Повседневная медицина в мире монстродевушек

Глава 17 Одержимость как средство мести

Для выполнения моего плана мне нужно вернуться к Ярославе. Для этого приходиться чуть вернуться и найти замаскированный проход через внешнюю стену, который, наверное, используют контрабандисты и зверолюды для вылазок на охоту и других дел. Ясное дело, что каждый раз выстаивать очередь в воротах и доказывать свое право на проход, а еще и пошлину платить никто в здравом уме не станет. Присоединяюсь к числу разумных, спускаясь по ступенькам в канаву, ведущую на ту сторону стены, прямо в ров с речной водой. Здесь уже есть узенький, но крепкий мостик, которым, очевидно, до сих пор пользуются, на что указывают свежие грязевые отпечатки ног. Патрули, находящиеся на верхней поверхности стены, не видят того, что здесь творится из-за низко нависающей кровли, поэтому мне удается беспрепятственно добраться до леса. Вскоре добираюсь и до Ярославы, которой рассказываю новости и посвящаю в свой план.

Как и ожидалось, та в полном восторге от предстоящих событий и шустро забирается в карман. Вытаскиваю спрятанный сервиз, кидая его в инвентарь, и возвращаюсь прежним путем обратно. В особняке ничего не изменилось — красные точки все так же пестря на радаре. Киваю вынырнувшей наружу Ярославе, давая разрешение на охоту. С хищной улыбкой, больше похожей на оскал, ты ныряет прямо через двери, принимаясь атаковать врагов.

Точнее, питаться ими.

Ни для кого не является секретом тот факт, что монстры часто пожирают друг друга, чтобы стать сильнее. В случае с нежитью дело обстоит похожим образом. Опытный некромант может уничтожить слабого слугу, чтобы передать его энергию тому, кто ее заслуживает. Таким образом увеличив его силу и умения. А учитывая то, что для Ярославы я был кем-то вроде того же некроманта, хозяина с правом хвалить и приказывать, девушка полностью доверяла мне в любом вопросе. Особенно в том, который касался ее прокачки и усиления. Случай с душами разбойников послужил тому прекрасным примером. Поэтому я и привел ее сюда, специально для того, чтобы прокачать девушку-призрака. Сильный преданный воин, пусть и класса нежити, никогда не помешает. Тем более, когда халявная энергия так и просится быть поглощенной.

Внутри величественного особняка оказалось море блуждающих огоньков — потерянных душ разумных, потерявших память и разум, но сохранивших ненависть, злобу и вечный неутолимый голод. Это были слабые, но довольно вредные враги, которые могли ослабить, усыпить, проклясть, наслать болезнь, высосать жизненную энергию и добавить кучу неприятных вещей и даже убить. Но только если имели дело с неподготовленным авантюристом. Даже самое слабое противодействие в виде брызг святой воды, очищения или другого заклинания против нежити низкого уровня легко могло их отогнать или даже развеять. Но также они содержали много темной энергии, ведь именно из них начинается эволюция в духов выше уровнем. Ярослава чудесным образом миновала эту стадию, сохранив память и разум, но такое встречается довольно редко. И сейчас это множество блуждающих огоньков, собранных внутри особняка, представляли собой в глазах моей подруги-призрака то же самое, что для голодного человека лавка, полная вкусных пирожков!

Плюс ко всему, они не сопротивлялись ей и не пытались бежать, даже когда та поглощала одного на глазах других. Ведь Ярослава тоже являлась нежитью и состояла из той же энергии!

Таким образом, буквально через десять минут особняк был полностью очищен. Радар был девственно пуст, не считая огромную зеленую точку, расположенную прямо передо мной. Открыв двери дома, шагнул внутрь, увидев перед входом довольное и толстое привидение. Довольная Яра разлеглась прямо на полу, смешно выпятив объемный тускло светящийся животик.

— Я та-а-ак натрескалась! — довольно рыгнула она. — Ох, спасибо, Магнус! Ты — лучший! Я с тобой чувствую себя тако-ой живой! Ох, спать так хочется…

— Эй, погоди-погоди! — всполошился я. — Лети наверх куда-нибудь подальше, на чердак, например и спи там на всякий случай. Вдруг кто зайдет?

Яра не стала спорить, шустро упорхнув прямо через потолок. Не то, чтобы я собирался сюда кого-то притащить, но если и обустраиваться, то только здесь. И здесь же нужно мне нужно будет работать. Теперь-то понятно, почему никто не разграбил это здание: блуждающие огоньки отпугивали всех желающих поживиться за чужой счет. Это с моей точки зрения они не представляют угрозы, а обычные разумные боятся всего, что связано с потусторонним миром и те же заблудшие могут представлять для них угрозу. А опытные авантюристы сюда не заглядывали.

