Не будите в Альфе (зверя) Папу!

Глава 11

Зверь внутри меня уже приготовился к атаке, но пришлось сдерживать его. От этой ведьмы мне нужна была информация, а убить её я всегда успею. Тем более что она прямо сейчас нарушала закон, и я имел полное право вершить суд. А в таких случаях мой суд был скорым, но справедливым.

Такие как эта ведьма не могли не выйти за рамка закона. Она получала наслаждение от того, что могла контролировать кого-то, и причиняла боль просто ради забавы, а не в целях самообороны или по какой-то другой веской причине, способной оправдать её действия.

Вот и сейчас эта ведьма обездвижила Тарасова магией и намеренно причиняла ему физический вред. Было видно, как невидимая рука подняла здорового мужика и душила его. Тарасов трепыхался, болтая ногами в воздухе, пытался освободиться от невидимой удавки, кряхтел что-то и уже задыхался.

Но со мной у неё так не получиться. Поэтому я пошёл вперёд. За дочь я не переживал, физически ведьма не сможет причинить ей вред, загрызу раньше, чем попробует. И в прямом и в переносном смысле.

А от ментальной попытки даже прощупать ауру моей дочери, ведьма получит такой откат, что мало не покажется. Она уже хотела это сделать, но её вторая невидимая рука остановилась на полпути. Всё же инстинкт самосохранения ещё работал. Потому-то ведьма и решила завести разговор. Понимая, что попала в западню, она злилась и сильнее душила Тарасова, не имея другой возможности показать свою силу.

‒ Папа, это злая ведьма! ‒ сказала мне малявка и направила свою волшебную палочку на ведьму. ‒ Отпусти дядю Тараса!

Ведьма засмеялась в ответ.

‒ А то, что? ‒ спросила она.

Я неспешно сокращал расстояние, ведьма старалась не подать виду, что испугалась, но хватку на шеи Тарасова всё же ослабила. Отпускать его она пока не собиралась, но Андрей смог сделать вдох.

В отличие от меня малявка это не поняла и, напрочь забыв про правило «не вмешиваться и молчать», она снова потребовала.

‒ Отпусти дядю Тараса! А то, ‒ тут дочь немного растерялась, не зная, что сказать.

Заминка была недолгой, посмотрев на меня, она всё же решила, что это девчачьи разборки и выдала.

‒ Я маме пожалуюсь на тебя!

‒ А кто у нас мама? ‒ сделав шаг назад, спросила ведьма.

Говорят же, что любопытство сгубило кошку. Вот и ведьма не удержалась и все же предприняла попытку ментально прощупать мою дочку.

И хотя мне самому, нужен был ответ на этот вопрос, но защитный инстинкт зверя сработал моментально. Ведьма поплатилась за своё любопытство. Она почти лишилась своей правой невидимой руки. А чтобы не лишиться второй она тут же отпустила Тарасова. Её морок начал развеиваться.

‒ Господин судья, ‒ отступая назад, заговорила она. ‒ Признаю вину.

С того дня, как я стал судьёй моя сила Альфы стала почти безгранична. Потому что статус Верховного судьи давал право вершить закон над всеми расами и магическими, и не магическими. Я мог размазать эту ведьму по полу, выпустив силу Альфы чуть больше, чем уже сделал это, защищая дочь. Сопротивляться такому ментальному давлению могли лишь единицы. И эта ведьма не входила в число этих исключений из правил.

Но при дочери мне приходилось сдерживаться. Малявке такое видит не стоит. И всё же поставить ведьму на место нужно было.

‒ О твоих преступлениях и справедливом наказании мы поговорим в другое время и в другом месте.

Ведьма в моих словах услышала шанс на помилование и поняла, что сейчас я пришёл сюда не затем, чтобы вершить суд.

‒ Я всё скажу, всё что знаю, только пощадите!

Тарасов тем временем откашлялся и дал ему знак уходить. Хотел отдать ему дочь, но малявка будто почувствовав вцепилась в меня, а зверь рыкал не желая соглашаться с моим решение, отослать дочь с детективом вниз в машину.

‒ Этот спрашивал про морок, ‒ спешила заслужить шанс на прощение грехов ведьма и тыкала рукой в сторону Тарасова. ‒ Всё что знаю, расскажу. Уже ведь город об этом гудит. Такой морок! Та которая такое смогла очень сильна. И мне за мои почти сотню лет, какие сильные ведьмы ещё не встречались. Говорят, что никто лица её не может описать и ни на одной камере не осталось чёткого изображения.

Сейчас ведьма говорила мне то, что я и так уже знал.

‒ Это моя мама! ‒ гордо заявила малявка.

‒ Ты забыла правила, ‒ посмотрев на дочь, сказал я.

Её глазки округлились, и она в искреннем удивление и смятение пролепетала, прикрывая ладошкой ротик.

‒ Ой прости, папа, я честно-честно так больше не буду.

А ведьма тут же оживилась.

‒ Так значит и это правда? ‒ спросила она и снова забылась и протнуда рук, но теперь не ментальную, невидимую, а настоящую.

За сто тут же отгребла.

‒ Руки! ‒ рыкнул я.

‒ Простите, господин судья, ‒ тут же начала отступать назад она, пряча руки за спину. ‒ Ну а чего мы в коридоре говорим, пройдёмте в дом. И я вам всё расскажу и даже покажу. Ведь мамочка вашей розовой феи у всего ведьмовского сообщества на устах.

Зверь был на чеку. Но эту квартиру Тарасов ещё раньше проверил на магические ловушки, а сработавшая сигнализация уничтожила их. Поэтому я смело вошёл в однокомнатную квартиру студию следом за ведьмой.

Да времена явно изменились и сейчас даже столетние ведьмы были помешаны на компьютерах и интернете. В этой квартире не было очагов, котлов, сушёных жаб и прочей ведьмовской атрибутики. На стене висел большой монитор, и вот на нем ведьма, взяв в руки обычную компьютерную мышь, быстро начала открывать станицы соцсетей и каких-то форумов.

‒ Вот господин судья, смотрите, ‒ сказала ведьма, открыв страницу похожую на электронный тотализатор.

В таблице менялись цифры, суммы ставок росли, а внизу шла активная беседа между участниками чата.

‒ Видите? Ставки уже ставят: откуда она сбежала, кто её бывший хозяин, где прятал столько времени, а главное, кто её теперь первый найдёт и к рукам-то приберёт? Сами понимаете, такая сила и без присмотру, без хозяина? Пропадёт девка без защиты.

Ведьма явно уже заговорилась, набивая себе цену. А я изучал информацию на экране и меня заинтересовал не только чат под тотализатором, но и другая открытая вкладка с видео, на котором были кадры с размытым изображением моей ведьмы. Эти кадры были не с камер наблюдения, а с телефонов обычных людей. В основном ракурсе была не моя ведьма. Но она попадала в кадр. И даже в этих случайных видео, её морок работал безотказно.

И всё же одно видео дало мне зацепку, и уже полез за телефоном.

‒ Вы же знаете, господин судья, ‒ продолжала молоть языком ведьма. ‒ У нас же как? Если у соседа есть то, чего у меня нет, то либо отниму, либо сломаю, уничтожу, чтобы и у него не было, раз у меня нет.

В словах старой ведьмы был резон, но я упустил, что малявка слышит то же что и я. Дочь так старательно старалась молчать, выполняя своё обещание, но после последних слов ведьмы, она тихо, почти плача спросила.

‒ Папа, а как это сломать? Зачем маму сломать?