Натуральный обмен

Глава 7

Марина была похожа на панду. Под обоими глазами расплылись синяки, на носу ссадина, всё припухло, в глазах печаль и тоска. Я не выдержала и заржала в голос.

– Ну, спасибо, подружка, – проворчала Марина, а я спросила весело:

– Это тебе за то, что трахалась с моим мужем.

В коридоре повисло гнетущее молчание. Я продолжала улыбаться, тоска в глазах подруги сменилась виной и отчаянием, Вася на всякий случай отошёл на пару шагов назад, а роскошный длинношерстый кот неясного происхождения, которого завела Марина и благополучно сбагрила при разводе, начал тереться о мои ноги и привставать на задние лапы.

– Узнал, – хмыкнул Вася.

– Уголёк, тут небезопасно, – сказала коту, но он был настойчив и я сдалась, подняв его на руку.

Марина слегка расслабилась, убедившись, что волосы ей драть я не собираюсь, и спросила заискивающе:

– Поговорим наедине?

– Никаких наедине! – вдруг заявил Вася сурово. – Вы там нашушукаетесь, а расхлёбывать – мне!

– Спаситель хренов… – проворчала Марина, покосившись на него, – пойдём на кухню, что ли. Чего мы в дверях стоим…

Вася на правах хозяина пошёл первым, бахнул на стол бутылку коньяка, три рюмки и соорудил закуску, я смотрела в упор на подругу и в упор не могла понять, как она могла пойти на такое, пока она не открыла рот, промямлив:

– Прости.

Я поморщилась, Вася разлил, все выпили, не чокаясь, закусили и уставились кто куда. Марина – в стол, я – на Марину, Василий гипнотизировал бутылку, явно был не прочь повторить и не выдержал первым:

– Слушайте, я так состарюсь. Давайте по-быстрому, я ж вас знаю, всё равно помиритесь.

– Да мы и не ругались, – пожала я плечами и кивнула на бутылку, – просто Марина почему-то решила…

– Да ничего я не решала! – выпалила подруга, подняв голову.

– Ты случайно спала с Олегом два месяца? – спросила ехидно, а она скривилась:

– Рассказал? Не думала, что осмелится…

– А ты когда собиралась? – хмыкнула насмешливо и получила честный ответ:

– Никогда. И там… все, больше ничего и никогда. И, поверь, я своё наказание уже получила.

– Ну прямо Ромео и Джульетта, – умилилась, обращаясь к Васе, – такая трагедия.

– Ща расплачусь, – поддержал с ухмылкой и поднял вверх руку с рюмкой, провозгласив тост: – За несчастных влюблённых.

Я подняла свою, состроив грустную рожицу, а Марина подскочила со слезами на глазах и выбежала в коридор, через пару секунд громко хлопнув входной дверью.

Чокнулись, выпили, закусили.

– И чё, ты реально спустишь всё на тормозах? – спросил Вася задумчиво.

– Да я его не любила никогда, – пожала плечами в ответ, – и ей прекрасно об этом известно.

– А нафига вышла за него?

– А ты нафига женился на ней? – хмыкнула вместо ответа. – Вы ни дня без ругани не прожили.

– Красивая, – пожал плечами и налил ещё, – потом, конечно, понял, что несколько промахнулся. Довольно быстро, если честно. До свадьбы. Но не забирать же предложение обратно. Обещал – женись.

– Ну и жили бы, раз такой благородный, – ответила ехидно, – зачем развёлся?

– Если отвечу – совру, – сказал, отведя взгляд, – так что, давай, топай к Марине Николаевне, приводи в чувство, как вы там обычно это делаете, и будем думать о вопросах насущных. Хочу побыстрее все уладить и избавиться от вас обеих.

– Поняла, – слегка улыбнулась, пытаясь скрыть нахлынувшую с какой-то невероятной силой обиду, поднялась и быстро вышла с кухни.

