Ребенок не по контракту (вторая часть)

7.

Очередное сообщение: «Твой ребенок жив, Багиров». А после него тишина. И никаких зацепок, никаких ниточек, которые бы привели меня к тому, кто пишет мне это и кто знает больше меня.

А может, стоит снова посетить ту клинику, которая так неосторожно перепутала мой образец? Припугнуть их получше? Пригрозить закрытием или чем похуже.

Но ведь я сам видел договор с той девушкой, на которую мне указали. Какой смысл меня тогда обманывать?

И сообщения адресованы мне. Тут нет путаницы, совершенно точно. Отпустить ситуацию у меня уже не получится, потому что мозг намертво вцепился в то, что ребенок и правда может быть жив и здоров. И сейчас его кто-то растит, в то время как я его даже не знаю.

И перед глазами вспыхивает образ Спички с Никитой на руках. Зажмуриваюсь, пытаясь искоренить эту картинку. Почему я вообще на этом так зациклен? Мне своих проблем маловато, чтоб ещё и на Алю так залипать и постоянно думать о ней?

Но, как бы я ни старался, у меня не получается полностью отмахнуться от мыслей о Спичке. Постоянно как-то мелькает у меня в голове..

Открываю почту, на которую пришло письмо, и мои глаза лезут на лоб от неожиданности. Спичка.

Ищет работу.

И тут меня пронзают какие-то странные догадки. Одна хуже другой. У неё нет денег? Они нуждаются в чем-то? Им нужна помощь?

— Твою мать, Ян, какого черта? — сам на себя рычу.

Но это ни хрена не действует. Рука сама тянется к телефону, а в голове я уже прокручиваю возможные варианты, как можно заманить Альку к себе в команду.

Хотя бы временно.

И, опять же, я буду знать, что там У них и как она с малышом.

Жмурюсь. Блин, да что ж такое-то? Как избавиться от этих назойливых мыслей?

«Как? Как? Как?» — стучит в виски вопрос, ответа на который у меня нет.

Быстро набираю ее номер и с тревогой жду, когда ответит. И могу выдохнуть только после того, как слышу её удивлённый голос. Ставлю перед фактом, что приеду, и мы поговорим.

С нетерпением жду окончания рабочего дня и всех отшиваю, кто имеет неосторожность встать у меня на пути. Переношу все на завтра. Не думаю, что там важное и не может подождать.

Сейчас все мое существо рвется к Але. И ничего я не могу с этим поделать. Да и хочу ли?

В крови нарастает предвкушение нашей встречи, и это тревожный звоночек. Для меня, человека, который никогда и ни к кому не привязывался. Но стоило появиться этой Спичке, как я понял, что у меня серьезные проблемы. И вот мы снова встретились, и теперь я уже не могу себя пересилить.

Да и жалею, что отвернулся от неё, когда узнал, что у неё под сердцем чей-то ребенок. Моя голова была слишком занята тем, что я хотел своего ребенка. Свою кровь...

И снова я думаю о том сообщении. Набираю тот самый номер, но ожидаемо мне подтверждают, что номер недоступен.

Не замечаю за потоком мыслей, как подкатываю к дому Али. Обычная девятиэтажка в самом обычном спальном районе. После больницы я привез их домой и молча помог поднять чемодан на нужный этаж, даже не рискнул переступить порог. И вот я снова тут.

Убеждаю себя, что это касается только работы. Аля — хороший специалист, и тупо это отрицать. Не воспользоваться возможностью заманить её к себе будет большой ошибкой. Но тут же мозг услужливо подкидывает мне образ Никиты.

И вся выдержка дает трещину.

Мне бы подальше от этого всего держаться, но никак. Никак! Рука уже тянется к ручке, и я выхожу на свежий воздух. Делаю вдох поглубже и голову задираю. В окне "Спички горит свет. Кажется, я даже вижу, как мелькает её силуэт.

А дальше все... я действую на инстинктах. Поднимаюсь, звоню в дверь и сдерживаю радость, когда она открывает дверь.

Смотрит строго, но отступает и пропускает меня внутрь.

— Привет. Как вы? — веду себя уверенно, прохожу и ищу глазами Никиту.

— И тебе привет. Все хорошо. Ванная там, помой, пожалуйста, руки.

Удивленно дергаю бровью, но не спорю. Послушно иду и выполняю просьбу Али.

— Чай? Кофе? — она ждет в коридоре и внимательно следит за каждым моим движением.

Как будто боится, что я что-нибудь стяну, если она отвернется.

Фыркаю от этих мыслей и заслуживаю её удивлённый взгляд. Мотаю головой.

— На работе напился. А где малой?

Аля уходит куда-то и выходит уже с малышом на руках, а я опять залипаю. Да что же это такое?!

Как будто мне ХОЧЕТСЯ думать, что этот ребенок имеет ко мне какое-то отношение.

— Поздоровайся с дядей Яном, малыш, — воркует Аля, а у меня в груди дыра вырастает, — приехал о чем-то поговорить с нами.

Утыкается носом в его щечку, пока Никита сонно жмурится и недовольно причмокивает. А я не сдерживаю смех.

- Кажется, он не совсем рад меня видеть, да, малыш?

— Он просто только проснулся, ещё пока не наладил контакт с реальностью. У него это бывает.

Мы пересекаемся взглядами, и я вижу, как на щеках Али вспыхивает румянец.

— Извини, малыш, сегодня я без подарка, — развожу руками, — не успел с работы, боялся, что вы уснете.

Аля дергает бровью и мотает головой.

— Все нормально, Ян, ты не должен оправдываться. И, поверь, Никитка не ждет от каждого, что его будут одаривать.

И это замечание почему-то карябает. Мне ХОЧЕТСЯ его одаривать.

— Так что ты хотел, Ян?

Внимательный взгляд серых глаз, и я приказываю себе настроиться на деловую беседу. Хотя я бы так и стоял, наблюдал за Алей и малышом.

Да уж, кажется, потеря своего ребенка сильно отразилась на моей психике.

Сильнее, чем мне казалось, когда я только осознал, что не будет у меня своего малыша... никогда уже.