Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму

ГЛАВА 11.4

— Сложно… — покачала головой, — и очень опасно. Лейк хитрый и скользкий как змея, он так просто не подставится. Хотя он уже пытался воздействовать на меня.

— Давно?

— Когда мы были помолвлены, он вплёл в мою ауру следилки и неусыпно контролировал, чтобы я не встречалась с другими мужчинами. Более того, усиливал моё восхищение им и блокировал Зов пары. По этой причине я не сразу почувствовала в Дамире истинного.

На лице Мигеля заходили желваки. Последнее преступление было особенно тяжким. Слежку ещё как-то можно объяснить ревностью, но манипуляции с Зовом пары в некоторых драконьих кланах карались выжиганием Искры с последующим лишением всех титулов и чинов.

Вальтер не дракон, да и я — человек, поэтому настолько жесткое наказание ему бы не грозило, даже при наличии доказательств. Зато это хороший повод понизить его и назначить другого Верховного паладина без созыва Совета.

Жаль, что все улики уничтожила Тьма.

— Доказательств у меня нет, — добавила, — вернее… они были, но их выпила магия Тёмного Бога. Не осталось ни единого следа. Я подозреваю, что у него есть какой-то артефакт, дополнительно усиливающий ментальные арканы. Хотя и его реальный уровень, как минимум, на три класса выше официального. Во время Боя Ночи он тоже влиял на меня, скрывая своё присутствие и заманил в ловушку, чтобы поговорить наедине.

— Понятно, — Рэми устало потер переносицу и подлил нам ещё чаю.

Удивительно ароматного, он пах лавандой, шалфеем и специями. Я точно учуяла корицу, кажется, ещё немного гвоздики и перца. Необычно, но для меня оказалось слишком пряно.

— Прости, я ориентировался на свой вкус, могу сделать тебе отдельно, — Мигель заметил, как я верчу в руках чашку.

— Всё в порядке, не стоит, — улыбнулась.

— Какой чай ты предпочитаешь?

Вопрос удивил, как и тон. Да и в целом Рэми производил удивительное впечатление, я понимала, почему солдаты боготворят его. От дракона веяло искренним участием, он подмечал каждую мелочь и рядом с ним любой чувствовал себя по-настоящему важным, ценным.

— Зелёный, без сахара и добавок, — ответила, не сомневаясь, что полковник запомнит. — Давайте вернёмся к Лейку. Хотелось бы успеть навестить отца и Дамира.

— Реймонд вернётся к рассвету, а Дамир… — Мигель осёкся и покачал головой. — Я не уверен, что он примет тебя. Его магия сейчас нестабильна…

— Тем более, я должна быть рядом!

— Ты не понимаешь. Сейчас Дар не опасен для него, он потратил слишком много Силы, поэтому Тьма уже не может поглотить его. Но у него начался откат из-за создания Стены скорби. Сейчас Дамир слаб и его Искра невольно пытается выпить любой источник магии, до которого может дотянуться.

Я вздрогнула и сжалась. Вот почему он запечатал истинную связь…

Татуировки сразу бы просигналили мне о неладном. Я могла бы разделить с любимым его боль и даже на расстоянии поделиться Силой.

Он не хотел этого. Предпочел нести это бремя в одиночестве, хотя я слышала, что откат от создания Стены проходит мучительно, разъедая болью душу и тело мага.

— Рейвен, я понимаю и твое желание помочь, но, как мужчина, я также понимаю и Дамира. Мне бы тоже не хотелось, чтобы моя истинная видела меня в таком состоянии и, тем более, разделила со мной этот кошмар.

— Тогда это не любовь вовсе! — воскликнула я. — Зачем нужна такая парность и истинная, которая бежит от трудностей, бросая любимого умирать от боли и отката?! Если бы плохо было мне, Дамир точно нашёл бы способ помочь!

Я рванула к дверям, но Рэми поймал меня, удерживая за локоть.

— Он поставил над палатой купол, если попытаешься сломать его, чтобы попасть внутрь, только сделаешь хуже.

— Тогда помоги мне! Я должна быть рядом с ним!