Развод. Вторая весна генерала

Глава 13

Алёна

Это какой-то ужас.

Самое смешное, что я об этом думала! Причем часто думала!

Что мой сын вырастет, уедет из дома, пойдет учиться или работать в другом городе, встретит девушку, полюбит. А потом окажется, что эта девушка – дочь Фролова! Сестра моего сына!

И мне как-то нужно ему объяснить, почему он больше не может с ней встречаться, любить ее.

Как? Как это объяснить?

Кому?

Сыну?

Меня холодный пот прошибает, когда я об этом думаю.

Что скажет Герман? Что с ним будет?

Эти вопросы я задаю себе утром, снова сижу в кабинете с бухгалтером и ничего не соображаю.

Вчера я быстро взяла себя в руки. Дети, конечно, перепугались из-за того, что я так внезапно сбежала, но я соврала, сказав, что у меня был спазм сосудов, нужно было срочно выпить лекарство и положить холодный компресс на голову.

Герман не удивился, он знал, что со мной такое бывало.

Вика интересовалась, как я себя чувствую, спросила, не мешает ли она, порывалась уйти.

– Ну что ты, конечно, не мешаешь, всё хорошо, пей чай. Плюшки вот. У нас пекут в городской пекарне, очень вкусно, таких нигде нет.

– Да, папа мне рассказывал, он их любил. А еще его девушка их любила. Очень.

Девушка… Надеюсь, ее папа не говорил, как звали девушку.

– Кстати, ее тоже звали Алёна. Как вас.

Ну, конечно!

Краем глаза поймала удивленный взгляд сына. Продолжила улыбаться.

– В мое время это имя было популярным. У нас в классе было две Алёны и три Лены.

– Ого…

– А вы не знали моего папу раньше?

– Я? – Чувствовала, что краснею, может, мне вообще не стоило выходить? – Может, и знала, но я не помню. Он ведь меня чуть старше?

– Да, он, наверное, уже уехал учиться, когда вы школу заканчивали. А потом в армию. Но девушка у него точно была в этом городе. Он ее сильно любил.

Так сильно, что поверил в то, что она могла ему изменить, предать!

Когда сильно любят – тогда верят.

Мне было тяжело это слушать, а в голове стучало набатом – нужно сделать так, чтобы они расстались.

Мой сын и его дочь.

Они не должны быть вместе.

Чай был выпит. Слава богу, я перевела беседу из прошлого в настоящее, узнала, что Вика тут у бабушки, мамы Георгия, что она учится. Про свою родную мать она ничего не сказала. Про отца только то, что он теперь будет жить и работать тут.

– В военном городке? – спросила, сделав вид, что очень увлечена плюшкой.

– Да, в городке, ну, пока я тут, в Салдинске – он тоже тут. Мотается туда каждый день, приезжает поздно, там всё какие-то сложности, еще проверку прислали. Правда, проверяющий папин старый знакомый, сослуживец, так что, папа говорит, всё будет в ажуре.

Всё в ажуре. Он и раньше так говорил.

Герман пошел провожать Вику, я недвусмысленно намекнула, что надо быть осторожнее. Черт, он ведь будет ее целовать? И я не могу ему прямо сказать – не трожь ее! Это меня вымораживало. Я боялась.

Сын вернулся довольно быстро, я его ждала.

– У вас всё серьезно?

– Ма, только не говори, что Вика тебе не понравилась. Или это из-за ее отца?

Я должна была сказать! Должна!

Но я струсила.

– При чем тут Фролов? Просто… Ты же понимаешь, что она, скорее всего, еще девочка? – Тут я шла ва-банк, сцепив зубы.

– Черт, мам!

– Что?

– Я не могу это с тобой обсуждать! Вот что!

– А я могу! И попросила бы тебя быть осторожнее и… Ты понимаешь, что с такими, как Вика, не бывает просто так?

– Мам! Конечно, я понимаю!

– Она не для игр, и не для развлечения. С ней только серьезно. Если ты готов к серьезным отношениям.

– А если готов? – сын принимает мой вызов. И это тоже пугает.

– А если готов, тогда… Тогда береги ее. Не трогай. Не пугай. Подожди. Пусть она тоже поймет, что готова. Ясно?

