Развод. Вторая весна генерала

Глава 25

Фролов

Савельев усмехается нагло, провожая взглядом мою Алёну и моего сына. Хорошо, что дочь я по дороге завез к матери, высадил у дома, сказал, чтобы подготовила бабушку – скоро та увидит внука и будущую невестку.

– Не много на себя берешь, генерал?

– Ты уже это говорил, Стас.

– Для кого Стас, а для кого Станислав Игоревич.

– Ты дам бы своих пока на кухню отправил, Игоревич. Не для чужих ушей разговор.

– А кто сказал, что я с тобой буду разговаривать, а, генерал? Я сейчас наберу начальника нашей доблестной полиции, которая меня бережет, и…

– Сам ему будешь объяснять, почему в доме у мэра притон? Малолетки с запрещенкой?

– Они совершеннолетние!

– Уверен? Паспорта проверял? И карманы? Нет там белого порошка?

– Ты совсем, что ли? Генерал? Эй, куколки, давайте-ка, реально… идите…

– Куда? – нагло заявляет одна. – Ты нам еще не заплатил!

– Ты… Сук… ты что сказала? Да я…

– А это “залет”, господин мэр, и серьезный! – усмехаюсь, недоумевая, как такой болван столько лет просидел в кресле градоначальника.

Нет, с одной стороны, понятно – он был удобным. Удобным для большинства местных и краевых бизнесменов. Зимин рассказывал, какие тут дела творились и как ему приходилось прикрывать тылы, чтобы вся эта шняга не пролезла в городок. Что ж… Придется продолжить дело генерала Зимина.

– Дамы, я бы на вашем месте скорее собирался. Лучше вам уйти. Деньги вам господин мэр как-нибудь потом выплатит. Или вам уже заплатил тот, кто вас сюда отправил?

– Что? – Савельев хмурится, смотрит на девиц…

Вот нет бы ему постоянную любовницу домой притащить! И не было бы таких проблем, но этот идиот словно специально старался подставиться.

– Девочки, а в чем дело? – голос у него пьяный, хотя мне казалось еще пару минут назад, что он еще вполне себе способен на общение. Или они ему успели что-то подмешать и это действует?

Это мне совсем не нравится.

– Чем вы его опоили?

– Ничем мы его не опаивали. Он сам водки нажрался… – всё так же нагло отвечает девица, которая выглядит постарше.

– А если я сейчас вызову скорую и мы сделаем анализ?

– Ничего такого, просто… – мямлит вторая.

– Что?

– Я не знаю! Нам дали, сказали всыпать в пиво. – Та, что явно помоложе и поглупее, дрожит.

– Что именно дали? Вы понимаете, что вы сейчас статью себе подняли?

– Ты чего, овца, рот открыла? – набрасывается на вторую первая. – Я ничего не знаю, я вообще не при делах!

– Спокойно. Кто при делах – будем разбираться.

– Разбирайтесь, а нам домой пора, мы тут засиделись.

– Неужели? Может, останетесь? Вместе подождем скорую, полицию?

– Больно ты резвый, генерал, смотри, у нас крыша такая, что тебе мало не покажется!

– Неужели? – Меня еще только шалавы не пугали, но я стараюсь подавить ярость. Не до того сейчас.

Не нужен Алёне этот скандал с ее супругом, пусть и почти бывшим. Да и мне лишнее давление на Савельева только на руку.

– А ну-ка, девочки, давайте-ка со мной на выход.

Показываю на дверь.

Выпроваживаю в коридор.

– Сразу говорю – угрожать мне не стоит. Вашу крышу я примерно знаю, и мне она по барабану. С прокурором города я справлюсь точно. Да и бизнес местный при желании давно можно хорошо потрепать. Так что… Давайте так, я вас отпущу, но вы скажете на всякий случай, что за препарат дали мэру.

– Да ничего мы… – начинает наглая, но вторая ее перебивает.

– Вот, – достает половинку блистера, на котором можно угадать название препарата.

– Ясно.

