Облачная академия. Битва за пламя

Глава 26

– С этого дня отменяются все отработки и наказания за пределами учебного и жилого крыла, – эти слова ректора были встречены довольным гулом студентов. В зале собраний, где мы сейчас все находились, сразу стало шумно.

Но ректор поднял руку – и все тотчас замолчали, а он продолжил:

– Это не значит, что наказаний вообще не будет. Наставникам на время чрезвычайного положения придется изыскивать иные способы для их осуществления. Далее. Запрещено выходить на улицу, кроме как на занятия, которые проводятся на арене. И в этом случае группу студентов от замка до арены и обратно будет сопровождать наставник Кроуэлл. Сейчас и в дальнейшем вы должны проявить бдительность и уделять особое внимание к своим мелким вещам. Как можно чаще проверяйте наличие своих пишущих принадлежностей, пуговиц, булавок, заколок и им подобных. Я уже говорил, что именно с помощью личных мелочей проводится ритуал иссушения. Если вы обнаружите пропажу, то незамедлительно сообщите своему куратору или напрямую мне. Это особенно касается старшекурсников, которые вернули себе пламя. Что касается тех, чье пламя находится на консервации… Хранилище усилено защитными заклинаниями, за ним ведется пристальное наблюдение. Опережая вопросы некоторых: нет, не проще вернуть вам пламя сейчас. Он по-прежнему останется в хранилище.

Ректор говорил что-то еще, но я уже едва различала слова. Смотрела на него и мыслями уносилась в его кабинет, где раз за разом прокручивала в воспоминаниях наш последний разговор. С того часа прошло три дня. Три дня, наполненные душевными терзаниями и смутой. Временами я ненавидела его, готова была кинуться на него с кулаками. За все мои страхи, сомнения, разочарования. А в следующую минуту начинала испытывать такую глубокую тоску, что слезы сами текли из глаз. Хуже было ночью, во снах. Он и в них меня не покидал. Мы играли в игру стихий в его кабинете. Танцевали на званом ужине. Разговаривали на крыше башни. Наши губы оказывались в опасной близости друг от друга. Иногда это был Данте, но чаще все же он сам, без маски. В этих снах я улыбалась, а проснувшись – снова плакала. Я не искала с ним встреч, но, увидев, не могла угомонить разбушевавшееся сердце.

Обвинения сменялись оправданиями. Желание сбежать, исчезнуть – желанием снова оказаться рядом. Разочарование – прощением. И так по кругу, до бесконечности.

И все же я так до сих пор и не нашла для себя верного решения. Не знала, как быть дальше.

Собрание закончилось, все стали расходиться. Я встала с места одна из последних и поплелась в хвосте друзей, которые бурно обсуждали новые правила. Иногда для вида тоже вставляла реплики, но тут же проваливалась обратно в свои мысли. Вайолетт обеспокоенно поглядывала на меня, но вопросами не мучила. Похоже, она решила, что я испытываю страх из-за пропажи моего пламени, в чем разубеждать ее я пока не собиралась, как и рассказывать о том, что произошло между мной и ректором. Мне бы самой вначале разобраться в себе.

На следующий день у меня было всего два занятия. От третьего – этикета – я оказалась с этой недели освобождена. Ректор не забыл и сдержал обещание, чего не сказать обо мне. На прошлое занятие я пришла как обычно, но миссис Фрог, заметив меня, недовольно прищурилась и процедила:

– Мисс Брайн, вы можете больше не ходить на мои занятия. Ректор распорядился поставить вам зачет. Сказал, вы его уже сдали. Не знаю, конечно, каким образом… – последняя фраза многозначительно повисла в воздухе.

Позже я вынуждена была объяснять девочкам, как именно мне посчастливилось получить освобождение. Не обошлось без очередной лжи, правда, рассказать об испытании, которое устроил мне ректор, тоже пришлось. В общих чертах, конечно.

– Повезло тебе, – вздохнула тяжело Мэриан. – И от Фрог избавилась, и поела в свое удовольствие. Надо мне тоже еще что-нибудь выкинуть и получить индивидуальные занятия у ректора. Вдруг и мне так повезет?

Я на это натянуто улыбнулась, одновременно отчаянно игнорируя уколы ревности.

