Натуральный обмен

Глава 11

«Слишком удобно для багажника – подумала, не открывая глаз, – и слишком светло».

– Значит, так, – услышала недовольный голос Васи рядом, – сидите тут со своей подружкой, о своём, о бабском, лясы точите, но сбежать даже не мечтай. За забором по всему периметру я поставил парней. Ясно?

– За Вероникой придут, – ответила тихо, все ещё с закрытыми глазами, – а у неё в этом городе никого…

– Раньше надо было думать! – вспылил в ответ, а я уткнулась носом в подушку и тихо всхлипнула. – Привезу, – буркнул недовольно и скрипнул кроватью, поднимаясь.

«Надеюсь, она догадается подыграть» – подумала, не отрывая головы.

Кровать скрипнула вновь, рядом тяжело засопели, я повернула голову и открыла глаза.

– Привет? – кисло улыбнулась Марина.

– Надзиратель уехал? – буркнула в ответ, а она торопливо поднялась и трусцой подбежала к окну.

– Выезжает, – отрапортовала, вернувшись в кровать и завалившись рядом. – Как дела? Судя по тому, что Вася достал тебя ночью из багажника…

– Он слишком много на себя берёт! – рыкнула в ответ, а Марина слабо улыбнулась. – По-твоему, это забавно?

– По-моему, надо посидеть спокойно денёк-другой и всё образуется, – ответила осторожно, а я закатила глаза. – Вася сказал, тебя дважды чуть не убили. Извини, но я с ним согласна, лучше не мешать ему и дать возможность разобраться.

– А он со своими приспешниками вчера уже разобрался, – ответила хмуро, – на моих глазах человека убили… Виталия.

Марина потемнела лицом и села, уставившись в стену.

– А была альтернатива? – спросила монотонно.

– Нет, – ответила хмуро, – либо он, либо Вероника.

– Какая ещё Вероника? – она слегка вскинула бровь, посмотрев с недоумением, а я вздохнула:

– Давай для начала ты расскажешь, на кой хер позвонила Максиму, едва в домик зашла?

– Откуда ты… – промямлила, пряча взгляд, а я поморщилась:

– Да, я копалась в твоём телефоне.

– Милка, я… – пробормотала, с болью глядя на меня, – мне так стыдно, Мил! Я так виновата перед тобой…

– Проехали, – отрезала сурово, – Максим. Рассказывай.

– Ну, я… короче, в офис только устроилась, недели не прошло, он меня за руку поймал, буквально. Я в столе Олега рылась, поздно уже было, все ушли. Ну я и выложила всё, делать-то нечего. Сказал, что разберётся, но чтоб я нос свой не совала. А я… короче, всё равно приезжала. Он про Олега узнал, сказал ещё раз приеду, он сам тебе всё выложит. Злился очень, много всего наговорил… Какая я подруга в красках расписал, Олег собака на сене и прочее. Стул сломал, повезло, что не об мою голову… Ну я прикинула, чего его так разбирает, и поняла. Подумала, ты Олега не любишь, он – тебя, нужен какой-то стимул для развода, а Максим хорош и, судя по всему, по тебе давно сохнет. Видела, что он на ферме дом забронировал, ну и подумала – почему бы вам не познакомиться? Притащила тебя туда, а его нет… вот, думаю, засада, чё делать? Скука смертная, я уж и так и эдак, вся из себя дачница… потом мост этот чёртов, потом ты странная стала, пропадаешь где-то целыми днями. Я решила, привыкла, понравилось на природе и всё такое, а саму тошнит уже от этого запаха и комаров… А потом уже, после стрельбы когда пришла, я догадалась, где ты лазила и с кем. Разозлилась на него, что уехал, тебя бросил, только жареным запахло, позвонила и всё выложила, а он давай орать с ходу – я еду, сидите не рыпайтесь. А ты такая настойчивая и вроде дело говоришь, пошла, думаю, встречу его, поговорим. Иду, слышу, машина едет, на всякий случай в кусты, а он заметил, похоже, остановился, выскакивает, как в свете фар появился, я драпанула дальше, чем видела… ну ты помнишь с какой он рожей ходил, натурально ночной кошмар, – я слабо хмыкнула, а она поморщилась: – Бегу, дороги не разбирая, он за мной, пока не оступилась. Страху натерпелась – жуть… пока он орать не начал на меня, тогда уж узнала.