Марина хлюпала носом, устроившись на открытой веранде, и попивала из горла красненькое, чудесным образом оказавшееся в её руках.

– Нажрёмся сегодня, – вздохнула я, устраиваясь рядом и принимая из её рук бутылку, – Вася велел по-быстрому.

– Да пошёл он… – поморщилась подруга, – притащил меня сюда, ещё бы на цепь посадил, как будто просил кто.

– Сказал – ищут тебя…

– Ну, сказал, и что? Большой вопрос ищут или нет. Выслушаешь или разбираемся с проблемами и разбегаемся?

– Послушаю, конечно, – ответила великодушно.

Марина издевку уловила, но деваться было некуда: провинилась.

– В общем, все началось три месяца назад и совершенно не с Олега. Вообще его никогда за мужика не считала, не в том смысле что урод или что-то подобное, просто с ним ты и границы… были, – я хмыкнула, она скривилась, отобрала бутылку примирения и сделала глоток, после этого продолжив: – А потом я поймала одного старшеклассника с травой, – шутить и острить мне разом перехотелось и язва проснулась в Марине: – Прикольно, да? Казалось бы, при чем тут Олег? Вот и я знать не знала. Впрочем, я и сейчас не знаю. Короче, я того пацана приперла, он меня к другому отправил. Тот к третьему и так далее, пока я не дотумкала, что они просто издеваются. Сосредоточилась на первом, неделю за ним таскалась, как маньячка, вроде ничего подозрительного, кроме того, что он ужасно любит эко-продукты. Пацан сопливый, магаз хипстерский, продукты не из дешёвых и вряд ли мамка посылала, там такая маман, упаси Господи… короче, странно. Ну, я тот ещё конспиратор, в другой раз парик нацепила, очки, шмотки на три размера больше, поперлась за ним внутрь. И прикинь, он купил пакетик прямо через кассу! Сказать, что я ахерела – ничего не сказать. Полезла в интернет, думаю, может легализовали, а я старперша и не в теме. Хер там плавал…

– В смысле через кассу? – переспросила, нахмурившись, а Марина хмыкнула и передала бутылку:

– А вот так. Берёт булку и специи, пробивают только выпечку. Он чек выкинул, я в помойке ещё покопалась, проверила. И в интернет, что за магазин такой, а там сеть по городу. Семнадцать их! Прикинь! Городишко-то крошечный, а умудрились столько впаять… один вообще на рынок похож больше, типа ярмарки. По выходным мясо привозят, все свежее, можно заказ сделать…

– Да-да, Олег молодец, – перебила невежливо, а Марина вырвала из моих рук бутылку, насупившись, а потом съязвила:

– На пару с Максимом, – и насупилась уже я. – В общем, слушай дальше, – пошла подруга на мировую, – я не знала, кто там и чего, нашла юридический адрес через интернет, а там ФИО твоего мужа. Ну, я и поехала…

– Погоди, – я остановила её и получила бутылку, задумчиво сделав глоток. – Какой-то хмырь продаёт в магазине из-под полы траву и ты потащилась к Олегу?

– Какая ты умная! – ответила ядовито. – Торгуют почти во всех магазинах. Причём, с успехом. Там такие обороты, мама не горюй. Или это тоже совпадение?

– И как ты об этом узнала?

– Да очень просто, – фыркнула надменно, – я в каждом минут по двадцать провела и этого было достаточно. При мне человека по три подходили за этими специями для фондю. Какие, к чёрту, специи для фондю? В бумаге упакованы, в фирменной, между прочим, с наклейкой с пшеницей.

– Ладно, допустим… – выдохнула, отдавая ей бутылку с намерением переключиться на коньяк, – и что с того?

– Неужели ты думаешь, что можно без опаски заниматься подобным без соизволения вышестоящего руководства?

