Продавец секретов

21

Когда Дэён вошел в дом, его сразу же насторожило поведение старика. Он долго не открывал дверь, хотя Дэён сразу же сказал, что он полицейский. При этом старик не прятался, было слышно, как он спокойно передвигается по квартире.

На вопрос о Ким Хангёле старик сразу ответил, что он его отец. Несмотря на то что Дэён пришел с полицейским удостоверением, старик не выглядел удивленным или напуганным. Для отца, который, по его же словам, редко общался с сыном, но был с ним в хороших отношениях, такое спокойствие было чересчур неестественным. Дэён пришел к выводу, что Хэин была права: старик явно знал, где находится его сын.

Старик открыл дверь и впустил их в квартиру. Внутри было так пусто, что казалось, старик уже долгое время живет один. На вешалке – вещи одного человека, в кухне – посуда на одного. Никаких следов присутствия кого-то еще. Дэёну бросилось в глаза, что в холодную погоду у старика открыто настежь окно. Неужели он искал пути для побега? Дэён выглянул наружу. Семидесятилетний мужчина вряд ли смог бы спрыгнуть с третьего этажа. Возможно, он просто хотел проветрить помещение, но и это казалось странным.

Дэён понял, что старик ждал их, еще до того, как они постучали в дверь. И ожидал, что разговор будет долгим. А это, в свою очередь, значит, что он догадывался о цели визита полиции.

Старик провел их внутрь и сел, закрыв спиной проход. Обычно Дэён, опасаясь, что кто-то может попытаться сбежать во время допроса, сам занимал это место. Но сейчас его больше беспокоило открытое окно.

Когда старик спросил, по какому делу они пришли, Дэён ответил, что Ким Хангёль, похоже, пропал. Но было видно, что старик не верит в исчезновение сына. Дэён сообщил, что его мобильный телефон выключен, а из офиса он съехал. Но тот не удивился и сказал, что ничего об этом не знает. Очевидно, он знал, где находится его сын.

Дэён спросил о содержании их последнего разговора, но старик ответил, что не помнит подробностей. Однако, прежде чем ответить, посмотрел на потолок, что не укрылось от Дэёна. Так часто делают, когда придумывают ложь. Было ясно: старик что-то скрывает. Чтобы посмотреть на его реакцию, Дэён задал провокационный вопрос – почему он не удивился. Старик, словно был готов к этому, ответил расхожей фразой, что отсутствие новостей – это хорошие новости. После слов о том, что в данной ситуации отсутствие новостей – это скорее плохой знак, старик заметно занервничал: ударил себя кулаком по колену, будто оно болит. Так многие бессознательно тянут время, придумывая ответ.

В конце концов старик сказал, что сын, возможно, просто уехал в путешествие за границу. Дэён зацепился за последние слова. Часто, когда лгут, ненароком выдают детали, которые кажутся неважными. Если его слова о путешествии – ложь, то «за границу» может быть и правдой.

Дэён решил, что обязательно проверит данные о пересечении границы Ким Хангёлем. Но было ясно, какие бы вопросы он ни задавал старику, тот не расскажет, где находится его сын.

– Я прошу меня извинить, но вы должны понимать, что мы расследуем его пропажу потому, что есть вероятность того, что господина Ким Хангёля могли убить, – сказала Хэин, пытаясь вывести старика из равновесия.

– Могли убить? – переспросил он, и его взгляд моментально стал тревожным.

Вот оно. Старик сам не вполне уверен, жив ли Хангёль. Значит, у него тоже были сомнения относительно судьбы сына.

Почувствовав это, Хэин попыталась выяснить, действительно ли он говорил с сыном во время их последнего телефонного разговора и не показалось ли ему ничего подозрительным. Старик ответил твердо, что не мог не узнать собственного сына. Однако не смог скрыть дрожь в сжатом кулаке. Хэин попыталась разыграть последнюю карту, утверждая, что их не интересуют возможные проступки Ким Хангёля. В этот момент старик бросил взгляд на ванную.

Похоже, он решил, что последняя попытка Хэин была лишь уловкой, поэтому спокойно сказал, что ему нужно в туалет, пытаясь закончить разговор. Но Хэин не собиралась отступать и дала понять, что не собирается отпускать его так просто.

Старик неловко встал. И тут Дэён осознал, что он не разжимал кулак с того самого момента, как они зашли в дом. Внимательно присмотревшись, Дэён заметил, что он держит что-то в руке.

– С возрастом, знаете, в туалет приходится ходить все чаще, – добавил старик, словно оправдываясь, и повернулся в сторону ванной.

Он все еще сжимал ладонь. Что он мог держать в кулаке? Дэён схватил его за запястье, прежде чем тот успел открыть дверь.

– Что вы делаете? – заикаясь, спросил старик.

– Что у вас в руке?

Старик держался за ручку двери одной рукой, но кулак так и не разжал. Дэён надавил со всей силы, и старик наконец раскрыл ладонь. На пол упала зажигалка.

– Иногда, когда бываю в туалете, меня тянет покурить.

