Продавец секретов

23

На Тэгон сидел в слабоосвещенной комнате для допросов. Дэён наблюдал за ним через стекло. Тот выглядел как самый обычный человек, который встал рано утром, побрился и отправился на работу. На нем был аккуратно застегнутый костюм без единой складки.

Дэёну было некомфортно в пиджаке, который Хэин купила для него в спешке. Возможно, ее всегда раздражали его потертая куртка и мятая рубашка. Он закатал рукава, и мышцы на его предплечьях вздулись, когда он сжал кулаки.

Напротив На Тэгона сидел детектив Чхве Чжонпиль. Было видно, что он не был дома уже несколько дней: сальные волосы, мятая футболка и уставшее лицо. С виду трудно было понять, кто из них подозреваемый, а кто следователь.

– Имя?

Детектив Чхве начал с самых простых вопросов, но На Тэгон и не думал отвечать. В нем не чувствовалось ни страха, ни какой-либо спешки. Он выглядел расслабленным и уверенным в себе.

– Вы собираетесь и дальше молчать? – спросил детектив.

На Тэгон не ответил, лишь повернулся к стеклу и встретился взглядом с Дэёном.

– Сказал, что будет говорить только с тобой. И с тех пор молчит, – заметил Чхве.

– Имя? Вы что, не знаете своего имени? – повторил вопрос детектив Чхве, повышая голос.

Но На Тэгон продолжал молчать. Он посмотрел на Чхве Чжонпиля и слегка ухмыльнулся.

– Ты уверен, что это он убил Ким Хангёля? У меня дурное предчувствие.

– Я попробую поговорить с ним.

– Дэён, у тебя ведь с ним никаких личных счетов?

– Что может быть между детективом и убийцей?

– Ладно. Но даже если он и убил Ким Хангёля, думаешь, он сознается?

– Нужно попытаться. Как-то надавить или припугнуть, чтобы вытащить из него признание.

– А получится? Доказательств-то нет.

Дэён открыл дверь комнаты допросов и вошел внутрь. На Тэгон и Чхве обернулись к нему. От На Тэгона пахло лосьоном после бритья, он улыбался.

– Предоставь это мне. Сходи пока поесть.

– Хорошо, – неохотно согласился детектив, бросив на подозреваемого раздраженный взгляд.

За его свирепым выражением лица скрывалось бессилие, ведь против него не хватало улик.

Дэён сел напротив. Взгляд На Тэгона задержался на камере видеонаблюдения, установленной в комнате.

– Начнем с подтверждения личности. Имя? – тихо и безэмоционально спросил Дэён.

– Вы ведь детектив О Дэён, верно?

– Имя?

– Муж Ли Хэин.

Дэён почувствовал, как к его лицу прилила кровь. На языке вертелось едкое ругательство, но он сдержался. На Тэгон снова посмотрел на камеру. Дэён откинулся на спинку сидения, тем самым увеличив дистанцию.

– Вы отказываетесь отвечать? Будете ждать адвоката?

– Я пришел, чтобы поговорить с вами, детектив.

На Тэгон умело провоцировал собеседника, сохраняя абсолютное спокойствие. Как и ожидалось от ассистента конгрессмена, достигшего немалых высот на политическом поприще.

– В таком случае отвечайте на вопросы.

– Меня зовут На Тэгон. Мой адрес – район Ёыйдо, Ёндынпхо-гу, Сеул.

– Хорошо. С какой целью вы пришли сюда?

Дэён задал прямой вопрос. Ответы «да» или «нет» сейчас были бесполезны. Ему нужна была информация, чтобы восстановить картину произошедшего.

– Хотите услышать правду? – На Тэгон не останавливался, продолжая провоцировать Дэёна.

– Сейчас не время для шуток. – Дэён начал терять терпение.

– Я даю вам шанс. Как только придет мой адвокат и я выйду отсюда, правда будет погребена навсегда.

На Тэгон явно наслаждался своим «превосходством» и хотел диктовать правила, используя слово «правда» как оружие. Дэён опустил взгляд, будто уступая инициативу. Он мог дать противнику то, что он хочет. Дэён словно передал меч в руки Тэгона.