Подруга смотрела на меня, как на несмышлёное дитя, говорила с учительской интонацией и здорово хотелось ей врезать, но я пошла с козырей, сказав ядовито:

– С этим мы чуть позже разберёмся, давай перейдём к тому моменту, как ты начала спать с моим мужем, устроившись к нему на работу.

– Да как-как… – сдулась Марина, – давай по порядку, а?

– Да просто расскажи! – взорвалась, отобрав у неё бутылку и зашвырнув её на газон.

– Сидели! – заорала в ответ Марина. – Общались! Пауза! Поцелуй! Секс! Потом ещё и ещё! Довольна?!

– И нормально тебе после этого было? – спросила с обидой.

– Нет, – ответила глухо, – нет, не нормально. Неделю в офисе не появлялась, тебе в глаза смотреть не могу, а внутри все огнём горит. Убедила себя, что из-за травы этой пресловутой возвращаюсь, избегала его, в бумажках закопалась, вечер, его нет, я домой собралась и тут появляется. Привет-привет, я сумку в руки и бегом. У двери догоняет, ногой её прижал, стоит, в затылок мне дышит. Надо было вырваться, уйти, наорать на него, но я не смогла. Вот не смогла и все тут. Я… прости, Мил. Я знала, что он тебе изменяет, видела, понимала, что очередная, но он руки протянул и всё, я уже сама себе не принадлежу. Ни с кем у меня так не было, Васька мужик что надо, но от его прикосновений у меня сердце не останавливалось. А тут… я дрянь, я знаю, подруги так не поступают, мне стыдно и тебя я люблю сильнее и если простишь…

– Помолчи, пожалуйста, – попросила тихо и уставилась на бутылку на газоне. Зря выкинула.

– Милк… – позвала Марина осторожно, устав дожидаться своей участи.

– А ты для кого ту сцену в отеле устроила? – спросила, подняв на неё взгляд. – Для меня или для себя?

– По совокупности факторов, – ответила серьезно, предварительно тщательно обдумав ответ. – Я же сказала ему – всё. Хватит. Не могу так больше. Он, разумеется, тут же включил последнего мерзавца, коим, по сути, и является. Вечером уже, когда в офисе я одна остаюсь, притащился с какой-то девкой… В одной руке бутылка вина, во второй – её зад. Задело… чёрт, как же меня это задело, Мил. Всё, думаю, выложу тебе всё, как на духу, будь что будет.

– Как-то у тебя коротенько получилось, – хмыкнула в ответ, – ни имён, ни дат, ни обстоятельств.

– Струсила, – отозвалась понуро. – В общем, надо было и тебе и себе глаза открыть и обеим от этого Казановы подальше держаться. Но когда он тебе развод отказался дать, вот тут я крепко задумалась над его мотивами.

– И на этом, думаю, стоит присоединиться к Васе, – вздохнула, поднимаясь.

– А я? – спросила плаксиво. – Как же я, Мил?

– Ну, как… надеюсь, долго и счастливо.

– Блин, Милка! – разозлилась подруга, а я вздохнула:

– Да я даже не злюсь, Марин. Неприятно, от осознания тошно становится и, по правде, видеть тебя сейчас удовольствия мне не доставляет, но с другой стороны – я вообще зря за него вышла. И сердце не останавливалось и руки не дрожали и оргазм раз в пятилетку. И завидую тебе, потому как не останавливалось ещё ни от кого. Так что, «какого чёрта» я уже спросила, осталось только ещё одно.

– Что? – уточнила обречённым голосом, а я пожала плечами:

– Спасибо.

– Издеваешься? – скривилась Марина, а я кивнула на дом:

– Это по его части. Не, серьезно, спасибо. Думаю, я вполне могла бы тянуть эту лямку до глубокой старости. Но, по факту, уж лучше быть одной. Тоже себе кота заведу или твоего у Васьки стырю.

– Да щас! – отозвался Василий из открытого окна.

Марина нелитературно выругалась и заорала на него:

– Подслушивать было обязательно?!