Иметь при себе зажигалку не преступление. Дэён ослабил хватку, и старик потянулся за зажигалкой. В этот момент Дэён внезапно вспомнил о «Твоем секрете». Преступник использовал чужие тайны как рычаг, заставляя людей совершать преступления без малейших угрызений совести. Чего же он добивался?

Дэён заметил связь между открытым окном, закрытой дверью ванной и зажигалкой в руке старика. Он снова схватил его за запястье, но старик внезапно оттолкнул Дэёна, и тот отшатнулся на несколько шагов. Старик успел повернуть ручку двери ванной, и она приоткрылась. В нос ударил резкий запах чего-то гнилого. Старик попытался зажечь зажигалку.

Он хотел взорвать их! Дэён бросился, чтобы вырвать зажигалку из его руки.

– Закрой дверь в ванную! Кажется, он пустил туда газ, – крикнул он Хэин. Она тут же метнулась к двери и захлопнула ее. Дэён вырвал зажигалку из руки старика и выкинул ее в окно.

– Это точно газ. Нужно позвонить в службу спасения.

Хэин сразу же вызвала службу спасения с мобильного Дэёна, после чего помогла эвакуировать жильцов дома. Дэён тоже вывел старика на улицу.

– Кто вас на это подбил? – спросил он.

Старик не отвечал. Хэин кивнула Дэёну и отошла. Она уже вызвала пожарных, а те, скорее всего, известят полицию. Если где-то поблизости были патрульные, они могли прибыть даже раньше спасателей. Дэён должен был получить ответ от старика, прежде чем передать его полиции. Его молчание тревожило Дэёна.

– Мы не знаем, жив ли ваш сын. Если вы хотите найти хотя бы его тело, вы должны нам помочь. Когда вы созванивались с ним в последний раз, вы ведь говорили не с сыном, я прав?

По лицу старика текли слезы.

– Мне позвонил какой-то мужчина с телефона Хангёля. Он сказал, что мой сын сбежал за границу, потому что был замешан в каком-то преступлении. Потом включил голосовое сообщение, якобы от Хангёля… Сказал, что из-за слежки сам он не может связаться со мной.

Старик действительно не знал, жив ли его сын.

Первой к дому подъехала машина скорой помощи, за ней последовало несколько пожарных. Из-за шума сирен слова было почти не разобрать.

– Зачем вы планировали взорвать газ?

– Этот мужчина… Он сказал, что Хангёль сможет вернуться, если я разберусь с детективами, – медленно подняв голову, произнес старик. – Я прожил долгую жизнь, мне не о чем жалеть. Простите.

– Вы сами это спланировали?

– Да, сам, – кивнул старик.

Дэён засомневался: действительно ли это была его инициатива? Преступники обычно тщательно продумывают свои действия, ищут способы выжить самому. Старик бы мог подсыпать яд, например, или дать снотворное. Но зачем он выбрал такой радикальный способ, при котором погибли бы все, включая его самого? Тут явно что-то не так.

– Вас точно не подговорил на это тот человек, который звонил вам с телефона сына? – спросил детектив.

Прежде чем ответить, старик ненадолго задумался, и Дэёну казалось, что он уже знает ответ.

– С телефона Хангёля пришло сообщение с ссылкой. Там была новость о взрыве газа. Я подумал, что это самый подходящий вариант.

Получается, преступник хотел избавиться не только от Дэёна и Хэин, но и старика. Неспроста.

– Вы действительно поверили этому человеку и решились на взрыв? – переспросил Дэён.

– Мне показалось, что он отлично знает Хангёля. А еще он перевел мне десять миллионов вон, сказав, что это его просьба. Кто бы стал обманывать, давая такие деньги?

Это дело рук На Тэгона. Осознав это, Дэён почувствовал не просто ярость, а настоящую жажду расправы.

– Мне нужно взять у вас несколько волос для проведения анализа ДНК.

– Если найдете Хангёля, умоляю, сразу сообщите мне. Очень вас прошу.

– Обязательно.

Дэён взял несколько прядей волос старика и убрал их в блокнот. Патрульный, оценив обстановку на месте происшествия, подошел к старику. Дэён передал его полицейскому, а когда тот сказал, что он тоже нужен в качестве свидетеля, Дэён показал свое удостоверение и сказал, что ему нужно идти. Он оставил номер телефона, пообещав, что сам придет в участок, но позже, потому как расследует дело.

Увидев, как полицейский уводит старика, Дэён направился к парковке, где ждала Хэин. Внешне он старался сохранять спокойствие, но внутри все горело. Им срочно нужно было убираться отсюда.

Перед глазами проносились полицейские и машины скорой помощи с включенными сиренами. Хэин начало трясти. Когда она позвонила в службу спасения и помогала эвакуировать жителей дома, страшно не было, но сейчас ужас накрыл ее с головой. Если бы Дэён вовремя не заметил, что что-то не так, а старик успел зайти в ванную и чиркнуть зажигалкой, – от них бы не осталось ничего, даже опознать бы не удалось. Хэин отчаянно пыталась отогнать эти жуткие картины, нарисованные воображением.

