ещё три. Корабль направлялся на Маутенхай — родной мир Квентина. Коллегиально было решено, что тот станет для их альянса временным прибежищем. Достаточно далеко от центральной части Империи, где сейчас неспокойно, но всё ещё в тылу предполагаемого поля битвы с ксеносами.

Компания собралась старая. Из новых лиц разве что молчаливые слуги. Бракс, как всегда, дрых в углу комнаты на мягком диванчике. Лайя стояла, привалившись плечом к переборке, и задумчиво вглядывалась в темноту космоса. Её сестра-близняшка осталась на Империуме: после возвращения они с Замиром жёстко сцепились с Культом… Готовит удар, способный сломать хребет этим предателям.

За столом вместе с Бёрном расположились Барли, Соверен, Рамона и Эрика. Последняя сидела в прострации, раздавленная новостями с Даймонда. Как и предупреждал Рональд ещё до начала Совета Сильных, в связи с гибелью Натали в клане Эмберкроу начались брожения, которые в итоге вылились в тотальный раскол. Не без влияния императора, конечно.

Прежние сторонники Дитриха под предводительством кузена Эрики, Дамьена, объявили регентство Алекса нелегитимным, а саму девушку наследницей признавать отказались. Конечно же, ни о какой военной поддержке в предстоящем сражении с ксеносами речи не шло.

— Что мы имеем на сегодня? — поинтересовался Алекс, задавая вопрос Соверену.

Контекст тому и так был понятен. Рональд был их окошком во внешний мир. Самая свежая информация из высших кругов аристократии.

— Всё идет по плану. Точка рандеву объединенного флота назначена в системе Домат, — ответил старик.

— Что по имперскому флоту? — так же скупо задавал вопросы Бёрн.

— Как и обговаривали прежде, чуть больше трети линейных кораблей и около половины кораблей поддержки перешли на нашу сторону, — напомнил Рональд. — Адмирал Риггер взял на себя командование этой группировкой.

Брайен Риггер, представитель бывшего одноименного имперского рода, в числе первых поддержал оппозицию и без раздумий отдал приказ вступить в бой, когда началась заварушка на орбите. Чем по факту вынудил императора отвести войска. Треть флота — это сильно меньше того, на что они рассчитывали. Могло быть и больше, но правящий род сделал всё, чтобы ослабить их позиции.

— Нам бы ещё немного времени в запасе. Пару месяцев — и расклад был бы другим! — сквозь зубы проворчал Бёрн. — Времени на перегруппировку и переговоры катастрофически мало.

— Что и имеем… — тяжело вздохнул Рональд.

Злость внутри Алекса начинала закипать, как только он думал об этом. Освободив заложников из императорского дворца, имперский род тут же обнародовал меморандум о том, что Хранитель снова пересмотрел своё предложение. В этот раз в худшую сторону — и обвинили в этом «бунтовщиков».

Снова была обещана неприкосновенность для ключевых звездных систем Империи — тех, кому было что-либо терять. И многие сомневающиеся тут же переметнулись на «темную сторону» или заявили о нейтралитете.

Уму непостижимо! Тех, кто собирается биться с захватчиками насмерть, называют предателями, а те, кто торгует территориями Империи в обмен на собственную безопасность, на руках носят… Благо не все из них окончательно рехнулись, и многие выступили единым фронтом.

Однако сил этих было катастрофически мало. Даже собрав со всей Империи свободные эскадры аристократов, в лучшем случае войск хватит, чтобы остановить продвижение первой волны ксеносов. А в том, что за ней последует вторая, никто не сомневался.

Алекс задумчиво разглядывал расположившийся в центре стола тактический голоэкран. На нем можно было увидеть приблизительный состав союзного флота и разведанные силы противника. Щелкнув тумблерами, чтобы нанести корректировки, он выругался, не обнаружив нужного изображения. Какой же это примитив!

Сложная аналоговая система со сменными кристаллами-накопителями требовала ручной замены кристаллов для добавления новой информации. Как будто сотни голопроекторов объединили в один. Громоздко, неудобно, малоинформативно!

И тут же всплыли воспоминания о том, как с этим обстояли дела во времена Старой Империи. Вычислительные модули сами находили и извлекали нужные изображения из одного-единственного кристалла данных, а управление осуществлялось с помощью жестов.