Я прошвырнулся по этажам, бегло осматривая комнаты и был сильно удивлен. Такое впечатление, что сюда вообще никогда не заглядывал с того дня, как съехали последние хозяева! Хотя, если вспомнить невероятное количество заблудших душ в особняке, можно предположить, что здесь некогда было логово каких-нибудь сектантов, проделавших массовое жертвоприношение или самоубийство. Иначе объяснить появление столь огромного числа духов попросту не представлялось возможным. В любом случае мне, считай, даром достался огромный трехэтажный домище, ранее принадлежавший какому-нибудь богатому дворянину.

В огромной библиотеке сохранились все книги! В гостевой — фамильное серебро и столовые приборы! Ковры, люстры из множества свечей, кровати с балдахинами, шкафы, полные различной одежды, картины на стенах… Все это говорило об огромном достатке бывших хозяев. А толстый слой пыли на всем, куда только не падал мой взгляд, ясно показывал, что их возвращения можно не ждать. Впрочем, даже если бы сейчас заявился нежданный наследник этого богатства, ему пришлось бы попотеть, доказывая свое право на дом. Или я мог попросить Яру помочь мне заново «проклясть» особняк. Думаю, девица бы с удовольствием согласилась бы мне помочь и развлеклась к вящему неудовольствию наследничков.

А пока что этот особняк стал моим домом и местом будущей работы. Пожалуй, стоит пригласить сюда желающих поселиться в хорошем доме и способных помогать по хозяйству. Думаю, что семья моих новых ушастых знакомых не будет возражать против переезда. Заодно дадим рекламу о новом целителе…

Нет, называть себя целителем опасно. Если те, кого я разыскиваю, прознают о новом загадочном лекаре, то наверняка решат проверить его. Моя легенда рухнет и все пойдет насмарку. Придется соблюдать максимальную осторожность. Буду делать вид, что я — обычный знахарь или травник, а при лечении использовать самый минимум… Впрочем, видно будет.

Но прежде чем возвращаться к девушке с экзотическим именем Кончита и ее семье я не спешил. Нужно было осмотреться, благо времени у меня хватало. Я продолжил путь вокруг третьей стены, стараясь держаться подальше от любых подозрительных личностей и попутно фиксируя путь. В целом заблудиться тут было сложно: вокруг были руины, пустыри и брошенные заросшие сады. Можно было смело разбить тут землю под пашню и собирать неплохой урожай, тем более, внешняя стена прекрасно защитила бы от нападений монстром. Правда, оставались еще чудовища в образе живущих тут людей… Думаю, не мне первому приходила в голову идея заняться этими ничейными землями, но наверняка существовал какой-нибудь грабительский налог или право собственности, из-за которых они так и стояли никому ненужными.

«И сам не съем и не дам никому», — тоскливо подумал я, окидывая взглядом огромные зеленые лужайки. — «И ведь почва хороша, и урожай был бы неплох, но ведь мы, люди, существа подлые и завистливые! Вот придет какой-нибудь зверолюд, начнет ухаживать за землей, а когда будет собирать урожай, вдруг объявится 'владелец» и предъявит права землю… Или налог в половину всего урожая затребуют. Неудивительно, что все фермеры живут снаружи! Оно хоть и опасно, зато никому не платят!

Продвигаясь дальше, не раз натыкался на зверолюдов всех мастей и видов, ютящихся где попало и как попало. При виде одинокого наемника никто из них даже не попытался напасть или зайти за спину, что наводило на определенные мысли. Если тут и есть какие-то объединения ушастых, то от людей они стараются держаться подальше. И все же их было чертовски много. Голодные, оборванные с тоскливыми глазами они провожали меня взглядами, пока я шел мимо них. Сердце мое сжималось от боли, но я понимал, стоит мне остановиться и помочь одному, другому и набегут другие, а бросить их я не смогу. Пришлось скрепя душу идти дальше.

«Да их тут столько, что никакого Оплота не хватит!» — в смятении думал я. — «Мы-то наивные думали, что сумеем помочь всем, но тут их ведь тысячи! Ладно сейчас в Оазис идут редкие караваны, которые мы как-то разместим, но что делать с этими⁈ А ведь это только те, что живут в Столице⁈»

Дело было дрянь. До сих пор я даже не представлял, с чем придется столкнуться. Ясно было одно — защитить всех я не смогу. Но и оставлять их тут тоже было нельзя. Империя просто сожрет зверолюдов, окончательно превратит в рабов. Я должен… нет, я обязан пробиться к Императору и любой ценой выбить их него отмену рабства и послабления для зверолюдов. А если придется для этого применить силу… что же…

Уже сейчас я запросто мог снести к чертям весь Лордерон. Просто засыпать его массовыми заклинаниями. Тот же Метеоритный дождь высшего уровня, например. Сверхвысокое заклинание, доступное лишь высшим жрецам, паладинам и инквизиторам, достигшим сотого уровня. Если меня вынудят, я легко применю его, уничтожив этот проклятый город! Но как бы мне хотелось не доводить до такого!

