Явь четвертая

ДИСК С…

ИСКОМОГО ФАЙЛА НЕ НАЙДЕНО

ВИРУСОВ НЕ НАЙДЕНО

– Нет… здесь нет, – Славик измученно отодвинулся от меня, – ох, задал ты мне задачку…

– Может… этого и нет на дисках?

– Как нет… если ты эти сны видишь, значит, сидит у тебя эта гадость где-то в памяти… эти страшные сны…

– Может, это вирус какой-то?

– Ну конечно, вирус, что же еще… ты по Интернету шарился, а там сейчас какой только дряни нет, порой никакой Касперский не поможет… сейчас еще в файлах посмотрим… вот это вот что такое… а, это шахматы…

– Думаешь, эти сны можно стереть?

– Ну конечно, эти сны можно стереть… Зачем это надо, видеть чужие воспоминания какие-то?

– Чужие?

– Конечно чужие, никакие убийцы за тобой не гонялись… и никто тебя в затылок ничем не бил, не убивал… это людей убивают, а не компы…

– А я… не был человеком? В прошлой жизни?

Он передернул плечами: как это компьютер может быть человеком…

– Ну ладно, завтра еще поглядим… докопаемся мы до этого вируса, должны докопаться… А я спать пойду, куда денешься, я же человек, нам, знаешь, спать надо… если что, зови на помощь, я тут, рядышком буду…

Он ушел – я слышал, как он в соседней комнате устраивается на жестком офисном диване, годном лишь для приема посетителей. Я остался наедине с большой комнатой, с растерзанными планшетниками, с тусклым светом тусклой лампы – специально попросил Славика оставить свет, как ребенок боялся остаться в темноте. И почему-то чувствовал, что это не поможет…

Вирус… какой может быть вирус, если я помню это, как сейчас помню, и Шкловского, и Корпорацию, и кого-то темного, невидимого за моей спиной, кто клюет, клюет меня в голову, убивает… кто-то… а может, и правда вирус, вирусы, они так и действуют, сводят память компьютера с ума, заставляют помнить то, чего не было…

Радио трещало про какие-то законопроекты, регулирующие выброс отравляющих веществ… Кто-то вышел из Киотского протокола…

Загрузка...