Вот и сейчас я в одиночестве вернулась в свою комнату и, чтобы как-то занять время и мысли, открыла учебник по высшей магии. Ничего нового и интересного я там не нашла, но нормальных книг для чтения у меня не было. В конце концов я задремала, а когда проснулась, часы показывали время обеда, вот только Вайолетт еще не вернулась. Я нехотя пошла в столовую одна, но и там ее не нашла.

– Ее Фрог наказала и отправила в библиотеку, – огорошила меня Даяна.

– Наказала? В библиотеку? – это вызвало двойное удивление.

Во-первых, Вайолетт была любимой ученицей Фрог, а во-вторых, библиотека находилась вне учебного крыла, куда ходить было запрещено.

– Фрог сегодня очередной раз высказалась в твой адрес, что ты, мол, не заслужила зачета, а Вайолетт встала на твою защиту, – объяснила Мэриан. – Фрог взбеленилась и отправила ее к своему любимому мистеру Коину.

– Но ведь туда запрещено отправлять наказанных, – сказала я. – Это приказ ректора.

– Мы ей напомнили, но она раскричалась, что мы неправильно все поняли и библиотека – безопасное место, – пожала плечами Мэриан.

– И Вайолетт пошла?

– А что ей еще оставалось делать?

Я вернулась в комнату и стала с нетерпением ждать подругу. Мне было не по себе, дурное предчувствие все сильнее охватывало меня, и я все больше не находила себе места. Поэтому, когда распахнулась дверь, впуская Вайолетт, я испытала просто невероятное облегчение и только потом заметила, что на подруге нет лица, она вся раскраснелась от бега и тяжело дышала.

– Эмми, Эмми… – Вайолетт захлопнула дверь и привалилась к ней спиной. – Я снова видела его…

– Кого? – Сердце сделало испуганный кульбит.

– Иссушителя… – шепнула она, дрожа.

– О боги, ты серьезно? – Я подхватила ее под локоть, помогая перейти к кровати и сесть. – Где? Как?

– Я вышла из библиотеки и немного заплутала, – Вайолетт шумно сглотнула. – А потом увидела его… В том же балахоне, плаще… Он вышел из той самой двери. Потом завернул за угол, а я решила заглянуть внутрь, как мы тогда…

– Сумасшедшая… – охнула я, но подруга лишь отмахнулась. Впрочем, будь я на ее месте, поступила так же.

– Я ведь была уверена, что он ушел. Это была та же комната, – быстро заговорила она. – Я осмотрелась, потом подошла к письменному столу… И раздались шаги. О боги, я так испугалась! Сразу выскочила оттуда и… И… Чуть не столкнулась прямо с ним.

– Он видел тебя?

– Не знаю… Я побежала так быстро, как могла… Не помню, как оказалась у лестницы… А потом обнаружила у себя в руке вот… – Подруга показала костяную ручку с перьевым кончиком.

– Ты взяла ее в той комнате?

– Да… Похоже… Эмми, налей мне, пожалуйста, воды. Что-то душно… – Вайолетт стала обмахиваться свободной рукой.

– Да, сейчас. – Я подхватилась и подбежала к столику, где стоял кувшин с водой. – Значит, это его ручка… О боги…

За спиной раздался тихий стук, и я обернулась. Вайолетт, завалившись на бок, лежала на кровати и, кажется, не дышала.

– Вайолетт? – Я на негнущихся ногах подошла к ней, тронула за плечо, но подруга не шевельнулась.

Меня захлестнула волна страха. Нет, только не она, только не она…

Я едва осознавала, что делала дальше. Все было как во сне, дурном сне. Кажется, я выбежала в коридор. Звала на помощь. Потом комнату стали заполнять люди. Прибежали наши друзья. Локридж безуспешно пытался привести Вайолетт в чувство, с его лица схлынули все краски, лишь глаза лихорадочно блестели. Мэриан все шептала:

– Ее иссушили, иссушили…

Роуз тихо плакала, а Виктор пытался ее успокоить, напоив водой. Той самой, что я наливала для Вайолетт.

Я же все ждала, что вот-вот проснусь от этого кошмара, но он никак не хотел заканчиваться.

Потом появились наставники. Драг, Траст, Лойд…

Я вернулась в реальность, когда на пороге вырос ректор. Его присутствие взбудоражило и успокоило одновременно. Он глянул на меня, и в его глазах я прочла сочувствие.

