Ресницы

«Летали брови без лица,

порхали мокрые ресницы

умерших женщин…» – до конца

июля это всем приснится.

Ей снилась собственная кровь

скорее плоской, а не красной,

ей снилась собственная кровь

не ситцевой и не атласной.

Ей снилось: кровь ее висит

на длинной бельевой (не скажем:

веревке) и почти кипит,

вернее – закипает. Важным

мне кажется ее наклон

в горизонтальную тряпичность,

+ ветер с четырех сторон,

четырежды асимметричный

пространству ветреного сна,

которое назвать пространством

нелепо, ибо так странна

сия страна непостоянства.

Ей снилась кровь как простыня,

хрустящая с мороза, даже

преувеличивая, я

преуменьшаю сон. Прикажем

ему окончиться в стихах,

но он возникнет за стихами…

Ей снилась кровь (читайте – прах,

читайте – страх) – читайте сами.

Ей снилась кровь, она могла,

но не сумела стать любовью,

и женщина изнемогла

изогнутой над кровью бровью.

Возобновляющийся взгляд

вернулся к ней, и кровь вскипела.

Она двенадцать раз подряд

пыталась возвернуться в тело.

Она проснется никогда,

точнее: никогда проснется,

и сильно красная вода

над ней сомкнется.