Задумавшись, не заметил, как ноги вынесли меня в странное место: руины вокруг превратились в могильные холмики с покосившимися крестами и полуразвалившимися памятниками. Кладбище? Здесь? Кто тут похоронен? Судя по всему, сюда мало кто заглядывал уже довольно давно…

Навстречу вдруг выскочила какая-то зверодевушка с заячьими ушками. Оборванная, грязная, как и все виденные мной раньше. Не обращая на меня внимания, она прошла мимо, держась за живот и кряхтя то ли от голода, то ли от чего еще. Я чуть сбросил скорость, пристально взглянув на нее. Может, помочь хотя бы этой?

Но тут раздался чей-то мужской голос:

— Сучка! Сколько можно за тобой бегать⁈

Девушка пискнула, оборачиваясь в ту сторону и приседая от испуга. Мне в глаза бросилось выражение дикого ужаса на ее побелевшем лице. Таким взглядом обреченные на смерть встречают своего палача. К ней быстрым шагом приближался какой-то мужик в опрятном чистом камзоле. Длинные ухоженные волосы, холеное лицо, перстни на пальцах… Явно, какой-то дворянин. И чего он тут забыл?

Мужик шагает мимо, бросая на меня короткий оценивающий взгляд и тут же отворачиваясь. Похоже, я его не интересую. Он быстрым шагом подходит к зверолюдке, бьет ее по щеке, пинает уже лежащую девушку, хватает за уши, подтягивая к себе и продолжает:

— Ты нашла то, что я тебе приказывал отыскать⁈ Где мои драгоц…

Он осекается, бросая на меня подозрительный взгляд. Делаю вид, что мне плевать на происходящее, хотя внутри все кипит от ярости. Подожди, зайка, я тебя вылечу! Подожди, еще не время. Нужно отойти подальше, чтобы нас точно никто не увидел. Давай же, заведи его глубже на кладбище!

Словно услышав мои мысли, девушка-зайка неловко поднимается, держась за животик, и медленно, бочком отходит от дворянина, направляясь в центр кладбища. Мужик последовал за ней, изрыгая ругательства и время от времени отвешивая той пинка для ускорения. У бедной зайки не было сил даже пищать от боли, не говоря уже о том, чтобы нормально идти. Сам не знаю, как сдерживался от немедленного испепеления этого урода. Наверное, это была бы слишком быстрая смерть для такого выродка. Накидываю на себя маскировку, тихонько следуя за ними. Что-то мне подсказывает, что развязка происходящего совсем близко.

Странная пара добирается до самого центра, где высится древняя стела со стертыми от времени знаками. Рядом громоздятся склепы, двери которых выбиты или валяются рядом. Должно быть, их не раз обыскивали местные мародеры. Что же в таком случае они здесь ищут?

Девушка добирается до одного из склепа и показывает лапкой на проем хозяину, пытаясь что-то произнести. Но тот вновь хватает ее за уши, швыряя наземь.

— Я должен вместо тебя туда лезть, рабыня⁈ А ты мне на что⁈ Живо поднимайся, пока я тебя не убил!

Ясно вижу, как силы покидают несчастную зайку и уже готов вмешаться, как вдруг чувствую рядом что-то действительно жуткое, злое и голодное! На миникарте возникает красная точка! Совсем рядом с той парой! А потом вдруг происходит что-то, чего я до конца не понимаю, но точка исчезает и присутствие чего-то ужасного чувствуется теперь от… самой зайки. Она быстро встает, с дикой ненавистью глядя на своего мучителя. Глаза девушки полыхают багровым пламенем, на пальцах выросли ужасные когти, а шерсть стоит дыбом. Но тот не смотрит на изменившуюся рабыню, склонившись над зияющим провалом склепа.

— Чего ты медлишь⁈ — наконец, поворачивается он. — А ну быстро…

Та кидается к нему, полосуя грудь когтями. Вместе с обрывками роскошного камзола летит кровь, а тот от неожиданности, страха и боли, падает на задницу, пытаясь отползти от взбешенной зверолюдки.