– Ясно, мам. Мне и так всё было ясно. Она… Вика не такая. Она особенная.

– Да… Особенная.

– Мам, тебе она правда понравилась?

Самое обидное, что да! Именно понравилась! Такая хрупкая, нежная, воспитанная, робкая. И почему она дочь Гора? Почему?

И что мне делать?

По-хорошему, я должна была рассказать всё сыну сразу.

Лучше так. Отрубить одним махом.

Герман у меня мужчина, он бы понял, и ему было бы легче справиться со всем этим, да?

Но он мой сын. Я его люблю. Я не хотела причинять ему боль.

И я дала себе передышку.

Хотя бы несколько часов.

Хотя бы…

Утром специально сбежала пораньше, зная, что Герман должен пойти на подработку – он устроился на лето в автомастерскую к отцу приятеля.

Дай бог, он не увидит Вику до вечера.

Крыжу счета, а мысли далеко.

Мысли совсем не в нужном направлении работают.

“Значит, Фролов настолько занят на своей работе, что у него даже нет времени мне позвонить? Навестить?” – моя первая мысль, когда я услышала слова Вики.

Что ж…

Нет, не то чтобы я этого хотела. Разумеется.

Почему же я снова и снова возвращаюсь к этому вопросу? Почему я думаю об этом?

Потому что сама хочу его видеть?

Да! Теперь точно очень хочу!

Чтобы сказать, чтобы его дочь не смела подходить к моему сыну!

И не обязательно Фролу знать, почему!

Потому что я так решила!

Я не хочу иметь ничего общего с этой семейкой!

Вот!

Эту мысль я обдумываю, уже сидя на работе, пытаясь распутать то, что запутал в документах мой благоверный.

Внутри всё дрожит.

Я должна сделать это как можно быстрее. Да. Вот так.

Поехать к Фролову и заставить его увезти отсюда дочь.

Досиживаю только до обеда.

Оставляю двух бухгалтеров дальше проверять счета, прыгаю в машину и еду в военный городок. У меня там тоже есть магазинчик. В местном ТЦ. Формальный повод заехать.

Пропуск у меня есть. На КПП проверяют быстро, записывают данные, пропускают.

Только тут я понимаю, что не знаю, где мне искать Георгия.

Ну, не в кабинет же к нему идти?

Черт, он наверняка зависнет тут до вечера. А вечером поедет в наш город! Там мне и нужно его ловить. На старой квартире его матери, где живет сейчас его дочь. Но там меня могут увидеть дети!

Что делать?

Выманить Фролова куда-то в укромное место?

Думаю об этом и вспоминаю то самое укромное место, где мы были вдвоем. Ресторан. Темная комната. Его губы и руки…

Черт, стой, Алёна, нельзя! Он табу!

Он… Он предатель и трус.

И то, что Гор теперь боевой генерал, ничего не меняет!

Он долг Родине отдавал, а не мне!

Мне нужно уехать домой. Или мне нужно гордо пройти в кабинет главного.

Но я не могу!

Не смогу.

Боже, что я за идиотка…

Вспоминаю, что, вообще-то, хотела зайти в свой магазин.

Паркуюсь у торгового центра, захожу. Иду по коридору. У входа в один из бутиков одежды притормаживаю, услышав женские голоса и смех.

Не знаю, какой дьявол несет меня туда.

Хозяйка этого места – Лариса. Местная роковая красавица. Она постоянно хвастается романами с сильными мира сего. По крайней мере, про Зимина – того, чье место займет Фролов, – она говорила как про своего любовника.

До Зимина был командир одного из полков, женатый, а раньше – еще какая-то шишка. В общем, Лариса – переходящее красное знамя руководства гарнизона. И та, кто всегда в курсе всех сплетен.

Наверняка сейчас она нацелена на моего Фрола.

То есть не на моего, конечно.

Захожу и сразу вижу Ларису. Стоит в компании продавщиц, сияет в ярко-розовом сарафане и босоножках на огромной танкетке. Как в таких ходить?

Я не прячусь, прохожу, делая вид, что смотрю ассортимент. Везде яркие ценники, вещающие о том, что в магазине скидки.