– Хорошо. Давайте послушаем правду.

– В таком случае выключите это. – На Тэгон указал на камеру видеонаблюдения.

Дэён легонько ухмыльнулся. Разговор под камерами никому не был интересен, это был самый обычный допрос, простая формальность.

– Продолжай требовать, – прошептал Дэён, не поворачиваясь к камере спиной.

Его лица не было видно, никто не мог узнать, что он сказал. На Тэгон, кажется, понял намерения Дэёна и снова указал на камеру. Дэён со всей силы ударил кулаком по столу, чтобы привлечь внимание.

– Ты что, издеваешься? Эй, урод!

Он намеренно прокричал это. Запись с камеры до этого момента придется удалить. Позже в суде На Тэгон может заявить о давлении. Его просьба выключить камеру тоже будет удалена из дела.

– Я не скажу ни слова, пока вы не выключите камеру, – продолжал настаивать На Тэгон.

Дэён посмотрел в окно комнаты допроса. Через несколько секунд красный индикатор на камере, указывающий, что ведется запись, погас. Дэён отключил микрофон. Теперь шеф Ан и детектив Чхве, стоящие за стеклом, могли только догадываться о том, что говорит На Тэгон, наблюдая за движением его губ.

– Микрофон выключен. Постарайся отвечать, не шевеля губами.

На Тэгон щелкнул пальцами.

– Ты знал Ким Хангёля?

– Знал.

– Зачем ты убил его?

Дэён решил начать с самого важного, пытаясь вывести На Тэгона из равновесия. Но тот оставался спокоен, его лицо не выдавало ни тени страха. Похоже, он понимал, что у полиции нет доказательств его вины. Дэён надеялся, что это спокойствие сохранится и дальше. Он представлял, как изменится На Тэгон в лице, когда узнает о том, что в доме Ким Чжуна остались улики. Только эта мысль помогала ему выдержать разговор.

– Я хотел поговорить, но вы с самого начала решили устроить допрос. В таком случае смысла выключать камеру не было, – сказал На Тэгон, повернувшись к окну и широко улыбаясь. – Я. Его. Не. Убивал. – Он четко проговаривал каждую букву.

Демонстативно закатав рукав, На Тэгон взглянул на часы. Он постукивал по ним со скоростью секундной стрелки. Дэён шумно придвинул стул ближе, намеренно изображая нервного детектива, проигравшего бой.

– Ладно, почему ты решил поговорить со мной?

На Тэгон тоже наклонился вперед. Расстояние между ними заметно сократилось.

– Потому что вы выдающийся детектив, – сказал он с легкой усмешкой. – Это комплимент, разумеется.

– Судя по тому, что вы с Соль Суён зарегистрировали брак заранее, все было спланировано задолго до событий. Почему ты выбрал местом преступления свою квартиру?

– Вижу, вы решили перейти к более интересным вопросам, – усмехнулся На Тэгон. – Ким Хангёль слишком труслив, чтобы вступить в отношения со взрослой женщиной. Чтобы утолить свои желания, он использовал молодых девушек, с которыми знакомился в интернете. Мерзавец, одним словом. Как можно было выманить такого? Он бы не пришел просто так. Он явился только потому, что место ему знакомо, он бывал там раньше. К тому же снаружи уже ждал уборщик, который должен был идеально зачистить место преступления. Разве есть вариант лучше?

На Тэгон намеренно использовал слово «уборщик», чтобы задеть Дэёна. Он прекрасно понимал это, но лицо его все равно покраснело от злости.

– А если бы этот уборщик убрался недостаточно хорошо? Нельзя назвать планом то, что ты не можешь проконтролировать.

– Убитым ведь считался На Тэгон. Тот, которого тебе так хотелось прикончить. Поэтому вполне логично было бы предположить, что уборщик уничтожит все улики, чтобы защитить жену.