Вокруг опять все пришло в движение, меня оттеснили в сторону, и я на что-то нечаянно наступила. Это оказалась ручка, которую украла Вайолетт. Я поспешно подняла ее, чтобы спрятать в рукав, и тотчас вновь встретилась взглядом с ректором. Кажется, он заметил мой маневр. Однако его отвлек Драг, и они стали тихо переговариваться.

Тем временем Вайолетт понесли в лазарет, за ней последовал озабоченный лекарь.

– Все разошлись по своим комнатам! – раздался резкий голос Траст. – И до утра носа не высовывать!

– А как же ужин? – поинтересовался кто-то робко.

– Вам разнесут его по комнатам, – ответила она. – Расходимся! Не заставляйте меня использовать силу.

И кураторша, размахивая руками, стала всех подгонять к выходу.

– Мисс Брайн, – от голоса ректора почти у самого моего уха я вздрогнула. – Через пятнадцать минут жду вас в своем кабинете. Полагаю, вам есть что мне рассказать.

Я на это смогла лишь кивнуть.

Вскоре моя комната снова опустела, только теперь в ней не было и Вайолетт. Из меня вырвался приглушенный всхлип. Я до боли стиснула зубы, чтобы сдержать подступающие рыдания. Сейчас не время плакать.

Бросив взгляд на часы и убедившись, что уже прошло больше десяти минут, я отправилась к ректору.

Мы столкнулись с ним в коридоре, у самой двери его кабинета. Он молча открыл ее, пропуская меня вперед.

– Как Вайолетт? – спросила я сдавленно.

– Так же, как и Ирвинг с Рэнделом.

Ректор не стал опускаться в свое кресло, а присел на край стола и внимательно посмотрел на меня.

– Что вы спрятали в рукаве?

Я не стала юлить и достала ручку.

– Вот.

Его глаза распахнулись в удивлении.

– Откуда это у вас?

Он порывисто забрал ручку и принялся ее осматривать с непонятным выражением лица.

– Ее принесла Вайолетт, – ответила я. – Перед тем, как… Как все случилось.

– Где она ее взяла? – настойчиво повторил ректор.

Я обессиленно оперлась на спинку кресла и закрыла лицо руками.

– В комнате, где, предположительно, живет иссушитель, – выдохнула я в ладони. – Но мы уже там бывали раньше…

Ректор устремил на меня ошеломленный взгляд.

– Продолжайте, мисс Брайн.

И я рассказала ему все: о встрече с незнакомцем в коридорах замка, когда мы драили трапезную, о нашей вылазке в хранилище и дальнейшей находке и все то, что сегодня услышала от Вайолетт.

С каждым моим словом глаза ректора темнели все сильнее, а на лбу углублялась морщина. Он нервно крутил ручку между пальцев и, казалось, погружался во все большую растерянность.

– Почему вы мне сразу не рассказали об этом, мисс Эмили?

– Когда бы я могла это сделать? – с горечью откликнулась я. – До недавнего времени тема иссушения являлась в академии табу. А наши с друзьями ночные вылазки – это прямой путь к наказанию. Потом же… – Я отвела глаза, чтобы он не прочел в них продолжения. – Неважно.

– Вы можете показать мне, где находится та комната, мисс Брайн? – его тон стал мягче.

Я покачала головой.

– Не уверена, что найду ее. Первый раз мы напоролись на нее случайно, когда заблудились. И, со слов Вайолетт, она тоже заплутала, выйдя из библиотеки, и только тогда наткнулась на нее.

– Понимаю. – Ректор поднялся. – Я сам поищу ее. Возвращайтесь к себе, Эми… мисс Брайн. Будьте осторожны.

– Нет, – я будто со стороны услышала свой твердый голос. – Я пойду с вами. Возможно, мне все же удастся что-то вспомнить.

– Нет, Эмили, я не подумал, когда просил вас показать ее. Это небезопасно.

– Не опаснее, чем сидеть одной в комнате, – ответила я. – К тому же мое пламя под надежной защитой, разве нет?

Несколько долгих секунд мы смотрели друг другу в глаза, и наконец ректор кивнул:

– Идемте.

Он спрятал ручку в ящик стола и двинулся к выходу.