– Во-первых, я просто слушал, – ответил невозмутимо, – во-вторых, я же сказал, никаких шушуканий. Двигайте в дом, нехер отсвечивать.

Мы переглянулись, состроили рожицы и пошли обратно.

– Вина ещё полбутылки было… – вздохнула Марина, покосившись на газон.

– Я уже пожалела о содеянном, – буркнула в ответ.

– Уголёк – мой, – отрезал Вася, сурово глядя на меня и поглаживая кота, с удобствами расположившегося воротником на его шее. Я подняла руки вперёд ладонями и села за стол. Вася пододвинул поближе ко мне тарелку с колбасой и проворчал: – Ешь, пока в эту селедку мороженую не превратилась.

– Какой Вы грубый, Василий Петрович, – скривилась Марина.

– А Вы, Марина Николаевна, с Вашим богатым словарным запасом начальника смены на литейном заводе, ну просто душка, – парировал в ответ.

– Ну, у меня хотя бы образование не семь классов, – усмехнулась подруга, а я лениво жевала, ожидая, когда им надоест.

– Девять, – поправил Вася, – профессорская дочка, а считать так и не научилась. Делишь зато отменно. Пополам и не своё.

– Жмот, – фыркнула Марина.

– Я – мужик что надо, – ухмыльнулся Василий победно, – слов из песни не выкинешь, Марина Николаевна.

Марина закатила глаза, я силилась не улыбнуться, признав за Васей полную и безоговорочную победу, Уголек сладко потянулся, плавно стёк на стол, прошёлся, с пренебрежением отвернувшись от колбасы, и устроился на моих коленях, громко урча.

– Она точно съедобна? – спросила у Васи, кивнув на тарелку. – Может, ты на столько рад нашему обществу, что решил отравить?

– Нет, – ответил неожиданно серьезно. – И если тебе, Марина Николаевна, есть охота проверить, ищут ли тебя, удерживать не стану. Повезло, что ты со своим дебильным гипсом в больнице валялась, сейчас бы уже вполне могла отдыхать где подальше.

Потыкал указательным пальцем в потолок, а мы притихли.

– Ну че, я дальше рассказываю? – спросила Марина у меня, я кивнула и слегка поморщилась:

– Только опусти сцены развратного секса с моим мужем, будь добра.

– В общем, я устроилась в офис, чтобы выяснить, в курсе ли Олег происходящего, – она пропустила мимо ушей мою ремарку и заговорила деловым тоном, – ну и в целом почву прощупать, разузнать, как чего происходит. По итогу – Олег тащит на себе всю бюрократию, с поставщиками напрямую сначала общается его партнёр, Молчанов, наводит мосты, обсуждает детали, предварительно договаривается, дальше с поставщиками работает соотвествующий отдел. Потом подключаются логисты и аналитики, Олегу предоставляют отчеты и так далее. В каждом магазине свой администратор, выезжают ещё супервайзеры, набором кадров занимаются отдельно. Короче, чёртова прорва народу регулирует работу магазина, люди везде разные, отсюда и вывод, что торговать из-под прилавка сразу по всем точкам можно только при наличии благословения свыше. То есть, по сути, все нужные люди в курсе. Иначе херня получается.

– Ты заигралась, – поморщилась в ответ. – Достаточно одного кадровика, который будет брать на позицию продавца нужного человека. Пакетики по карманам и вперёд. Никто из руководства на столько низшее звено не проверяет. Но это не исключает вероятности, что один из них или оба в теме и в деле.

– Розница – не выгодно, – добавил Вася задумчиво, – и опасно. Спалиться – проще простого. Уверена, что продают везде?

– Да, – ответила решительно, но тут же задумалась и уставилась в стену, – ну, не совсем… везде спрашивали специи для фондю, это точно. И получали такой же конвертик с логотипом.

– Понятно, это тоже надо проверить, – проворчал Вася. – Завтра займусь, погнали дальше.