Еще одна провокация. Дэён почувствовал, как жар приливает к лицу. Он понимал, что проигрывает На Тэгону.

Вспомнив про пакет, оставленный в холодильнике в квартире Ким Чжуна, Дэён потихоньку начал успокаиваться. Пусть На Тэгон болтает – это ему на руку. Чем больше он хвастается, тем больше деталей выдает, помогая собрать все делали преступления в единую картину.

– Как ты убил охранника?

– Как внезапно вы стали нудным. Я же сказал, что никого не убивал, – усмехнулся На Тэгон.

– Хорошо, как он упал с крыши?

– Он тоже кусок дерьма. Знаете, что он занимался растлением малолетних? Он заслуживал того, чтобы упасть оттуда, вам так не кажется?

– То есть ты хочешь сказать, что он сам спрыгнул?

– Есть еще одна важная деталь. Его сын совсем недавно поступил на юридический факультет.

– С какой целью ты довел его до этого?

– Я пытался защитить вас. Ведь он знал, что именно вы забрали записи с камер видеонаблюдения.

– Не потому, что он видел, что именно ты оставил чемодан с телом?

– Это тоже сыграло роль.

– Но сбросить с крыши ты решил его не поэтому?

– Я ведь сказал, что он спрыгнул сам. Если бы он не был растлителем малолетних, остался бы жив. Это все карма. Легче заставить кого-то молчать, чем заставить его спрыгнуть.

Дэён промолчал. На Тэгон был прав, если бы охранник в действительности не совращал детей, вряд ли бы он добровольно сбросился.

– Что насчет Ким Чжуна? Там ведь было много переменных, – спросил Дэён нарочито безразлично, будто это было нечто несущественное.

Он знал: если сможет доказать, что На Тэгон использовал Ким Чжуна, можно будет положить конец всему. Внутренний жар быстро сменился ледяным спокойствием.

– И он тоже кусок дерьма, – без колебаний ответил На Тэгон. – Ким Чжун использовал замужних женщин. Стоило его очередной любовнице начать действовать ему на нервы, как он сразу же отправлял ее обнаженные фотографии мужу или детям. Одна из них даже покончила с собой из-за этого. Кто бы его ни убил – он это заслужил. Вот почему он сделал то, что ему велели.

– Если бы он не передал чемодан охраннику, у тебя бы не было причин убивать Ким Чжуна, не так ли?

– Он сам вырыл себе могилу. Людям он не доверял, наверное, потому, что сам занимается продажей подержанных авто. Сам пришел ко мне в офистель и забрал чемодан. Наверное, думал, что, увидев мое лицо, обезопасит себя. Ну а мне это было только на руку, ведь благодаря этому он выполнял все мои поручения.

– А потом ты слил информацию мужу его очередной любовницы, чтобы его убили?

– Я же сказал, он заслуживал смерти.

Благодаря словам На Тэгона Дэён больше не чувствовал вины за смерть Ким Чжуна.

– А почему ты пытался избавиться от Соль Суён, если она уже выполнила свою роль?

– Девочки, работающие в клубах, вообще никому не верят. Может, потому, что их слишком часто обманывали? В общем, я сказал Соль Суён, что она может забрать все страховые деньги, но она не поверила мне и просто исчезла. Такие люди, если что, легко заговорят, когда их прижмут.

– Этого достаточно, чтобы обвинить тебя в мошенничестве со страховкой. Соль Суён жива и может что-нибудь выдать, когда почует неладное.

На Тэгон рассмеялся, словно издеваясь над Дэёном.

– Мошенничество? Но никто не подавал заявления на выплату страховки. Соль Суён действительно могла бы заговорить, если бы оказалась в невыгодном положении. Но пока этого не произошло.

На Тэгон отвечал так, словно заранее подготовился к этому разговору и все просчитал.

– Если это не был сговор с целью получения страховки, зачем тогда было выдавать труп Ким Хангёля за свой? Сможешь объяснить это в суде?

