Не будите в Альфе (зверя) Папу!

Глава 23

Светлана

Пробуждение было резким, будто кто-то нажал кнопку или рычаг, выдёргивая меня из сна. Я не знала, сколько проспала. Но за это время мне не приснился ни один сон. Казалось бы, раз мозг отдыхал, я должна была выспаться и чувствовать себя полной сил. А на самом деле, всё было наоборот. Во всём теле чувствовалась тяжесть, голова не гудела, но первые минуты я чувствовала себя в прострации. Не могла понять, где я?

Комната была другой, и я лежала на кровати.

Уже это должно было меня насторожить. Открыв глаза я смотрела в потолок. Сознание путалось, и мыслить здраво не получалось. А когда я всё же осознала, где я нахожусь, тогда поняла причину охватившего меня неосознанного старха.

Закрытая в коморке для наказаний в доме старой ведьмы, я чувствовала себя в больше безопасности, чем оказавшись в одной из спален отцовского дома.

Память тут же вернула меня в ту коморку в момент, когда ведьма использовала волшебную пыльцу, чтобы выявить мой магический дар.

Узнала ли она то, что я так тщательно скрывала?

Теперь этот вопрос не давал мне покоя.

Если да, то почему я в доме отца?

Почему, я одна в одной из спален на втором этаже и где все?

Где моя прабабка ведьма Марван, где её прислужники и по совместительству мои охранники, где мой отец и его семья, третья жена и дочери, с которыми я не была знакома, но о существовании которых уже знала.

Почему я одна?

У меня не было сомнений в том, что это тот самый дом, из которого нас с мамой и сёстрами отец выгнал много лет назад. За это время многое тут изменилось, на стенах были другие обои, мебель была уже не детской, но вот потолок остался прежним. При дневном свете он казался обычным, ну разве что не был гладко ровным, казалось, что его покрыли фактурной штукатуркой белого цвета и в некоторых местах он имел шероховатости и бугорки или наоборот вмятины. Но я знала, что ночью, или даже днём, если зашторить шторы и выключить свет, то этот потолок станет звездным небом.

Я ещё помнила, как мама с отцом сделали нам сюрприз на какой-то праздник и потолок в детской стал звездным небом. Потом мама с моими старшими сёстрами сделала такие потолки в детских спальнях и в нашем новом доме. Такой же волшебный потолок, я хотела сделать и для своей малышки. Но постоянная жизнь в дороге не позволила этого. Мы так часто с ней меняли города и дома, что делать каждый раз ремонт было бы накладно.

При мысли о дочери у меня на душе потеплело и на короткое время мои страхи отошли на второй план. Аррон сможет защитить дочь. В этом я не сомневалась. Пусть меня он и не вспомнит, но его зверь примет дочь, почует в ней родную кровь и примет. После этого и человеческая сущность Альфы примет и полюбит мою девочку.

Закрыв глаза, я попыталась сдержать слёзы.

Нельзя получить всё и сразу, приходиться выбирать и мой выбор был очевиден. Верховный судья не мог иметь семью. Истинная пара и ребёнок ‒ это слабость любого зверя, это прямой рычаг давления на судью. Именно поэтому Аррону‒человеку потребовался почти месяц, чтобы признать то, что понял Аррон‒зверь в момент нашего столкновения в его кабинете.

Мой Альфа. При мысли о нём сердце останавливалось, а потом начинало биться с бешеной скоростью. Почти семь лет, я старалась не думать о нём, я боролась с каждодневным желанием вернуться. И при этом я тайно мечтала снова оказаться в его горячих объятиях, почувствовать вкус его поцелуев и ласк, признаться ему в своих чувствах и не думать о последствиях. А просто быть рядом с тем, кто забрал моё сердце и душу.

Но…

Это было не возможно. Я это знала и тогда, когда приняла решение исчезнуть из жизни Аррона. Так же как я знала это и сейчас, осознавая, что мне придётся сделать то, что я должна была сделать ещё тогда.

Но как приговорённый к смерти, я не могла надышаться. Понимая, что сейчас у меня остался последний шанс вспомнить то, что было между нами, а затем мне придётся забыть всё, я хотела использовать этот шанс. Будучи одна в комнате, лежа на кровати с закрытыми глаза и не обращая внимания на слёзы, я погружалась в воспоминания.

Кабинет Верховного судьи был большим. Дверь комнаты отдыха открылась и я с лёту впечаталась в мужскую грудь. По инерции я отступила назад, зацепилась каблуком за ковёр, подвернула ногу и должна была упасть на спину. Но этого не случилось, мужские руки поймали меня, и я оказалась в опасной близости от дикого зверя, которым и являлся судья. Костюм и цивильный образ судьи не мог обмануть меня. Я почти физически ощутила силу Альфы.

Время будто остановилось, медленно я подняла голову, мой взгляд скользнул по белой рубашке с расстёгнутым воротом, бронзовой коже мужской грудной клетки, мощной шеи и выше.

А когда наши взгляды встретились, я забыла, что нужно дышать...

Сердце остановилось, судья смотрел на меня сверху вниз, а я тонула в его темных глазах. Нужно было разорвать зрительный контакт, увеличить расстояние между нами и бежать, бежать без оглядки. Но даже если бы я справилась со своими эмоциями, то руки судьи не позволили бы мне спастись бегством. Он притянул меня к себе ещё ближе. Потом я убеждала себя, что хотела ототкнуть его, кладя руки на широкую мужскую грудную клетку. Но ткань белой рубашки не стала преградой. Ладонями я ощутила жар его кожи, а бешеный стук его сердца, заставил и мою кровь бежать сильнее. Казалось, что наши сердца поймали один ритм и бились сейчас в унисон.

