Продавец секретов

25

Кабинет начальника следственного управления располагался в конце коридора на первом этаже полицейского участка Ёнсан. Дэён шел по темному коридору, из закрытых кабинетов пробивался слабый свет. Голос шефа Ана эхом отдавался в голове Дэёна.

– Начальник отдела узнал, что ты выключил камеры во время допроса На Тэгона. Я не думаю, что он закроет на это глаза. Что бы то ни было, сразу признавай вину, не старайся оправдываться.

– Не думаю, что он будет слишком уж зол, в конце концов, я помог найти ДНК Ким Хангёля.

– Он давно точит на тебя зуб, сам же знаешь. Если вдруг получишь дисциплинарное взыскание, я потом отдельно с ним поговорю. Просто выслушай его, признай ошибки, извинись и сразу же уходи. Только не нарывайся. Ты ведь не пил?

– Я бросил.

Руки Дэёна теперь не дрожали. Он больше не чувствовал тревоги, прекратил нервничать. И все благодаря На Тэгону.

Дэён постучал в дверь кабинета начальника отдела. Увидев его, тот жестом пригласил войти. Как и всегда, он заставил встать его прямо перед своим столом, как школьника, которого собираются наказать.

– Ты что, совсем с ума сошел?! Какого черта ты выключил камеры видеонаблюдения?

– У меня не было выбора. Он сказал, что будет молчать, пока не придет адвокат, если я не выполню его требование, я указал это в рапорте.

– И что, ты хоть что-то из него вытянул? Нет! Ни черта!

– Он заявил, что просто решил воспользоваться ситуацией, потому что сильно беспокоился из-за ухода Чан Воншика из партии.

– Я в курсе, я читал твой рапорт. И ты просто взял и отпустил его?

– У нас не было оснований для задержания.

– А обвинить его в подделке документов или воспрепятствованию работе полиции, выпросить ордер и хорошенько его прижать ты не догадался? Тебе надоело быть детективом?

– У его адвоката ни единого проигранного дела. Даже если бы мы получили ордер, у нас бы ничего не вышло.

– Поэтому ты просто решил отпустить его? Зачем ты выключил камеру? Он что-то тебе предложил взамен, я прав?

– Нет.

– Что тогда? Думаешь, у тебя получится меня обхитрить?

Дэён не знал, что ответить.

– Ты хоть понимаешь, насколько наше начальство заинтересовано в этом деле? И ты решил вот так все похерить? Как теперь ты собираешься поймать убийцу Ким Хангёля?

– У нас пока нет зацепок, может потребоваться время.

– Такой как ты просто не имеет права быть детективом. Я отправлю тебя к патрульным, будешь разнимать пьяных дебоширов.

– Сейчас я занимаюсь расследованием дела, которое кажется мне действительно стоящим.

– О чем ты? Насколько оно серьезное?

Начальник отдела быстро смягчился. Он снял колпачок с ручки, и написал в блокноте «Внутреннее расследование, вторая группа», затем подчеркнул эти слова. Дэёну приглянулся золотой наконечник перьевой ручки.

– У меня есть информация о том, что кто-то из высокопоставленных сотрудников полиции совершил акт сексуального насилия над потерпевшей, – сказал Дэён.

Выражение лица начальника изменилось. Но он сделал вид, что не услышал ничего особенного, и лишь постучал пальцем по столу.

– Ты считаешь, что это сопоставимо по масштабам с делом об убийстве? Если ошибешься и заденешь кого не надо, прилетит даже руководству. Нам всем тогда не поздоровится.

– Говорят, этот похотливый ублюдок не только сливал информацию следствия, но и получал интимные услуги от подозреваемых. А среди них, по слухам, были и несовершеннолетние.

Рука начальника, барабанящая по столу, начала дрожать.

– И как продвигается расследование?

– Пока что мы проверяем информацию. Но мне удалось получить пару снимков.

– Могу я на них взглянуть?

– Показать могу… но вы уверены, что хотите это увидеть?

Начальник отвел взгляд.

– Наверное, масштабы дела маловаты. Может, стоит поискать что-то посерьезнее? – спросил Дэён.

– Маловато, да. К тому же, если вы начнете внутреннее расследование, пока дело Ким Хангёля не раскрыто, это будет выглядеть немного странно. Ладно, иди. Что касается идентификации тела Ким Хангёля и выключенной камеры, то я постараюсь как-нибудь выкрутиться перед начальством. Не переживай.