– Меня преследовал полицейский, который был уверен, что у меня роман с его женой. Он каждый день дежурил у моего дома, и я понял, что это не закончится, пока я не умру. В день убийства Ким Хангёля вы угрожали мне. Размахивая кулаками, разбили мне нос и губу. У меня даже медицинская справка есть. Как считаете, достаточно ли этого, чтобы мне поверили?

Дэён растерялся. В памяти не осталось никаких подробностей. Только сейчас он понял, почему сфотографировал свою окровавленную руку. Эти снимки, как и другие доказательства слежки, стали частью тщательно выстроенной истории, подтверждающей, что Дэён его преследовал и даже избил. Выходило, он окончательно проиграл.

– То, что я оказался пьян и ничего бы не вспомнил, – тоже часть твоего плана?

– Разумеется. Это я подложил вам несколько бутылок соджу в машину. Надеюсь, вы оценили.

Впервые в жизни Дэёну стало по-настоящему стыдно за свою зависимость.

– Я все равно посажу тебя за воспрепятствование следствию или подделку документов, – выдавил он, но эта жалкая угроза не имела смысла.

Так или иначе, сейчас власть находилась в руках Тэгона, и пока он не замечает спрятанного у Дэёна в рукаве козыря, у него оставался шанс.

– Учитывая, что моя жизнь была под угрозой из-за преследования и угроз со стороны полицейского, думаю, на такие мелочи даже не станут обращать внимания.

На Тэгон не был судим, он впервые совершил преступление. С хорошим адвокатом он сможет выйти из полицейского участка уже сегодня вечером. У Дэёна оставался единственный шанс – необходимо найти связь между ним и Ким Чжуном.

– Что ж, я проиграл, – признал Дэён, чтобы усыпить его бдительность.

Пусть На Тэгон почувствует себя победителем. Именно в такие моменты люди чаще всего расслабляются и выбалтывают лишнее.

– Спасибо, что так хорошо убрались и замели все следы, – с усмешкой произнес На Тэгон.

Лицо Дэёна залилось краской от стыда.

– Как вообще вы познакомились с Ким Хангёлем? Судя по осмотру места преступления, вы были довольно близки.

– Сразу видно, что вы профессионал. Потому-то мне и понадобился план.

– Он даже не сопротивлялся, не осталось ни следов борьбы, ни отпечатков. Ким Хангёль разулся, вошел в квартиру и был сбит с ног одним ударом. Судя по брызгам крови, ты продолжал избивать его уже на полу, потому что с самого начала намеревался его убить.

– Вы уже забыли? Я же говорил, что никого не убивал, – возразил На Тэгон.

– Ладно, допустим, что ты никого не убивал, а Ким Хангёль просто умер в твоей квартире. Но какие у вас были отношения?

Дэён поспешил задать этот вопрос, пока На Тэгон не заподозрил, что у следствия остался еще один туз в рукаве. Если он расскажет о характере их отношений, можно будет догадаться и о мотиве.

– Ким Хангёль помогал мне по рабочим вопросам. Трусливый извращенец, но с компьютерами управлялся отлично.

– То есть он хакер, который помогал тебе взломать что-то?

– Да. В политике такие навыки бывают очень полезны.

– Знаешь, чего я больше всего не понимаю? Для чего избавляться от Ким Хангёля, простого, незначительного человека, отказываясь от собственного имени, довольно важного в политических кругах.

– Потому что я нуждался в переменах.

– Он тебя шантажировал?

На Тэгон ответил не сразу. Он только махнул рукой.

– Что-то вроде того.

Какой секрет стоил того, чтобы убить Ким Хангёля? Почему На Тэгон решил отказаться от собственного имени? Секрет, который надо защищать любой ценой… Все тайны мира! Дэён приготовился использовать свой главный козырь.

– Ким Хангёль создал и управлял сайтом «Твой секрет»?

Услышав о том, что На Тэгон добровольно явился в участок, Дэён сразу же полез на сайт, чтобы проверить, не появились ли новые секреты. Однако ссылка не работала. Это не могло быть совпадением. Дэён был уверен: главным модератором сайта является На Тэгон, а мотив убийства теперь очевиден. Если удастся добыть логи или другие записи с закрытого сайта, можно будет прижать На Тэгона.

