Ребенок не по контракту (вторая часть)

33.

Аля

С нетерпение жду Багирова. Пробегаюсь глазами по рецепту, который выбрала для покорения Яна. Так себе затея, но и сидеть без дела больше не могу.

Накупала Никитку, уложила спать, и теперь у меня есть пара часов позаниматься своими делами. Поэтому и выбираю приготовление ужина для Яна.

Надеюсь, что выйдет что-то хотя бы съедобное и я не отравлю Багирова.

Все внимательно отмеряю, читаю способ приготовления.

— Так, ну это не должно быть так уж сложно, — бормочу себе под нос, — хотя бы не спалю квартиру. В духовке безопаснее.

Загружаю заливной пирог с рыбой в духовку и тщательно настраиваю программу.

Постоянно поглядываю на часы. Понятия не имею, когда приедет Ян, но мне уже не терпится его увидеть и обнять.

Как быстро я привыкла к тому, что он выбрал быть с нами. Это безумно приятно и волнительно. Я ни с кем ещё не ощущала того, что ощущаю, когда Багиров рядом со мной.

И это хороший знак.

Никитка просыпается почти одновременно со звуковым оповещением духовки.

Заглядываю в окошечко и надуваю губы. Пирог как-то не выглядит готовым. Не такой румяный, и вообще, как будто ничего в нем не изменилось.

Добавляю время и тороплюсь к сыну.

Он уже успевает переключиться на висящие игрушки и тянется за ними, чтобы поймать. Не получается. Дрыгается, дергает ножками, недовольно пыхтит, но не сдается.

Смеюсь, заглядываю к нему в кроватку. Сынок сразу же меня замечает и растягивает губы в улыбке, светит беззубым ротиком.

Поглаживаю его по подбородку.

— Выспался? Ну, что тебе снилось, мой сладкий?

Беру его на руки и вдыхаю поглубже. Этот запах не сравнится ни с чем, и я ни с чем его не перепутаю.

— А мама решила снова поиграть в повара. Не знаю уж, что у мамы из этого выйдет, но лучше попробовать, чем сидеть сложа руки. Да, малыш?

Никитка в ответ кряхтит и утыкается мне в ключицу носиком.

— Да, да, малыш. Боже, ожидание результатов так выматывает. Но мама верит, что тебя спасет дядя Ян. Да, малыш?

Снова кряхтение сына служит мне ответом.

В дверь звонят. Срываюсь с места. В крови взрывается предвкушение встречи с Яном. На лице улыбка, сердце колотится, и ножки слабеют.

— А кто это к нам пришел? Как думаешь? — придерживаю головку своего малыша, скорее по привычке.

Все время забываю, что он уже сам прекрасно справляется с тем, чтобы держать головку. Как-то быстро у него выработался этот навык.

Распахиваю дверь.

— Привет. Спичка, на пороге довольный Ян.

Отступаю, чтобы он проходил. Багиров заносит какие-то безразмерные пакеты.

Кошусь на них и вопросительно выгибаю бровь.

— Это что там? Ты решил сам к нам переехать?

Смех Яна разливается в груди приятным теплом

— Если ты хочешь, то я быстро это проверну, — идет в сторону ванной.

Несколько минут там шумит вода, а когда Багиров выходит, то я оказываюсь под прицелом его внимательного взгляда. Он осматривает меня, потом Никиту.

— Как вы?

— Все хорошо, не знали, чем весь день заняться. Да, Никит?

Ян усмехается, снова подхватывает пакеты и несет их в кухню. Принюхивается.

— Чем-то так вкусно пахнет, но, кажется, ещё немного и этот запах изменится не в лучшую сторону.

Охаю. Вручаю Никиту Яну. Багиров не успевает сориентироваться, и ему ничего не остается, кроме как удерживать малыша.

Выключаю духовку и заглядываю внутрь. И правда, пирог начал уже немного пригорать.

Выдыхаю, со стоном захлопываю дверцу. Надуваюсь.

— Опять пыталась покорить кулинарное мастерство? — сзади подходит Ян, и я слышу в его голосе улыбку. — Ну, на этот раз ты хотя бы не спалила ничего. Уже прогресс.

Разворачиваюсь, чтобы отчитать Багирова за его шуточки, но слова застревают во мне, когда я вижу, как нежно Ян прижимает к груди ребенка.

И вроде бы даже уже не боится его держать. По крайней мере, не замечаю в его океанах страха.

Складываю руки на груди и опираюсь плечом о холодильник. Прищуриваюсь.

— Хотела тебя одернуть, но передумала.

Киваю на притихшего Никитку.

— Ну и как, сын, на руках у дяди Яна?

Багиров дергается, как будто только сейчас соображает, что у него в руках мой сын.

А я смеюсь.

— Боже, Ян, что ты так дергаешься? У тебя отлично получается, да и Никита вполне доволен.

Сын внимательно смотрит на Яна. И сейчас я замечаю какое-то сходство в их взглядах. У сына очень похож цвет глаз на глаза Яна. Зажмуриваюсь.

Бред... хватит размножать в голове всякую бредятину.

— Ты можешь уложить его в люльку, — киваю в сторону, — он уже поел и может сам полежать.

— Я? Положить? Спичка, ты, может, забыла, но я не умею этого делать.

Багиров переходит на шепот, чем забавляет меня ещё сильнее.

Иду к нему на выручку. И когда укладываю Никитку, обложив его всевозможными игрушками, тут же оказываюсь в объятиях Багирова.

— Наконец-то я до тебя добрался, Спичка, — выдыхает мне в губы, тут же дарит поцелуй, от которого все внутри плавится и превращается в лаву, — ну, давай пробовать, что ты там наготовила.

