Продавец секретов

13

Хэин моргнула несколько раз. В комнате было настолько темно, что она сомневалась, проснулась ли на самом деле. Простыни ощущались чужими, и она поняла, что находится в каком-то мотеле.

Часы на телефоне, который дал ей сонбэ, показывали 6:10. Обычно она просыпалась именно в это время. Хэин открыла браузер и начала искать новости о расследовании.

Из заголовков она поняла, что полиция преследует главного подозреваемого, выявленного по записям телефонных разговоров жертвы. Хэин не сомневалась, что этим человеком была именно она.

Совсем скоро поиски начнутся по всей стране. Ведь убили не кого-то, а самогó ассистента конгрессмена Национальной ассамблеи. Если бы список подозреваемых оказался в открытом доступе, любой бы указал именно на нее. И тогда показаний Го Санпиля уже будет недостаточно, чтобы закрыть дело.

Прежде чем ее официально объявят в розыск, Хэин нужно было найти доказательства, способные изменить ход расследования. И в первую очередь ей необходимо встретиться с женой На Тэгона. Именно она могла стать ключом к разгадке.

Хэин позвонила своему бывшему коллеге. Он ответил сразу, будто ждал ее звонка.

– О, это вы, репортер Ли, – нарочито громко произнес он, будто рядом кто-то стоял.

– Сонбэ, удалось что-нибудь узнать?

– Я пришлю тебе сообщение. В деле появился главный подозреваемый, сейчас полиция занимается его поисками.

– Я в курсе.

– Если полиция получит ордер на обыск, подозреваемый окажется в безвыходном положении. Лучше оставить этот вопрос и сосредоточиться на семье погибшего, как и планировали. Говорят, что они поженились всего пять месяцев назад, но совершенно не выглядели как молодожены.

– Вот как? Я попробую встретиться с женой Тэгона.

– Может, мне отправить кого-нибудь с камерой, чтобы все зафиксировать?

– Нет, я сама сниму видео.

– Хорошо. Если появится какая-то новая информация, обязательно дай мне знать. Не держи информацию только при себе – это может быть опасно.

– Договорились.

Хэин завершила разговор. Сонбэ был прав: если главный подозреваемый, которого ищет полиция, – единственный, кто знает настоящего убийцу, это действительно может быть опасно. Особенно если преступник – Дэён. Если ему не удастся свалить убийство Тэгона на Хэин, у него не будет никаких причин оставлять ее в живых. Это все осложняло.

Хэин схватила мобильник, будто это было оружие, способное ее защитить. Телефон внезапно завибрировал.

«Инчхон, район Чонгу, Мовон-дон 18–1, квартира 201. Соль Суён».

Хэин долго смотрела на имя. Оно казалось ей ненастоящим, словно его кто-то выдумал. По словам сонбэ, их с Тэгоном брак был зарегистрирован пять месяцев назад. Интуиция подсказывала Хэин, что разгадка всего произошедшего кроется именно в этих странных отношениях.

Она быстро оделась, вышла из мотеля и села в машину. Дорога была свободной, но путь все равно займет не меньше часа. Хэин мчалась, обгоняя редкие машины. Уже подъезжая к месту назначения, она окончательно осознала, что у Тэгона действительно была жена. Навигатор настойчиво твердил о превышении скорости.

Лишь въехав в Инчхон, Хэин сбавила скорость и начала осматриваться по сторонам. Мовон-дон – старый район, хоть почти в самом центре города, с узкими переулками и тесно стоящими друг к другу старыми виллами. Повсюду висели баннеры, возвещавшие о скорой реконструкции.

Она остановилась у дома, который указал навигатор, пробравшись по узкому переулку, где из-за плотно припаркованных машин едва мог проехать один автомобиль. Перед ней возвышалась четырехэтажная вилла, фасад которой некогда был розовым.

Как подступиться к Соль Суён, Хэин не знала. Она считала, что если просто окажется на пороге ее квартиры и нажмет на дверной звонок, это только насторожит женщину. Более того, если Соль Суён действительно жена Тэгона и в курсе его отношений с Хэин, ситуация может выйти из-под контроля.

Хэин припарковалась за другими машинами и заглушила двигатель. Заперев двери, она сложила боковые зеркала – если бы она оставила их в обычном положении, это могло бы привлечь лишнее внимание. Не зная, как поступить, Хэин решила просто подождать, пока в голову не придет какой-нибудь план. Она просто смотрела на входную дверь виллы, понимая, что даже не представляет, как выглядит Соль Суён. Но квартир в вилле было немного, и Хэин надеялась, что сможет ее узнать, если понаблюдает за теми, кто выходит.