– Значит, это была борьба за обладание всеми тайнами мира?

– Ким Хангёль всего лишь помог с технической частью. Все идеи и секреты, опубликованные в самом начале, создал я. Через несколько лет после запуска я получил власть, которой не мог обладать ни один член Национальной ассамблеи, – хладнокровно ответил На Тэгон.

– Значит, и Чан Воншик попался на крючок?

– Не только он. Не существует тайны, которую знает только ее владелец. Любой, кто готов предать, легко раскрывает чужие секреты. По окончании своего срока Чан Воншик отправится в тюрьму. Останется устранить несколько человек – остальные сами принесут свои тайны, – усмехнулся На Тэгон.

– Неплохо. От охранника до конгрессмена – вся страна под контролем.

– Именно поэтому секреты так опасны.

– И потому Ким Хангёль захотел перехватить власть?

– Он хотел торговать секретами. Не обменивать их, а покупать и продавать за деньги. Если бы любой мог купить чужой секрет, я бы потерял власть. Потому что в деньгах ее нет.

– Поэтому ты притворился, что хочешь купить сайт, и заманил Ким Хангёля к себе домой?

– Он стал слишком жадным… Чертов извращенец.

– Зная его секрет, ты бы мог разобраться с ним и не убивая, разве нет?

– Пока Ким Хангёль был жив, я всегда буду в опасности.

– Теперь и я знаю о сайте, ты в курсе?

– И только благодаря этому вы сейчас верите тому, что я говорю.

– Значит, ты специально втянул меня в это?

– Сначала я планировал взорвать вас вместе с отцом Ким Хангёля. Это был идеальный вариант.

– А потом?

– Мне показалось, что будет неплохо, если вам удастся установить, что расчлененное тело на самом деле принадлежит Ким Хангёлю. Если вы его опознаете, я снова смогу жить под своим именем. В конечном итоге мой единственный грех – это то, что, спасаясь от преследователя, я выдал неизвестное тело за свое.

– Значит, ты все это планировал с самого начала?

– Я зашел так далеко только благодаря вам. Скоро все закончится. В моих руках все тайны мира. Даже в вашем отделе много тех, кто мне помогает. И в прокуратуре, и в суде, и в ассамблее полно таких людей… Вы никогда не сможете надеть на меня наручники.

– Что с чемоданом, который перевозил Ким Чжун? Тело надо вернуть отцу.

– Ну об этом знает только Ким Чжун.

– Думаешь? Я как раз раздобыл его телефон. Такие люди, как он, всегда что-то записывают, если это кажется им подозрительным, сохраняют записи о том, что заставляет их сомневаться в чем-то. Если проверить его передвижения по геолокации, можно приблизительно определить место, где он выбросил останки.

– Не только Ким Чжун был подозрительным. Мы разбили свои телефоны в тот же день на глазах друг у друга. Не осталось никаких доказательств. Даже если вы сможете найти останки, основываясь на его передвижениях, это ничего не изменит. Со мной это никак не связано.

На Тэгон, решив, что Дэён воспользовался своим козырем, усмехнулся, словно говоря, что этого недостаточно, чтобы выиграть. Тут-то Дэён и решил выложить главное.

– У меня есть неопровержимые доказательства.

На лице На Тэгона промелькнула тень растерянности.

– А, вы про мусор? Так до сих пор и не избавились от него?

– Детективы не избавляются от вещдоков.

– Но ведь эти улики всего лишь доказывают, что вы забрали их с места преступления. Так что это ничего не даст.

– Если можно уничтожить улики, значит, можно их и «воскресить».

– Вы хотите сказать, что собираетесь сфабриковать доказательства?

– Я собираюсь их восстановить.

