Перекрёсток миров

Глава 44. Первое построение

Из штаба вышла фигура.

Макс услышал, как кто-то в строю ахнул. Борис слева сглотнул так громко, что это было слышно даже на расстоянии.

Она была огромной.

Тигрица. Бенгальская, судя по окрасу — оранжевая шерсть с чёрными полосами, белая грудка. Ростом под два с половиной метра, мускулистая, но при этом явно женственная. Широкие плечи, узкая талия, мощные бёдра. И грудь — пышная, размера E(пятёрка), которая создавала очевидные проблемы с форменной рубашкой. Верхняя пуговица была расстёгнута — просто не сходилась.

Длинный полосатый хвост лениво покачивался при ходьбе.

На морде — шрам через правое ухо, пересекающий бровь. Изумрудно-зелёные глаза, холодные и проницательные.

Она шла медленно, уверенно, и каждый её шаг звучал как приговор. Когти цокали по деревянным ступеням штаба.

Лейтенант Акела шла на шаг позади, но выглядела миниатюрной по сравнению с тигрицей.

Капитан Раджани остановилась перед строем. Окинула курсантов долгим, оценивающим взглядом. Хищным. Таким, который заставлял чувствовать себя добычей.

Макс невольно выпрямился сильнее.

— Добро пожаловать, — произнесла Раджани низким голосом, который тем не менее был слышен всем, — в скаутский лагерь горного подразделения полиции Анималии.

Она сделала паузу, давая словам повиснуть в воздухе.

— Я капитан Раджани. Главный инструктор. — Её хвост дёрнулся. — Следующие два месяца я буду вашим командиром. Вашим учителем. И вашим худшим кошмаром.

Тишина. Даже ветер, кажется, затих.

— Посмотрите вокруг. — Тигрица широким жестом указала на горы. — Видите эти вершины? Лес? Реку? Это ваш новый дом. Ближайший город — в ста километрах. Здесь нет телефонов. Нет интернета. Нет комфорта. Есть только горы, тренировки и вы сами.

Она начала медленно проходить вдоль строя:

— Сейчас передо мной стоят пятьдесят два курсанта. — Раджани остановилась, повернулась. — Через два месяца доучатся не все. Статистика: из пятидесяти обычно выпускаются тридцать — тридцать пять. Остальные сдаются.

Борис тихо застонал. Раджани мгновенно обернулась:

— Проблемы, медведь?

— Н-нет, сэр!

— Тогда молчи. — Она продолжила обход. — Кто-то сдастся на первой неделе. Поймёт, что это слишком тяжело. Кто-то продержится две, три недели, но сломается. Кто-то дойдёт до конца, но провалит экзамены. Это нормально. Скауты — не для слабаков.

Она остановилась напротив Макса. Наклонилась чуть ближе, вглядываясь в его лицо:

— Ты кто?

— Консультант Соколов, сэр, — ответил Макс, стараясь держать голос ровным.

— Консультант. — Раджани выпрямилась. — Безволосый консультант. По чему?

— Физика, анализ нестандартных случаев, сэр.

— Физика. — Усмешка тронула её морду. — Здесь тебе не поможет физика, котёнок. Здесь помогут сила, выносливость и упорство. Думаешь, справишься?

— Постараюсь, сэр.

— Посмотрим. — Раджани отошла, остановилась у Арии. — А ты?

— Стажёр Найтфолл, сэр. Полиция Саванны.

— Стажёр. Кошка. — Тигрица обошла её, оценивая. — Хорошая физическая форма. Но выглядишь… мягкой. Избалованной.

Ария сжала зубы:

— Нет, сэр.

— Нет? — Раджани наклонилась ближе, их морды оказались на расстоянии сантиметров. — Тогда докажи. У тебя два месяца.

Она отошла, обращаясь ко всему строю:

— Запомните: я не ваш друг. Я не ваш психолог. Я — ваш командир. Моя задача — сделать из вас бойцов. Настоящих. Таких, которые не сломаются под давлением. Не запаникуют под огнём. Не предадут товарищей. — Раджани остановилась в центре плаца. — А теперь правила.

Все напряглись.

— Правило первое: подъём в пять ноль-ноль. Каждый день. Без исключений. Опоздал на построение — наряд вне очереди.

Борис тихонько простонал. Раджани проигнорировала.

— Правило второе: отбой в двадцать два ноль-ноль. После отбоя все в бараках. Нарушил — наряд.

— Правило третье. — Тигрица сделала паузу, и её голос стал жёстче. — Никаких романтических связей между курсантами. Это лагерь подготовки, а не курорт для свиданий. Если замечу флирт, поцелуи или что похуже — оба вылетают. Немедленно. Без разговоров.

Макс почувствовал, как Ария рядом напряглась. Он сам сглотнул.

— Правило четвёртое: жалобы не принимаются. Тяжело? Больно? Устал? Мне плевать. Вы здесь, чтобы стать сильнее. А сила приходит через боль.