– Ну, дальше я начала просто копаться в рабочих файлах, сметы, отчеты, доступ ко всему был, Олег не заморачивался. Ну и рабочая программа общая, там вообще всё. Короче, увидела, что Молчанов забронировал на фирму дом на той ферме. Не в первый раз уже. И потащила тебя туда… а он не приехал.

Внутри меня что-то оборвалось. Это не он поехал за нами, фактически, это мы отправились за ним. Вот тебе и прекрасная романтическая сказочка… И кто его отметелил в таком случае? Смысла нарываться на мордобой, раз уж поехал по своим делам, явно не было. И я-то, тоже, дура, видно же было, что не день он там и не два, раз глаза успели загноиться. А как пел-то сладко…

– Мил, нормально все? – спросила Марина осторожно.

– Задумалась, – улыбнулась с готовностью, – Вась, чё сидишь, разливай.

Просить его дважды не пришлось, он разлил, а я загрустила: бутылка на троих уходила слишком быстро. Желание нажраться столь явно читалось в моих глазах, что после того, как выпили, Вася молча поднялся и вернулся с ещё одной.

– А на самом деле? – зашептала Марина, едва он вышел, а я просто махнула на неё рукой и поджала губы.

– Так, ладно, – сказал Вася, убирая пустую бутылку, – пока не откупорили новую и не ушли в астрал, вы разумеется, не я, давайте подытожим.

– Валяй, – величественно махнула рукой Марина, а Вася состроил недовольную мину.

– Окей, я, так я. Хотя, вообще, это довольно забавно. Вляпались вы, а мозги включать должен я.

– А что, в твоей голове есть такая опция? – невинно похлопала ресницами Марина.

– Марина Николаевна, не нарывайся! – рыкнул в ответ. – Ты моя гостья, если что. Но это может измениться в любую секунду!

– То есть, ты вышвырнешь меня, хотя сам недавно заявил, что мне грозит опасность? – уточнила ехидно, а Вася резко встал и вышел.

– И зачем ты его доводишь? – спросила я со вздохом, а Марина взвилась:

– Не знаю! Бесит! Вот ровно то же, что и у тебя. Не понятно на кой хер женился, стоически тянул лямку и в конечном итоге подал на развод!

– Я думала, вы обоюдно задолбались собачиться, – я подняла бровь, а Марина поморщилась:

– Из-за этого я завела кота. Разбавить. А про развод первым заговорил он.

– Ты не рассказывала…

– А чего тут рассказывать? После очередной попойки, ты, кстати, тоже была, утром просыпаемся и он мне сходу – давай разведёмся. А у меня и без того башка трещит. И отмахнулась – давай. Ну он по-быстрому адвоката нанял, по-быстрому все оформил, отдал все, на что я пальцем ткнула, печать в паспорте аннулирующую предыдущую получил и умотал в неизвестном направлении.

– И чем мотивировал такую поспешность?

– Выразился коротко и ясно – я так больше не могу, – передразнила его Марина, – а чё не могу? Нормально жили. Ну, собачились, и что? Зато как мирились… в общем, обидно мне было, потому и молчала. Не могу сказать, что я прям страдала, скорее самолюбие задело, чем тонкую душевную организацию, в общем, не везёт мне с мужиками, – закончила неожиданно, а я пожала плечами:

– Как знать, – Марина махнула рукой, а я поднялась, сказав деловито:

– План такой. Найти Ваську. Подытожить. Допить.

– Принято, – кивнула серьезно, – приступай.

Васька сидел на том же месте, что и мы с Мариной, курил, смотрел вдаль и отлично слышал весь разговор, сказав, едва я открыла входную дверь:

– Сейчас приду.

Я подошла и плюхнулась на плетёный диванчик рядом с ним, взяв его под локоть и сказав честно:

– Вася, когда ты злишься, мне страшно.

