Больше она не видела его, но его звонки никогда не прекращались. Они были не частыми, раза три в месяц, а потом еще реже. Она опять рассказывала истории своих будней, он рассказывал, что съездил в Германию на очередные соревнования. Они не говорили о религии, он лишь спрашивал, когда она приедет нему. А она, все-таки надеясь (раз он звонит, значит, скучает и никуда не денется), отвечала, что будет ждать его в Питере.
— Ты скучаешь по мне? — Его голос был теплым и родным.
— Нет, у меня много работы, мне некогда. Надеюсь, у тебя все хорошо? — нарочито весело и холодно отвечала она ему и, положив трубку, бросалась в подушки, кусая губы до крови.
Новыми тряпками, туфлями, бесконечными путешествиями и тусовками она пыталась заполнить пустоту, но ничего не спасало. «Ты никогда не будешь счастлива, и тряпками это не исправишь. Потому что у тебя в душе ад», — так теперь говорил ее лучший друг. И она соглашалась. Но изменить ничего не могла.
Ей не хватало Хасана. Его серьезности и нотаций, разговоров с ним, даже тех минут, когда он ее злил. Как будто он забрал ее душу с собой. Как будто у нее отрезали часть тела. Она не спала ночами, прислушиваясь и надеясь, что откроется входная дверь. Однажды она приехала к мечети, но зайти так и не решилась.
Она встречала его друзей, иногда звонила им, когда что-то случалось, и они всегда помогали ей.
Она звонила ему раз или два, но он скидывал ее номер и перезванивал с закрытого номера. А потом попросил, чтобы она не звонила. Но сам не переставал ей звонить.
Она решила, что он внял ее рассуждениям и женился, но никогда его об этом не спрашивала, в глубине души боясь услышать утвердительный ответ. А потом он и вовсе пропал. И она решила, что догадалась правильно. «Главное, чтобы счастлив был. Он это заслужил».
Так прошло около пяти месяцев, и жизнь стала входить в привычную колею. С улыбкой она вспоминала прошедшие пять лет, как чуть было не уехала в горный Дагестан, и поняла, что все-таки в Питере было ее место. «Все, что ни делается, все к лучшему», — успокаивала она свою легкую грусть и воспоминания о нем. Ей ничего и не осталось кроме воспоминаний: она с удивлением обнаружила, что все совместные фотографии с ее компьютера он удалил.