– И вы придумали романтическую сказочку, – не удержалась от язвительности, а Марина кивнула:

– Я. Подумала, чем плохо такое знакомство? И всё совершенно естественно. Он прикинул и согласился. Всяко лучше правды, да и впутывать тебя не хотел… ну а я… сказал отсидеться в больнице – я сидела. Там такое творилось, до сих пор в кошмарах снится… Ирма ещё, бежит со стороны столовой, смеётся. Смеётся! Я чуть кукушкой не поехала с ней на пару! Думай, что хочешь, но я лучше посижу трусливым зайцем. И Виталика совершенно не жалко, – закончила неожиданно и поднялась, оставив меня одну.

Я уставилась в потолок без мыслей и пролежала так, пока от бездействия не начало зудеть во всех конечностях. Минут пятнадцать.

Умылась, приняла душ, приготовила завтрак, потом обед, потом начала прибираться, поглядывая за окно на Марину в плетёном кресле с книжкой в руках и гадая, как столько лет мы дружили. Что нас связывало всё это время? Такие разные… Смотрю, смотрю и понимаю, что страницы она не переворачивает. Занервничала и пошла на улицу, застав её в глубоких раздумьях.

– Ты бы хоть шевелилась! – проворчала, садясь в соседнее.

– Я шевелюсь, – хмыкнула в ответ, – внутри. Мозгами. Виталий меня у дерева спиной прижал и велел не двигаться, когда стрелять начали. Периодически говорил что-то, типа, ходят, ищут кого-то, по домикам шарятся. Я не видела. Обернулась уже когда Ирма засмеялась. За ней мужик с пистолетом в руке, идёт, спокойно так, размеренно, а она по поляне кружит, руки в стороны расставила, шляпу сняла, волосы развиваются. Понятно, что не в себе, но это, всё же, перебор... И убивать её ему не хотелось. Потом ещё один подошёл, с претензией, мол, чего ты ждёшь? А тот ему в ответ – да она безобидная, нахрена? Себя не помнит, нас – тем более. И тот ему грубо – проверять не буду. Делай дело или присоединишься. Тот второй ушёл, а первый подошёл ближе и извинился перед ней. А Ирма ему в ответ – ты хороший мальчик, но на мост не ходи. И он выстрелил. Стоял над ней так долго, что за ним пришли. А потом какой-то треск с оврага, один туда побежал, орут, опять выстрел, я за деревом спряталась и больше не высовывалась, пока Виталий не сказал, что, похоже, ты вернулась.

– То есть, про домики Виталий сказал? – уловила суть, а Марина слабо кивнула.

– Любопытно, да? Зачем ему врать? Не разулись же они, в конце концов.

Я задумалась, но мысль развить не успела – ворота начали открываться, а через несколько секунд буквально ворвался Вася, припарковавшись у самых ступенек. Обошёл машину, открыл багажник и вытащил за ноги Веронику.

– Когда тебе брюхо прострелят, лично я тебя штопать не буду, – заявила она сурово и скрестила руки, болтаясь вниз головой.

Вася вздохнул, подошёл к нам, перехватил её за одну руку и положил на диванчик рядом с нами.

– Рожа у тебя не треснет, Василий Петрович? – спросила Марина язвительно. – Устроил, блин, гарем!

– Да мне одной за глаза… – ответил хмуро и пошёл к машине.

Когда выехал, Вероника села поудобнее и хмыкнула:

– Полагаю, телефон он у тебя отобрал.

– Да я вырубилась… – ответила покаянно, – новости есть?

– На ферме полазить не получилось, – поморщилась Вероника, – вы уехали и начали стрелять. В воздух, полагаю, но предложение убраться было слишком явным, во второй раз судьбу искушать не хотелось. Доехали до гостиницы на двух машинах, Сашка сказал – с сопровождением. Часов до четырёх фотографии смотрели и видео, а утром ваш Василий припёрся, повезло, что на редкость галантный парень оказался, если не брать в расчёт багажник, и разрешил, хотя бы, одеться, – задрала кофту с футболкой и вытащила планшет из-под ремня джинс. Марина хохотнула, а я сказала с чувством:

– Я тебя люблю!

