После 2050

Глава 10

Оставшиеся дни полёта к «чёрным дырам» мы провели более спокойно и дисциплинировано: поочерёдно дежурили командирами корабля, сдавали тесты на знания правил и инструкций, проводили исследования и эксперименты, а также знакомились ближе друг с другом для создания пар, хотя некоторые члены команды уже были парами до начала полёта.

Я тоже старался продвинуться в амурных делах и всё больше уделял времени общению с Кэти. Вчера мы с ней обсуждали возможность развития новой человеческой цивилизации в других звёздных системах с непривычными биологическими условиями, а также затронули вопрос воспроизводства людей, о том достаточно ли будет сформировавшихся среди нас пар для сохранения человеческого рода. И она, конечно же, понимала про потенциальность нашей пары, но, как приличная девушка, виду не подавала.

Настал день, когда мы подошли к безопасным границам двух «чёрных дыр»: GBH-2062-01 и GBH-2062-02. Командование кораблём и непосредственно операцией взял на себя я.

— С чего начнём, Говард? — спросил Бен.

— Для начала измерим энергетические потенциалы этих двух монстров и силу, с которой они воздействуют друг на друга. Потом произведём некоторые настройки приборов и опробуем возможность подчинения их мощи, — ответил я.

— А если мы в чём-то ошибёмся и окажемся в поле их влияния, у нас будут шансы на выживание? — спросила Мишель Бентиштайн.

— Шанс всегда есть, но иногда он бывает настолько мизерный, что сводится к нулю, — отшутился я. — Но не беспокойтесь! Я думаю, что мы справимся, ведь у нас новейшее высокотехнологичное оборудование.

— А мы и не беспокоимся, — сказал Майк Пейн. — Мы все подписались на это, и будем идти до конца. Начинаем, Говард! Вперёд же!

— Спасибо, Майк. Прошу всех занять свои места и приготовиться к возможным перегрузкам.

Все члены миссии разошлись по своим местам, и я запустил процесс сканирования «чёрных дыр». Результаты сканирования оказались поразительными — мы в тысячи и тысячи раз недооценивали мощь чёрных дыр. Но нам это стало только на руку, так как нам и нужна была колоссальная энергия для преодоления запредельных расстояний.

БИИ настроил алгоритмы преобразователя, исходя из полученных данных, и взял пробу энергии с первой «чёрной дыры». Эту пробу сразу же направили в преобразователь — и да, наш корабль оказался в нескольких футах от своих предыдущих координат. Я очень обрадовался, что преобразователь выполняет свои функции, но вот что он покажет на огромных энергиях, нам ещё предстояло узнать.

— Хочу сообщить, — обратился я к членам команды, — что пробный прыжок в пространстве увенчался успехом. Теперь нам предстоит совершить исторически значимое действие — искривить пространство в миллионы световых лет. Надеюсь, мы вскоре увидим то, что видели только в фантастических фильмах… Ну и в наших снах. Не знаю, кто как, а я точно видел это во сне. Сейчас и сравним. Готовы?

— Да!

— Готовы!

— Не томи душу, Говард. Давай сделаем это скорее!

— Хорошо. БИИ, с расчёта пробы количества энергии на пройденное расстояние осуществить новый забор энергии с «чёрных дыр» GBH-2062-01, GBH-2062-02 и направить её в преобразователь для преодоления шестидесяти семи миллионов световых лет к планете Greenwater-532b.

— Выполняю, мистер Битти, — ответил БИИ. — Начинаю процесс аккумулирования энергии с использованием преобразователя.

БИИ запустил процесс. Две «чёрные дыры», пожирающие уже полумёртвую тройную звезду, вдруг начали медленно и как-то неестественно выпучиваться в нашу сторону, при этом постепенно ускоряясь. Остальное случилось в считанные секунды. Визуально мне показалось, что всё пространство вокруг стало смещаться, и это напоминало сложение листка бумаги пополам. По сторонам звёздная картина сворачивалась, словно сегменты в старинном калейдоскопе. Всё это сопровождалось многочисленными вспышками, причиной которых, как мне показалось, были столкновения между собой галактик, звёзд и других космических объектов из-за скручивания пространства. Но столкновений на самом деле не было, так как пространство искривилось только для нас — скорее всего, произошли какие-то эффекты иллюзии или перестроение реальности сознания. В последнее мгновение все люди и предметы вокруг превратились в волны, состоящие из многочисленных растянутых полосок, и тут же всё вернулось в исходное состояние. Полная тишина. Мы стали разглядывать себя и друг друга. Все целы и в полном порядке.