На втором этаже было всего два окна, и в обоих не было света, словно эти квартиры пустовали. Хэин оставалось только надеяться, что квартира с открытым окном принадлежит Соль Суён. Ведь если никого нет дома, его бы закрыли. Хэин уже собиралась войти в здание и осмотреться, но быстро передумала. Если она случайно столкнется с кем-то из жильцов, все может пойти наперекосяк.

Входная дверь виллы открылась, и из нее один за другим вышли мужчина лет тридцати и женщина примерно пятидесяти. Они быстро свернули за угол, очевидно, спеша на работу – время было подходящее. После них долго никто не появлялся, и Хэин начала терять концентрацию, чувствуя, как разум подводит.

Она осознала, что последние два дня, кроме нескольких чашек кофе, ничего не ела. Для того чтобы просидеть в засаде неизвестно сколько, была нужна выносливость. К счастью, даже в этом переулочке нашелся небольшой магазин. Хэин направилась туда – необходимо было съесть хоть что-то, чтобы набраться сил.

Дэён резко проснулся от крика. День выдался ясным, но сознание все еще было затуманено алкоголем. Он выглянул в окно и оглядел переулок – вокруг было тихо и спокойно. Мимо его автомобиля проходил мужчина в костюме, он явно никуда не спешил.

Дэён понял, что звуки, разбудившие его, доносились не с улицы – это был его собственный крик. Все из-за взгляда Соль Суён, который он увидел сквозь прозрачный пакет. Он застонал. Этот взгляд казался слишком реальным, чтобы быть сном. Дэён посмотрел на свои руки и сжал губы, боясь закричать снова.

Руки были чистыми, на них виднелись лишь едва заметные царапины. В памяти всплывали обрывки – не то сны, не то фрагменты забытых событий. Он вспомнил, как снимал окровавленные латексные перчатки, вытирал ладони о штаны и осмотривал свою одежду. Следов крови на нем не было. Дэён выдохнул – видимо, это все действительно ему приснилось.

Он снова осмотрел себя с головы до ног, но так и не обнаружил ни капли крови. Он откинулся на спинку сиденья, чувствуя при этом напряжение. Вся его одежда взмокла от пота.

– Это все мне приснилось, из-за этого я весь в холодном поту… – пробормотал он, чувствуя, как тело слабеет.

Он потянулся за сигаретой, но замер, коснувшись телефона. Дэён не помнил, как выходил из машины. Телефон должен был остаться в подстаканнике или на сиденье. Холодный пот стекал по его спине.

Он достал телефон и открыл галерею. Пальцы дрожали. Последний снимок оказался нечетким, к тому же сделанным в темноте. На нем была вилла Соль Суён. Фотография была настолько размытой, что сложно было узнать, что на ней изображено, если бы здание не находилось прямо перед его глазами. Судя по ракурсу, он вышел из машины, прошелся вдоль переулка до виллы и сделал этот снимок. В окне второго этажа горел слабый свет. Дэён вспомнил, как периодически срабатывал сенсорный датчик у входной двери, включая свет, который затем гас.

При мысли об этом его вновь охватила тревога. Он быстро пролистал фотографии. Ни чемодана с расчлененным телом, ни мусорного мешка с головой Соль Суён не было. Единственный снимок, сделанный прошлой ночью, – фасад виллы, снятый снаружи.

Дэён выскочил из машины и открыл багажник. Крышка поднималась медленно, и он затаил дыхание, не шевелясь. Но внутри ничего не было. Его ноги подкосились, он облокотился на машину. Ему хотелось забежать в дом и убедиться, что Соль Суён жива. Это и впрямь могло бы его успокоить. Дэён поднял голову и посмотрел на окно ее квартиры. Оно оставалось неподвижным, словно лицо мертвеца. Когда он закрыл багажник и обернулся, в переулок въехал внедорожник. Дэён проследил за ним взглядом – машина ехала медленно, будто искала место для парковки.

Внедорожник остановился перед виллой Соль Суён, затем дал задний ход и припарковался в ряду других автомобилей. Дэён немного расслабился и уже собирался сесть на водительское сидение, но в тот же миг, заметив, как начинают складываться боковые зеркала, инстинктивно пригнулся, прячась за машиной. Водитель так и не вышел из машины, значит, целью была отнюдь не парковка.