Отпускает, а у меня голова кругом от выброса эндорфинов. Ян со смехом придерживает меня за талию.

— Не уверена, что у меня получилось так, как надо, но…

— Давай-давай, — подталкивает меня к духовке и усаживается за стол, — хватит отмазок, я готов дегустировать.

Ставлю перед Багировым порцию пирога и перестаю дышать в ожидании его вердикта. Он откусывает, задумчиво жует и выдавливает улыбку, по которой сразу становится все понятно.

Оседаю на стуле, плечи опускаются.

— Совсем плохо, да?

Ян потирает бровь.

— НУ я не скажу, что плохо. Есть недочеты, — начинает юлить.

Закатываю глаза и качаю головой.

— ОЙ, да перестань, просто скажи честно.

— Да, готовка — это не твое, Аль. Но, если хочешь, я могу отправить тебя на кулинарные курсы.

Пронзаю его колючим взглядом, и Ян моментально затыкается.

— Я пыталась…

Перехватывает мою руку, целует, смотря мне в глаза. От этого его взгляда по спине пробегает табун мурашек.

— Ия это очень ценю, Спичка. Поверь. Для меня ещё никто не готовил. Это приятно.

Угукаю.

— Честно, — дергает меня за подбородок, заставляя вернуть взгляд, — возможно, практики маловато.

— Ой, все.

Ян запрокидывает голову и хохочет.

— Я привез ужин. Будешь?

— Давай, мирюсь с тем, что не стать мне шеф-поваром.

Мы едим, и я обращаю внимание на шрам на руке. Киваю.

— Откуда шрам?

Ян вертит кистью, как будто не понимая, о чем я спрашиваю. Хмыкает и качает головой.

— Ничего такого. По детству напоролся на доску, операцию делали, потому что родители вовремя не среагировали и заразу занес. Дыра была, и вот пришлось пересаживать кожу.

Хлопаю глазами

— Кошмар. А ты любил приключения, да?

Ян смеется.

— Да уж, мне сложно было сидеть на жопе ровно. Тут есть косяк.

Хмыкают, представляя Яна маленьким мальчиком. Ловлю себя на мысли, что хотела бы посмотреть на него.

Подскакиваю, мне же Светке надо позвонить, узнать про маму.

Ян не успевает ничего сказать, я уношусь в сторону спальни, где оставила телефон.

Возвращаюсь, попутно слушая гудки.

— Да, Альчик, привет, — ответ сестры не заставляет себя долго ждать, — как вы там с малышом?

Усаживаюсь напротив Яна и задумчиво вожу пальцем по пустой тарелке.

— Привет, все хорошо. Звоню узнать, как там скатались? Что нового?

Слышу вздох сестры, и сердце падает как со скалы.

— Да что я тебе могу ответить? Все без изменений пока. Не знаю уже, куда и к кому маму отвозить.

Щиплю себя за переносицу, ощущаю на себе взгляд. Встречаюсь с глазами Яна, он с беспокойством наблюдает за мной. Пытаюсь выдавить натуральную улыбку, но не срабатывает.

— Это плохо. И что теперь нам делать, Свет?

Сестра кашляет.

— Тебе? Лечить нашего малыша. А я тут поищу клиники, которые могут взяться за мамин случай. Время-то идет, и никто ничего не может нормально сказать и выписать. Остается все меньше вариантов, как её на ноги поставить.

Резко выдыхаю.

— Да, надо что-то делать, и желательно не затягивать.

— Что у вас там с донором? — Светка переходит на загадочный тон.

Ян вопросительно выгибает бровь. А. у меня губы сами растягиваются в улыбке.

— Все хорошо, Свет. Мы все ещё ждем, но надеемся на положительное решение.

— Было бы здорово. Что, мамуль? Да, сейчас будем купаться, — отвлекается Светка от нашего разговора. — Аля звонит. Тебе привет, - переключается на меня сестра.

— Спасибо, маме тоже. Поцелуй её. Пока-пока, не буду тебя отвлекать.

Угукает.

— Звони, как только узнаете, что там по результатам.

Отключается, а я откладываю телефон и сталкиваюсь взглядом с задумчивым Яном.

— Что у тебя с мамой? Я как-то не лез в эту тему, но вижу, что там серьёзное.

Сжимаю губы и киваю.

— Да, у мамы онкология. Она не ходит, и врачи толком не знают, куда нас послать.

Ян задумчиво потирает подбородок.

— Давно болеет?

Качаю головой.

— Ну как, по времени не скажу, что долго, но кажется, что целую вечность.

— Я помню, когда приезжал, она была в норме.

Кусаю губу до боли. Кажется, что это было в прошлой жизни. Хотя года еще не прошло с той встречи Багирова с мамой.

— Да, незадолго до моих родов маме стало нехорошо, начали проверять и обнаружили положительный онкомаркер.

Ян задумчиво постукивает по подбородку. Кажется, что я могу сейчас слышать, как шуршат в его голове мысли.

— Ты знаешь, у меня есть хороший спец, он меня и вытянул, когда у меня обнаружили болячку. Может, к нему обратиться?

Во мне вспыхивает надежда.

— А ты можешь узнать? Занимается он онкобольными или отфутболит нас? — с усмешкой уточняю.

Ян улыбается. Перехватывает мою руку, смотрит в глаза.

— Мне он точно не откажет.

Сжимаю пальцы Багирова и прикрываю глаза.

— Знаешь, Ян, мне иногда кажется, что ты нам как ангел-хранитель послан.

Ян хмыкает, приближает ко мне лицо.

— Готов быть хоть кем для вас, Спичка.