Название мне знакомо, действие тоже. В армии всякое бывает, командир должен многое знать, в том числе и о различных препаратах и их свойствах. Некоторые могут спасти жизнь, например, после тяжелого ранения, когда проходит шок и наступает реакция. Или, наоборот, жизнь эту отнять, если молодые бойцы пытаются справиться с нервным напряжением, но вместо расслабления и кайфа рискуют получить отек мозга, кому и смерть.

– Можете быть свободны. И лучше вам не распространяться о том, что тут было. А тому, кто вас сюда прислал, можете сказать правду, пришел Генерал Фролов и всё испортил.

– Фролов, значит? Запомню, – говорит нахальная девица.

– Незачем тебе меня запоминать. Ну или… Запомни, и не попадайся.

Возвращаюсь к Савельеву.

Алёна вышла из комнаты, стоит рядом в шоке.

– Радость, свари-ка ему кофе покрепче. Чтобы мог говорить. А я пока…

Поднимаю мэра за подмышки, тащу в ванную, по дороге Герман попадается.

– Помочь? Куда его?

– В душ холодный, пусть в себя придет.

Десять минут обливаний делают свое дело. Савельев хоть и зол как собака, но почти трезв. Надеваю на него банный халат, тащу в гостиную, где Алёна уже стоит с чашкой.

– Пей давай, Стас, как так можно вообще…

– Милая, собирайся, я тут сам разберусь.

– Хорошо, я уже почти всё, Герман тоже. Только… не все документы могу найти.

– Я решу.

Обнимаю ее, быстро целую в губы, на что Савельев реагирует злобным рыком.

– Она моя жена пока еще.

– Именно что пока и еще… Давай как раз это обсудим. Ты хотел пост сохранить? Увы, этого я не то что не могу гарантировать, даже советую тебе уходить. Дел ты наворотил – мама не горюй. Сидеть же не хочешь?

Савельев глотает кофе, смотрит недоверчиво.

– Давай так. Вы с Алёной разводитесь. Тихо, мирно и быстро. Недвижимость твоя ей не нужна. Насчет бизнеса – делите всё по-честному. Она заберет то, что ей причитается. И ты ее оставляешь в покое, понял?

– А из белья тебе ничего не надо, генерал?

– Из твоего грязного точно нет. Но я могу нарисовать перспективу, если ты не захочешь по-хорошему.

– А, давай!

– Ну, во-первых, визит сегодняшних девочек. Камеры есть в подъезде, на улице. Девочки не просто так к тебе попали. Раскручивать дальше эту историю? Думаю, не стоит. Но возраст младшей тебе не понравится. Это раз. Дальше, сам понимаешь, что у прокурора на тебя зуб, у него есть свой интерес. Поэтому тебе на самом деле проще решить со мной и со своей женой мирно.

– Допустим, я решу. Дальше что?

– Дальше… Ну, это уж я не знаю. Связей у тебя достаточно, можешь пойти депутатом, можешь поговорить с губернатором, он тебе что-то предложит, кажется, есть вакансии в министерстве края. Друзья тебя без работы не оставят, так? Вот… Живи. Алёну и сына только не трогай. Понял.

– Понял.

– И документы ей все отдай.

– Они в мэрии, в сейфе.

– Значит, завтра мы за ними заедем. Всё, Савельев, бывай. Осторожнее, не стоит незнакомых девочек в дом водить.

– Понял уже, не дурак.

– Заметно.

Алёна опять выходит, подхожу к ней.

– Собралась?

– Да, всё, мы готовы.

– Поехали.

– Что, Алёнушка, мужа даже не поцелуешь? Столько лет пытался как дурак… Любил же тебя.

– Любил? Неужели? Какая-то у тебя любовь, знаешь… хуже ненависти. Ты мне жизнь сломать пытался, это любовь, по-твоему? Сына без отца оставил, разве так любят?

– Ну, извини, как умею.

– Никак ты не умеешь, Стас. Любишь только себя. Прощай.

– Прощай, Алёна…

Герман выносит сумки, чемоданы, я помогаю.

Алёна стоит у машины, руками себя обнимая, глаза закрыв.

Набиваем багажник, усаживаемся.

– Домой? – спрашивает меня моя радость.

– Еще нет. Поедем, будешь со свекровью знакомиться.

– Что? Как? Я не готова, я…

– Поехали, радость, всё хорошо будет.