Выходит, за виллой установили слежку? Дэёну это не сулило ничего хорошего. Он открыл водительскую дверь, сел обратно в машину и сложил боковые зеркала, как это сделал водитель внедорожника.

Интересно, какая группа решила действовать? Если кто-то и начал подозревать Соль Суён, то уж точно не его коллеги из первой группы, шефом которой был Чон Чжинсоб. Если же это кто-то из третьей или четвертой группы отдела, Дэён не мог действовать открыто, ведь для них он был не сослуживцем, а одним из подозреваемых.

Зайти в виллу или даже в магазин, не привлекая внимания водителя внедорожника, просто невозможно. А жажда становилась все сильнее. В переулке заметно прибавилось людей, спешащих на работу.

Дэён не решался двинуться с места, как и водитель внедорожника. Казалось, они играют в игру «Кто первый струсит?», где проигравшим оказывается тот, кто сделает первый шаг.

Входная дверь виллы открылась, и из нее вышли мужчина и женщина, быстро покинув пределы переулка.

После этого снова наступило затишье. Магазин стройматериалов, возле которого Дэён припарковал машину, был все еще закрыт – возможно, владелец занят на какой-то стройплощадке.

Тем временем водитель внедорожника явно не собирался выходить. Неужели ему не нужно даже в туалет? Дэён почувствовал сладкий привкус во рту, но проблема была вовсе не в жажде. Он не мог покинуть машину: если он выйдет, ему придется отказаться от расследования и выступать в нем только свидетелем.

Пока он смотрел на окно Соль Суён, дверь внедорожника наконец открылась. Дэён победил в их игре. Но за рулем оказался не кто-то из полицейского участка, а сама Хэин, лицо которой прикрывала бейсболка.

Походка жены была шаткой, она споткнулась на ровном месте. Безупречно белые кроссовки ярко выделялись на солнце. Она вошла в магазин, словно бумажная кукла, подталкиваемая ветром.

Дэёну это показалось странным. Закрыв глаза, он откинулся на спинку сиденья. Ждал, пока эмоции утихнут.

Хэин все еще оставалась внутри, но как бы Дэён ни старался, он не мог разглядеть ее через стекло. Она долго не выходила – наверное, решила перекусить.

Громкоговоритель, оповещающий о продаже клубники, звучал все ближе, и вскоре грузовик, загруженный ягодами, полностью заслонил Дэёну обзор. Он двигался медленнее прохожих. Детектив вышел из машины, чтобы не упустить Хэин. Взглянув в окно магазина, он увидел, как она торопливо ест. Грузовик проехал, когда Хэин доедала первый кимпаб и бралась за второй. Пока она помешивала рамен, машина медленно ползла мимо виллы Соль Суён, закрывая собой вход. Было сложно что-либо разглядеть, но он заметил, как кто-то выходит. Из-за медленно проезжающего грузовика показалась Соль Суён.

– Она жива…

Дэён почувствовал облегчение. Все, что он видел прошлой ночью, оказалось лишь иллюзией или страшным сном – последствия выпивки. Он смотрел, как Соль Суён проходит мимо, пока образ ее расчлененного тела окончательно не померк в его сознании.

Она вошла в магазин. Дэён не мог просто спрятаться в машине, хотя знал, что за ним могут наблюдать. Хэин наверняка видела из окна, как Соль Суён вышла из виллы. Теперь женщины неизбежно встретятся, и Дэён не мог предугадать, какая реакция на это последует. Как бы он ни вытягивал шею, все равно не мог заглянуть в магазин. У окна виднелась только чашка рамена Хэин. Дэён подумывал зайти, но в итоге вернулся в машину, боясь столкнуться с женщинами.

Через несколько минут из магазина вышла Соль Суён с пакетом. Судя по времени, проведенному ею в магазине, между ней и Хэин вряд ли что-то произошло.

Соль Суён переложила пакет в левую руку. Судя по всему, она, как и вчера, купила несколько бутылок соджу и пива. Хотя женщина выпивала каждый день, тот факт, что она каждый раз брала строго определенное количество алкоголя, говорил о ее стремлении к нормальной жизни.

После того как Соль Суён скрылась в вилле, Хэин так и продолжала сидеть в магазине. Эти двое не были знакомы.

В тот момент, когда Хэин помешивала рамен, в узком переулке показалась женщина лет тридцати. Хэин не могла рассмотреть ее как следует из-за проезжающего мимо грузовика, но, похоже, та вышла из розовой виллы. Хэин на интуитивном уровне поняла, что это Соль Суён. На женщине была домашняя одежда, волосы растрепаны. Когда она подошла ближе к магазину, Хэин удалось рассмотреть ее получше: бледная кожа, лицо с явными следами пластики, но, несмотря на это, Соль Суён была красива. Ее гламурная внешность не сочеталась с немного чрезмерной худобой, но, пожалуй, именно этот контраст и притягивал взгляд.

