Оба быстро оделись. Тёма, убедившись, что ничего не выдает того, что только что произошло в номере, открыл дверь. Юрка и Женька. Ну кто же еще мог так «удачно» прийти.
— Так, один жив. — Юра сдвинул Тёму с дороги и зашел в номер. — И второй тоже.
Дима хмыкнул и послал его недвусмысленным жестом. Но улыбнулся — переживают друзья за них.
— Живы и вроде бы без новых синяков. — резюмировал Женька. — А ты переживал, что они прибьют друг друга. Милые бранятся, только тешатся.
— Женька! — Дима возмущенно швырнул в него попавшей под руку футболкой. — Сейчас новые синяки появятся у тебя.
— А что я такого сказал? Я ж вас не девочками назвал. Та ну тебя! Идёмте лучше завтракать и разговоры разговаривать.
Тёма нахмурился. Ну начинается!
— Какие еще разговоры? Не о чём тут говорить? — возразил, понимая, что отнекиваться бесполезно.
— Действительно… — ухмыльнулся Женька. — Двое друзей ни с того, ни с сего, вдруг начинают… как бы это покультурнее назвать, а чёрт с ним — трахаться. При том, что один из них гей, никогда не посягавший на друзей, а второй — вообще натурал. Вот совершенно не о чем говорить.
— Вы нам задолжали объяснения. — поддакнул ему Юрка.
Тёма с Димой переглянулись. Вариантов не было. Отделаться от этих двоих нереально. Смирившись, побрели за ними в ресторан. Выбрали самый дальний и малолюдный. Разговор предстоял непростой, лишние уши были ни к чему.
Завтракали молча, сверля друг друга пристальными взглядами. Тёма и в самом страшном кошмаре представить не мог, что когда-нибудь им четверым придется такое обсуждать.
Заказав кофе, Женька с Юркой уставились на них немигающими взглядами.
— Ну! Чего молчим? — первым не выдержал Юрка.
— Спрашивай. Непонятно, что ты хочешь знать. — недовольно фыркнув, Тёма сложил руки на груди.
— Как минимум, когда и как у вас все началось?
Тёма растерялся. И что говорить? Что пьяный Дима ночью полез на него, потому что ему барышня отказала? И что не особо трезвый Тёма позволил себя трахнуть, потому что давно в него влюблён?
— Инициатором был я. — неожиданно выпалил Дима. — Ну вот перемкнуло меня в какой-то момент. Посмотрел на Тёму другими глазами. — подмигнул растерявшемуся «соучастнику преступления». — Не спрашивайте, почему. Я не знаю. Но готов любого прибить, кто попытается к нему клеиться.
— То есть вчера это была прилюдная сцена ревности? — хохотнул Женька. — Ну вы, братцы, конечно даёте. Половина отеля слышала ваши разборки. А дальше-то что?
Вот так просто он задал вопрос, который беспокоил обоих. И ответа на него пока не было.
— Да отцепись ты от них! — вступился Юрка. — Не видишь? Они и сами в растерянности. И не нам в это лезть. Хочу только надеяться, что на нашу дружбу это никак не повлияет.
Женька согласно кивнул.
— Одна только просьба. Мы, натуралы, очень ранимые люди. Хоть первое время не целуйтесь у нас на глазах.
— Женька! — синхронно рявкнули все трое.
— Ну простите! — неопределенно повел плечами он. — Я должен был озвучить это. Понятно, что привыкнем. Но нам тоже нужно время.
Тёма облегчённо выдохнул. Разговор прошёл легче, чем он предполагал.