– Я помню, – ответил серьезно, – поэтому вышел успокоиться.

– Маринка разоткровенничалась сегодня…

– Потому что нехер вино разбавлять коньяком, потом опять вином и опять коньком, – сказал ехидно. – Даже меня с такого вынесет. И, судя по голосу из окна, когда мы вернёмся, её бренное тело нужно будет доставить из пункта «А» в пункт «Б».

– Она с утра, чтоль, начала? – скривилась, повернувшись к нему.

– Она не прекращала с того момента, как я её привёз. Горе топит, а я стеклотару только вывозить успеваю. Ты думала я шучу про коньяк?

– Обижена она на тебя, Вась… – заметила пространно.

Вася был спокоен и миролюбив, а коньяк догнал и меня, стирая из памяти данное некогда обещании не быть пятым колесом.

– Да понятное дело… – сказал тихо, поморщившись, – ну а я что… сказал, как есть. Только в себя начал приходить и опять снова здорова, – сжал пои пальцы и хмыкнул: – Ты коньяк буквально за воротник заливала? Руки – лёд.

– Да чёт зябко, – буркнула, убирая руку, – пойдём в дом?

– Иди, я сейчас, – сказал сквозь зубы, а я поторопилась убраться.

Ваську я всегда считала другом. Ну, на сколько это было возможно. Свой в доску, легко всё, просто, понятно, но чёртов коньяк и его ничего не значащее прикосновение внезапно направили мои мысли в опасное русло. Я потерла руку, которой он коснулся, о джинсы, стараясь избавиться от навязчивых и совершенно лишних ощущений, прошла на кухню и с удивлением обнаружила Марину в сознании. Глаза открыты, взгляд задумчив, вторую бутылку не открыла. Посмотрела на меня как-то странно и поднялась.

– Пойду-ка я прилягу, – сказала медленно.

– Ну, здрасьте! – воскликнула я возмущённо. – А думать?

– Я уже сегодня столько надумала… с меня хватит… – ответила меланхолично. В дверях встал Вася, Марина слабо улыбнулась ему, а когда подошла, похлопала по груди, сказав тихо: – Поняла, Вась. Херня-с.

– Херня-с… – повторил, скривившись. Поцеловал её в макушку и шикнул: – Двигай спать, панда очковая.

Поговорили на своём языке, я послушала, ни черта не поняла, но с вопросами решила не лезть, устроившись за столом и заговорив:

– Итак, у нас некая фирма, два партнера, ненавязчиво тыкающие друг на друга пальцами, один амбар конопли, её розничная продажа из-под полы и несколько убийц, без зазрения совести перестрелявших кучу народу с неясной целью.

– Типа того, – кивнул Вася серьёзно. Сел на стул рядом и открыл бутылку коньяка. – Много там в амбаре было?

– По итогу – куча на голову выше меня и где-то три метра в диаметре.

– Да это херня, – нахмурился Вася и замер, так и не разлив коньяк, – это дерьмо пока высохнет, ничего толком не останется. Малолеткам толкать самое оно, но чтобы ради такого убивать – явно перебор. Нет, этим нужно было что-то другое. Маринка сказала – искали человека.

– А я так и не спросила, что она слышала и видела… – вздохнула, пододвигая к нему свою пустую рюмку.

Вася опомнился, разлил и бахнул бутылку на стол, сказав ворчливо:

– Да ни черта она не видела. Голоса, выстрелы, беготня, что толком орали так и не сказала, но уверена была абсолютно – искали кого-то конкретного.

– У тебя есть знакомый, который может взломать телефон? – спросила задумчиво.

– Само собой, – ответил без самодовольства, обыденно так, мне даже стало стыдно, что у меня – нет. – Нахрена?

– Данислав и Владлена, – ответила так, как будто он сразу должен был все понять, и он, на удивление, кивнул утвердительно, подняв рюмку. Мы выпили, меня слегка передернуло, Вася поджал губы, наблюдая за мной и с трудом сдерживая смешок, я положила в рот дольку лимона и скривилась ещё сильнее.