Она вспомнила «Твой секрет». Старик планировал взрыв, продолжая цепочку преступлений, произошедших до этого момента. Опять обычный человек, не связанный напрямую с делом, внезапно оказывается втянутым в центр событий – все совпадало. Но даже если стариком манипулировали, вряд ли для этого использовался какой-то из его секретов. Какой страшной должна быть тайна, чтобы человек был готов убить и себя, и двух совершенно незнакомых людей? Схема манипуляций с целью совершения преступления была схожей, но взрыв? Это уже не входило ни в какие рамки.

Хэин закрыла глаза и попыталась вспомнить детали разговора со стариком. Несколько ключевых моментов всплыли в памяти в единую цепочку. Старик не беспокоился о пропаже сына, но запереживал, когда Хэин упомянула о том, что он может быть мертв. Значит, он знал, где находится Ким Хангёль, но не был уверен, что тот жив. Скорее всего, во время последнего телефонного разговора старик говорил не с сыном. Похоже, интуиция Дэёна не подвела. Кто же стоит за всем этим?

Глядя на действия дантиста, пытавшегося сбить Соль Суён, и старика, готовившего взрыв, Хэин сделала вывод, что они отличались от того, что происходило ранее. В этот раз преступник действовал напрямую. Возможно, убийца и сам оказался в тупике. Значит, они с Дэёном были близки к истине.

Хэин открыла глаза.

– Неужели за всем и впрямь стоит На Тэгон? – тихо пробормотала она.

Перед глазами все еще стояла размытая фотография, залитая красным цветом, которую Дэён сделал в день преступления. Что произошло в тот день?

Дэён уже подходил к машине.

– Ты в порядке? – спросил он, усаживаясь.

– Как все прошло?

– Старик отправился в полицию. Место происшествия сейчас осматривают.

– Что насчет Ким Хангёля?

– Он сказал, что Ким Хангёль замешан в каком-то преступлении, поэтому скрывается за границей, но отец с ним лично не разговаривал. Думаю, тело, найденное в реке Хан, принадлежит ему.

– Но почему он так поступил?

– Старику позвонили с телефона сына и сказали, что если он избавится от детективов, Ким Хангёль сможет вернуться.

– И он просто поверил?

– Думаю, этот ублюдок отлично разбирается в психологии. Он не только звонил старику с телефона Ким Хангёля, он перевел ему десять миллионов вон, сказав, что это по просьбе сына. То есть у него не выпрашивали деньги, а наоборот, вручили на блюдечке, естественно, что старик поверил.

– Хитро.

– Это еще не все. Он хотел взорвать не только нас, но и старика.

– Вместе?

– Похоже, тот, кто стоит за этим, заранее знал, как мы будем действовать. Вот почему он хотел избавиться не только он нас, но и от старика, чтобы не смогли провести экспертизу ДНК. Тогда труп в реке Хан официально признают На Тэгоном.

– Выходит, это тоже дело рук На Тэгона. Тебе удалось взять образец ДНК у старика? – спросила Хэин.

– Стерильной ватной палочки у меня с собой нет, поэтому я взял волосы.

– Наверное, стоит проверить содержимое мусорных мешков? Там же тоже могут быть образцы, пусть уже и разложившиеся.

– Я взял образец крови с места преступления.

– То есть ты сделал это заранее?

– Я ведь детектив, моя задача – ловить преступников.

– Тогда поехали в лабораторию, нужно сдать ДНК на экспертизу.

– Хорошо. Я знаю врача, который сможет провести срочный анализ.

Хэин завела двигатель. Все больше полицейских машин прибывало для оцепления и эвакуации. Хэин надеялась, что они не столкнутся ни с кем до тех пор, пока не минуют этот узкий переулок.

Дорога из Ёндынпо до Бюро судебно-медицинской экспертизы в районе Янчхон-гу заняла меньше получаса. Когда Хэин увидела главные ворота, она забеспокоилась: вдруг охранник заметит, что номера на машине разные? Вдруг попросят удостоверение личности и проверят по базе? Она ведь в розыске.

Подъехав к КПП, она открыла окно. Дэён показал свое удостоверение, и охранник тут же поднял шлагбаум.

Здание лаборатории было небольшим, и мест для парковки катастрофически не хватало. Машины стояли в два ряда, и Хэин, не найдя места, припарковалась прямо у входа.

– Тебе лучше пока подождать где-нибудь подальше отсюда. Результаты будут только поздно вечером или под утро, – сказал Дэён, вылезая из машины.

Как только он зашел в здание, Хэин решила, что нужно поскорее уехать. Это место кишело детективами из Сеульского полицейского управления. Она завела машину и уехала.

Если окажется, что тело, найденное в реке Хан, – Ким Хангёль, с Дэёна снимут все обвинения. Если Дэён не убийца, то им окажется На Тэгон. Но почему все-таки Дэён сделал то самое кровавое фото? Судя по тому, что фотографии были перенесены на SD-карту, это не было случайностью или ошибкой. Последовательность снимков свидетельствовала о том, что в день убийства Дэён дежурил у офистеля Тэгона. Но для чего?

Шлагбаум поднялся, и Хэин покинула территорию Бюро.