— БИИ?.. Доложи обстановку, — с дрожью в голосе сказал я.

— Местоположение корабля: спиральная галактика NCG 3079 созвездия Большая Медведица, система звезды Эпопея, шестьсот двадцать пять миль от планеты Greenwater-532b.

Услышав это, все ринулись посмотреть, что там снаружи. За бортом виднелась планета с преобладающим зелёным цветом. Исходя из расстояния до неё, можно было предположить, что она совпадает с размерами Земли. Освещена была планета довольно яркой звездой, но не особо крупного размера – об этом нам сообщил БИИ.

— Красотища! Какой яркий изумрудный цвет! — изумлённо воскликнула Кэти.

— Надеюсь, на ней возможна жизнь, и она нас встретит доброжелательно, — сказал Бен.

— Ну что, народ! Пока подрейфуем здесь и отдохнём или сразу осуществим высадку на планету для разведки? — спросил я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Давай сразу в бой! — предложил Майк. — Поотдыхали уже целых две недели.

Все члены команды кивнули согласием, а я дал указание БИИ просканировать планету и найти твёрдую поверхность для высадки.

БИИ сообщил, что сорок четыре процента поверхности планеты занимает твёрдая кора, температурный минимум — минус восемьдесят градусов по Цельсию на полюсах, а максимум — плюс шестьдесят на экватор. Было решено, что надо незамедлительно выходить на орбиту Greenwater-532b и спускаться на её поверхность с помощью челноков.

Первоначально для разведки направились дроны, которые определили состав планетарной коры и атмосферы. Мы обрадовались, когда узнали, что концентрация азота и кислорода в воздушной смеси этой планеты примерно такая же, как и на Земле — кислорода всего лишь на один процент больше, а азота на полтора процента меньше, что вполне приемлемо для дыхания человека. Сразу после проверки дронами спустились два челнока по четыре человека в каждом. В одном челноке находился я с тремя членами команды: Кэти, Бен Ли и Мишель Бентиштайн, а во втором: Майк Пейн, Изабель Хольм (специалист по экстремальному адаптированию), Махмуд Кристоферсон (тренер школы выживания), а также Янь Клинь (совсем юная геолог-разведчик).

Совершив посадку на поверхность планеты, первым наружу через шлюзы челнока вышел я, и на всякий случай в надетом скафандре ЛПС. Ступая с подножки на внеземной грунт, мне сразу же вспомнились слова Нила Армстронга на Луне: «Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества». Я ни в коем случае не сравнивал себя с Нилом — он был первопроходцем иных небесных тел. Но всё же я понимал, что мой шаг может стать началом единственного спасения для человечества, и в этом было что-то, вызывающее мурашки на коже.

Я твёрдо стал на грунт и огляделся. Местом посадки оказалась широкая, насыщенная зелёным цветом, лужайка. Под ногами некое подобие травы продавливалось так, будто ходишь по живым червям. Индикатор на шлеме показал, что окружающий радиационный фон не представлял угрозы, а воздух был приемлемый для дыхания, поэтому я разгерметизировал свой скафандр. Сквозь образовавшиеся щели в скафандре зашёл приятный, влажный и немного ароматизированный воздух зелёной планеты. Я полностью снял шлем, потом вдохнул воздух полной грудью и, выдыхая, почувствовал, что он немного опьяняет — стало так легко и беззаботно, напряжение и состояние стресса улетучились. После второго глубокого вдоха самочувствие моё нормализовалось.

— Челнок-один, Челнок-два, приём, — сказал я в передатчик.

— Челнок-один на связи.

— Челнок-два на связи.

— Выходите. Здесь комфортно и безопасно.

— Принято.

— Принято. Выходим.