Я слышала, что Ларису прижучили за то, что она цены взвинтила, поэтому, наверное, и скидки.

В магазине покупателей нет, но на мое появление никто не реагирует – все внимательно слушают хозяйку, которая говорит довольно громко, нагло и уверенно.

– Ой, девочки, да куда он денется? Тут что, для генерала много вариантов?

– Ну, Зимин из столицы себе жену привез.

– Не напоминайте! Нашел себе Лису Патрикеевну, блин! Из-за нее столько проблем! Да, Зимин и сам – та еще проблема. Между нами, девочками, не особенно-то он и хорош был… по этой части!

Лариса даже не снижает тон и посмеивается, рассказывая о постельных неудачах генерала.

– А вдруг и этот такой же? – спрашивает одна из сотрудниц магазина.

– Фрол-то?

Упоминание больно режет, раздражает.

– У Фрола там всё отлично, девочки. Там такая…

Она разводит руками, показывая так, как мужики на рыбалке уловом хвастаются, все начинают заискивающе смеяться.

– В общем, пригласил меня сегодня к себе.

– Куда?

– Да на хату Зимина, он же там живет. Олеженька уже свалил оттуда со своей рыжей ведьмой. Теперь тут главный Фролов.

– Он разве не в городе? Вроде же у матери?

– Ой, всё-то вы знаете! Да, в городе, да, у матери. Но сегодня он остается. Так что… пойду марафет наводить.

Лариса поворачивается, видит меня, а я замечаю, как ее глаза загораются в предвкушении…

Уверена, она знает о конфликте в ресторане и о том, что Фролова из-за меня забрали в отделение. Что ж…

– Алёна Аристарховна? Добрый день. Какими судьбами?

– По делам приехала в магазин, увидела у вас скидки.

– Да, новая коллекция приехала, старую надо распродавать, вот, занимаюсь. Выбирайте, что бы вы хотели?

– Да я уже посмотрела. Что-то ничего не глянулось. Может, в другой раз.

– Ну да, я поняла. В другой раз. Отлично.

– Счастливо.

– Пока-пока. Ой, подождите, Алёна Аристарховна, я спросить хотела, вы же нашего нового генерала знаете?

– Фролова? Да, мы знакомы. – Слегка напрягаюсь, не хотелось бы давать повод для сплетен. – А что?

– Просто… он о вас рассказывал.

– Рассказывал? Кому?

– Мне, конечно, – она победно сверкает глазами.

– Что ж… Мужчину не красит то, что он вспоминает одну женщину, находясь с другой. Простите, мне пора.

Выхожу, стараясь поторопиться.

Черт меня дернул сюда пойти? Меня трясет. Настроение испорчено. И лучше Фролову вообще не попадаться мне на глаза!

Быстро иду к своему магазину. Забираю у продавца нужные мне документы, так же быстро выхожу, сажусь в машину…

Нет. Я должна его увидеть! Я должна ему сказать!

Лариса говорила, что Фролов живет в квартире Зимина?

Может, я застану его там? Или хоть записку оставлю.

Нет, записку могут перехватить, что мне делать?

На свой страх и риск еду к дому.

Паркуюсь. Дышать тяжело. Всё тяжело.

Захожу в подъезд, поднимаюсь на нужный этаж. В гарнизоне все домики не больше четырех этажей, без лифта, про домофоны тут тоже не слышали. Коммунизм.

Звоню в дверь, слышу шаги и первая мысль – бежать. Бежать!

Зачем я приехала? Боже…

Он открывает дверь. В спортивных штанах, без майки. Удивлен, увидев меня. Кого-то другого ждал? Неужели Ларочку? Скотина!

Почему-то дикая ревность поднимается, хотя я не должна его ревновать. Вот совсем не должна!

– Ты? Извини, я не одет…

– Мне плевать, Фролов. Слушай меня. Скажи своей дочери, чтобы она не смела подходить к моему сыну, ясно? Ни на шаг! Чтобы близко ее рядом с моим Германом не было!

– Что?

– Что слышал! Я не хочу ничего общего иметь с вашей семейкой!

В этот момент я вижу, как в дверном проеме, из-за спины Фрола появляется фигурка его дочери…