— Правило пятое: если хочешь уйти — уходи. Дверь открыта. Грузовик в город ходит раз в неделю, по субботам. Садишься и уезжаешь. Никто не держит. Но если остаёшься — работаешь на полную. Поняли?

— Да, сэр! — хором ответили курсанты.

— Не слышу!

— ДА, СЭР!

— Лучше. — Раджани кивнула удовлетворённо. — А теперь познакомьтесь с инструкторами. Они будут учить вас разным дисциплинам.

Она повернулась к штабу и махнула лапой. Дверь открылась, и вышли остальные инструкторы.

Первой — огромная лошадь. Гнедая масть, короткая чёрная грива, невероятно мускулистое тело. Грудь размера F едва умещалась в спортивном топе. Она остановилась рядом с Раджани, широко улыбаясь.

— Сержант Такара, — представила тигрица. — Физическая подготовка. Она будет отвечать за ваши кроссы, полосу препятствий и всё, что связано с выносливостью. Если после тренировки с ней вы можете ходить — она халтурила.

Такара рассмеялась:

— Привет, бегунчики! Мы подружимся! Обещаю!

Несколько курсантов нервно хихикнули.

Следующей вышла рыжая лисица. Изящная, с пышной грудью размера D, облегающей формой и игривым взглядом. Пушистый хвост виляя.

— Лейтенант Кицунэ, — продолжила Раджани. — Тактика и стратегия. Она научит вас думать. Планировать. Обманывать противника. Если вы думаете, что сможете обмануть её — попробуйте. Посмотрим, кто кого.

Кицунэ улыбнулась, показав белые клыки:

— Я очень жду наших игр, котята.

Третьей вышла снежная барсиха. Серо-белая пятнистая шерсть, длинный пушистый хвост, серо-голубые глаза — холодные, спокойные. Грудь размера C под облегающей тактической жилеткой. Она двигалась бесшумно, как призрак.

— Старший лейтенант Юки, — сказала Раджани. — Стрельба. Снайперская подготовка. Она научит вас попадать в цель. Если Юки говорит, что ты стреляешь плохо — значит, плохо. Слушайте её.

Юки кивнула молча, не улыбаясь.

Четвёртой — рысь. Рыжевато-серая с пятнами, кисточки на ушах, короткий хвост. Невысокая, но жилистая и сильная. Грудь размера B-C(соответственно 2–3), спортивная. На поясе висело множество ножей.

— Лейтенант Хана, — Раджани кивнула на рысь. — Выживание в дикой природе. Она научит вас выживать без еды, воды и крыши над головой. Готовьтесь есть то, что раньше считали несъедобным.

Хана ухмыльнулась:

— Личинки — это вкусно! Обещаю!

Несколько курсантов поморщились.

Пятой вышла панда. Добрые карие глаза за круглыми очками.

— Доктор Мэйлин, — представила Раджани мягче. — Медик лагеря. Если вы ранены, больны или вам нужна помощь — идите к ней. Она единственная, кто будет вас жалеть.

Мэйлин улыбнулась:

— Приходите, детки. Я всегда рада помочь.

Шестой вышла массивная кабаниха. Тёмно-серая щетина, короткие клыки, мощные руки. Грудь размера D под фартуком. Она вытирала лапы о фартук и хмуро разглядывала курсантов.

— Кабана, — сказала Раджани. — Повар. Она кормит вас три раза в день. Еда будет простой, сытной и не всегда вкусной. Но вы будете есть всё. Иначе останетесь голодными.

Кабана пробурчала:

— Кто не доест — получит добавку насильно.

Седьмой снова появилась Акела — седая волчица, которая их встречала.

— Лейтенант Акела вы уже знаете, — Раджани кивнула на неё. — Комендант лагеря. Она отвечает за порядок, дисциплину и ваше размещение. Нарушили правила — к ней. Она решает наказания.

Акела смотрела на курсантов строго, без улыбки.

И наконец, восьмой, вышла маленькая красная панда. Рыжевато-коричневая шерсть, пушистый полосатый хвост, огромные чёрные глаза за очками. Грудь размера C под вязаным свитером. Она выглядела мило и безобидно.

— Доктор Сакура, — представила Раджани. — Психолог лагеря. Если вам тяжело морально, если хотите поговорить — идите к ней. Она поможет. Но помните: психолог не отменяет тренировки.

Сакура улыбнулась тепло:

— Моя дверь всегда открыта, дорогие.

Раджани обвела взглядом инструкторов, потом курсантов:

— Это ваша команда. Они будут учить, гонять, ругать и хвалить вас. Слушайтесь их. Уважайте их. И они сделают из вас бойцов.

Она сделала паузу:

— А теперь — распределение по баракам. Мужчины — бараки один и два. Женщины — три и четыре. Лейтенант Акела распределит вас. Забирайте рюкзаки, занимайте койки. Ужин через час. Построение у столовой в восемнадцать ноль-ноль. Вопросы?