– Ты моя на век, – хмыкнула Ника и закопалась в планшете. – Лёва, парнишка тот, настоящий волшебник. Перед самой стрельбой тачка подъехала, без фар, на видео попала, но темно уже – ни черта не видно. Так вот, он поколдовал и вуаля. У нас есть номера. Ещё две рожи мелькнули в окне, тоже вполне различимы. В общем, для следствия этого более, чем достаточно, но есть нюансы. Первый – ты захныкала улики, которые могли бы дело закрыть, наплела с три короба, Марина вообще сбежала.

– Это всё первый пункт? – спросила кисло, а она кивнула:

– Второй – у Василия ровно та же информация.

– Ты рассказывала ему о Ирме? – спросила у Марины, а та отрицательно мотнула головой. – Тогда не вся. Думаю, один из тех парней её знал. Она сказала – хороший мальчик, думаю, знала его ещё когда он пешком под стол ходил.

– Она могла это и просто так ляпнуть, – поморщилась Марина, – но эта мысль и мне в голову приходила. Только толку от неё, если о ней мы так же ничего не знаем?

– Есть мысль… но надо выбраться отсюда. Плюс, Олег обещал развод – я такую возможность не упущу.

– Олег обещал развод? – переспросила, сглотнув, а я невольно ухмыльнулась. – Прости… – тут же сдулась подруга, а я начала деловито:

– План такой…

Через пять минут мы втроём поднялись на третий этаж и через окна попытались обнаружить хоть одного из тех, о ком говорил Вася, но усмотрели лишь машину за забором, у главных ворот. У соседей слева по участку разгуливала огромная лохматая псина недружелюбной наружности, у соседей справа была на столько заросшая крапивой территория, что я начала чесаться, позади дома стеной стоял лес и увидеть вообще ничего не представлялось возможным, но за каждым кустом чудилось движение.

– Я выбираю крапиву, – заявила Вероника в толстовке с длинным рукавом.

– Где гарантия, что там никто не засел? – поморщилась в ответ.

– Ну, лучше быть пойманной, чем сожранной, – пожала плечами невозмутимо, – а ты что предлагаешь?

– Разделиться, – вздохнула я в ответ и ещё через пять минут мы приступили к операции.

Ника заняла позицию с торца дома, без труда спрятавшись за сосной, я затаилась в кустах смородины у забора со стороны собачки, а Марине досталась главная роль. Она выскочила из дома, перемазанная томатной пастой, оставшейся после приготовления борща, и истошно заорала, дрожа всем телом и сжимая в одной руке «окровавленный» нож.

Через несколько секунд калитка распахнулась, на территорию влетели двое, но в машине наверняка кто-то остался, так что я воспользовалась шумихой, влезла на заготовленный табурет и не без труда взгромоздилась на забор. Довольно широкий, сантиметров двадцать, но по-пластунски двигаться по нему было не так удобно, как могло показаться. Вероника в этот момент должна была по стремянке лезть на территорию с крапивой, дополнительно отвлекая внимание, а я корячилась по забору, намереваясь таким способом достигнуть следующего участка.

Всё шло, как по маслу. Марина орала, Веронику слышно не было, но моя возня привлекла внимание лохматого чудовища, с интересом наблюдавшего за моими поползновениями. Как назло, люди в посёлке жили не бедные, участками могли похвастать приличными, я взмокла от натуги и несколько раз чуть не свалилась, успела проползти половину, как вдруг задняя дверь дома распахнулась и выбежал хозяин, держа в руках ружьё.

– Ой, – пискнула тихо и мешком свалилась по другую сторону, больно ударившись бедром о корягу.

Собака залаяла, я подскочила и побежала вдоль забора, услышав в спину:

– А ну стой!

И, разумеется, лишь ускорилась. Влезть обратно не представлялось возможным, участок почти закончился, а вот после него меня ждал сюрприз в виде глухого забора метра в два с половиной, зелёного и неприметного, который, возможно, где-то заканчивается, но узнать я об этом уже не узнаю: бежала я прямиком в тупик.