В этом плане техника прошлого уже мало отличалась от оснащенных сателлитами СК, где ИИ, подчиняясь мысли, строил необходимые для пользователя интерфейсы, просто следуя его желаниям. Да что там, интерфейсы! Артефакторы Древней Империи создавали свои и модифицировали имеющиеся силовые костюмы!

Однако тысячелетия деградации под давлением Хранителя сделали свое дело — любой намек на автоматизацию встречался в штыки. А проверяющим органом, следящим за этим, было Имперское бюро по контролю технологий.

И главное — зачем? Не могли они не понимать, что делают, — намеренно вредили. А значит, получали нечто взамен от Хранителя. Информацию, технологии, особые ресурсы? Возможно, всё вместе. То, что позволяло на протяжении десятков веков оставаться у руля. И ценой этого было предательство собственного народа…

Неужели власть в моменте, та, что здесь и сейчас, важнее, чем благополучие собственных потомков? Почему забрать у соседа приоритетней, чем отвоевать у чужака? В его времена всё было иначе. Без интриг не обходилось никогда, но даже вольные лорды предпочитали скопить силы и нападать под хвост таркам, нежели затевать междоусобицу…

В последнее время подобные мысли посещали его всё чаще, намекая на внутренние изменения. В память Алекса вплетались воспоминания, которые не могли быть его воспоминаниями. Влияние Владыки росло. Идеалы древнего императора становились его идеалами, или же перерастали в нечто третье, не свойственное им обоим.

А вместе с этим незаметно для самого Бёрна менялось его мировосприятие. Некоторые вещи, казавшиеся элементарными, оказывались сложными и многогранными. И наоборот, то, что виделось необъятным, вдруг становилось проще пареной репы.

— А что, если мы подорвем звездные врата на их пути? — неожиданно задала вопрос Рамона, вызвав тем самым улыбки собравшихся.

— Это невозможно, девочка, — ответил за всех Соверен.

К Рамоне он теперь относился с опаской и уважением, и немного покровительственно. Не признавать её заслуги было глупо, а игнорировать возможности — недальновидно. Как признался он сам: «От такого инструмента я бы не отказался, слишком много возможностей он предоставляет».

Впрочем, именно поэтому он обзавелся двумя артефактами, на разном уровне экранирующих её способности как псионические, так и эмпатические. Соответствующую защиту, также получил весь экипаж корабля и всё его окружение…

— Почему это невозможно? — настаивала девушка. — Алекс говорил, что Эмберкроу устроили взрыв на вратах, из-за чего к его родине не успело прийти подкрепление.

Бёрн внутренне поморщился. Не то чтобы это секрет, но эти воспоминания болью отдались в душе.

— Потому что звездные врата — огромные и не беззащитные. Стрелять по ним — всё равно что пытаться уничтожить станции Хра… — старик запнулся и поправился: — Станции Системы.

— Бесполезно? — спросила девушка.

— Смотря из чего, — усмехнулся старый аристократ. — Если очень постараться, можно нанести существенный вред. Только станция в том случае начнет лупить в ответ гравитационными пушками. Любой флот в порошок сотрет. А восстанавливаются они сами и очень быстро. В худшем случае — несколько дней, но более вероятно, что это будет исчисляться часами.

— Но Эмберкроу…

— В случае с Араделлой счет шел именно на дни. К моменту, когда подкрепление было готово прыгать в систему, та была уже полностью под тарками. В глобальной войне задержка на пару дней ничего не даст, — пояснил Алекс.

— А потом еще раз бахнуть, — продолжала настаивать Рамона.

— Во-первых, даже один раз «бахнуть» будет очень сложно. Врата уничтожают любые быстрые объекты, движущиеся в их сторону, — продолжил объяснять Рональд. — А во-вторых, чтобы отключить их, понадобится бить именно по тем, что стоят на пути ксеносов.

— Не поняла… — нахмурилась Рамона.

— Врата работают только на отправку, — впервые за долгое время подала голос Эрика. — Они просто сидят на разных концах пространственного тоннеля. Им даже не обязательно быть парными.

