Одержимость сводного брата

Глава 54

Мирослава

Я до сих пор пытаюсь осознать простой факт. Ярослав уехал. Чуть-чуть пришел в себя, сдал экзамены, несмотря на кучу пропущенного материала, и уехал в Москву. Отец отпустил его, ну, конечно, ведь он будет учиться на управление бизнеса, у него появятся друзья, девушка, и, конечно, новая жизнь, а сестренка, которая живет в заднице мира, больше станет не нужна. И неважно, что сестренка сидела у его кровати неделями, молясь, чтобы он пришел в себя, обещая себе больше никогда на него не обижаться.

И я старалась, правда старалась не обижаться, что летом он не поехал с нами отдыхать, а мне пришлось торчать возле беременной мамы, чтобы, не дай Бог, та не расшиблась. Я старалась не обижаться, что он звонит папе, а обо мне только спрашивает. Я, правда, старалась не обижаться, когда вместо того, чтобы приехать на мой день рождения, он остался в Москве. Я, правда, старалась, но у меня ничего не вышло. И в какой-то момент я просто его возненавидела, решив, что нет у меня больше брата. Спокойно пошла в сентябре в школу и продолжала тренироваться каждый день, чтобы поехать в Москву на сборы и высказать ему, что больше ему не сестра, раз ему так трудно взять телефон и набрать мой номер. Сволочь!

Но все очень быстро изменилось, когда, собираясь на тренировку в середине сентября, я услышала шум звонка скайпа. Это был Ярослав. Я не верила своим глазам.

Бросила сумку и рванула к экрану, сразу отвечая на звонок.

Он сидел в футболке и улыбался, когда я помахала рукой.

— Привет!

— Привет, малая. Уже на тренировку бежишь? Отвлекаю?

— Я могу и опоздать.

— Ну, вот еще. Я просто, наконец, узнал свое расписание. Так что могу болтать с тобой, если хочешь.

— Ты еще спрашиваешь⁈ Конечно, хочу! Ты где живешь? Как учеба? Завел друзей? Почему ты мне не звонил? Ты больше не хочешь быть моим братом? — сыпала я вопросами, а этот черт только улыбался, смотря на меня с другой стороны экрана.

— Притормози, тарахтелка. Я тебе все расскажу, но и отвлекать тебя от тренировок не хочу. Так что придешь домой, звони. Я сегодня дома, выходить не собираюсь.

— Точно?

— А когда я тебе врал? Давай беги, а потом придешь и будешь слушать мои нелепые оправдания.

— Они будут?

— Обязательно. Не могу же я допустить, чтобы сестра таила на меня обиду.

Странно все так. Раньше он проявлял ко мне другой интерес, редко называл сестрой, а порой прикасался совершенно не по-братски. А теперь мне кажется, что все это мне приснилось, что такого не было, что я сама себе все придумала.

— Тогда я позвоню.

— Я буду ждать, Мира. Тебе идут косички. А еще…

— Что?

— Скажу, когда вернешься.

— Ну, так нечестно, как я буду тренироваться?

— В нетерпении от встречи со мной, — улыбается он, и я замираю.

— Когда ты приедешь?

— Я имел виду видеосвязь. Ну, все, малая, беги давай.

Я киваю, срываясь с места. Внутри гаснет обида, давая место радости. Он будет мне звонить. Он не пропал, не забыл меня! И пусть он теперь далеко, интернет делает эту страну меленькой. Самое главное, что теперь я могу его видеть. Общаться. Ждать с нетерпением встречи.

Но, конечно, все так, как я хочу, не получается. Он выходит на связь далеко не каждый день, да и тогда наше общение короткое. Он почти ничего не рассказывает о себе, зато с удовольствием слушает мои подробные рассказы. Задает кучу вопросов, порой наши диалоги кажутся моим непрерывным интервью. Но я рада. Рада, потому что в этот момент я могу смотреть на него. Видеть, как незаметно, но явно он меняется. Порой, кажется, становится другим, более жестким, чужим. Но я верю, что при встрече все будет, как прежде. Ссоры, примирения. Он мой самый близкий человек, пусть сейчас и далеко.

— Ты приедешь на Новый год? — требовательно спрашиваю я, когда он отвечает на мой бесконечный дозвон. После душа мокрый, он сидит в мокрой футболке, что облепила его тело, а я чувствую, что мне жарко. Просто смотреть на экран.

Я все еще зла на него. В ноябре я приезжала на соревнования, но его не было в городе. Так он сказал.

— Мира, — он уже собирается оправдываться.

— Если ты не приедешь на праздник, если оставишь меня с помешавшимися на детской теме женщинах, то я тебя убью. Возьму вертолет, сяду на крышу твоего дома и убью тебя.

— Посмотри, у меня мурашки, я уже испугался, — проводит он по руке, а я хмурюсь.

— У тебя там грязь?

— Нет.

— Покажи.

— Это просто тату.

— Тебе сложно показать? — не выдерживаю я. — Ты ничего мне не рассказываешь. Неужели ты меня совсем не любишь?

— Очень люблю. Ты даже представить не можешь, — вздыхает он, одним движением снимает футболку, демонстрируя покрытое мышцами тело. И тату дракона, вылетающего из-подо льда. Рисунок тянется от живота к руке. И это красиво! Так красиво, что хочется коснуться пальцами. По руке. По его твердому телу. Я сглатываю, снова смотрю в лицо Ярослава, и на какой-то момент мне кажется, что в его глазах я вижу почти черный огонь, словно злость, трансформирующуюся в нечто опасное для нас. Но это быстро проходит. В следующий миг он снова улыбается.

— Ну, все, мелочь, мне пора, — а мне только и остается, что хлопать глазами, пытаясь понять, что это было?