Где-то на заднем плане слышался женский голос. Кажется, это секретарь судьи объясняла своему боссу, кто я такая, потому как только это могло объяснить, откуда он знал моё имя.

‒ Светлана‒ааа? ‒ как-то на распев произнёс судья, а затем, наклоняясь ко мне и сокращая расстояние до минимума, он выдохнул мне прямо в губы. ‒ Моя Светлана!

В его взгляде я успела увидеть что-то звериное, это должно было меня насторожить, но я забыла обо всём на свете, стоило лишь его губам коснуться моих губ, чуть приоткрытых в удивлении.

Это был мой первый настоящий поцелуй.

Я просто не была готова к такому и поэтому растерялась, мои щиты, которые я так умело строила много лет рухнули, и моё сердце перестало мне принадлежать. В тот день я узнала, что такое любовь, что мы истинная пара и что в моей жизни не было и не будет других мужчин.

Осознание этого вызывало во мне противоречивые чувства.

Уверена, что тоже самое почувствовал и судья Аррон Севвера.

Но он всё же попытался бороться с этим чувством. Прервав поцелуй, Альфа нагло заявил мне, что вешаться на боссов неприлично и такой секретарь ему не нужен. Даже временно! А девушек по вызову, он заказывает в другом агентстве и не путает работы с отдыхом.

Когда до меня дошёл смысл его слов, моя рука взметнулась. Пощёчина была хлёсткой. Моя ладонь горела, а вот судье я вряд ли причинила большого физического вреда. Впрочем, как и морального.

Он не разжал руки, наоборот, прижал меня к себе ещё теснее и хотел снова поцеловать, это я поняла по хищному блеску в его глаза. Зверь решил показать мне, что он главный. И сделать он это собирался не на словах. Прижатая к мощному мужскому телу, я почувствовала его мощь и силу его желания, которое тут же передалось и мне. Это было похоже на сумасшествие, и пусть я была лишь полукровкой, но внутри меня что-то потребовало подчиниться, прогнуться и повиноваться желанию Альфы. Впервые я осознала, что мои щиты мне не помогут. И это не судья сломал их, а я сама убрала их, забыла и даже не думала выставлять. Ведь я уже знала, что это мой зверь.

Не знаю, чем бы закончилось наша первая встреча, но меня спас настойчивый стук в дверь.

‒ Босс, миссис Филс сказала, что у вас новый секретарь, но её нет в приёмной, ‒ открыв дверь, сказал какой-то мужчина. ‒ Я привёл Чигиса, ну того тайного свидетеля. Вы хотели с ним поговорить, до заседания суда.

Как я потом узнала, это был Андрей Тарасов частный детектив, работающий на судью. В этот же день, я узнала, что есть ещё некая Лиса, с которой в жизни я встретилась уже после того, как приняла решение исчезнуть. Пришлось и на неё навести морок, чтобы она забыла обо мне.

А в тот момент было странным понимать, что сила Верховного судьи столь безгранична. Аррон смог не только заставить меня остаться в его офисе на должности секретаря (к слову

миссис Филс он выставил из кабинета до того, как поцеловать меня в первый раз). Но он даже сделал так, чтобы мы вели себя так, будто между нами ничего не случилось.

Но надолго его выдержки не хватило. Он то был со мной строгим боссом, то превращался в ревнивого зверя, стоило кому-то из его посетителей заинтересованно посмотреть на меня или же сказать мне что-то приятное. Мой волк оказался жутким собственником, поэтому, когда в итоге сорвался и дал волю своим чувствам и желаниям, Аррон запер меня в своём доме. Те дни в доме моего Альфы стали самыми счастливыми в моей жизни.

Увы, ничто не вечно. Это я поняла в то утро, когда меня разбудил настойчивый звонок в дверь. Аррон был на прогулке, и я даже не думала идти открывать дверь. Кто бы там не пришёл, я не желала этого знать. Видимо, я подсознательно боялась, что незваный гость не случайно пришёл в наш дом, когда я осталась одна. В этом я не ошиблась. Гость знал, как зайти в дом, даже если хозяева не открывают дверь.

Наш разговор был коротким, я узнала, что стану мамой и что не могу остаться с Арроном. Этот день я запомнила, потому что он стал самым счастливым и самым несчастным днём в моей жизни.

Так я считала почти семь лет. Но время течёт и всё меняется.

Судьба приготовила мне новое испытание.

Из воспоминаний меня вырвал детский голос.

‒ Папа, она проснулась!

Моё одиночество было нарушено ребёнком. Маленькая девочка, прыгнула на кровать и начала тормошить меня.

‒ Просыпайся! Я видела, что ты не спишь! Вставай соня! Мама сказала, что перед свадьбой тебя нужно привести в божеский вид.

‒ Чьей свадьбой? ‒ переспросила я.

‒ Твоей! ‒ радостно захлопала в ладоши девочка лет семи. ‒ Ты станешь женой альфы! Сегодня свадьба! Альфа сделает тебе ребеночка, и ты станешь Луной нашей стаи!