И тут случилось то, чего я ну никак не могла ожидать. Задняя калитка участка распахнулась, появилась рука, схватила мою и резко втянула на территорию, тут же закрыв дверь. Я испуганно вытаращила глаза, а мужчина поволок меня к дому.

– Пустите! – взвизгнула, пытаясь вырваться, собака залаяла в полуметре от меня, оскалившись, он затащил меня в дом и сказал сурово:

– Не дёргайся, если хочешь удрать.

Я хотела. А ещё у него в руках было ружьё, на заднем дворе огромный пёс и, по сути, выбора у меня не было. Но, тем не менее, мне сильно не понравилось, что он потащил меня в подвал.

– Меня найдут, – пискнула на всякий случай, – если Вы хотите…

– Я хочу соседа, который девок в багажнике не катает, – огрызнулся в ответ, – давай шевелись.

Желание его я понять могла, вполне себе естественное, лет ему было под семьдесят, выглядел не то чтоб миролюбиво, но и не шибко-то страшно, если не брать в расчёт оружие, хватку имел стальную и я молча повиновалась, рассудив, что на неприятности, если таковые последуют, нарвалась сама.

В подвале он открыл подпол, включил там освещение и кивнул на лестницу, сказав строго:

– Лезь.

– Вы меня, конечно, извините… – пробормотала, заглядывая в землянку, а он рыкнул:

– Лезь, пока не спустил!

Ткнул мне в бок стволом ружья и я тут же полезла вниз. Через несколько секунд он закрыл лаз, послышался скрежет и я поняла, что путь отрезан. На всякий случай попыталась поднять люк, ничего не вышло и я спустилась вниз, глядя на ровные ряды солений в банках. Появилось острое желание откупорить баночку помидорок, но я заставила себя осмотреться. Подвал простирался по всему периметру дома, был не просто большим, а огромным, и даже если он оставит меня в нем на месяц, голодная смерть мне явно не грозит. Тут тебе и домашняя тушёнка, при виде которой у меня потекли слюни, и компоты, салаты какие-то, огурцы с кристально чистым рассолом, картофель, морковь, лук, чеснок. Всё так аккуратно, хоть и пыльно, глаз радовался, а о цели своего визита я как будто бы забыла, пока не услышала чей-то приглушённый мат сверху. Опомнилась и заметалась по хорошо освещенному подвалу в поисках выхода из ситуации. И, на удивление, нашла.

Не могу сказать, что ров в земле выглядел особенно привлекательно, но я так сильно хотела развестись, что полезла. Высота – метр от земли, света в конце не наблюдалось, фонарика не было даже на телефоне, как и самого телефона, конфискованного Василием, но я настырно пробиралась на четвереньках, на ощупь, пока не поняла, что доползла до конца. Все, тупик.

Подвал с обилием банок показался спасением, я попятилась, но заставила себя остановиться и ощупать землю над головой и вскоре с облегчением выдохнула, почувствовав по пальцами дерево. Поднажала и зажмурилась от яркого дневного света.

Вылезла на поверхность, щурясь, как крот, закрыла люк и осмотрелась. Ну, отлично. Лес. Куда идти дальше было совершенно не ясно, но убираться требовалось немедленно: крики и мат было слышно отлично, вряд ли я смогла уползти особенно далеко, просто густая растительность скрывала меня от них, а их, соответсвенно, от меня.

Не мудрствуя, я пошла вбок и через пару минут вышла у того же зелёного забора, двинувшись уже вдоль него. По сути, минут за двадцать я обошла весь коттеджный посёлок, вышла за шлагбаумом и будкой охраны и пошла вдоль дороги через лес, пока вновь не услышала:

– Стой!

– Да что ж такое… – проворчала, набирая скорость, но преследователь оказался проворнее и через метров сто нагнал меня, повалив на землю. – Слезь! – заорала истошно, он тут же приподнялся и развернул через плечо, сдавленно смеясь, а я узнала вчерашнего друга Вероники, Сашу, и прикрыла глаза, пытаясь отдышаться.