Университетская недоучка решила блеснуть знаниями перед той, у кого образование было самое базовое. С Джой они были не то чтобы как кошка с собакой, но особой любви друг к другу не питали. В первую очередь из-за таких вот выходок рыжей. То ли ревность, то ли боязнь. Лисичка, между прочим, тоже приходила за амулетом, способным защитить от способностей Рамоны…

— Леди Эмберкроу всё верно говорит, — кивнул старик. — В теории такой удар можно нанести. Но только один раз, заперев себя в системе с флотом ксеносов.

— Ну вот! — не унималась Джой. — Если так сделать несколько раз подряд? Каждый раз после захода ксеносов в систему атаковать врата. Один раз, второй…

— Один, второй и всё. Больше у нас кораблей способных такое провернуть не останется. Пустить для этого в расход условный «Арчер»? Нет уж, леди, такими кораблями ради временного тактического преимущества не разбрасываются, — терпение Рональда начало давать трещину.

По сути, он прав: «Арчеры» — оснащенные дальнобойными лазерными установками гиганты, предназначенные для нанесения урона по космическим крепостям противника или «мазершипам». На первый взгляд только они и могли внезапно нанести существенный урон звездным вратам. Вещь штучная… В текущий момент на их стороне всего два корабля этого класса. Без крайней необходимости подвергать их опасности — форменный идиотизм. Но…

— А ведь Рамона права, — внезапно прервал этот ликбез Алекс.

— Да ты что! — усмехнулся Соверен, посмотрев на него как на блаженного. — Ну давай уничтожать флот по частям, чтобы выиграть несколько дней…

— По частям — это как раз то, что надо, — голос Бёрна звучал уверенно и без намека на шутку. — Остановить ксеносов таким образом у нас, конечно, не получится, но создать тактическое преимущество — другое дело.

— Что-то я тебя не понимаю, парень, — нахмурился Соверен, осознав, что зеленоглазый говорит на полном серьезе.

— Раздробить их силы и уничтожать по отдельности, — пояснил Алекс. — Например, выманить часть войск и отрезать им пути к отступлению.

— И как ты себе это представляешь? — подал голос Барли.

— Тут надо думать, но… — ответил Бёрн задумчиво. — У меня уже есть несколько идей, как это можно реализовать. Одна беда — сработает это лишь однажды. После противник, зная о такой возможности, не подставится.

— Ну тогда что от этого толку? — фыркнул Рональд.

— Да не скажите, лорд Соверен, — снова усмехнулся парень. — Будет неплохо, если вдруг половина вражеского флота перестанет существовать.

— Звучит как сказка… — вздохнул старик, не желая в это верить.

— Может быть, но обмозговать это лишним не будет, — ответил Алекс, заметив, как сияет Рамона, видя, что её идея в итоге оказалась не бесполезной. — Главное — найти способ сделать это наверняка и так, чтобы нанести максимальный ущерб.

— Максимальный ущерб вратам? — уточнил старик.

— Именно так. Повреждения, которые выведут врата минимум на несколько дней.

— Ты в этом разбираешься? — спросил Барли. — На моей памяти авантюра Эмберкроу — единственная за последние три сотни лет…

— Я тоже не в курсе, но как-то же ублюдочный Дитрих вырубил их на трое с половиной суток! — в голосе Бёрна слышался энтузиазм. — Попробуем связаться с нашими людьми на Даймонде и получить нужную информацию. Уверен, Огненная провела тщательное расследование. У тебя же есть необходимые контакты?

Вопрос был задан Эрике.

— Найдутся, — кивнула девушка. — Люди из окружения бабушки однозначно будут на моей стороне.

— Вот и отлично, — ободряюще улыбнулся ей Алекс.

— А если мы не найдем нужную информацию? — задал вопрос Соверен.

— Тогда можно провести несколько экспериментов, — пожал плечами Бёрн. — Бахнуть…

— Думаешь, Хранитель… То есть Система. Думаешь, она простит нам такие выкрутасы? — спросил Соверен.

— Почему нет? — скривился парень. — Что она сделает?

— Ну не знаю. Пришлет например… — Соверен замолчал, смутившись.

