Полечка

Глава 12

Как только машина Клима отъехала к Полечке вернулась ее нервозность и неуверенность. Она прекрасно понимала, насколько тяжело будет сейчас Климу и волновалась за него.

Девушка вздохнула, перехватила крепче свою дорожную сумочку и отправилась домой. Там легче не стало, скорее наоборот. Она долго бродила по спальне и совершенно точно была одновременно в двух мирах — так она сама для себя определила свое странное состояние. В одном мире — она вся светилась от счастья, вспоминая Клима и его любовь, маленький дом у моря и тайну, что хранил он теперь. В другом — была полна тревоги и сожалений.

Попыталась заняться обычными своими делами и ничего не вышло — все из рук валилось. Не выдержав своего одинокого метания по дому, решила пойти в лавку. Накинула форменное платьице и спустилась в торговый зал.

— Опачки! Кого я вижу? Паулина Веславовна пожаловали. — Ника сразу заметила перемены в хозяйке своей юной и обрадовалась за нее, чисто по-женски.

— Ника, здравствуй. Все хорошо? — окинула взглядом прилавок, стойки с цветами и поняла — этот вопрос можно было и не задавать.

— А то! — Ника подмигнула. — Сонямка! Иди сюда. Подруга твоя прибыла. Загорелая, довольная. И где только носило?

Соням прибежала из подсобки, обняла подругу и затрещала-запищала, рассказывая последние новости. Полина и рада была бы послушать, но будто что-то мешало, не давало сосредоточиться на словах Соням.

— Эй, ты чего? Случилось что-то, Поль? — Подруга сразу заметила и отстраненный взгляд Полечки и ее задумчивость.

— Нет, что ты. Все нормально. — Полина, успокаивая подругу, обняла ее и поняла — что-то случилось.

Вот прямо сейчас! И с Климом! Она прекрасно помнила, что он просил не беспокоиться, если будет вне зоны доступа, но когда он не ответил на звонок и не прочел сообщения — забеспокоилась, а спустя три часа заметалась, словно птичка в неволе и в отчаянии принялась набирать номер Жени. Он не ответил…

Девушка, пугая подруг своим видом, выскочила на улицу из лавки и пошла бездумно сначала в одну сторону, потом повернулась и зашагала в другую. Остановилась, понимая, что совершенно не знает куда идти и что делать!

Звонок на ее телефон с незнакомого номера заставил руки Полины дрожать, сделал их неуверенными и слабыми.

— Да.

— Полечка, девочка, это Анна Ильинична. — Сердце Полины бухнуло о ребра в предчувствии беды. — Клим и Женя попали в аварию. Мы с папой едем в больницу в Грохольском. Нам сообщили только, что оба поступили в приемное отделение и все.

Глухое рыдание услышала Полечка в трубке и осела на тротуар…

— Я еду…Я скоро буду. Все будет хорошо. — Фраза эта, сказанная Полей тихим голосом, обычная в этих случаях, не убедила ни одну из собеседниц.

— Детка, мы будем у приемного отделения, — и отключилась.

Поля осталась сидеть на асфальте, но секунд через десять опомнилась и бросилась бегом через дорогу, не обращая внимания ни на крики Соням и Ники, которые выскочили из лавки, ни на сигналы машин, что резко тормозили перед бегущей девушкой.

Она неслась, не чувствуя под ногами земли, не слыша окриков людей, что попадались ей на пути. Молилась так, как умела.

— Господи, только путь живой. Возьми все, что захочешь, только пусть он будет жив. — Шептала, задыхаясь от быстрого бега, заливалась слезами.

В мутном этом состоянии, забыла, что можно просто взять такси и добраться до Грохольского переулка быстрее, но разум отказывался думать о чем-то другом, кроме Клима. Да и денег не было с собой! Выскочила в чем была — форменное платье лавки и легкие балетки без каблука. С собой только телефон, который сжимала Полечка в холодной ладошке.

