Не будите в Альфе (зверя) Папу!

Глава 2

Понедельник не задался с самого утра.

А ведь у меня правило в первый день недели не заниматься делами. Уже достаточно давно я сам устанавливаю правила, по которым живу. Но сегодня точно был не мой день. Началось с того, что разъярённый Альфа одной из сильнейших столичных стай ворвался в мой дом, требуя дать ему официальное разрешение на убийство дарга.

И никого бы то ни было, а самого Ахерона Тубал Даркс‒Эр, одного из сильнейших представителей этой магической расы. Дарги всегда держались особняком. За все годы моей службы судьёй мне ещё ни разу не приходилось решать конфликт, одной из сторон которого был бы представитель этой расы.

Но всё когда-то случается первый раз.

В это утро, стоя в моей гостиной, пеной у рта старый Альфа Мангус требовал справедливости, ссылаясь на древние законы. Он жаждал мщения.

Правда, он забыл, что по этим же древним законам я имел полное право вырвать ему глотку и вышвырнуть его тело за дверь. И это лишь за то, что он зашёл на мою территорию без моего согласия.

Но я списал забывчивость Мангуса на моральное состояние и оставил его в живых. Всё же в одночасье лишиться двух сыновей, и знать что третий твой отпрыск, скорее всего, скоро умрёт от полученных ран или же останется калекой ‒ это может лишить рассудка любого отца.

Поэтому я контролировал своего зверя и постарался беспристрастно выслушать Мангуса. Но не спешил принять решение. Именно в этот момент мне и позвонила миссис Филс. Она толком ничего не могла объяснить, но уверяя, что мне нужно срочно приехать в офис. Как она сказала, вопрос был безотлагательный. Меня удивила и её настойчивость, и тон, которым она сообщала мне о ЧП случившемся в моём кабинете. Таинственности всему этому добавляло то, что она практически шептала, будто боялась, что её кто-то подслушивает.

Теперь-то я понимаю, что её так смутило.

Белокурая малявка в розовом пальтишке с крылышками феи и «волшебной палочкой», сидящая за моим столом и утверждающая, что Аррон Севвера её папа! Неудивительно, что даже секретарь с большим стажем работы на меня не знала, как реагировать на это. Миссис Филс была лишь человеком и потому не могла опираться на своё обоняние или что-то еще, чтобы понять, это правда или же чья-то злая шутка.

Или того хуже провокация?!

За годы моей судебной практики, что только не предпринимали некоторые личности, чтобы дискредитировать меня как судью.

Поэтому миссис Филс не вызвала полицию, а дождалась моего приезда.

Моего секретаря увезли на скорой. Всё же именно ей досталась большая часть магического отката. Помимо неё так же в больницу увезли ещё несколько сотрудников из соседних с моим офисов. Это означало, что эпицентром магического удара был именно мой офис.

При всём при этом ни я, ни малявка в розовом не пострадали. Но я не стал списывать это на наше родство. Скорее всего, дело было как раз в её родстве с тем, кто стал причиной такого сильного магического отката.

Пока охранники наряду с полицейскими проверяли здание, надеясь найти причину сработавшей сигнализации, я решил не уходить далеко и дождаться результатов. В любом случае меня бы начали искать, так как в мой кабинет посторонним вход запрещён. И тут даже вопрос не в сигнализации, и даже не в том, что я Альфа. А в том, что я судья.

А стало быть, действует закон ‒ Судья неприкосновенен. Неприкосновенность судьи включает в себя неприкосновенность личности, неприкосновенность занимаемым им жилых и служебных помещений, и так далее.

Так что, расположившись за столиком в кафе напротив стеклянной высотки, я заказал две порции мороженого и ждал, когда меня пригласят для досмотра. Время шло. Одним глазом я контролировал, как маленькая фея в розовом ела мороженое. А вторым наблюдал за действиями полицейских и службы безопасности Бизнес Центра, в котором располагался мой офис.

Да, как судья я мог занимать офис в здание городского суда или мирового судьи. Но ввиду того, что моя практика распространялась за рамки чисто административного или же уголовного права, и имела определённую специфику, я выбрал удобное для себя место и до сегодняшнего дня считал, сделал правильный выбор. Главное в чем я был уверен, так это в том, что посторонние не могут проникнуть в мой кабинет.