– Как не умела пить, так и не умеешь, – всё-таки хохотнул, а я вытащила изо рта лимон и сунула вместо него колбасу.

– Я любитель, – ответила с набитым ртом, – профессионал уже в отрубе. А тот, кто сообщил тебе, что Марину ищут, не сказал – кто?

– Это не так работает, – хмыкнул с улыбкой, – сарафанное радио, концов не сыскать.

– Никак понять не могу, если её ищут, то зачем? Допросить?

– Ну или просто грохнуть, – пожал плечами невозмутимо.

– Не очень-то ты переживаешь за неё… – буркнула в ответ.

– Потому что она дрыхнет, считай, через стенку, – ответил с укором. – Не пытайся на меня всех собак повесить, я в этом деле сбоку припёка.

«Но в деле?» – спросила про себя.

– Мне завтра на работу…

– Ты видела, как ты ходишь? – недоумение напополам с тем же укором в его взгляде. – Как ты собираешься по коридорам носиться и за лежачими ухаживать? Тебя саму впору положить.

– И что мне теперь, больничный брать из-за вывиха? – удивилась в ответ, а он пожал плечами:

– Отгула достаточно. Не забывай, ты и сама на пару с ней из больницы не вылезала, потом таскалась то с одним, то с обоими, то с другим.

– Вась, ты что, следил за мной? – спросила осторожно.

– Допустим, да, – ответил, слегка задрав подбородок, – а тебе есть что скрывать?

– Нет, – буркнула в ответ и начала краснеть.

Вася тактично промолчал, хотя такта в Васе я доселе не замечала, разлил ещё, потом сразу ещё, и ещё.

– Вась, я вырублюсь за столом, – предупредила, поднимая рюмку.

– Я прекрасно знаю, сколько в тебя влезает, – ответил с едва заметной ухмылкой, – как бы ещё одну открывать не пришлось.

– Это я с тобой натренировалась, – ответила саркастично, – год без практики и всё, сноровка потеряна.

– Сегодня воду в ступе молоть смысла больше не вижу, – сказал, резко посерьезнев, – план на завтра: ты берёшь отгул, проверяем, во всех ли магазинах торгуют, забираем телефоны, смотрим, что там.

– Проверяем Олега. Хочу удостовериться, что он не врал мне о своём отношении к наркотикам.

– Понять бы ещё, что за четыре рыла бухали на ферме. Этот Виталик мне не нравится.

– Ревнуешь? – ухмыльнулась, а Вася ответил серьезно:

– К нему – нет.

Уточнять про Олега не я не стала, ответ слышать совершенно не хотелось, по разным причинам, в большинстве из которых я не хотела признаваться даже самой себе, так что я съехала с темы, сказав неожиданно:

– Попов наверняка в курсе.

– Продолжай… – заинтересовался Вася, а я пожала плечами:

– Надо заехать к нему. Как минимум, поблагодарить. Если бы не его участие, следователь с меня бы уже три шкуры спустил.

– Просто возьмёшь и заедешь? – приподнял бровь, а я вновь пожала плечами, ответив без эмоций:

– Ну да. Что такого?

– Вы общаетесь?

– Он иногда звонит, но это не важно. Когда я уезжала, он сказал, что двери его дома для меня всегда открыты. Юрий Александрович слов на ветер не бросает.

– Это да… – протянул задумчиво, – что ж, вполне себе план. Теперь можно немного расслабиться.

– Уверен? – спросила с сомнением. – Довольно очевидно искать Марину у тебя.

– Возможно, но не тут. Я в городе живу, на даче – редко. И о ней крайне мало кто знает. К тому же… серьёзно задумаются, прежде чем завалиться.

