Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму

ГЛАВА 8.3

Вспышка!

Мир утонул в сиянии расплавленного золота, и я дёрнулась в сторону, пытаясь вырваться из рук незнакомца. Происходящее казалось нереальным, запредельным… Я боялась попасть в ловушку иллюзий, но тело не слушалось, а магия вдруг стала слишком плотной.

Сила, исходящая от удерживающего меня мужчины, намного превосходила давящую ауру Монстра. На глаза отчего-то навернулись слезы. Но вопреки всему, я почувствовала себя в безопасности и даже страх за близких отступил.

В душе вспыхнула твёрдая уверенность, что трагедия из видения уже не повторится.

У меня получилось!

А значит, я наконец могу закрыть глаза и расслабиться, а боль, разъедающая тело, утихнет навсегда…

— Боль скоро отступит, — незнакомец накрыл мои глаза ладонью.

— Я… умираю?

— Ты уже мертва, Джайна. Мне жаль…

— И мне… Хоть я и успела всё, о чём молилась. Жаль только, мне не хватило смелости попрощаться с братом. Даже письмо не написала…

Слова лились сами, я не понимала зачем и кому говорю всё это. Только в руках незнакомца было удивительно тепло, а боль и вправду отступила.

— Думаю, я смогу подарить вам несколько минут наедине, — услышала ответ.

— Кто вы такой, чтобы обещать подобное?!

— Я тот, кто провожает души в последний путь и воздает им по заслугам.

— Смерть… — прошептала едва слышно, вслушиваясь в отголоски штормовой симфонии Роксаны.

В ней сплелись отчаяние и боль, ярость и скорбь по миру, который едва не сгорел в агонии Расколов… Она сражалась за тех, кто не мог противостоять магии Монстра, превращая молитву в Силу…

— Это чудовище…

— Чезаре Альсавейг, величайшее из разочарований Творца, — с горечью произнёс незнакомец, — падший Мастер Пепла и Скорби. Тот, чья душа сначала засияла ярче солнца, а после стала темней безлунной ночи. Дитя, рожденное без капли магии, но ставшее величайшим волшебником своего мира и гением, создавшим Стены Скорби и всех немёртвых.

— Что… — запнулась, не в силах осмыслить услышанное. — Быть не может… нечисть…

— Он первый некромант в истории всех миров и тот, кто разрушил законы Жизни и Смерти. Даже нечисть этого мира — его наследие и творение.

Перезвон струн положил конец разговорам и мужчина наконец убрал ладонь с моих глаз. Едва открыла их, меня ослепило магическим сиянием. Я только успела увидеть, как сотканные из золотой пыли драконы и фениксы рвут на части монстров, а вокруг нас распускаются чёрные розы Скорби.

Роксана уверенно теснила Чезаре, я почти не чувствовала его ауру и ядовитую магию Хаоса. Зато сквозь марево божественной энергии отчётливо проступала до боли знакомая Сила! Я чувствовала штормовую ману Дамира, его ярость и боль… Он пытался пробиться ко мне, и его разум застилала кровавая пелена.

Драконья сущность почти поглотила человеческую… Единственное, что удерживало его от безумия, это связь с Рейвен и музыка… Третья Симфония. Единственное спасение Мастера.

Я сразу узнала её, хотя слышала впервые…