Понедельник в матча-кафе

10. Кенгуру ждут. Октябрь / Киото

Кажется, этот цветок, от которого исходит такой сладкий, немного волнующий аромат, называется «османтус».

Я представлял его довольно крупным, раз его запах так сильно ударил мне в нос, и очень удивился, осознав, что на деле это маленькие оранжевые цветочки на кустах, растущих в каждом дворе.

Год за годом в октябре, когда я приезжаю в Японию, этот запах разносится по всем городам. Киото не исключение, и сегодня как раз первое октября. Мне, праздному австралийцу, наверное, стоит уже запомнить период цветения.

— Марк, ты впервые увидел османтус? Он, похоже, редкое явление в Сиднее, — сказал мой близкий друг. Он японец, старше меня на двенадцать лет, ему чуть за пятьдесят. Он казался довольно обходительным, но временами говорил весьма резкие вещи. По-настоящему удивительный и интересный человек.

Он называет себя Мастером. Я думал, это потому, что у него есть степень магистра в австралийском университете, но оказалось, причина в другом. Он и начальник, и галерист, и учитель, и еще много кто. Я слышал, что он даже держит кофейню в Токио.

— Ага. Приятный аромат, — ответил я, на что Мастер слегка наклонил голову:

— Да, но почему-то от него возникает немного гнетущее чувство.

— Неужели? Почему?

— Хм, сложно объяснить, но думаю, что для многих японцев это так. Запах османтуса знаменует наступление осени, поэтому с ним связана некоторая сентиментальность.

Я не понимаю японского, и Мастер всегда говорит со мной на беглом английском. Но «сложно объяснить» не значило, что он не мог перевести мысль на английский, ему просто было сложно подобрать подходящее выражение. Я не совсем понимал, почему японцы становятся сентиментальными с наступлением осени.

— А еще с давних пор османтус использовали как освежитель воздуха в туалете. Поэтому есть и такие люди, которым этот запах напоминает о старых туалетах.

— Ого! То есть вам становится грустно от наступления осени и мыслей о туалете?

Глядя на то, как я непонимающе качаю головой, Мастер выдохнул:

— А мне этот запах напоминает времена младшей школы и мою одноклассницу Тяко, с которой мы часто переписывались.

— Ясно.

— Она всегда пользовалась ароматизированной ручкой с запахом османтуса. В те времена такая канцелярия была очень популярна. Тяко писала о таких забавных вещах, как желание пожать лапку кенгуру. Я подумал, что это здорово, и ответил, что такое возможно сделать в Австралии. Мы даже вместе изучали карту Австралии и энциклопедию про эту страну. Но младшеклассники — лишь непоседы, поэтому все так и осталось мечтами, мы разошлись в средней школе, и все. Но каждый год я вспоминаю Тяко, когда чувствую аромат османтуса.

— Какая грустная история.

— И правда. Вот такая трогательная причина, по которой я стал интересоваться Австралией. Благодаря Тяко я полюбил эту страну, и даже моя работа теперь связана с ней. Но я так и не пожал лапку кенгуру.

Мы переглянулись и рассмеялись.

Уже многие годы мы с Мастером партнеры по бизнесу: оба занимаемся дизайном интерьеров. Мы не единожды виделись в Сиднее, но я был очень рад непринужденно пообщаться в его родной стране.

В середине сентября я приехал в командировку в Киото. Рабочие вопросы решились за несколько дней, но я так ждал эту поездку, что решил взять отпуск на две недели и остаться здесь.

Киото прекрасен. Мне нравилось делать разные наброски, поэтому я ходил то там, то сям. Павильон храма Бёдоин, храм Тофуку, дельта реки Камогавы, исторические улицы… Я наслаждался достопримечательностями и прогулками.

И свой последний день пребывания, то есть сегодня, я решил провести с Мастером. Спектр его интересов огромен, поэтому у него была работа и в родном Киото, и в Токио, где он проживал, а еще в других регионах страны и за границей. Я находился в Киото, поэтому, управившись с делами, он выделил для меня время за день до моего отъезда.

Мы неспешно прогуливались по городу. Аромат османтуса следовал за нами, но стоило нам завернуть за антикварный магазин, как он исчез.

— Ну вот мы и пришли, — сказал Мастер, когда мы остановились у роскошного зеленого здания. После вкусного традиционного обеда Мастер привел меня в свою картинную галерею.

Ему очень нравились мои картины, поэтому несколько лет назад он даже выставлял некоторые из них, но сам я впервые попал сюда.

Мы открыли дверь, и перед нами предстала белая стойка администратора, за которой стояла девушка. Она вежливо нам улыбнулась и поклонилась.

Галерея — вытянутое строение — снаружи казалась небольшой, но стоило зайти внутрь, и я сразу поразился ее глубине. Было в ней что-то от самого Мастера.

Мастер быстро представил меня сотруднице и, краем глаза оценив пространство с экспозицией, что-то спросил у нее. Я совсем не понимал японского, но, наверное, вопрос был о том, что говорят посетители. По ее лицу я догадался, что все хорошо.

За стойкой на стене висела большая афиша. Это была захватывающая картина с оптической иллюзией, а в углу стояла подпись: Тэруя. Сейчас в галерее открыта его персональная выставка, и множество посетителей пришло насладиться его работами.

Мужчина в белоснежной рубашке разговаривал о чем-то с посетителем посреди зала. Его спокойное улыбчивое лицо показалось мне знакомым. Это и есть Тэруя. В прошлом году он взял приз на выставке в Нью-Йорке. Согласно статье на новостном портале, у его картин много поклонников.

Мастер не продвигает тех художников, чьи работы хорошо продаются. Он умело подсвечивает еще не очень известных, но невероятно талантливых творцов. Уже несколько художников прославились благодаря поддержке Мастера.