Перед сквером больницы, она остановилась. Просто застыла, не решаясь войти в воротца. Стояла, тяжело дыша, и боялась. Боялась так, как никогда и ничего в жизни.

— Господи…прошу… — и снова побежала, выискивая глазами, полными слез, приемное отделение.

Клима она увидела сразу! Он стоял вместе с семьей, лицо в царапинах… Полечка даже не стала думать, бросилась к нему с громким криком.

— Клим!!!!

Женька обнимал брата за плечи, не в силах говорить. Клим спас его, прикрыл собой, мгновенно отреагировав на угрозу. Если бы не этот кошмарный бросок на пол, Женьку бы сейчас вынимали из покореженного авто по кусочкам. Им крупно повезло, что по встречке никто не несся с бешеной скоростью, а потому один удар от старого жигуленка машина Клима выдержала легко. Шофер их оказался мастером и быстро вырулил, сбросив скорость, хоть и ударился недурно о руль. Старшенького хорошо приложило, но обошлось без тяжелых травм — царапины и ушибы, вот и все.

— Мам, честно, если бы не Климентий, я бы того… — Анна Ильинична, кидалась обнимать сыновей, потом мужа, и все снова.

Андрей Петрович, бледный еще после пережитого ужаса, стоял рядом с семьей и мысленно произносил одно только слово: «Спасибо». Кого благодарил? Он и сам не знал, может и Бога…. До этого дня не верил.

— Боже мой… Клим…Женечка…. — Анна Ильинична, утирала слезы, но уже готова была смеяться от радости. — Ой, Полина же!! Я ее напугала.

Достала телефон, но в этот момент услышала крик — громкий и какой-то отчаянный.

— Клим!!!!

Обернулись все. Полечка бежала к ним, волосы ее спутанные, пушистым флагом вились за спиной.

Женька обрадовался, увидев ее, и сначала не понял, почему она брата звала. Дернулся к ней, но встал, как вкопанный, когда увидел, что Клима швырнуло навстречу Полине.

— Клим!! — она влетела в его объятия и заплакала громко. — Как ты?! Где болит? Все в порядке? Клим….я думала ты умер.

Видел Женька сейчас то, чего не видел никогда. Лицо старшего брата, сумасшедшее, отчаянное и ….влюбленное? Он схватил Полину в объятия, приподнял и шептал или бормотал…

— Что ты….Ну что ты….Все хорошо. Я в порядке, Поль. — Целовал ее заплаканное личико. — Не плачь, девочка моя любимая. Я жив. Все…уже все хорошо.

Женька понял совершенно четко, им сейчас ни до кого. Сознание отказывалось принимать эту истину, сопротивлялось ей.

— Кwим…. — Полечка обняла Клима за шею, он наклонился к ней и целовал так нежно и долго, что Женьке стало больно. Физически, анатомически, морально, духовно.

Отец и мама молчали, наблюдая за детьми. Андрей Петрович удивлен не был, смотрел так, будто все уже знал, и это не укрылось от Анны Ильиничны.

— Андрюш… — прошептала тихо мужу. — Что это?

— То самое, Ань. Любовь называется. Ты….это…отойди-ка в сторонку.

Мудрый взрослый человек сразу понял, что ничем хорошим это не закончится сейчас. Он прекрасно видел, что было нарисовано на лице младшего сына, а потому готов был ко многому. Он неплохо знал обоих своих сынищ и готовился к ….драке. Ни больше, ни меньше.

— Отойти? Андрюш…. - и Анну Ильиничну осенило.

Сразу занервничала, но все же, не могла оторвать глаз от Клима и Поли. Она не предполагала в своем старшем сыне таких эмоций и такой нежности. А Поля просто убила! Нереальная, огромная разница в отношении к Жене и к Климу — этого не заметил бы только слепец. Девочка любит и очень сильно.

Мысленно помолившись, Анна Ильинична последовала совету мужа и очень вовремя. Женька выдал зло и громко.

