Понедельник в матча-кафе

3. Первая ласточка. Март / Токио

Я сорванец по натуре, но уже с пяти лет обожала нитки и иголки.

Однажды мама шила в гостиной. Наверное, то была отцовская рубашка, мама склонилась над ней и сосредоточенно что-то делала. Полупрозрачная маленькая пуговица. Тонкая серебристая иголка проходила ровно посередине. Шурх-шурх. Такой звук издавала белая нить, то ныряя, то снова показываясь поверх ткани.

Потрясающе! И игла, и нить, и мама, которая ими орудует. Взволнованная, я заглянула в коробку с нитками. Из круглой подушечки торчало множество игл, словно они сами собой выросли оттуда.

Булавки для наметки с красными и синими головками, простые длинные иглы. Я вытащила короткую швейную иглу и внимательно посмотрела на нее. Игольное ушко. Продеть сюда нить — и шурх-шурх…

Я случайно укололась. На мой негромкий вскрик «Больно!» мама спокойно ответила:

— Конечно больно.

Затем она положила рубашку на колени и заботливо научила меня всему — от вдевания нитки в иголку до лоскутного шитья.

Если бы мама отбирала у маленькой меня иглы со словами: «Это опасно, не трогай», то я бы никогда не открыла свой магазин нижнего белья. Я помню и ту боль, и как ее избежать.

Сколько было радости, когда мама похвалила меня за одну только удавшуюся подставку из лоскутов! А потом я обратила внимание, что стежки на манжете моей рубашки похожи на те, что были на подставке. Я так удивилась, что проверила всю одежду. На воротнике, на карманах, на подоле юбки — везде были стежки.

Маленькой мне казалось, что вся одежда существует сразу в готовом виде. Но это не так. Можно самому что-то сделать, просто разрезав ткань и сшив ее нитками! Так я попала в волшебный мир создания одежды.

Окончив колледж кройки и шитья, я работала портнихой и создателем узоров. Вот уже четыре года я владею магазином в торговом центре у реки. Бюстгальтеры, трусики, комбинации, подъюбники — каждая вещь скроена и сшита вручную.

Когда я открыла магазин, то сначала арендовала помещение в подвале. Однако два года назад на первом этаже закрылся магазин со всякой мелочовкой, и я переехала на его место. Этот шаг был рискованным, так как арендная плата заметно выросла, но решение оказалось верным. Прохожие обращали внимание на витрину, заходили внутрь, и это открыло передо мной много новых возможностей.

Очень помогло то, что клиенты часто выкладывали фотографии магазина в соцсетях, а однажды помещение и товары показали в телевизионной передаче. Так появился интерес не только к вещам, но и ко мне: журналы и газеты начали брать у меня интервью. Покупатели, которые видели меня по телевизору или узнавали обо мне из статей, приходили один за другим, и я стала не только продавать товары с витрины, но и создавать изделия по индивидуальным меркам. Продажи в мгновение ока выросли в два, а то и в три раза, и я без проблем выплатила весь кредит банку.

Давать знать о себе.

Я поняла, насколько это важно. Как бы ты ни старался сделать что-то хорошее, если о тебе не знают — тебя как будто не существует.

В магазине установлено большое эркерное окно, которое, как мне кажется, стало главной точкой притяжения. Сквозь него прекрасно видно товары, да и само оно нравится покупателям. Я даже не ожидала, что мое заведение станет настолько популярным. И конечно, его фотографии стали мелькать и в соцсетях клиентов, и в различных СМИ.

Сезон. Событие. Тренды. В зависимости от времени года я создаю новые истории в этом пространстве. Поскольку я владею магазином, то могу делать так, как мне нравится.

В первую очередь товары должны привлекать внимание. Они как бы зазывают покупателя. Витрина, украшенная цветами, обладает завораживающей магией. И этой идеей я вдохновляюсь в дизайне нижнего белья.

Больше. Чем усерднее работаешь, тем больше сил. У меня нет спонсоров. И если имя уже на слуху, нельзя расслабляться. Чтобы не наскучить, нужно предлагать новые товары и всеми силами заниматься собственным продвижением.

В начале марта на три дня я оформила витрину к фестивалю персиков. Розовый — основной цвет, а для контраста я добавила зеленые товары, и получилось очень по-весеннему.

Помимо этого, сегодня я подготовила новое украшение. На темно-зеленой доске, напоминающей школьную, белым мелом я написала по-английски: Graduation. Тема — «Выпускной». Как будто делаешь шаг вперед от себя прежнего.

К магазину смущенно подошла молодая девушка, за спиной у нее виднелся черный чехол от гитары. Невысокая и худенькая, но, казалось, ей совсем не тяжело с этой громоздкой ношей. Пока я рассчитывалась на кассе с клиентом, краем глаза заметила, как внимательно девушка изучала витрину. Ветер развевал ее длинные волосы. Она плотно сжала губы, словно внутренне с чем-то боролась.