Никто не решился спросить.

— Отлично. Свободны.

Акела взяла планшет и начала зачитывать списки:

— Барак номер один, мужчины: Соколов, Борис, Сталкер, Рокки…

Макс услышал своё имя и взял рюкзак. Борис рядом облегчённо выдохнул:

— Хоть мы вместе!

Ария оказалась в бараке номер три с Луной, Вики, Хопс и другими.

Они переглянулись через плац. Макс хотел подойти, обнять её, но вспомнил правило номер три. Только короткий взгляд. Кивок.

Ария кивнула в ответ.

Потом они разошлись в разные стороны.

Барак номер один был длинным, деревянным, с низким потолком. Внутри — два ряда двухъярусных кроватей. Двадцать пять спальных мест. Жёсткие матрасы, серые шерстяные одеяла, маленькие тумбочки.

В конце барака — общий душ за занавеской (которая не скрывала ничего) и туалет.

Пахло старым деревом, сыростью и чем-то ещё — предыдущими поколениями курсантов, наверное.

— Вот это спартанство, — пробормотал Борис, бросая рюкзак на нижнюю койку. — Я думал, будет лучше.

— Это армия, а не отель, — ответил Сталкер, занимая верхнюю койку над ним. — Привыкай.

Макс выбрал койку у окна — верхнюю. Снизу устроился Рокки, молча разбирая свой рюкзак.

Другие курсанты тоже расселялись: волки, медведи, лисы, один барсук, пара оленей. Разговоры, шутки, нервный смех.

Макс забрался на койку, сел, свесив ноги. Посмотрел в окно. Оттуда был виден женский барак — номер три. Где-то там сейчас Ария.

Два месяца без неё рядом по ночам.

Как он это переживёт?

— Эй, Соколов! — позвал Борис снизу. — Ты чего такой грустный?

— Просто… устал, — соврал Макс.

— Ещё не начали, а уже устал? — Борис засмеялся. — Тогда завтра совсем помрёшь!

Сталкер хмыкнул:

— Он не от дороги устал. Он от разлуки с кошкой.

Макс вздрогнул:

— Я…

— Спокойно, — волк поднял лапу. — Я уже говорил — не стукач. Просто наблюдателен.

Борис посмотрел на Макса с интересом:

— Это правда? У тебя с той золотой кошкой… ну…?

Макс замялся, но потом кивнул:

— Да.

— Вот это да! — Медведь присвистнул. — Повезло тебе! Она красивая!

— Знаю.

— Но, — Сталкер стал серьёзнее, — помни правило номер три. Если инструкторы узнают — вылетите оба.

— Я помню, — кивнул Макс. — Мы будем осторожны.

— Лучше будьте очень осторожны, — посоветовал волк. — Раджани не шутила. Она реально выгоняет нарушителей.

Макс кивнул и снова посмотрел в окно.

Где-то там Ария. Думает о нём? Скучает?

Наверняка.

Как и он о ней.

В шесть вечера всех построили у столовой. Раджани обошла строй, проверяя:

— Все на месте? Отлично. Ужин длится тридцать минут. Берёте поднос, еду, садитесь, едите, убираете за собой. Без суеты. Без толкотни. Ясно?

— Да, сэр!

— Заходите.

Столовая была большой — длинные столы, скамейки, запах каши и тушёнки. За раздачей стояла Кабана, накладывающая порции лопаткой размером с лопату.

Макс взял поднос, встал в очередь. Впереди Борис, сзади Сталкер.

Дошёл до раздачи.

— Ты кто? — спросила Кабана, разглядывая его.

— Соколов, сэр.

— Безволосый? — Она прищурилась. — Хм. Странный. — Шлёпнула ему огромную порцию каши. — Ешь. Тощий какой.

— Спасибо.

Макс взял ещё тушёнку, хлеб, компот и пошёл искать место. Сел рядом с Борисом и Сталкером за мужским столом.

Оглянулся. Женщины сидели за соседними столами. Ария сидела спиной к нему, разговаривала с Вики.

Макс смотрел на её затылок, на золотистую шерсть, на ушки, которые поворачивались, когда она слушала.

— Перестань пялиться, — тихо сказал Сталкер. — Заметят.

Макс отвернулся и уткнулся в тарелку.

Каша была густой, пресноватой, но съедобной. Тушёнка — жёсткой. Хлеб — чёрствым. Компот — кислым.

Но Макс ел. Потому что завтра понадобятся силы.

После ужина — свободное время до отбоя. Час.

Макс вернулся в барак, разобрал рюкзак, разложил вещи в тумбочку. Борис храпел на нижней койке — медведь заснул сразу после ужина.

Другие курсанты читали, переписывались (пока ещё ловил сигнал), играли в карты.

Макс лёг на койку, смотрел в потолок.

— Отбой! Всем на койки! Свет гасится через пять минут!

Суета, шорох, ворчание. Курсанты укладывались.

Свет погас.