Дверь магазина открылась, и женщина вошла. Хэин опустила голову, внезапно осознав, что сравнивает ее с собой, и ей стало неловко.

Соль Суён прошла мимо полок, открыла холодильник и, не раздумывая, взяла три бутылки соджу и две банки пива. Быстро расплатившись, она вышла. Кассир проводил ее взглядом – было очевидно, что она здесь частый гость. Он также не сводил глаз с Хэин, пока та рассчитывалась за воду и кофе.

– Эта женщина часто сюда заходит? – спросила Хэин, и лицо молодого человека за кассой залилось краской.

– Да, она живет напротив, так что бывает здесь довольно часто.

– Она очень красивая, вам так не кажется?

Парнишка смутился и не смог сразу ответить.

– На красивых людей всегда обращаешь внимание. Я прекрасно вас понимаю, сама засматриваюсь. – Хэин сочувственно улыбнулась, стараясь скрыть свою неискренность.

– Есть такое, – молодой человек смущенно улыбнулся и просканировал бутылку воды и кофе.

– Она всегда приходит одна?

– Почти всегда.

Хэин расплатилась наличными и передала кофе кассиру.

– Это вам, в знак благодарности, – сказала она, – ведь работать здесь, наверное, непросто.

– Спасибо.

Хэин открыла воду и сделала глоток.

– Простите, не помните ли вы мужчину, который раньше заходил сюда с той женщиной? – спросила она.

Молодой человек заметно напрягся, поняв, что она не просто так задает ему этот вопрос.

– Не могли бы вы взглянуть на фото?

– А зачем? – насторожился он.

Хэин быстро нашла фотографию Тэгона – снимок, сделанный во время проверки данных для государственного аудита.

– Я ищу мужа, который мне изменяет. Мне кажется, та женщина очень похожа на его любовницу, – сказала Хэин.

Но кассир даже не взглянул на экран телефона. Всем своим видом он демонстрировал нежелание ввязываться в подобные дела.

– Наш ребенок постоянно плачет, скучая по отцу. А с ним никак не связаться. Я очень извиняюсь, но не могли бы вы просто взглянуть? – попросила она.

Он неохотно взял телефон и несколько минут рассматривал фото.

– Нет, – коротко ответил он.

– Может, это все же не она…

– Эта женщина переехала сюда совсем недавно. Скорее всего, у нее были какие-то проблемы. Она приехала на одной машине и без багажа.

– Вот как?

– Однажды я видел с ней мужчину, но он был моложе, чем на фото.

– В любом случае спасибо, – сказала Хэин.

– Даже если у вашего мужа и была с ней интрижка, думаю, между ними все кончено, и скоро он вернется к вам, – казалось, кассир пытается подбодрить ее.

– Спасибо. – Хэин была разочарована.

Она вернулась к стойке у окна и доела остатки рамена. Он был съедобным, но абсолютно безвкусным. Когда Соль Суён вошла в виллу, в ее приоткрытом окне на втором этаже появился свет. Вероятно, сработал датчик движения.

Хэин выбросила пустую чашку и вышла из магазина. Прежде чем дверь закрылась, она услышала: «Вам стоит лучше питаться». Последние слова молодого кассира заставили ее задуматься, как она выглядит со стороны. Но Хэин не обернулась, сделав вид, что не услышала. На нее он смотрел иначе. Не так, как на Соль Суён.

Хэин села в машину и заперла двери. Сотрудник магазина, который наблюдал за тем, как она выходит, теперь смотрел в другую сторону. Она вытянула ноги и стала следить за входом в виллу.

Тот факт, что кассир не узнал Тэгона, говорил о необычном характере его брака с Соль Суён. Странно, что молодожены, зарегистрировавшие брак всего пять месяцев назад, почти не виделись и имели других партнеров. Почему Тэгон вообще подал заявление о браке? Был ли он вообще согласен на него? Если Соль Суён пошла на это ради страховки, значит, она заранее знала, что мужа скоро не станет. Неужели все было спланировано? Хэин покачала головой. Даже если у этой женщины был план, как она могла заставить кого-то воплотить его так быстро? Это ведь совсем другое дело. В глазах Хэин Соль Суён выглядела обычной алкоголичкой.