Проводив взглядом мою постоянную клиентку, она неуверенно открыла дверь. Я обрадовалась, что она решила зайти, заинтересовавшись витриной, и тихонько поприветствовала:

— Добро пожаловать.

Улыбнувшись, она указала на витрину:

— А… Сколько стоит вон тот шарф с ласточками?

Я едва слышно выдохнула:

— Простите, он не для продажи.

С приходом весны ласточка улетает из родного гнезда. Черно-белая окраска напоминает школьную форму. Я подумала, что это созвучно теме выпускного, поэтому украсила витрину шарфом с принтом в виде летящих ласточек. Но шарф мой, ему уже лет десять.

— Вот как. Понятно.

— Простите, — извинилась я еще раз, но она помахала рукой, сказав, что ничего страшного.

— Я уже давно хотела зайти сюда, но все не решалась. А это просто хороший повод.

Она развернулась и стала рассматривать товары. Прямые черные волосы и гитара за спиной. В белой рубашке и черных джинсах она сама напоминала ласточку.

У меня возникли странные чувства.

По краям витрины были выставлены два комплекта нижнего белья. Первый — в пастельных, романтичных оттенках. Второй — нарядный, винного цвета. По моей задумке, это должно было олицетворять драму превращения юной девушки во взрослую женщину.

Оба комплекта очень эффектные, и я считала их большим достижением. Но эту девушку привлек шарф с черными ласточками на кремовом фоне. Я не могу его продать, но зато благодаря ему покупательница решилась зайти.

— Может, пока поставим футляр за кассу? — предложила я.

Она немного подумала и кивнула.

— Играете на гитаре?

— Да. Играю и пою.

— Так вы певица?

Она смущенно улыбнулась. И, освободившись от груза, принялась медленно прохаживаться из угла в угол, рассматривая вещи. Чтобы не давить на нее, я изредка поглядывала, параллельно занимаясь административными вопросами.

Вдруг она повернулась ко мне и спросила:

— А что значит P-bird в названии магазина? Вы же раньше располагались в подвальном помещении, я не путаю?

— Что? А, да.

— Я приходила в день открытия. А сейчас случайно шла мимо и обратила внимание на новую вывеску.

Я удивленно посмотрела на нее. Неужели?

— Так вы мой самый первый клиент? Прошу прощения. Спасибо вам.

— Что вы, я тогда ничего не купила… Поначалу было мало товаров. И витрина тоже была простенькая.

От этих слов мне стало неловко. Когда я только открыла магазин, совсем не умела преподносить товар так, чтобы клиенты захотели что-то приобрести. В то время я плохо понимала, как привлечь людей, навыков и идей для демонстрации лучших моделей не хватало. Наверное, таких клиентов, как она, — кто редко приходил, а потом и вовсе пропадал, — было много.

Однако следом она сказала то, что поразило меня в самое сердце:

— Я тогда и правда захотела кое-что купить. Бюстгальтер и трусики. Абсолютно белый комплект, без узоров, только на правой чашке лифа было одно белое крылышко.

Понятно. Тот комплект.

Я молча продолжала слушать ее.

— Когда я взяла его в руки, почувствовала, с какой заботой он был сделан. Я подумала, что этот магазин очень хороший, ведь здесь думают не только о том, что наденет человек, но и о его ощущениях.

Я слушала с замиранием сердца и едва не расплакалась. Тот комплект действительно был выставлен в день открытия.

В тот день перед самым закрытием пришла мама с дочерью-старшеклассницей. Они рассматривали товары и довольно громко переговаривались.

— Как тебе этот?

Мама взяла в руки белый лиф. Девушка мгновенно скривилась и сказала:

— Ой, слишком просто!

— Пусть это и ручная работа, но нельзя же делать что-то настолько непритязательное, — поддержала ее мама. — А эти трусики? Как для детсадовцев.

Они рассмеялись, положили комплект на полку и ушли.

Оставшись одна, я подняла белые однотонные трусики, которые с презрением бросили. Пальцы слегка дрожали.

Мягкие трусики из натурального хлопка. Кажется, я учла каждую мелочь, когда шила их. Чтобы не чувствовались швы, чтобы не давила резинка. Таким же был и бюстгальтер. Я продумала его так, чтобы он не сдавливал грудь, а поддерживал ее, не доставляя дискомфорта. Вот почему я решила обойтись без отделки. За исключением вышитого крылышка. Вышивка была выполнена добротной шелковой нитью с перламутром, которую я так старательно выбирала.

Однако для клиентов это оказалось недостаточным. Возможно, комплект и правда простоват, чтобы его хотелось купить. Скорее всего, те мама и дочка даже не заметили вышитого крылышка.

Нельзя создавать что-то только по своему вкусу. Если оно не продается, то в этом нет никакого смысла.

Я убрала тот комплект с полки. И подумала, что надо усерднее учиться. Учиться делать такой дизайн, который заставит всех ахнуть, оставаясь при этом удобным в носке.