— Ты… Как ты посмела⁈ — срываясь на фальцет кричит он, все еще наивно полагая, что может повлиять на нее. — Ты… напала на меня⁈ Я тебя уничтожу!

Он выхватывает из кармана свиток, собираясь то ли произнести заклинание активации, то ли еще что, но зверодевушка не дает ему этого сделать, нападая вновь. Свиток летит в одну сторону, пара пальцев дворянина — в другую. Крик того переходит в нечленораздельный визг и тут даже до такого тупого мужика доходит, что он крепко попал. Все знают о том, что зверолюди физически превосходят людей, поэтому дворянин даже не пытается ей противостоять. Зажимая здоровой рукой раненую конечность, прижимая ее к порезанной груди, он довольно быстро вскакивает и бежит прямо на меня, визжа от боли и ужаса. Он почти врезается мне в грудь, затормаживая лишь в самый последний момент. Зверодевушка могла бы легко его догнать, но, видимо, ее тело не полностью во власти чуждого духа и сама ее сущность сопротивляется вторжению. У меня нет никаких сомнений в том, что она одержима. Но это ерунда — изгнание духа из ее тела у меня не вызовет никаких проблем. Но я не тороплюсь. Сейчас он питает ее истощенное тело собственной энергией, пусть она и вызовет немало проблем при условии, если злой дух задержится в ней.

Зайка идет медленно, пошатываясь как кукла на веревочках, движется неестественно, но упрямо, влекомая собственной ненавистью к хозяину и жаждой мести злого духа. Понятно, почему он так легко в нее смог вселиться — дело не только в ее ослабевшем теле и духе, но и обобщенном желании отомстить. Вряд ли она сейчас осознает происходящее: образ дворянина сейчас слился с тем, кто когда-то навредил тому, кем при жизни был дух. Большего ему и не надо, кроме как пролить кровь живого и впитать в себя его душу.

Волей неволей мне придется встать между одержимой и тем мужиком. У меня на него свои планы, которые, впрочем, также касаются и несчастной рабыни. Ей еще можно помочь, но если я его убью, участь это рабыни будет решена.

— Ты! — восклицает мужик, когда немного приходит в себя и понимает, кто стоит перед ним. — Я тебя видел! Немедленно помоги мне и убей эту тварь! Я щедро тебя вознагражу! Вот, держи!

Он выдергивает из-за пояса туго набитый кошелек и передает мне, тут же немного расслабляясь. Принимаю плату, но совсем не по той причине, которую он себе на воображал. Просто не хочу потом обыскивать его труп. Он уже мертв, просто пока не осознает этого. Выхожу вперед. Зайка рычит от ярости, понимая, что добыча ускользает от нее и атакует уже меня. Но все ее удары не достигают цели — моя пассивная броня прекрасно держит удар. Оглушаю девушку, которая безвольным кулем сползает вниз, накладываю легкое исцеление, глядя как ее раны заживают на глазах и добавляю очищение. Духу сразу становится очень неуютно. Он пытается покинуть тело, но святая аура не отпускает его в поисках новой добычи. Усиливаю силу магии и он развеивается в пыль, теперь уже навсегда переходя в план небытия.

— Ты…. Целитель⁈ — доносится до меня удивленный голос. — Вылечи же меня! Скорее! Я кровью истекаю!

Злая ухмылка появляется на моих щеках, но повернувшись к нему, демонстрирую маску жадности.

— Мои услуги дорого стоят, — сообщаю ему. — Сколько у тебя денег?

— Вот! Вот! — восклицает тот, поспешно шаря в карманах и вытаскивая еще пару мешочков. — Забирай все, что есть! Если не хватит, то клянусь именем Бартоломью Джонса, что моя семья выплатит весь долг! Только вылечи!

— Это мало, — хмыкаю, запоминая имя. Вдруг пригодится? — Что в том свитке?

— Рабский контракт, — удивляется тот. — Хочешь забрать эту негодную зверолюдку? Ради Единого! Забирай! У меня еще есть! Хочешь, остаток долга возмещу другими рабами⁈ Исцели меня!

Киваю, отходя в сторону и поднимая свиток.

— Переписывай ее на меня.

Тот понятливо кивает и протягивает руку. Ума там много не надо — достаточно капли крови, пары слов и моего имени. Легкая вспышка — и вот на пергаменте под договором красуется имя нового хозяина зверодевушки, которую, кстати, зовут Эйя. Сразу после этого касаюсь лба бывшего хозяина, погружая того в сон. У меня на него еще есть планы. Беру его в охапку, как мешок с говном и куда более бережно беру Эйю, которая все еще пребывает без сознания, и возвращаюсь в особняк. На сегодня хватит приключений.