Он уходил все дальше и дальше от нее. Его постоянные звонки в течение дня, свежие фрукты, явно принесенные им, и его вещи в квартире давали ей ощущение, что они все еще вместе. Но виделись они редко, раз в неделю или в две, не чаще. Она не спрашивала, где он пропадает, он ничего не объяснял. В принципе, это было как в самом начале, когда они только познакомились. Без постоянных разговоров о религии, без его нотаций о ее «неправильной» жизни ей стало легче и как-то спокойнее. Но в то же время она отчаянно в нем нуждалась, она чувствовала себя одинокой и брошенной, несмотря на то, что он так же говорил об их будущей совместной жизни…
— Послушай, я хочу сказать тебе кое-что.
В последний раз она видела его около месяца назад. В основном он ей звонил. И она даже удивилась, увидев его на кухне.
— Давай, наверное, уже надо поговорить. — Она понимала, что все закончилось. Теперь им остается только пожелать друг другу счастья. «Ну и хорошо, что он понял. Так будет лучше для обоих». Но внутри все оборвалось.
— Я уезжаю в Дагестан. Я решил стать имамом. — Хасан не улыбался.
— В смысле? А как же спорт? — она была ошарашена.
— Я еще потренируюсь. Меня в Германию зовут, по боям без правил выступать, может, поеду. Но хочу стать имамом. Не вечно же я бороться буду.
— Ну да, тебе решать. Я рада, что у тебя все хорошо. — Она хотела сказать, что будет скучать по нему, что ей не хватает его, что она задыхается без него. Но сдержалась: не хотелось, чтобы он запомнил ее слабой и плачущей. Она улыбалась и делала вид, что все отлично.
— Ты можешь приехать ко мне, когда захочешь. Мы поженимся, если ты примешь ислам. Это твоя жизнь, тебе решать.
— Наверное, не судьба. Сам видишь, ничего не получается у нас. Прости меня, я не смогу. Может быть, когда-нибудь. Может быть, если мы останемся в Питере и если ты не будешь настаивать, чтобы я ходила в платке. Пожалуйста, постарайся, пойми меня. Здесь моя жизнь, я не смогу жить где-то.
— Я тебя не тороплю, подумай. Жизнь не вечна, не думай о машинах и тряпках, о душе подумай. — Он был непреклонен.
— Не уезжай! Ты не можешь меня вот так бросить! Ты не можешь отказаться от меня из-за религии, это нечестно! Мы же можем найти какой-то выход, ведь живут же вместе разные люди. — Она не сдержалась и не могла остановить слезы.
— Не торгуйся, как на базаре. Я не отказываюсь от тебя. Я люблю тебя. Ты для меня все, я хочу жениться на тебе. Я даю тебе выбор. Ты можешь приехать ко мне завтра, через год, через десять лет.
Она улыбнулась сквозь слезы:
— Через десять лет у тебя уже дети бегать будут. Ты достоин лучшей жизни и лучшей женщины.
— Мне никто не нужен кроме тебя, ты моя женщина. Я всегда буду с тобой. Перестань, не плачь, все нормально будет, есть же….
— Я не могу отказаться от своей жизни, я люблю тебя, но я не могу это сделать ради тебя.
— Не из-за меня. Ты это поймешь когда-нибудь. Сделай это для себя.
— Я не смогу без тебя… — Она не знала, что еще сказать, но понимала, что остановить его и изменить что-либо не сможет. Все было бесполезно: ее слезы, уговоры, просьбы.
— Я никогда тебя не оставлю, ты всегда будешь со мной. Что бы ни случилось… — Он закрыл за собой дверь.
Она последовала совету психиатра и месяц заливала эмоции мартини и курила марихуану.