– Не дыши так часто, у тебя грудь ходуном ходит, – фыркнул, вставая и протягивая руку с улыбкой от уха до уха.

Я задержала дыхание, распахнув глаза и нахмурившись, а он хохотнул и слегка наклонился, чтобы мне было удобнее принять руку помощи.

– Ты тут откуда? – буркнула, поднимаясь.

– Гораздо интереснее, откуда ты, – продолжил потешаться, выразительно глядя на мои грязные колени и ладони.

– Саш, я на развод опаздываю, – проскулила в ответ и он тут же ухватил меня за руку, потащив за собой и возмутившись:

– Так бы сразу и сказала! – я хохотнула, не сдержавшись, а он вздохнул: – Всё-таки жаль, что не рыженькая…

– Вероники не было видно?

– А вы как зайцы, в рассыпную? – ответил вопросом на вопрос, ловко двигаясь по лесу.

– Иначе не получалось. Я чудом вырвалась, перед соседом стыдно.

– Не буду спрашивать причину, оставлю твои грязные колени в своей светлой памяти, – пробормотал в ответ и закончил неожиданно серьезно: – Ника не появлялась. Оно и к лучшему, хватит с неё.

– Телефон есть?

– Ну, меня пещерный человек в свою берлогу не потащил, так что да, – хмыкнул и достал сотовый из кармана.

Я тут же по памяти набрала номер Олега и спросила деловито, едва он ответил:

– Где разводимся?

– Нарисовалась… – проворчал в ответ и назвал адрес, – через сколько будешь?

– Минут двадцать, – брякнула первое, что пришло в голову, а он поправил:

– Полчаса. Встретимся внутри. Паспорт не забудь.

– Эм… – протянула в ответ, – а можно паспорт чуть позже?

– Милана! – взревел муж, но быстро остыл: – Завезёшь сама. Не опаздывай.

Я вернула телефон, Александр продолжал улыбаться, держа меня за руку, возле машины сначала залез на заднее сиденье и достал бутылку воды и тряпку, намочив и передав мне.

– А где Лев? – спросила, приводя себя в относительный порядок.

– В отеле ждёт. Нужен?

– Смотря что он ещё умеет… – протянула задумчиво.

– А что надо? – хмыкнул в ответ.

– Ну, скажем, влезть в базу ГИБДД и узнать владельца авто по номеру, – ответила мечтательно, а он слегка поморщился:

– Это вряд ли. Но я уже выяснил, если ты о том, что с фермы.

– Скажешь? – спросила с надеждой.

– Перекрасишься? – он невинно похлопал ресницами, а я поморщилась. – Так и думал. Допустим, сказал. Делать-то с этим ты что будешь? По прописке в паспорте пойдёшь? Сильно сомневаюсь, что он там. Хотя нет, не так. Надеюсь, что его там нет, – я молча сопела, старательно размазывая грязь по коленям, а он продолжил говорить: – Ладно, допустим, он там. Или те, кто скажут, где найти. Дальше что?

– Пойду к следователю, что ведёт дело, – буркнула тихо, а он кивнул:

– Дело хорошее, если хочешь спустить свою жизнь в унитаз.

– Ну почему же сразу… – начала возмущённо, а он забрал у меня тряпку, прополоскал и присел рядом, продолжая начатое мной и размеренно говоря:

– Могло бы, конечно, повезти, как Нике в своё время. Следователь-красавчик, расследование, романтика, все дела, но мы успели с ней поболтать и у тебя все красавчики по ту сторону от закона. А значит, получишь ты по полной. Начиная от сокрытия улик и, если совсем лютый, то ещё и соучастие припаяет. Отмажут тебя, конечно, но медицине можно ручкой помахать, разбирательства все эти, если ещё и условное…

– Ой, да брось! – скривилась в ответ, а он поднял голову, заглядывая мне в глаза. – Раз общались, прекрасно знаешь, что мой приёмный отец на короткой ноге с начальником участка, где ведут дело. Ничего они мне не припаяют, не вменят или что там обычно делают. Ну, побрызжет следак ядовитой слюной, на этом – всё.

– А теперь подумай, – сказал просто и выпрямился, – пока едем.