– Говорите, прежде чем наткнуться на ту комнату, вы заблудились? – произнес ректор, когда мы стремительно миновали учебное крыло. – И то же самое случилось с мисс Вайолетт?

– Да, так и было, – ответила я, подстраиваясь под его быстрый шаг. – Я как-то еще раз терялась, выходя из библиотеки, правда, попала не туда, а к хранилищу. Но это были первые дни в Академии, и я решила, что просто плохо еще знаю коридоры. Но сейчас мне кажется, что то плутание было не совсем нормальным. Словно морок.

– Вам не кажется, мисс Эмили, на коридоры замка в некоторых местах наложено заклинание морока, – откликнулся он. – Я сам это понял лишь через некоторое время. А дверь в ту комнату, похоже, из блуждающих. Именно поэтому едва ли вы сможете вспомнить путь до нее.

– Но как тогда мы найдем ее?

Ректор замедлил шаг, прислушиваясь к чему-то и вглядываясь в сумрак коридора. Я замолчала, затаив дыхание.

Он снова пошел быстрее.

С каждой секундой мне становилось тревожнее. Я начала задумываться над тем, что мы будем делать, когда встретим иссушителя. Может, следовало взять еще кого-то из магов-наставников? Из меня-то помощница сейчас никудышная. О том, что со мной – с нами – может случиться что-то дурное, я старалась не думать. Однако ректора, казалось, это не беспокоило. Он уверенно, с заметным нетерпением двигался вперед, полностью сосредоточившись на поисках, точно хищник во время охоты.

Коридор сменялся коридором. В какой-то момент я вовсе потеряла все ориентиры, полностью доверившись мужчине, идущему впереди. В одном я была уверена: мы с ребятами точно так далеко не заходили. Но ректора об этом спрашивать не решилась, ему лучше знать о блуждающих дверях.

– Уж не меня ли ты ищешь, мальчик мой? – этот хриплый голос раздался в тиши так внезапно, что у меня чуть сердце из груди не выскочило.

Ректор сразу остановился и сделал шаг в сторону, прикрывая меня.

Из тьмы коридора выступила фигура в балахоне. Она вскинула руку, и на пальцах замигали огненные шарики. В их свете стало видно худое мужское лицо, испещренное морщинами, и темные пронзительные глаза.

– Значит, это все же ты… – в голосе ректора слышались растерянность и горечь.

– Мне жаль, что ты узнал обо всем таким образом, Данте, – проговорил старик.

Данте?

– Зачем ты все это делаешь? Зачем… Еще и за моей спиной. Ты считаешь, что раз ты мой наставник, то я буду покрывать тебя? – теперь голос ректора вибрировал от негодования.

– Как странно… – старик усмехнулся. – Мне казалось, ты меня поймешь, мальчик мой. Разве мы не похожи друг на друга?

Возникла секундная пауза. Ректор с шумом выдохнул:

– Не говори так, – слова явно давались ему с трудом. – Ты ведь прекрасно все знаешь…

Старик пожал плечами:

– Да, знаю. Но все же какая разница? Мы оба движемся на пути к цели.

– В цели и есть разница. – Руки ректора взметнулись вверх, творя заклинание.

– Это как посмотреть. – Огонь на пальцах его наставника разгорелся ярче. Цвет пламени из красно-желтого перешел в голубой. Сам старик при этом выглядел совершенно невозмутимо. – И что ты собираешься делать? Неужели остановить меня?

– Мне не остается ничего другого. – И ректор метнул в него магией.

Старик с ленивой грацией отбил заклинание.

– Ты же понимаешь, что это глупо, Данте… Глупо, потому что ты вынуждаешь меня сделать то же самое. – С его пальцев сорвались голубые потоки силы.

А дальше время будто замедлилось. Я смотрела, как эти потоки сплетаются воедино и устремляются к нам пульсирующей сферой, и не могла сдвинуться с места. Видела, как ректор одной рукой пытается сложить магический призыв, а другой отодвигает меня в сторону и полностью закрывает собой. Затем ощутила толчок, теперь очень сильный. Дыхание перехватило, в глазах вспыхнули искры.

Я куда-то полетела. Или стала падать – ощущение пространства полностью исчезло вместе с полом под ногами. Голову сдавило, и она, казалось, вот-вот лопнет, как перезрелая тыква. Затем удар – и мир вокруг погас.