– Звучит красиво, но в конечном счете это простая манипуляция в целях создания доказательств…

– Ну что, страшно стало? Как только выйду отсюда, в квартире Ким Чжуна будет проведен обыск. Там будут найдены следы убийства Ким Хангёля. Анализ этих улик покажет, что все следы ведут в твою квартиру. Следственная группа отследит автомобиль Ким Чжуна и выяснит, что в тот день он был у тебя. А по записям с сайта «Твой секрет» мы найдем доказательства того, что ты организовал и совершил преступление. И вот тогда тебе конец.

– Как здорово вы все придумали. Впечатляет, – На Тэгон насмешливо поднял большой палец. – Неужели вы думаете, что я пришел бы сюда без доказательств того, что вы подчистили все улики и пытались сфабриковать новые? Думаете, вы единственный, у кого есть записи с камер видеонаблюдения? Уничтожение улик – серьезное преступление. А если выяснится, что после вы еще и пытались их подделать, вы отправитесь за решетку. Никому не доверяйте. Вы ведь не знаете, какие карты припрятаны у меня в рукаве.

Дэён не мог понять, блефует ли он или действительно что-то задумал. Он вдруг вспомнил о смятом стикере, который он сунул в карман. Записка, на которой он написал адрес На Тэгона. Дэён сунул руки в карманы – пусто. Он переоделся в вещи, купленные Хэин, и забыл переложить записку. Возможно, ей нужен был не опрятно выглядящий Дэён, от которого бы не пахло спиртным, а эта улика – клочок бумаги, оставшийся после фальсификации?

Неужели Хэин – сообщница На Тэгона? Дэён почувствовал, как что-то кольнуло в бок, боль отдалась по всему телу. Она возникла без видимых на то причин. Казалось, иглы пронзали все, начиная от кончиков пальцев до самой макушки. Ощущения были хуже, чем когда он узнал об ее измене. Это была боль, к которой невозможно было привыкнуть.

– Не верится, правда?

Вопрос На Тэгона был нарочито неоднозначным. Дэён не верил его словам, но и полностью исключить подозрения в адрес Хэин тоже не мог. Информация о том, что мужчину, найденного в реке Хан, опознали как Ким Хангёля, еще не была обнародована. На Тэгон явился в полицию еще до того, как стало известно о попытке взрыва, который собирался устроить отец Ким Хангёля. Это было возможно, только если кто-то в режиме реального времени докладывал На Тэгону о ходе расследования Дэёна.

Дэён сделал глубокий вдох. Он не хотел идти на риск.

– Если не верите, можете проверить.

На Тэгон по-прежнему был полон решимости. Дэён встал с места.

– Жди адвоката, – сказал он и вышел из комнаты для допросов.

Шеф Ан и детектив Чхве ждали его снаружи.

– Что он сказал?

– Что не убивал его, – произнес Дэён, и в его ушах, казалось, звучал смех На Тэгона.

– Тогда зачем он выдавал себя за Ким Хангёля?

– Сказал, что я, заподозрив его в романе с Хэин, пытался ему навредить. Мне же кажется, что у него мания преследования.

Смех На Тэгона продолжал звенеть в ушах Дэёна. Сидя в комнате для допросов, Тэгон пристально смотрел на стекло, он наблюдал за Дэёном с ухмылкой на лице.

– Вы так долго говорили. – Шеф Ан, прищурившись, посмотрел на Дэёна.

– Да, но в итоге все свелось к разговорам о том, что он никого не убивал.

– И что нам теперь делать?

– Мы должны его отпустить.

– Не будем запрашивать ордер?

– Думаете, нам выдадут его? У него знакомых юристов больше, чем у нас всех вместе взятых.

Дэён вышел в коридор. Свет горел только в комнате для допросов, остальные уже разошлись по домам. Чтобы скрыться от журналистов, в коридоре выключили свет, и стало совсем темно. Дэён шел по коридору с телефоном в руке, дрожащий свет от экрана сопровождал его, словно тень. Он все сомневался, стоит ли спрашивать у Хэин о том листке бумаги. Дэён не был уверен в ее честности. В конце коридора ярко горели два торговых автомата.

Остановившись перед дверью, Дэён не решался открыть ее. Как и всегда, только время даст ответы на все вопросы.