Дэён поклонился и вышел. Когда нет необходимости трясти поводком, его можно просто снять. Он вспомнил о блестящем золотом наконечнике перьевой ручки. Он бы послужил отличным сувениром. От этой мысли у него покраснело лицо.

Он вышел из главного здания и направился к курилке в конце парковки. Шеф Ан ждал его с сигаретой.

– Как все прошло? Что он сказал?

– Сказал, что постарается как-нибудь выкрутиться перед начальством.

– Серьезно? Может, это его последнее дело здесь и его наконец переводят в главное управление?

– Шеф…

Ан опустил взгляд, как собака, поджавшая хвост. Его кадык заметно дернулся.

– В чем дело? Что ты пытаешься мне сказать?

– Хотел сказать спасибо за все, что вы для меня сделали.

– Да что уж там. Не мог же я бросить тебя в такой ситуации.

Шеф Ан потушил сигарету и направился обратно в офис. Дэён выдохнул длинную струйку дыма. Поводок шефа Ана был в его руках, но он не видел причин тянуть за него. Дэён зашел на сайт «Твой секрет» и удалил шефа Ана из списка пользователей.

На Тэгон сдался полиции. Хэин и Дэён, преследовавшие его, вынуждены были остановиться, как собаки, которые потеряли след. Когда все кончилось, Хэин ждала, когда они столкнутся с Дэёном лицом к лицу. Пришло время достать то, что было спрятано во время погони за На Тэгоном.

Хэин ночевала дома, но с восходом солнца Дэён не вернулся. Он не появился и на следующий день, и через день после этого. Возможно, он намеренно избегал встречи с Хэин.

Тэгона освободили в тот же день, когда он самолично явился в полицию. Только утром репортеры, дежурившие у полицейского участка, выяснили, что На Тэгон допрошен и вернулся домой, и наперебой публиковали срочные сообщения. Хэин внимательно прочитала каждую статью. Во всех них повторялось, что полиция не стала запрашивать ордер на арест и не назначила дату повторного допроса.

Хэин каждый день проверяла новости. Но никакой новой информации в них не было, все продолжали мусолить одну и ту же тему. Она наткнулась на статью с комментариями эксперта. Тот отметил, что раз На Тэгона отпустили, не дождавшись окончания срока предварительного заключения, не запросили ордер и даже не назначили дату повторного допроса, скорее всего, обвинение в убийстве было снято.

Хэин была озадачена тем, почему Дэён не стал запрашивать ордер, но приняла этот факт, узнав о том, что Тэгон нанял отличного адвоката одной из крупнейших юридических фирм. Впрочем, она все же надеялась, что На Тэгону не удастся избежать наказания, если в доме Ким Чжуна обнаружат улики, подброшенные Дэёном.

Прошло еще пару дней, но никаких новостей о том, что в квартире Ким Чжуна обнаружили кровь Ким Хангёля, так и не появилось. Не было новостей и об аресте На Тэгона.

При этом На Тэгон так и не появлялся в офисе и не отвечал на звонки. Несмотря на то что его отпуск уже закончился, в офисе никто не ждал его возвращения. Казалось, все молча согласились с тем, что этот скандал стал концом его политической карьеры.

Даже на третий день не появилось новостей о найденных уликах в доме Ким Чжуна. Хэин продолжала беспокоиться из-за того, что дело так и не было закрыто, и не могла понять, почему Дэён бездействовал.

После долгих раздумий она набрала со своего рабочего номера На Тэгона. Не то чтобы она хотела с ним что-то обсудить, просто хотелось убедиться, что он жив. Вместо гудков в трубке она услышала о том, что его телефон выключен.

То, что На Тэгон добровольно отправился в полицию, говорило о его намерении продолжать жить под своим именем, но затем он исчез, не оставив никаких следов. Хэин волновалась, но она не могла позвонить Дэёну, чтобы поинтересоваться о Тэгоне. Расспрашивать мужа о любовнике было неловко, но настоящая причина крылась в другом.

