Одержимость сводного брата

Глава 57

Я сам не знаю, зачем, но предложил ему пойти со мной на выступление Миры. Наверное, это был второй шаг к падению в бездну, я словно сознательно отдалялся от нее, а еще хотел проверить, не брешет ли Фогель. Он почти влюбился. Я видел это, знал, что у него участилось дыхание, когда эта бабочка вылетела на лед, когда взмахнула крылышками и запорхала. Я знал это, потому что чувствовал все, но гораздо острее, сильнее, а еще помню свой бред в мельчайших подробностях, порой казалось, я до сих пор в ней, а ее ногти режут мне кожу на спине. И я долбанный извращенец, если возвращаюсь снова и снова на место преступления, туда, где впервые ощутил себя настоящим, туда, где потерял связи с реальностью. Это Мира мне сестра, а мое присутствие в ее жизни только усложнит все, особенно, если она будет смотреть на меня так, как смотрела через экран на мокрое тело, разглядывая тату.

Я цветы не принес, зато Фогель смотался. Хотел мне вручить, но я лишь буркнул:

— Сам подаришь.

И был повод. Моя девочка стала первой. Не нужны ей никакие партнеры, она сама все может, стоило только поверить в себя.

— Честно, по мне немного слащавый вид спорта, — заговорил Фогель, когда мы вышли из дворца. Мира закатила глаза, и этот подхалим тут же исправился. — Но ты выступала, как тигрица.

— Вот так бы сразу. Ну, куда тут можно сходить?

— Вы, ребята, как хотите, а я пойду заниматься. Вы, я так понял, давно не виделись.

Фогель ушел, и Мира, пожав плечами, взяла меня под руку, и мы пошли гулять.

— Ты отдалился от меня.

Вот так с места и в карьер. Она всегда была чересчур прямолинейной. Может, и правда, пора дать ей понять, что тех отношений, когда мы спали вместе, и я спокойно мог себя контролировать, больше не будет? Теперь, находясь со мной, она в опасности, потому что, вкусив наслаждение раз, я вряд ли смогу себя легко сдерживать.

— Это после комы. Я понимаю, ты многое пережил, — хочет она взять меня за руку, я стискиваю до боли ее пальцы, чувствуя, как по венам хлещет адреналин.

— Мира, — я так много готов сказать, еще больше сделать, но перед глазами она. Разбитая бампером проезжающей мимо тачки, поломанная мною, правдою, моей одержимостью. Нахрен ей эта правда не нужна! Ей нужен брат, и я буду братом. Лучшим. Настоящим. Тем, к которому она сможет обратиться всегда. — Просто…

— Просто?

— Просто мы взрослеем. У меня появляются интересы, которыми я с тобой не могу поделиться.

— Девушки?

Хочется скорчить гримасу. Наверное, придется завести девушку или прикинуться геем.

— Девушки.

Она дует пухлые губы, бьет меня кулачком в плечо. Небольно.

— Я так и знала. Кто она? Ты нас познакомишь?

— Я же сказал, — усмехнулся я, чуть наклонившись к негоднице. — Девушки.

— Фу! Я не думала, что ты будешь Казанова.

— А кто?

— Скорее граф Монте-Кристо, который всю жизнь любил лишь одну.

— Ну, это точно не про меня, — поднимаюсь, смотрю по сторонам и подмигиваю засмотревшейся на меня девушке. Мира тут же берет меня под руку и дальше ведет по набережной. Ревниво прижимаясь к боку. А пока она рядом, я могу немного пофантазировать о том, как она требует бросить всех моих телок и быть только с ней.

— А откуда ты этого Ника знаешь? Акцент у него смешной.

Бесит. Но не ответить будет странно.

— Он немец. Учились вместе в военной школе. Когда детьми были. Сначала врагами были.

— Правда? — она широко раскрыла глаза, внимая каждому слову, и я решил рассказать о нем без утайки. Все самые неприятные подробности. Как других подставлял. Как нападал исподтишка. В общем, все, чтобы она не смогла даже подумать о нем в романтическом плане.

Глупо это. Рано или поздно появится кто-то, кто будет с ней рядом. Но может, к тому времени я смогу смириться со своей участью брата?

Но не сейчас. Не сейчас. И это точно будет не Фогель. С ним я не собираюсь водить дружбу.

Но судьба складывается иначе. Рождение брата подкосило меня.