Со второго челнока вышел Майк в скафандре, но уже без шлема, а остальные вышли с надетыми шлемами.

— Снимайте шлемы, дышите и не бойтесь, — сказал я с улыбкой. — Вы же видите, что я дышу, и со мной всё в порядке. Вон и Майк без шлема тоже.

— Мы видим, но нам как-то боязно. И трудно осознавать, что есть такое место, кроме нашей Земли, где можно свободно дышать, — сказала юная Янь, но всё же стала снимать свой шлем. — Да, действительно… Мне кажется, здесь воздух даже лучше, чем на Земле — такой, немного сладковатый вроде.

— Отличный воздух, — вымолвила своим прекрасным певчим голосом Изабель, которая уже тоже сняла шлем. — Я чувствую, что адаптируюсь здесь, и у меня пропадает волнение.

Все оставшиеся тоже сняли шлемы, начав глубоко и медленно вдыхать воздух.

— Прекрасное начало! — воскликнул Бен. — Я надеюсь, что с такими замечательными предпосылками, и в остальном нам повезёт на этой планете.

— Раз мы уже на планете, где можно твёрдо стоять на ногах и дышать без затруднений, то считаю целесообразным сообщить об этом на Землю, — предложил Майк.

— Кстати, хочу сразу прояснить, к чему привёл результат нашего прыжка в пространстве, — начал я. — Все мы помним с малолетства, что в обозримой Вселенной пространство неразрывно связано со временем. Так вот, хочу поздравить нас всех — совершая этот прыжок, мы попали в прошлое на шестьдесят семь миллионов лет назад.

Глядя на лица ребят, я заметил, что все (ну кроме невозмутимого Майка) неприятно удивились этой новости.

— Да ладно! А почему именно назад, а не вперёд, в будущее? — поинтересовался Махмуд.

— Пока непонятно. Но есть старая гипотеза о том, что куда бы объект ни направлялся со скоростью света или более таковой, он обязательно попадёт в прошлое на количество земных лет равное расстоянию в световых годах. То есть мы прибываем сюда с Земли и одновременно попадаем в прошлое на шестьдесят семь миллионов лет. Потом возвращаемся отсюда на Землю и ещё шестьдесят семь миллионов лет назад отматываем. Шестьдесят семь и шестьдесят семь — в сумме на сто тридцать четыре миллиона лет в прошлое. И если последовательно совершать прыжки со скоростью не меньше световой, то суммарно можно возвращаться на миллиарды лет бесконечно в прошлое, и только в прошлое.

— Как бесконечно? — возмутился Махмуд. — Настолько бесконечно, что можно добраться до самого начала начал?

— Не забывай, Махмуд, у времени нет ни начала, ни конца, — уточнил Бен.

Присутствующие члены команды ну уж совсем поникли (опять же, кроме Майка). Стало видно, что их уже не радовала первоначальная удача на новой планете — все задумались о своих родных и близких, оставшихся в бункере на Земле.

— Но есть и хорошие новости! Мы можем отправить сообщение на Землю, и оно придёт как раз через шестьдесят семь миллионов лет, в то время, из которого мы вылетали. Для этого надо отправить сообщение с немного меньшей скоростью — с меньшей всего на ничтожную долю скорости света, — весело сообщил я.

— Ух, Говард! Сначала напугал, а теперь вроде как успокоил! — воскликнула Кэти. — Значит, всё-таки есть выход вернуться в наше настоящее время!

— Выход-то есть, но не для нас. Этот метод действует при движении только ниже скорости света, а наши организмы не приспособлены жить по шестьдесят семь миллионов лет, — грустно сказал Бен.

— Ой, а об этом я и не подумала. Мы так быстро прилетели сюда, что я не сразу сообразила о количестве времени на обратную дорогу при озвученном методе.

Кэти опять расстроилась, и слёзы потекли у неё из глаз. К ней подошла Мишель, обняла её и стала успокаивать. Наверное, мне надо было первым подойти к ней и успокоить, но моя робость к противоположному полу застопорила меня. Тогда я решил скорее реабилитироваться перед ней и сообщил, что сделаю всё возможное для возврата на Землю, чтобы забрать остальных людей.