– Крутышка, – фыркнула весело, а Вася прыснул и поднялся. – Ты собрался расслабляться в одиночестве? – спросила, с трудом сдерживая улыбку.

– О-о-о… – протянул Вася, тихо засмеявшись, – кто-то нажрался и пошлит?

Я начала краснеть, он деловито переложил закуску на одну тарелку, туда же поставил две рюмки и взял в руки вместе с бутылкой, кивнув в сторону двери:

– Расслабляться я предпочитаю с комфортом.

Стулья были жутко неудобными, идея показалась более, чем заманчивой, мы пошли в гостиную и плюхнулись на мягкий диван, тут же поглотивший меня.

– Кайф… – простонала, раскинув руки и прикрыв глаза. Одна легла на Васина ногу, я торопливо отдёрнула её и приоткрыта глаза, а он деловито разлил ещё по рюмке, совершенно не обратив на это внимания.

«Так, с коньяком надо завязывать» – проворчала мысленно, но все равно приняла протянутую рюмку и выпила содержимое.

– Ты как вообще? – спросил неожиданно. – Из-за Маринки с Олегом и прочее.

– Ну, как, – хмыкнула невесело, покрутив рюмку в пальцах, – довольно неприятно. Самое забавное, он свято верит, что изменять первой начала я.

– С чего бы?

– Ну… есть догадка, но после откровений Марины я во всём начала сомневаться. И во всех.

– Во мне? – спросил серьезно и я задумалась.

– Нет, – ответила уверенно, – как ни странно.

– Чего странного? – посмеялся тихо, а я пожала плечами:

– Чужие, по сути, люди…

– Я бы так не сказал. Я ни с кем столько не пил.

Я фыркнула, он улыбнулся и просунул руку между мной и диваном, положив ладонь мне на плечо. По-свойски так, по-дружески, а у меня сердце прыгнуло в пятки. Сижу, ресницами хлопаю растерянно, напряглась вся.

– Налей, что ли, ещё… – пробормотала и Вася тут же убрал руку, занявшись делом. И пока он наливал, в голову пришла идея, показавшаяся уместной. А что, если… – Вась, поцелуй меня, – сказала, быстро выпив, а Вася поперхнулся коньяком, прохрипев:

– Кто ж такое под руку-то, а?

– Прости… – выдохнула и сползла по дивану вниз. – Злюсь я. Почему козел он, а с рогами – я?

– Легко исправить, – сказал обычным голосом, подгрёб меня к себе обеими руками, одну пятерню положил на талию, вторую – на шею, пропустив волосы между пальцев, и резко притянул мою голову к своей.

Я тихо охнула, не ожидая такого напора, ожидая поцелуя, но Вася замер в сантиметре от моего лица, а я начала лихорадочно соображать, что делать дальше и как выкрутиться из щекотливой ситуации. Васька мне нравился, всегда. Как человек, как мужчина, чисто внешне, но я никогда не испытывала к нему никакого влечения и сегодня во мне явно говорил коньяк и обстоятельства.

– Смотри, какая штука, – сказал тихо, обдав меня горячим дыханием, – поцелуем дело не ограничится. Я не остановлюсь. Решай.

– Я замужем, – пискнула в ответ, сдрейфив.

– Иди спать, – посмеялся, ослабив хватку, – замужем она… – я тут же подскочила, стремительно покидая гостиную, а он добавил мне вслед: – Второй этаж, вторая дверь налево.

«Надеюсь, это не твоя спальня…» – подумала мимоходом, стрелой поднялась на второй этаж, зашла в указанную комнату, явно гостевую, закрыла дверь и подперла её собой.

Сердце долбит, во рту пересохло, трясёт всю от волнения. Стыдно ещё, чёрт, стыдно-то как! Мало того, что попросила себя поцеловать, так ещё и удрала! Долбаный коньяк!

Легла на кровать прямо в одежде, накрыла голову подушкой и очень качественно притворилась мёртвой. Уснула.