Хэин подозревала, что между исчезновением На Тэгона и тем, что улики в доме Ким Чжуна так и не были обнаружены, есть связь. С каждым днем тревога только усиливалась. Она позвонила своему сонбэ из редакции газеты и спросила, нет ли свежей информации о На Тэгоне. Тот, в свою очередь, задал ей аналогичный вопрос. На Тэгон бесследно исчез, так же, как и до того, как сдался властям. Мог он сделать это добровольно? Хэин покачала головой. Раз он вновь объявился, значит, у него больше не было причин прятаться.

В попытках найти хоть что-нибудь Хэин направилась в офистель Тэгона. Ей хотелось взглянуть собственному страху в глаза. Она долго стояла перед входной дверью, прислушиваясь, нет ли признаков жизни внутри. В квартире было тихо. Она надела латексные перчатки и набрала пароль на дверном замке. Дверь открылась с привычным звуком – код не меняли. Обстановка в квартире не сильно отличалась от того, что она видела в последний раз, когда была здесь. Только запах немного изменился. Запах гнили исчез, но воздух был спертым.

Хэин опустила взгляд на пол, освещенный тусклым светом из окна. Никаких следов. В какой-то момент она осознала, что на полу нет ни пылинки, по коже побежали мурашки – квартира выглядела так, будто ее только что тщательно убрали. После исчезновения На Тэгона полиция провела здесь тщательный обыск, но никто не наводит порядок во время обыска. Они работают над тем, чтобы искать улики, а не уничтожать их.

Кто-то был здесь и тщательно прибрался. Зачем? Хэин открыла дверцы шкафа. Ничто не указывало на его возвращение. На столе все так же было пусто. Кровать, как и прежде, без простыней и одеяла, никто не прикасался к ней.

Тэгон не возвращался сюда. Но кто и зачем убрал всю квартиру?

Она включила свет в ванной. Плитка и сантехника сверкали, как новенькие. Воздух заполнял запах хлорки. Глядя на безупречно чистую ванну, Хэин поняла: убирались совсем недавно. На Тэгон исчез, а квартира сияла чистотой.

С того дня Хэин больше не возращалась домой. Не потому, что боялась встречаться с Дэёном, а потому, что боялась его самого. Она скомкала клочок бумаги, который носила с собой, как талисман, и выбросила его. Это было доказательство того, что Дэён сфабриковал улики.

С тех пор она буквально жила в дороге. Дом перестал быть местом, где можно остаться, а стал просто еще одним отрезком пути, где можно переночевать. Даже когда день подходил к концу и все расходились по домам, для нее он уже не был конечной точкой. С момента знакомства с На Тэгоном ее жизнь превратилась в бесконечное путешествие.

Хотя у Хэин было место для сна, она чувствовала себя бездомной. Поскольку решение не возвращаться домой было принято спонтанно, все, что у нее осталось, – та одежда, что была на ней. Но даже мысли ненадолго заглянуть домой не возникало. Она боялась столкнуться с Дэёном. А все необходимое можно просто купить.

Сквозь лобовое стекло машины, поднимающейся в гору, лился солнечный свет. Хэин опустила козырек. Если бы не сообщение от Дэёна о том, что он выставил квартиру на продажу, она бы еще долго не решалась вернуться. Она заехала на территорию комплекса, чтобы забрать из квартиры несколько ценных вещей. Шлагбаум сработал автоматически.

Хэин припарковалась так, чтобы ее машина попадала в поле зрения камеры видеонаблюдения. Она хотела, чтобы у нее было доказательство того, что она приезжала домой. Она вышла из машины и достала чемодан – абсолютно новый, крепкий, купленный по дороге.

Проходя мимо, она демонстративно поздоровалась с охранником. Тот, обратив внимание на ее серый чемодан, поинтересовался, не вернулась ли она из путешествия, и Хэин кивнула. Она задержалась, чтобы ее хорошо запомнили, поймала взгляд охранника и только потом направилась к квартире.

Дом встретил ее пустотой и холодом, будто здесь уже давно никто не жил. Однако чистый пол напомнил ей квартиру На Тэгона. Видимо, Дэён все же периодически здесь появлялся. Однако отсутствие бутылок из-под соджу на столе и в мусорном ведре, а также пустая корзина для белья говорили о том, что он здесь все же не живет.

Хэин раскрыла чемодан и начала собирать в него то, что бросалось в глаза. В основном вещи, которые были у нее еще до замужества. Новое, что можно было легко купить, она оставила. Чемодан был забит.