Я слегка нахмурилась и села в машину.

Не знаю, кто этот парень, но он так ловко подвёл меня к осознанию, что я никак не могу повлиять на ситуацию, что впору было начать аплодировать.

Ну, пришла я в участок со своими доказательствами. Честно, добропорядочно. И Петров начал их прорабатывать, а не на меня наседать. Допустим. Дальше что? К тому моменту, как он раскачается, все будут мертвы, потому что у Васи практически те же сведения, а возможностей, пожалуй, поболее будет. И тогда он перейдёт ко мне, начнёт названивать, я буду ездить, он ничего не сможет сделать, потому что Попов попросту не позволит, но кровушки выпьет предостаточно и нервную систему раскачает, как хлипкий плот в океане в шторм.

Другая ситуация. Я получаю адрес по прописке и фамилию владельца авто. Во-первых, нет никакой гарантии, что автомобиль не ворованный. И пока я буду проверять одно лишь это, Вася через связи Попова поднимет все ближайшие камеры и найдёт всех. Или уже узнал по фотографиям. Или найдёт тех, кто узнает… И даже если нет, своим появлением я рискую получить пулю в лоб и спугнуть их. Этот вариант и того хуже.

Ещё один. Я нахожу того, кто не хотел убивать Ирму. Рассчитывать, что он сидит, страдает и ждёт, когда его сдадут полиции, довольно наивно. В конце концов, на курок он всё же нажал. И меня убьёт, просто чтобы спасти свою шкуру.

Но я была наивна. Я стояла над ней, как и он, стояла и не могла оторвать взгляда. И я вижу её лицо перед глазами, когда закрываю их. Эту нелепую красную ленту. Я попробую, будь что будет.

– Спасибо, ты очень помог, – сказала с улыбкой.

– Уже не интересно, чья тачка? – хмыкнул Саша, а я протянула с ленцой:

– Неа.

Конечно, я опоздала. Прошла в адвокатскую контору, проигнорировала гневный взгляд Олега, подписала кипу бумаг, получила красивую папку с тесненной красной обложкой, получила наставление, что паспорт надо принести до конца завтрашнего дня, если хочу получить печать о расторжении, покивала, крепко обняла бывшего мужа и быстро вышла, вновь сев в машину к Саше.

– В кабак? – спросил весело, а я попросила:

– На пару остановок вперёд.

– Звучит, как будто ты спешишь от меня отделаться, – хмыкнул, плавно трогаясь с места.

– Так и есть, – ответила честно, а он хрюкнул и засмеялся. – Но, ты же не ради меня ехал. Вернись на пост, вдруг Нике нужна помощь.

– Отмазка так себе, но я тебя услышал, – ответил серьезно. – За нами какой-то мужик тащится, сбросить или пофик?

Я развернулась и увидела машину Максима прямо за нами. Как и его самого за рулем, скрываться он и не думал.

– Я бы предпочла остаться без сопровождения, – ответила, сев прямо.

– Понял! – сказал с готовностью и резко развернулся через две сплошные.

Я тихо взвизгнула и зажмурилась, на ощупь ухватившись за ручку над дверью, Саша поддал газу и закружил по городу, сильно напоминая по стилю вождения Васю. Через минут пятнадцать резко остановился и спросил заботливо:

– Ты как?

– Ты кто? – спросила хрипло, справляясь с подступающей тошнотой.

– Водитель скорой, – ответил с широкой улыбкой.

– Тогда понятно… – фыркнула, покачав головой.

– Ага. Вылезай, за остановкой пару минут подожди, я его подальше увезу.

– Спасибо! – сказала торопливо и потянулась к двери, но вовремя опомнилась и поморщилась, развернувшись и спросив заискивающе: – Займи до зарплаты?

Саша заржал, достал бумажник, вытащил всю наличку и сунул мне в руку, поторопив:

– Давай шустрее.

Я ещё раз поблагодарила, вышла и спряталась за остановкой, увешенной плакатами, периодически выглядывая и просматривая на дорогу. Максим так и не проехал, прошло гораздо больше двух минут и я решила, что пора двигаться дальше. Села на первый подъехавший автобус и поехала до конечной.