— Девочка ТВОЯ ЛЮБИМАЯ? — Клим и Поля очнулись, обернулись оба к семье.

— Жень…я объясню. — Клим опустил Полечку на землю и аккуратно задвинул ее себе за спину. — Я давно хотел рассказать тебе все, для того и просил о встрече.

— Давно? Правда? Все это уже долго длится? — Женька надвигался на Клима, тот и не думал отступать.

— Жень, я виноват. Я объясню… — Женька не выдержал!

Подскочил к Климу и ударил его — зло и отчаянно — по лицу. Брат даже не подумал сопротивляться, принял удар с завидным спокойствием, словно заслуженное наказание. Слегка покачнулся, но с места не сдвинулся и продолжал смотреть прямо в глаза младшего.

Анна Ильинична охнула, подалась к сыновьям, но была остановлена крепкой рукою мужа. А вот Полечку никто не остановил.

Девушка вышла из-за спины Клима, в слезах и ужасе.

— Нет!!! — крикнула громко, прижала руки к груди. — Не надо, Женя! Это все я….все из-за меня!

Клим попытался схватить ее за руку, но она ловко увернулась, сделала шаг от него.

— Простите меня. Я виновата во всем. Женечка, я должна была рассказать тебе все, но я очень боялась. Я полюбила вашу семью, и мне страшно было потерять всех вас. У меня такой крепкой семьи нет! И никогда не будет!! Вы все вместе и любите друг друга! А я все испортила!! — кричала. — Клим ничего не получится! Не надо! Вы братья и это навсегда! А я …была и забудусь! Не надо! Мне ничего не надо!

Развернулась и побежала прочь.

— Полина! — Клим дернулся за ней, но Женька схватил его за плечо и развернул к себе.

— Я с тобой не закончил! — младшему сказать было нечего, но хотелось сделать больно, вот и не отпустил за Полей, хотя и понимал — для Клима это важно.

— Пусти. — Этого Климова голоса боялись все, Женька тоже, но сейчас адреналин просто стер страх.

— Пустить? Она сказала — ты ей не нужен. Ей ничего не надо. — Сделал, все же, больно и получил от Клима мощный удар по скуле.

Женька схватил Клима за ворот рубашки, дернул так, что ткань разошлась, и сжал кулак, занося его для нового удара.

— Стоять! — Андрей Петрович… — Разошлись оба в разные стороны! Я кому сказал, щенки! Устроили драку на глазах у матери и Полины. Позорище! Хотите драться, валите отсюда подальше, ко всем чертям.

Подошел к сыновьям и втиснулся между ними. Те же руки воинственные разняли, но буравили друг друга страшными, ненавидящими взглядами.

— Пошли вон отсюда.

Женька в сердцах сплюнул, развернулся и ушел. Клим стряхнул с себя отцовские руки, кивнул матери и побежал догонять Полю.

Несся быстро, но выскочив за воротца больницы, не увидел ее. Достал телефон, чудом уцелевший после аварии, включил его и начал звонить. Она была вне сети… Клим побежал к лавке.

Анна Ильинична, стояла и смотрела на мужа.

— Андрей, ты знал все? — впервые в жизни муж утаил от нее нечто важное.

— Догадывался, Анюль. Ты… — сделал шаг к жене, а та отстранилась, обиделась и тоже пошла к воротам.

Андрей Петрович остался один и подумал, что впервые семья разошлась в разные стороны. Родители и дети разбежались, рассыпались, не в состоянии понять и услышать друг друга. Полину он тоже принял в семью и, что примечательно, за нее волновался более всего. Видел прекрасно отец семейства, что девочка и его страшенький любят друг друга. Слова Полины о том, что они крепкая семья отозвались в нем двумя словами — девочка правильная. А это значит, что она своя и так будет.

Вздохнул тяжело и направился отыскивать жену. О сыновьях знал наверняка — остынут, иначе и быть не могло. Близки друг другу, любят, а стало быть поймут и примут все, что случилось.