Может, Дэён и Суён сообщники? Возможно, но зачем Дэёну было привлекать ее к этому делу? Скорее это Соль Суён нуждалась в помощи Дэёна, а ему она была ни к чему. Ее роль, по сути, ограничивалась опознанием расчлененного тела. Совместная месть за измену? Но Дэён был слишком дотошен, чтобы действовать под влиянием эмоций и привлекать к делу посторонних.

Соль Суён никак не вписывалась в общую картину, словно случайно затесавшийся элемент из чужого пазла. Но именно это давало Хэин понять, что Соль Суён – важная часть головоломки.

Хэин позвонила детективу Пак Чолю. Больших ожиданий у нее не было, но сдаваться, даже не попытавшись, было бы неправильно.

– Пак Чоль, слушаю.

– Это Ли Хэин, секретарь конгрессмена Чан Воншика.

– А, да, здравствуйте…

Хэин обратила внимание, что лейтенант стал менее приветлив.

– Удалось что-нибудь выяснить?

– Да, телефон был одноразовым.

Именно этого ответа Хэин и ожидала. Она понимала, что даже полиция не сможет найти владельца номера.

– Ясно. А как насчет детализации звонков? – спросила она, стараясь скрыть разочарование.

– Ее удалось достать, только вот… – Пак Чоль внезапно замолчал.

– Это ведь история звонков с одноразового телефона, в чем проблема?

– Дело в том, что этот номер уже отслеживается по другому делу. Придется официально отчитаться, зачем мне понадобилась детализация.

Хэин его действия показались непоследовательными. Если он уже отправил запрос в телекоммуникационную компанию касательно владельца телефона, он должен был получить и детализацию звонков. Но сейчас он будто оправдывался перед ней. Неужели просто пытается похвастаться своим служебным положением?

– Этот человек регулярно шлет оскорбительные сообщения на личный телефон конгрессмена. Поэтому я и прошу вас о помощи.

– А, так вот в чем дело? Ну, раз уж дело касается самого конгрессмена, я помогу.

– Спасибо.

– Но это последний раз, когда я делаю вам одолжение. В следующий раз обращайтесь с официальным запросом.

– Я обязательно передам конгрессмену, – добавила Хэин.

Напоследок Пак Чоль попросил ее связаться с ним, когда она будет в Сонине. Спустя некоторое время он прислал ей файл.

Открыв его, Хэин увидела номер Го Санпиля. Как тот и говорил при встрече, ему звонили всего раз, а затем общение продолжилось через сообщения. Она обратила внимание на еще один номер, паттерн и время общения с которым был очень схож, и записала его.

Хотя Пак Чоль просил больше не обращаться к нему за помощью, у Хэин не было другого выбора. Она еще раз внимательно просмотрела историю звонков и замерла, увидев последний в списке номер. Это был номер Дэёна.

Это показалось ей странным. Если бы Дэён был владельцем этого одноразового телефона, он бы не стал отправлять сообщения на свой же номер, зная, что его могут легко вычислить. Может, за всем этим стоит кто-то другой, кто все тщательно спланировал? Неужели Дэёну, как и Го Санпилю, угрожали? С того телефона Дэёну пришло всего два сообщения, а от него – три. Глупо было бы предполагать, что преступление было спровоцировано после обмена всего несколькими сообщениями. Дэён ни за что не повелся бы на угрозы подобным образом.

Однако Хэин не могла быть ни в чем уверена. Чем больше она размышляла об этом, тем больше ей казалось, что она подбрасывает монету с одинаковыми сторонами. Она пришла к выводу, что той информации, которой она владеет, недостаточно.

Сложно было сказать, сколько прошло времени, но в окнах второго этажа по-прежнему ничего не происходило. Хэин чувствовала растерянность, не зная, как подступиться к Соль Суён. Пожалуй, самым логичным было бы представиться коллегой Тэгона, но и это не гарантировало, что она получит желаемые ответы. После недолгих раздумий она вновь связалась с сонбэ из редакции с просьбой узнать больше о прошлом Соль Суён.

Как только она закончила разговор, мимо ее внедорожника проехала знакомая машина – серая «Соната» Дэёна. Он проезжал мимо розовой виллы, видимо, не заметив Хэин.

Сердце Хэин бешено колотилось. За кем же охотится Дэён – за Соль Суён или за ней самой? Она откинулась на спинку сиденья. Дэён обязательно вернется. Она достала зеркальце и посмотрела на переулок. Она была напряжена до предела.