Тёма не мог смотреть ему в глаза ему. Отводил всё время взгляд, хмурился.
— Светлячок, разреши все тебе объяснить. — сердце Димы учащенно забилось от волнения.
— Не о чём тут разговаривать. Ты женишься и точка. Что ещё тут выяснять? — Тёма казалось, что если он посмотрит на него, то сердце не выдержит. Уставился рябь, бегущую по воде и старался не разрыдаться.
— Тёмка, я не врал тебе. И не предавал. Всё очень банально и глупо. Девочка просто залетела. Говорит, что от меня. Мы с ней перепехнулись-то всего пару раз. И ещё до нашего с тобой отпуска. — Дима замолчал, со страхом ожидая ответной реакции. Но её не было. Вообще никакой. Тёма все также смотрел на воду и будто уплыл в своих мыслях куда-то далеко. — Светлячок, посмотри на меня, пожалуйста. Скажи что-нибудь, наори, обматери. Только не молчи.
Через несколько долгих минут молчания Тёма поднял на него глаза. И Диму сильно резануло то, сколько боли и тоски он сейчас увидел в них. Беспросветной тоски. Глаза его светлячка будто потухли.
— Я не встану между тобой и ребёнком. Уходи. Забудь меня. Насовсем забудь. Будто мы и не знакомы были никогда.
Дима не выдержал, вскочил на ноги, рванул к нему.
— Нет! Тёма, я не уйду! Говори, что хочешь. Относись ко мне, как угодно. Но я не уйду.
— Ты не понимаешь? — глаза Тёмы стали пронзительными и заблестели. — Твоё присутствие будет причинять мне боль. Каждый раз, видя твоё лицо, я буду вспоминать, как мы были вместе, и почему теперь «нас» не существует.
Слова Тёмы загнали Диму в глухой угол. Остаться из-за того, что не можешь уйти или уйти из любви к светлячку, чтобы не ранить его?
— Я сдохну без тебя… — Дима посмотрел ему в глаза, и сдохнуть в этот момент захотелось Тёме. — Позволь, хоть другом твоим остаться, знакомым, кем угодно. Не наказывай меня за то, что я сделал до наших с тобой отношений. Я виноват только в том, что не поговорил с тобой вовремя. Но я никак не мог набраться смелости. Каждый вечер приезжал сюда и не решался позвонить в дверь. И как трус уезжал ни с чем.
Тёма молчал. Он просто не понимал, какое решение тут будет правильным. В чем честно признался:
— Я не знаю, что делать…
— Давай пока отложим принятие каких-то решений. Очень прошу тебя! Да, я должен был тебе обо всем рассказать. Ты имел право знать. Поэтому и рассказываю это всё сейчас. Прости что так не вовремя, и так болезненно. Но, пожалуйста, давай пока не будем ничего решать. Сейчас, важнее поставить тебя на ноги. — погладил его по щеке. — Ты вчера меня так напугал. Я приехал, а ты на полу, без сознания. Я испугался, что ты… ты… — Дима запнулся и не смог договорить — судорога сжала горло.
— Я… — Тёма горько усмехнулся. — Лучше бы я вчера сдох. Всем бы было от этого лучше. — осознавать это было горько.
— Не смей! — неожиданно рявкнул Дима. — Ты не понимаешь?? Если бы не стало тебя, не стало бы и меня! В прямом смысле слова. Вариантов множество. — он тяжело и часто дышал, сверля его тяжёлым взглядом.
— С ума сошел? У тебя ребенок будет. Ты права не имеешь! — теперь разозлился Тёма.
— Если это вообще мой ребенок. Я даже не могу проверить это, пока он не родится. — Дима вдруг сник, сел на пол. — И даже, если он не мой — ты ждать меня не будешь. Накажешь за одноразовый секс, выпихнешь из своей жизни. Господи, как же мозгами не двинуться от всего этого? — схватившись за голову, Дима начал странно покачиваться.
А Тёма… Тёма опять метался между двух чувств. Должен был злиться, наорать на него, прогнать из своего дома и своей жизни. А хотелось обнять, успокоить, пожалеть и оставить рядом с собой.