И Тэруя один из них. Все началось с того, что он участвовал в групповой выставке в этой галерее и о нем заговорили в СМИ. После этого он стал представлять свои работы во многих местах и приобрел популярность. Открытие его персональной выставки здесь — своего рода возвращение к корням.

— Вот здорово! Всегда думаю: как вы находите таланты? — сказал я осматриваясь, на что Мастер спокойно ответил:

— Все просто. Мастерство заключается не в умении или неумении что-либо делать, а в желании что-то создавать.

И, внимательно глядя на Тэрую, добавил:

— У меня глаз наметан.

Он довольно рассмеялся. Ему неинтересно самому блистать на сцене и получать овации, он гордится и радуется, когда ему удается найти, зажечь и представить человека в выгодном свете.

— Я тебя представлю Тэруе чуть позже. На втором этаже есть переговорная, так что и кофе там попьем.

Следуя за Мастером, я зашел в лифт. Второй этаж был разделен на несколько зон, в каждой из которых располагались стол и стулья. Мы подошли к самому дальнему окну, Мастер усадил меня и попросил немного подождать.

Тут же на стене на почетном месте висела моя собственная картина. На ней акрилом был изображен ботанический сад в Сиднее, где проходила моя свадьба. Моя жена Ацуко — японка, она переводчик. Я приглашал ее поехать в Киото со мной, но, к сожалению, наши графики не совпали.

Вообще, Мастер давал зеленый свет не только художникам. Ацуко прошла тернистый путь к воплощению мечты стать переводчицей, и знакомство с Мастером на нашей свадьбе подарило ей шанс. Он порекомендовал ее одному издательству, где она поначалу получала лишь небольшие задачи, но постепенно ей стали доверять проекты покрупнее, и, наконец, она впервые взялась за перевод детской книги. Сейчас у нее в работе множество разных произведений, и еще она иногда преподает в школе.

Мастер вернулся с подносом кофе.

— Было бы здорово, если бы и Ацуко приехала в Киото, — сказал он, поставив на стол чашки.

— Согласен. Но она очень занята и передавала вам огромное спасибо. Чтобы стать переводчицей, она еще с подросткового возраста участвовала во всяких конкурсах, но никогда не выигрывала. Она даже и представить себе не могла, что действительно станет переводчицей и приобретет такой многогранный опыт. Она всегда будет благодарна вам за помощь.

— Вот и славно, — с улыбкой сказал Мастер и отпил из чашки. — Я думаю, что даже если ты получил то, чего хотел, это еще не значит, что твоя мечта исполнилась. Воплощение мечты — когда события развиваются так, что превосходят твои ожидания, становясь реальностью.

Наверное, так и есть.

Я кивнул и поднес чашку к губам. Вкусно. Чего и стоило ожидать от владельца кофейни.

Мастер положил на стол руки и весело продолжил:

— К тому же то, что Ацуко стала переводчицей, не только моя заслуга. Она смогла встретиться со мной, потому что есть ты, Марк.

— И то верно.

Я довольно улыбнулся. Здорово, если я как-то смог посодействовать воплощению мечты Ацуко.

Мастер чуть наклонился вперед и спросил:

— А как вы познакомились?

— У Ацуко со времен средней школы есть подруга по переписке, Грейс. Ацуко приехала в Сидней, чтобы с ней встретиться. Вот так мы и познакомились.

— Получается, это благодаря Грейс. Подруга по переписке… Навевает воспоминания.

Как-то Ацуко рассказывала, что посещала кружок английского языка в средней школе. Учитель, заведующий кружком, однажды принес список учеников из школ-партнеров, где и оказалось имя Грейс.

Когда я сообщил об этом Мастеру, он сказал: «Ну и тому учителю тоже спасибо». А потом нарочито многозначительно скрестил руки на груди и произнес:

— Получается, что надо поблагодарить и того, кто создал партнерство между школами для культурного обмена, чтобы потом познакомились Ацуко и Грейс…

Я громко рассмеялся и ответил:

— Ну, кто это сделал, я уж точно не знаю!

Мастер тоже рассмеялся, а потом резко посерьезнел:

— Уверен, что не знаешь? Но эти люди существуют. Чем дольше живешь, тем больше становится таких связей. Если бы хоть одна из них разорвалась, то нас бы тут не было. Каждая встреча — результат рукопожатий людей, лиц которых мы даже не знаем.

Слова Мастера поразили меня в самое сердце. Он сложил руки так, словно держал невидимую чашку, и продолжил:

— Но самое чудесное во всем этом, что люди, которые находятся на расстоянии, но связаны между собой, не знают, кого и где они осчастливят. Это прекрасно. Мои усилия вдохновили людей, о существовании которых я даже не подозревал.

Я неожиданно подумал о Тяко, которую даже в глаза не видел. О Тяко, которая писала, что хочет пожать лапку кенгуру. О Мастере, разделившем это желание. Тогда он впервые приблизился к Австралии. Возможно, Тяко — тот самый человек, благодаря которому переплелись наши с Мастером пути.

Хотя постойте.

По рассказу Мастера, сначала они пошли в один класс… Эта история не имеет конца.

Где оно, то самое «первое рукопожатие»?

С момента нашего рождения связи могут создаваться и создаваться.

Рука незнакомого человека привела меня сюда, а его, в свою очередь, привела рука такого же незнакомца. И маленькие действия этих людей пересекли время и пространство.

У меня нет «наметанного глаза», как у Мастера. Но все же.

— Вот мое рукопожатие.

Я протянул Мастеру правую руку.

Мастер заговорщицки улыбнулся и ответил тем же. Я вкладывал в это рукопожатие молитву, похожую на предчувствие.

Что его теплая ладонь пожмет лапку кенгуру.