— Вот-вот. Могла бы прислать сюда боевую станцию, чтобы навести порядок, она бы уже это сделала. Остановить ксеносов — её приоритет, — ответил старику Бёрн. — Поймите уже, Рональд. Нам пора перестать думать как подопечные Хранителя. Нам на протяжении многих столетий внушали ложь, будто он всесильная сущность. Понимаю, это сложно, даже я, обладая знаниями прошлых тысячелетий, невольно иду на поводу у этих предрассудков.

— Может, ты и прав, — согласился пожилой аристократ. — Но как провести эту черту между реальностью и вымыслом?

— Легко! — бросил на него уверенный взгляд Бёрн. — История с псайкером стала лакмусовой бумажкой. Хранитель — никто! За всё в этом мире отвечает Система. И работает она по четким правилам. Её логика статична и негибка. Уверен, так было специально задумано её создателями.

Алекс откинулся на спинку кресла и, разглядывая свои ногти, продолжил:

— Не знаю, кто это был, но в задачу они ставили не спасение конкретных миров, а целых цивилизаций. Десяток или сотня планет — разменная монета для Системы. А Хранитель вертит ей и так и эдак не потому, что он особенный, а потому что четко осознал рамки этих правил. Всё, что не запрещено — разрешено.

— Звучит неприятно, — подал голос Барли. — Будто играешь в карты с шулером: знаешь, что проиграешь, но выйти из этой партии не способен.

— Ага, — согласился Бёрн. — Особенно если этот шулер — могущественное существо с многотысячелетним опытом. Если играть с ним по правилам, то обязательно проиграешь.

— А какие альтернативы?

— Также как и он — искать лазейки! — усмехнулся Алекс.

— Например? — спросила Эрика.

Словно флешбек из прошлого, к нему пришло понимание того, что давно казалось неправильным. То, что было очевидным для «Тени», а ему просто не приходило в голову за ненадобностью.

— Например, испытание жизни.

— А что с ним не так? — удивилась девушка.

— Мы привыкли, что всякое изменение границ должно происходить под надзором Системы. Само испытание — битва чемпионов внутри станции. Что происходит в случае, если ты проиграл?

— Хранитель передает систему победителю… — ответила Лисичка, уже понимая, что не это хотел услышать её муж. — Нас так учили.

— Ага, а что на самом деле? — Бёрн обвёл взглядом присутствующих и, не получив ответа, продолжил: — На самом деле Система просто отходит в сторону и не вмешивается в конфликт в течение нескольких недель. Смог отбиться — молодец! Ничего не поменялось. Боевые станции снова тебя защищают от вражеской агрессии.

— Допустим, это так. Что это меняет? — спросил Барли.

— Всё! — ответил зеленоглазый. — Система защищает тех, кто господствует в системе, и если вдруг кому-то удастся просочиться под огнем боевой станции на планету и вырезать всё население, она и глазом не моргнет — начнет защищать нового владельца.

— С чего ты это взял? — удивился Барли.

— Просто знаю, — отмахнулся Бёрн.

Но товарища этот ответ не устроил.

— А может, пора уже рассказать об этом твоём «знаю» подробнее? — настоял Квентин. — Слишком много ты знаешь и умеешь того, что другим недоступно. Да и сам ты не особо это скрываешь.

— И правда, Моркштерн, — неожиданно присоединился к нему Соверен, внезапно поменявшись в лице, будто принял какое-то давно созревавшее решение. — Мои люди давно раздобыли информацию по поводу Культа Тёмной Звезды. Затем шутки императора. Не пора ли нам пояснить… с кем мы имеем дело.

— Пу-пу-пу, — сказала Джой и, поднявшись на ноги, пошла в сторону иллюминатора.

— Это имеет значение? — наигранно легкомысленно спросил Алекс. — Боитесь, что император со своими историями окажется прав?

— Обычно мне всё равно на то, что говорят люди, — покачал головой Рональд. — Я сужу о человеке, с которым делаю бизнес, по его поступкам, а не по слухам, которые вокруг него роятся. Но для полноты картины мне хотелось бы знать, на что рассчитывать в будущем.

— Кроме миниатюрной гиперсвязи? — усмехнулся Алекс. — В моей голове хранится множество технологий, на которых можно хорошо заработать!

— А можно немного серьезнее? — спросил Рональд. — К чему ты стремишься, Моркштерн? И ты ли это вообще?

