Огонь неугасимый

Черный арапчик над спящей графиней

В тяжком раздумьи стоит,

Ручки графини белее, чем иней,

Ножки — сердец восхищенных магнит.

Щечки графини — прозрачные льдинки

В алом сияньи и розах утра,

Локоны — сеть золотой паутинки,

Пудра на них; как налет серебра.

Зубки графини белее жемчужин,

Нежные грудки, как два голубка,

Старый король с нею искренне дружен,

Дружба его, как базальты крепка,

Черный арапчик стоит над графиней,

Снятся ей странные, смутные сны,

Видит туман расстилается синий,

Груды обломков в тумане видны.

Снится графине: ватагою шумной

С пеньем народ возбужденный идет,

Этой толпе опьяневшей, безумной

Черный арапчик ее предает.

Снятся графине тюремные своды,

Много друзей и знакомых в тюрьме,

Слышит — во имя любви и свободы

Грозный вердикт произносят во тьме.

Слышит графиня, что судьи смеются, —

Выдал арапчик ее головой, —

Хочет она закричать и проснуться,

Видит вдали блещет столб огневой.

Снится ей площадь, народ исступленный,

В небе багряном взвился эшафот…

Где-же король, ее верный влюбленный?

Злобный арапчик на площади ждет.

— Ты меня предал, — графиня рыдает:

Я-ль не ласкала, не грела тебя, —

С горькой усмешкой он ей отвечает:

— Счастье вернул я, тебя загубя.

В доме твоем только ласку я видел,

Ты мне сестрою и другом была,

Но я за то тебя зло ненавидел,

Что я так черен, а ты так бела.

Носятся сны над графинею спящей,

Черный арапчик в раздумьи стоит,

Губки графини, как жемчуг блестящий,

Ножки — сердец восхищенных магнит.

Ручки графини белее, чем иней,

Щечки, как льдинки в сияньи зари…

Этот арапчик — любимец графини,

Эта графиня — М-ме Дюбарри.