Но маленькая розовая фея, уплетающая уже вторую порцию клубничного мороженого, легко опровергла этот убеждение.

‒ Папа, а можно ещё мороженого, ‒ хлопая ресничками, спросило чадо.

‒ А чтобы тебе ответила на этот вопрос мама? ‒ решил я пойти обходным путём.

На мой прямой вопрос: «‒ Кто у нас мама?», малявка ничего не ответила. Она просто пожала плечиками и развела руки.

‒ Мама, она же мама!

Вот вам и весь ответ. Проведенный после такого ответа мини допрос так же не дал результатов.

‒ Как маму зовут?

‒ Мама!

‒ Где она сейчас?

‒ Наверное, дома.

‒ А где дом?

‒ Как где? Дом там, где мама.

‒ Хорошо, скажи адрес, и мы поедем к маме, ‒ думал я, что уловка сработает.

‒ К маме нельзя, ‒ вздохнув, сказала малявка и тут же улыбнулась. ‒ Сегодня мой день рождения, и мама подарила мне тебя. А сейчас я покажу тебе фокус!

До этого дня я вообще не общался с маленькими девочками и поэтому с недоверием наблюдал, как почти минуту она пыталась безуспешно сломать свою волшебную палочку. Видимо именно в этом и заключался фокус. Когда же она смирилась с тем, что у неё это не получается, она протянула мне свою палочку со звездой со словами.

‒ Давай ты попробуешь сам.

Я и попробовал. Палочка сломалась, а малявка развертелась. Поэтому и пришлось купить ей мороженое. Пока ждали заказ и склеивали скотчем рабочий инструмент феи, я всё же смог выяснить, в чем был фокус. Внутри палочки была пустота, а в ней была спрятана записка с адресом.

И этот адрес был мне хорошо знаком.

Именно туда я и собирался поехать, после того, как получу, кое‒какие ответы от службы безопасности и сам осмотр свой кабинет. Ведь как-то незнакомка смогла провести в мой кабинет ребёнка?

А пока приходилось ждать. Телефон постоянно трезвонил. Старый Мангус всё ещё надеялся получить официальное разрешение на вендетту. Но мне сейчас нужно было решить свои семейные вопросы, прежде чем вникать в чужие.

‒ Так, что сказала бы мама, про третью порцию мороженого? ‒ повторил я свой вопрос.

Было забавно наблюдать за тем, как на лице шестилетней девочки отражается вся гамма её внутренней борьбы. Соблазн соврать был очень велик, и всё же победила совесть. Тяжко вздохнув, малявка сказала.

‒ Мама сказала бы, что много сладкого есть вредно.

‒ В этом вопросе я с твоей мамой полностью согласен, ‒ кивнул я.

‒ Но папа, у меня же день рожденья, ‒ театрально хмыкнула малявка.

И я бы с удовольствием посмотрел пьесу «одного актёра», если бы к нам не спешил охранник. Но малявка об этом ещё не знала и уже начала вживаться в роль «несчастной». Она насупилась и пыталась выдавить из себя слезу, прижимая к себе свою сломанную волшебную палочку и повторяя.

‒ Папа, я розовая фея, меня надо любить и баловать.

Смотря на неё, я поражался тому, что ей всего шесть лет. А волку внутри меня нравилось, как просто, тепло и по-настоящему звучало её «папа». И в остальном она не переигрывала, потому как верила, в то о чём говорила.

‒ Ну, со мной ты точно вырастешь ведьмой, ‒ усмехнулся я.

Малявка не успела понять моей шутки, а я уже достал бумажник, чтобы оплатить счёт. Нам пора было уходить.

‒ Господин судья, не могли бы вы проследовать со мной, ‒ обратился ко мне подошедший охранник. ‒ У комиссара и начальника СББЦ к вам просьба.

Этого я и ждал. Мне и самому было интересно узнать, что ещё оставила в моём кабинете мама розовой феи. Я надеялся получить зацепки, и наконец-то узнать, кто она и где её искать.

Зверь внутри меня бесновался, и я не знал, что меня больше злило. То, что от меня скрыли рождение дочери или, что её мать сбежала не оставив и следа?