— Вы уверены, что вам это действительно надо? — стал вдруг серьезным парень, задержав на старике тяжелый взгляд.

Тишина некоторое время повисла в кают-компании, а спустя пару секунд Рональд кивнул. Криво усмехнувшись, Бёрн пожал плечами и кратко озвучил свою историю. После еще долго никто не произнес ни слова.

— Перерождение спустя тысячи лет… — нарушил молчание Соверен. — Сложно в такое поверить.

— Сказал человек, которого вернули к жизни схожим образом, — посмеиваясь, зеленоглазый указал в сторону Бракса. — Если что, вон ещё одно доказательство.

— И ты утверждаешь, что Древний в тебе не смог переродиться, а лишь поделился своей памятью? — расспрашивал старик. — Значит, и притязаний на трон Империи у тебя нет?

— А вот этого я не говорил, — оскалился Владыка, заставив аристократа напрячься. — Как по мне, человечеству нужна крепкая рука, способная удержать его на плаву. Человек, который не пойдет на сделку с совестью и положит жизнь на то, чтобы люди заняли достойное место среди рас галактики. Лидер, который будет объединять и вести за собой, а не руководствоваться принципом «разделяй и властвуй».

— Значит, император говорил правду? — дернул щекой старик.

— Ну хоть в чем-то он не соврал, — нагнетал Алекс. — Я вижу в ваших глазах неприязнь, Соверен. Будто я какое-то исчадье Бездны… Но что плохого в предложенном мной плане? Власть ради власти — это не про меня. Вы только что сказали, что судите людей по их делам? Ну так продолжайте следовать этому принципу.

— А если Империя не захочет видеть тебя у руля? — всё так же серьезно задал вопрос аристократ.

С его строны это была откровенная провокация. Почему так внезапно и нагло? Разведка боем? Неважно.

— А кто есть Империя, Рональд? Аристократы? Какие именно? Или вы сами метите на это место, когда всё это закончится? — в голосе парня сквозили интонации Силы.

Было видно, как Соверен пытается держать удар. Однако раньше его защищало блаженное неведение. Догадки догадками, но сейчас его поставили перед фактом. И судя по всему глава бывшего имперского рода наконец в это поверил. Поверил и осознал, что это ему не нравится?

— Я рассматриваю различные варианты, — его ответ прозвучал уклончиво.

— Ну так давайте вернемся к этому вопросу, когда покончим с тарками. Вы сможете увидеть больше моих дел, и, возможно, ваше отношение ко мне изменится? Я не скрываю своих намерений, Рональд.

— Наверное, так и поступим, — поднявшись на ноги, старик попрощался кивком и вышел.

— Тебя тоже смущают мои стремления? — спросил Бёрн у Квентина, решив и тут расставить точки над «i».

— Не, — не моргнув глазом ответил Барли. — Меня всё устраивает. Если ты наведешь здесь порядок, я буду только за.

И в этот момент на терминал гиперсвязи в ухе Алекса пришел сигнал вызова. Учитывая, что они находились за несколько миллиардов километров от ближайших абонентов, это могло означать только одно. Извинившись перед присутствующими, парень направился в кормовую часть корабля, где находился еще один панорамный иллюминатор.

Шлюзовые двери раскрылись, а на фоне бездны его встречала одетая в традиционный наряд энзаль. Если Лазурь была прекрасна, то сейчас перед ним был идеал. Не качественная калька, а безупречный оригинал. Азура.

Воспоминания «Тени» не передавали и сотой части её красоты, так же безбожно врал голографический проектор. Вживую всё было иначе. Тело невольно напряглось в её присутствии, желая… Она стала спиной, но как только он сделал шаг вперед, грациозно обернулась, одарив его улыбкой.

Сделав над собой усилие, Бёрн скрыл своё замешательство и сделал новый шаг.

— Приветствую, Высшая, — вежливо кивнул он.

— Просто Высшая? И просто приветствую? — звонко рассмеялась женщина. — Когда-то мы были намного ближе, Тенер.

Тенер… Это имя ударило по сознанию так, будто по нему в упор разрядили плазменный дробовик. Цепная реакция пробежала по нейронам его мозга, порождая воспоминания одно за другим, заставляя задохнуться. Тенер — его имя…