Девушка еще раз пробежалась глазами по магазину и чуть склонила голову.

— Когда вы переехали на первый этаж, атмосфера немного изменилась, поэтому я не решалась зайти.

Я ощутила, как сильно сжалось сердце.

О чем сейчас все мои мысли? Как бы сделать витрину понаряднее и привлечь клиентов? Это, конечно, необходимо, чтобы магазин продолжал работать, но самое важное — что я обязана делать… Разве я не должна с любовью создавать и предлагать комплекты белья один за другим?

Посетительница торопливо добавила, заметив, что я так и продолжаю молчать:

— Ой, простите, что говорю лишнее. В общем, больше я не приходила. Думала, что, может, в следующий раз. Но как-то… Считала, что для меня даже один такой комплект будет роскошью.

У меня в магазине нет вещей по заоблачно высоким ценам. Конечно, все зависит от конкретного товара, но в целом стоимость приемлемая. Тем не менее трусики можно купить и в «стоеннике»[6], и тогда мои товары действительно могут показаться дорогими. Многие клиенты покупают белье в подарок. И для меня большая честь, что его преподносят кому-то очень важному.

И мне кажется, что под «роскошью» девушка имела в виду не только деньги.

Но…

— Я невероятно рада, если клиент считает нижнее белье, созданное мной, роскошью.

Нижнее белье имеет прямой контакт с кожей. Это самый интимный предмет гардероба. Именно потому, что его так просто не продемонстрируешь, я хотела, чтобы его выбирали тщательнее. Чтобы им дорожили. Правильное нижнее белье — надежный друг в любой день. И я хочу, чтобы клиенты гордились тем, что носят его. Потому что они достойны такой роскоши.

Но я забыла об этом.

Я пошла на склад и достала из глубины картонную коробку.

В ней лежал тот самый белый комплект. Он был заботливо завернут в упаковочную бумагу. В душе я испытывала к нему необыкновенную нежность.

Когда я принесла его, девушка с восторгом воскликнула:

— Да! Это он!

— Примерите?

Она радостно кивнула. Затем из примерочной показалось ее улыбающееся лицо.

— Выглядит хорошо!

Я надела белые перчатки и, извинившись, приоткрыла шторку, чтобы посмотреть. В целом все было неплохо. Но клиентке будет удобнее, если немного уплотнить боковины, чтобы чашка плотнее прилегала к коже.

— Дайте мне пять минут. Чуть-чуть подгоню под ваш размер.

Серебряная игла, белая нить.

Я о многом размышляла, подшивая лиф инструментами, которые заставили меня трепетать в пять лет.

Когда я открыла магазин, у меня было огромное желание работать, но уверенности не было и в помине. Я зависела от мнения каждого клиента.

После того как я переехала на первый этаж и встала на верный путь, думала, что неожиданно все пошло как по маслу.

Но оказалось — наоборот.

Я смогла продолжить работать не потому, что показалась на поверхности. А потому, что есть те, кто заприметил меня, пока я была внизу. Те, кто понял вещи, которые я самозабвенно создавала. И что больше всего на свете я люблю шить нижнее белье. Поэтому спустя два года я стала опытнее и смогла придать вес вновь открывшемуся магазину.

Ведь я усердно работала, пока была в подвальном помещении. И радовалась даже в тяжелые времена. Потому что мой магазин с самого начала существовал, хоть и не для всех.

После второй примерки девушка, краснея, сказала:

— Потрясающе! Сидит идеально! Мне так комфортно!

Этот белоснежный комплект, который я до этого выставляла на витрине лишь раз, замечательно смотрелся на девушке. Словно он с самого начала предназначался ей.

Так оно и было.

— …Может, мне тоже пора выйти в новую жизнь? — тихо сказала она, стоя у кассы, пока я пробивала покупку.

Не успела я что-либо ответить, как она с улыбкой добавила:

— Так, мысли вслух.

Наверное, у нее сейчас происходят важные события в жизни.

Не глядя на девушку, я сказала:

— Выпускной — это не конец, а следующая ступень, когда осознаешь все, что сделал до этого, и можешь поблагодарить людей, которые все это время поддерживали тебя.

Она вдруг посмотрела мне прямо в глаза.

Я тоже сказала, что просто размышляю вслух, улыбнулась и отдала ей пакет с покупкой.

— Приходите еще, скоро новая коллекция.

Она водрузила на спину футляр с гитарой, я открыла ей дверь, и она ушла.

Я поклонилась девушке вслед. Спасибо. За то, что она познакомилась с бельем. За то, что оно ей понравилось.

Интересно, какие песни она поет?

Стоя на улице, я наблюдала за тем, как в небе летает одинокая ласточка.

Сильный порыв ветра. Точно попутный. Особенность этого времени года.

Я глубоко вздохнула и потянулась.

Вот и весна. Для меня и для вас.