Одержимость сводного брата

Глава 47

Мира отвернулась, обняла себя руками, вздрагивая плечами. Мне хотелось выругаться на придурка, который нам помешал, но я лишь попытался тронуть свою малышку, но она убежала и скрылась за поворотом, даже не взглянув на меня.

— Тебе не противно? Она твоя сестра.

— Не лезь не в свое дело и будешь и дальше носить свои лосины.

— Угрожаешь? — выдохнул блондин, прищурившись. И чего же они все такие сладкие? До тошноты.

— Нет, — усмехнулся. До сих пор чувствовал вкус ее нежного поцелуя. Она отвечала мне с той же страстью. Так что хрень все эти ее страхи. — Лишь желаю тебе добра и здоровья.

На льду прозвучал предупреждающий сигнал, и я пошел забирать свой шлем и перчатки, не забыв при этом толкнуть Элиаса в плечо.

На тренировке я буквально рвал и метал от возбуждения. Казалось, что нет преград для нашего с Мирой счастья. Но я не забыл Элиаса, взгляд которого чувствовал даже через стекло на втором этаже.

Я знал, что он захочет стукнуть отцу или Нине, это точно. Поэтому нужно с ним побеседовать и дать понять, что язык нужно уметь держать за зубами. Ради себя и своей семьи, которая, кажется, слишком задержалась у нас в доме.

Позже вечером Мира сидела с матерью, которая буквально закопалась в каталогах колясок, детской одежды, позже к ней присоединился отец, а я ушел в свою комнату. Чуть позже постучался к ней. Но сначала, конечно, привычно дернул двери. Она редко от меня закрывалась. Но это был тот самый случай.

Сам не заметил, как в ожидании прошло три часа. И я не мог понять, что происходит. Она никогда так не поступала, всегда открывала. А сейчас? А если ей плохо? А если она умерла? По коже холод, сердце вскачь, и я бегу за родителями.

— Мира! Мира! — стучим уже мы все, орем, что есть сил. И остается только одно. Выбить двери!

Мира в шоке смотрела на нас, снимая наушники.

Нина подошла, взяла ее лицо в свои руки.

— Солнышко, ты почему не отвечаешь? Зачем закрылась? Мы испугались.

Она ее обнимала, а Мира смотрела на меня. Наверное, поняла, чья была идея выбить двери.

— Мам, я просто делала уроки. Ты сама сказала, что нужно заняться учебой. Ну, что вы наделали?

— Другую завтра поставят, — отмахнулся папа, и они с мамой ушли, оставляя меня с Мирой.

— Я не хочу об этом говорить.

— И вместо того, чтобы об этом сказать, ты меня игноришь? Мне надоело.

— А мне надоело, что ты на меня давишь. Хватит! — она взяла паузу и сказала спокойнее. — Пожалуйста.

Я вошел в комнату и почти подошел вплотную.

— Ты отвечала. И не говори, что тебе не понравилось. Или может, — я прищурился. — Элиас тебе нравится больше?

— При чем тут он? Речь о нас. Все, что происходит, неправильно, ясно тебе? Я этого не хочу! Я не готова к такой буре!

— Значит, буря есть? — улыбнулся я, довольный собой.

— Есть. Но она меня пугает.

— Ничего, — коснулся я нежной щеки. — Со мной тебе нечего бояться. Ты не смотри так, я же не чудовище. Я могу ждать, сколько угодно, если буду знать, что ты моя. Ты ведь моя?

— Зачем отвечать на вопрос, если выбора особо нет? — рассмеялась она напряженно, а я ответил улыбкой.

— И то верно. Пойду работать, а ты давай, занимайся.

— С вышибленной дверью?

— Можем ко мне пойти.

— Нет, не надо, — села она обратно за стол и открыла учебник.