В процессе сборов она вдруг поняла, что Дэён ни к чему не прикасался в комнате. Его жизнь, похоже, тоже проходила в постоянном движении. Хэин могла догадаться, почему он решил продать квартиру.

Она закрыла чемодан и окинула взглядом комнату. Ее взгляд задержался на стеклянном стеллаже. Одна из полок была пуста. Раньше там хранились сувениры, награды, фотографии из путешествий. Зачем Дэён убрал их?

Это единственное изменение в доме, которое она заметила. Она внимательно осмотрела стеллаж и заметила, что исчезли все медали и грамоты, а также погоны, которые он менял при каждом повышении. Это показалось ей странным. Возможно, что-то произошло на работе. Может, его перевели в другой отдел? Если его уволили за то, что убийство Ким Хангёля так и осталось нераскрытым, не было бы ничего удивительного в том, что он убрал все напоминания о прежней службе.

Разглядывая пустую полку, Хэин заметила знакомую USB-флешку. На корпусе были выгравированы латинские буквы «NTG» – инициалы На Тэгона. Он всегда носил ее с собой в кармане. А на этой полке всегда хранились сувениры.

Ноги подкосились, и она прислонилась к стене.

Хэин лихорадочно начала обыскивать весь дом. Ей стало не по себе, будто она попалась в ловушку. Она осматривала каждый уголок, в который раньше не заглядывала. Открывая дверцу холодильника, она затаила дыхание. Внутри было пусто – ни еды, ни алкоголя. Хэин проверила все шкафы, кладовку и даже заглянула на балкон. Ничего подозрительного.

Напоследок она решила заглянуть под кровать, и сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Под кроватью лежал чемодан. Точно такой же, как тот, в котором она перевозила расчлененное тело Ким Хангёля. Мысль о том, что внутри может быть изрубленное тело На Тэгона, вызвала у нее приступ тошноты. Хэин долго лежала лицом вниз, пока дыхание не восстановилось.

Если в чемодане действительно окажется расчлененный труп Тэгона, ее однозначно сочтут главной подозреваемой. Ведь у нее был и мотив – любовь и предательство.

Постепенно дыхание Хэин выровнялось. Она потянулась и ухватилась за ручку чемодана. Дрожащими пальцами она ощутила холод пластика. Хэин напряглась в надежде, что чемодан все же окажется пустым. Но он был неприятно тяжелым.

Чемодан был новым. Если бы не пыль на колесиках, можно было бы подумать, что он только из магазина. Хэин поставила чемодан на колесики. Его вес напомнил ей об останках Ким Хангёля, заставив содрогнуться всем телом. Лоб покрылся испариной.

Хэин осторожно понюхала его в районе молнии. Никакого запаха разложения. Она попробовала открыть замок, но безуспешно. Пробовала разные комбинации цифр, включая день рождения Дэёна, свой день рождения, номер телефона, годовщину свадьбы, даже стандартные вроде четырех нулей и единиц, но ничего не сработало.

В конце концов она сдалась и просто сидела на полу, опустив руки. Может, прямо сейчас вызвать полицию? Поверит ли ей хоть кто-нибудь? Она пришла к выводу, что если бы Дэён хотел подставить ее, он бы уже подбросил какие-то улики, как это было с домом Ким Чжуна. Это доказывал чемодан, абсолютно идентичный тому, в котором перевозился труп Ким Хангёля. Он сам по себе был уликой.

Что она могла сделать? Хэин долго сидела, ощущая себя абсолютно беспомощной. С заходом солнца в комнате стало совсем темно. Понимая, что все это бесмысленно, она вытерла отпечатки пальцев с чемодана и спрятала его обратно под кровать.

Хэин вышла в гостиную и села за обеденный стол. Она вроде бы вернулась домой, но у нее было ощущение, будто по-прежнему находится в пути. Оглядевшись по сторонам, она не нашла ни малейших следов того, что Дэён здесь жил. Эта квартира сама превратилась в ловушку, расставленную им.

Хэин ждала его. Когда солнце село, ее фигура словно растворилась в темноте. Она не знала, сколько придется ждать. Было уже поздно, но она решила, что им все-таки стоит поговорить. Теперь она не могла уйти из этого дома одна.